Звезданутые

      Часы в полицейском участке тикали чересчур громко.       — Пятнадцать лет в этой сфере работаю, — произнес наконец полицейский, — но такое вижу впервые, — красноречивый взгляд на двух идолов, кумиров молодежи и многих взрослых, за которыми фанаты бегали просто толпами. Впрочем, сейчас оба эти идола выглядели так, что вместо фанатов за ними бегала бы исключительно дурка. Неопрятные, измазанные, побитые, в разорванных шмотках. От одного шманило алкоголем за версту, другой вообще был в блевотине. — Ну, рассказывайте, как вы до этого докатились, Ремми Уокер, Каин Эммос.       Уокер пьяно икнул и чему-то хихикнул, а Эммос вздохнул максимально тяжело и громко. Он хотел бы это знать не меньше стража порядка.       — Уважаемый, — Уокер прищурился, почти рухнув на стол, и вчитался в бейджик стража, — Барри Эди... Эдо... Барри.       — Я Барри Эдинберг, — прокашлялся Эдинберг.       — Да, Барри Эдинор, — Ремми согласно закивал и, звучно стукнувшись лбом о столешницу, вновь захихикал. Барри и Каин удрученно переглянулись. Похоже, их беседа бесконечно затянется. Если, конечно, какой-нибудь из богов не решит откликнуться и послать им...       — Я менеджер Ремми Уокера! Где этот засранец?!       Ну, хотя бы менеджера.       — Я менеджер Каина Эммоса! Что случилось?!       Даже двух.       Полицейский внимательно поглядел на молодых людей, только что влетевших в его кабинет. Эми Винс и Лукас Фой, кажется. По крайней мере, официально менеджерами Уокера и Эммоса считались именно они. Хорошие у ребят менеджеры, раз те загремели в участок, ничего не скажешь.       — Да вот, — Барри многообещающе вздохнул, — как раз это мы и выясняем. Да только ваши звездные партизаны молчат.       — Вообще-то, мистер Бургер, — вновь заговорил, икая, Ремми, — я еще не закончил. Этот придурок, — он указал пальцем в сторону Каина, — зажал мне тачку. А этот, — палец переместился на вырубленного алкоголем мужика, — почему-то мне врезал. А какого хрена они подрались между собой, я вообще ху...       — Рем! — Эми мгновенно оказалась подле своего подопечного. — Ты сколько выпил, твою дивизию?! Прекрати материться!       Рем ответил ломаным смехом.       — Вам нужно лучше приглядывать за своим актером, миссис Винс, — немного надменно отметил Лукас. — Ох, простите, или Вы все еще мисс?       — Во-первых, — сложив руки на груди, произнесла Эми, — Ваш фигурист тоже в участке, так что не Вам мне это говорить. А во-вторых, мое семейное положение Вас не касается, мистер Фой.       Казалось, в воздухе на миг пролетела искра чистой ненависти. Эммос и Уокер удивленно моргнули, а Эдинберг был готов выпасть в осадок.       — Вы бывшие, да? — неосторожно предположил он.       — Нет! — ненависть заискрила сильнее.       — В любом случае, — деловито начала Винс, — Ремми уж точно не мог влезть в аферу с Каином Эммосом, здесь какая-то ошибка. Этот ребенок в жизни не дрался.       — Как будто Каин влез бы в драку, — воспротивился ее версии Фой. — Он спортсмен и не стал бы так портить себе репутацию, тем более перед турниром. Связываться со скандально известным актеришкой он бы точно не стал.       — Как будто Рем бы стал водиться с каким-то там фигуристом, — не осталась в долгу Винс. — Льдом давно никто не интересуется! Они же на разных уровнях!       — Вот именно! Уокер слишком необразован для общения с Каином!       — А Эммос слишком социофоб!       — Мисