Семь нянек

      Макгонагалл едва сумела пробиться к нему через камин. Опознающее заклятие, которое Снейп не обновлял уже по крайней мере полгода, держало блок, но позвякивало так тихо, что за шумом чайника он ничего не слышал, конечно.       Что за мерзкая, сырая и холодная весна, думал он, согревая зябнущие пальцы о чашку горячего, до смолистой черноты крепкого чая, приближая к исходящей паром чашке длинный нос, садясь за заваленный свитками низкий стол у продавленного дивана. Разномастные грязные чашки и кружки от предыдущих чаепитий теснились прямо на полу.       Снейп пристроил чай на краешке стола, присел на диван осторожно, чтобы ни в коем случае не разрушить хрупкий рабочий хаос среди пергаментов, и вернулся к записям в журнале. Тут-то заклятие на камине и прозвенело снова. Он помянул Мерлина и все его предметы одежды, выбрался из-за стола, ударившись коленом об угол, едва не расплескал чай и проверил вызов.       Гм. Хогвартс, кабинет Дамблдора.       – Да, директор, – откликнулся он, приблизившись к камину и потирая ушиб. Из-за зеленых языков пламени на него глянула озабоченная чем-то Макгонагалл: глубокая складка на лбу, очки сдвинуты на самый кончик носа.       – Северус, я боялась, что не застану тебя дома, – сказала она нервно, и Снейп понял, что она не просто озабочена — заместитель директора не на шутку встревожена.       – Что-то произошло? – спросил он сухо. Между прочим, я в отпуске, сказал он про себя, не сомневаясь, что эту мысль можно легко прочесть у него на лице.       – В некотором роде. Альбус отсутствует, и я оказалась в затруднительном положении. Ты не мог бы... зайти на минутку?       Снейп испустил мученический вздох, который устыдил бы самого Волдеморта, если б тот вздумал помешать уединению Снейпа на пасхальных каникулах в его старом полузаброшенном доме в Галифаксе.       – Буду через две минуты.       Макгонагалл уже исчезла в кабинете. Снейп накинул мантию, набросил на входную дверь пару запирающих заклинаний для верности и отправился в Хогвартс через камин. Вышел он, как ни странно, не в директорском кабинете, а в комнатах самой Макгонагалл. Снейп решил не удивляться.       Минерва Макгонагалл сидела в одном из кресел для гостей и растирала щепотью ту самую тревожную складку на лбу.       – Так что случилось? – спросил он сварливо, очищая щеточкой рукав мантии. Не то, чтобы зола была так уж заметна на черной ткани, но сейчас он имел право выказать свое недовольство.       – Послушай, Северус... Я ума не приложу, как поступить. Десять минут назад с Альбусом пыталась связаться через камин некая миссис Арабелла Фигг — ты с ней знаком?       – Не имею чести, – покачал головой Снейп и пожалел о своем горячем чае, брошенном остывать дома в холодной гостиной.       – Я так и думала, – нелогично сказала она. Снейп нахмурился и скрестил руки на груди. - Альбус переключил свой камин на мой кабинет, когда уезжал, и я ответила на ее вызов.       – Минерва, зачем вы ходите вокруг да около? – не выдержал он. – Нельзя ли перейти ближе к делу?       Макгонагалл прищурилась на него поверх очков.       – Эта женщина — она сквиб — негласно присматривает за Гарри Поттером в доме его маггловских родственников, – Снейп на мгновение прикрыл глаза. – Так вот, ей показалось, что с мальчиком творится что-то неладное, настолько, что она решилась связаться с Дамблдором. Она упоминала каких-то собак, но я, признаться, плохо ее расслышала, такое неразборчивое южное произношение...       Снейп фыркнул.       – Мне это очень не нравится, – твердо заключила Макгонагалл и уставилась на него круглыми, как у кошки, глазами. Снейп представил себе, как она раздраженно подергивает хвостом и спиной в кошачьем обличье, и фыркнул снова.       – Что же вы хотите от меня, Минерва? – спросил он со вздохом, когда продожать это выжидательное молчание было уже невыносимо. Он догадывался что, и вовсе не преполнялся восторгом по этому поводу.       – Северус, не затруднит ли тебя сходить и проверить подозрения миссис Фигг? Я не могу оставить Хогвартс, здесь только я и Поппи сейчас, – заместитель директора по-прежнему не отрывала от него настойчивого вопросительного взгляда, и ему стало не по себе. Ничего не скажешь, Макгонагалл хорошая ученица Дамблдора. – Просто проверь. Что-то у меня на душе неспокойно.       Снейп сдался. Он посмотрит на Гарри Поттера, который сейчас наверняка ужинает с родственниками и не подозревает, что ради него срывают с теплого места — и чай, не забудьте про чай! – человека в отпуске. Ничего особенного, зачтем прогулку как вечерний моцион. И что там старая кошка говорила про собак?..       – Я не знаю, как туда аппарировать, – сказал он хмурясь.       – Пройдешь через камин миссис Фигг, ничего страшного, – разом засуетилась и подобрела Макгонагалл, вызвала миссис Фигг через камин и вдруг прищурилась, глядя на его ноги.       – А что это за обувь на тебе, Северус?       Снейп поджал пальцы в разношенных домашних туфлях, совершенно вытертых на носках, и покраснел бы, если бы до сих пор умел это делать.       – Позволь мне, – с трудом сдерживая смешок, она трансфигурировала его домашнюю обувь в кожаные ботинки с высокой шнуровкой. – Не забудь послать сову, когда вернешься, Северус!       Снейп пробурчал нечто невнятное в знак согласия, внутренне кипя от того, что невольно стал объектом насмешки, и шагнул в камин.       В доме миссис Фигг ощутимо воняло кошками, - и немудрено, Снейп насчитал по меньшей мере пять пар желтых глаз, разглядывающих его с отстраненным любопытством. Хозяйка захлопотала вокруг него, извиняясь за нечищенный камин, но Снейп только махнул рукой.       – У меня мало времени, миссис Фигг, – поморщившись, сказал он. – Рассказывайте, что вы видели.       – Ну я, значит, из магазина шла, – начала старуха, то и дело одергивая бесформенную синюю кофту, надетую поверх шерстяного платья. Кофта пестрела заплатками на локтях и клочьями разноцветной кошачьей шерсти. – За хлебом вот и за кормом для Ури, он у меня приболел, хотела ему вкусненького чего прикупить, порадовать, значит. А тут гляжу — у Дерсли гости, сестра ихняя, Мардж. Невыносимая особа, если хотите знать мое мнение, бульдогов разводит. Она это чудовище с собой возит повсюду, даже в гости...       – Какое чудовище? - не понял Снейп. Один из старухиных котов, рыжий и одноглазый, подобравшись поближе, решил познакомиться и ткнулся лобастой башкой ему в ногу.       – Так бульдог же! – с готовностью пояснила миссис Фигг. – Рожа здоровенная, как у самого Вернона, нос приплющенный — страшилище! В прошлом году загнал моего Ластика на крышу, а потом он еще слезать не хотел...       – Миссис Фигг, не отвлекайтесь, – нетерпеливо прикрикнул на нее Снейп, мысленно закатывая глаза. Тем временем он попытался как можно незаметнее отпихнуть кота, который осмелел и принялся отирать бок об его черные брюки. – Что произошло с мальчиком и причем тут бульдоги?       – Так я к нему и веду! – отмахнулась старуха. – Бульдог этот загнал Гарри на дерево и не дает слезть.       – А почему вы не позвали его родственников, чтобы они отогнали животное?       – Так они бульдога и натравили, – объяснила миссис Фигг, заглядывая Снейпу в лицо. – Они и натравили и велели сторожить.       Воцарилось молчание, только рыжий кот урчал, дорвавшись до непокрытой шерстью поверхности.       – Вы уверены, миссис Фигг? – переспросил Снейп.       – Не глухая и не слепая, чай, – обиделась старуха. – Все вижу и все слышу, что надо. Дамблдор не просто так мне доверил за мальчиком приглядывать. И я вам скажу, мистер, как на духу — не очень хорошо Дерсли с ним обращаются.       – Когда именно пес напал на Гарри Поттера?       – Да часа два тому.       Снейп вздохнул. Наверняка миссис Фигг преувеличивает. Он был уверен, что инцидент уже давно разрешился в пользу мальчишки. Никто не оставит ребенка восьми лет на дереве, под которым его стережет бульдог, да еще и таким промозглым вечером.       – Где можно найти их дом? – спросил он вслух, направляясь к двери.       – Пойдете направо до конца улицы и свернете налево на Привет-драйв, дом четыре, – напутствовала его хозяйка. – Ури, а ты куда собрался? Быстро в дом, еще чего надумал — гулять под дождем!       Дверь за спиной Снейпа захлопнулась. На улице действительно моросил мелкий косой дождь, окутывая дымкой желтые пятна фонарей. Снейп дошел до Привет-драйв и закрутил головой, отыскивая нумерацию коттеджей. Свернул, как велела миссис Фигг. Левый ботинок, продукт трансфигурации Минервы, жал ему в большом пальце. Естественно, откуда Макгонагалл знать, что его левая нога на полразмера больше правой.       В саду дома под номером четыре было тихо, освещенные окна коттеджа указывали на то, что хозяева дома. Фонари вдоль дорожки были включены, но своим ненатурально голубым светом слепили глаза, и чертов дождь смазывал все, что находилось дальше, чем за три метра от источника света. Так ничего толком и не рассмотрев, Снейп двинулся дальше, стараясь не хрустеть гравием, но замер, услышав сиплый мальчишеский голос:       – Злыдень, пожалуйста, дай мне спуститься. Ну что тебе стоит!       Ответом ему было утробное рычанье. Снейп сошел с гравийной дорожки и пошел на звук, вынимая палочку из кармана. Рык повторился. Теперь Снейп был уверен, что животное рычит на него, наглого захватчика, вторгшегося на хозяйскую территорию.       – Мистер Поттер! – на пробу позвал он с места. Не хватало еще, чтобы в темноте на него бросилась какая-то шавка.       – Вы кто? – осторожно ответили ему тем же сиплым голосом спустя несколько секунд.       – Где эта чертова собака? – спросил он. – Я ничего не вижу, фонари слепят.       – К вам подбирается, слева.       Снейп обернулся. Бульдог был в точности такой, каким описывала его миссис Фигг — здоровенная раскормленная тварь с плоской мордой.       Снейп мигнул.       – Пошел прочь, – сказал он, заранее зная, что не будет иметь успеха. Пес зарычал с глухими, вибрирующими нотками в голосе. – Ну что ж. Ступефай.       Бульдог без единого звука повалился на землю. Тяжело ступая по мокрой траве, Снейп пошел туда, откуда слышал голос Гарри Поттера.       Мальчик сидел в развилке ветвей молодой яблони, обхватив руками мокрый и наверняка скользкий ствол. Он с любопытством таращился на Снейпа через круглые очки и мелко дрожал от холода.       – Можете слезать оттуда, мистер Поттер, – сказал Снейп, в свою очередь разглядывая мальчишку.       – Нне могу, слишком сскользко, – ответил тот, стуча зубами. – А откуда ввы меня знаете?       – Оттуда, – проворчал Снейп и вытянул руки вверх. – Прыгайте, я вас поймаю.       Гарри Поттер замотал головой и попытался нащупать ногой какую-нибудь выпуклость на стволе дерева, чтобы обрести точку опоры.       – Прыгайте, глупый мальчишка, Мерлин вас забери, – рассердился Снейп. – Я не намерен торчать тут с вами под дождем.       Мальчик вздохнул и расцепил руки, Снейп подхватил его в последний момент. Интересно, сколько положено весить детям его возраста? По прикидкам Снейпа, Поттер весил неприлично мало, даже меньше с младенчества болезненного и худосочного Драко.       Поттер одернул мокрую мешковатую куртку и огляделся.       – А что вы сделали со Злыднем? – спросил он, чересчур пристально разглядывая его мантию, которая, как надеялся Снейп, вечером сойдет за плащ необычного покроя.       – Оглушил.       – Круто! То есть, я хочу сказать, тете Мардж это вряд ли понравится. Но вы так и не сказали, кто вы такой.       Снейп сморщился от досады.       – Можете называть меня мистер Снейп. Как вы оказались на этом дереве?       Мальчик смутился.       – Я не виноват, мистер Снейп, оно само собой получилось, – произнес он, комкая чересчур длинный подол куртки. – Дадли начал задирать меня, и я немножко его подоводил... а потом он развопился, а потом тетя Мардж велела Злыдню меня проучить... А потом я вдруг оказался на дереве, и Злыдень остался меня сторожить.       – Понятно, – сказал Снейп. – Проводите меня к своим родственникам, мистер Поттер, мне нужно сказать им пару слов.       Поттер молча развернулся и выбрался на гравийную дорожку. Снейп шагал за ним и думал о том, что Дамблдор, без сомнения, нашел очень странное место для воспитания мальчика, который выжил.       Дверь была не заперта. Поттер отворил ее с опаской, словно боялся услышать окрик, и кивнул Снейпу.       Снейп миновал короткий тупичок прихожей и остановился на пороге гостиной.       Все семейство было в сборе. Высокая худая блондинка, в которой он легко узнал сестру Лили, выкладывала с противня на стеклянное блюдо эклеры. За накрытым к чаю столом сидели рядом усатый дородный мужчина, скорее всего, супруг Петунии, и не уступающая ему габаритами женщина с рюмкой коньяка в руке — наверняка та самая Мардж, заводчица бульдогов. Наполовину пустой графинчик стоял на столе между ними. Толстый белобрысый мальчик играл машиной с радиоуправлением и громогласно изображал крушение каждый раз, когда машина врезалась в мебель или стены.       – Прошу прощения за вторжение, – сказал Снейп громко.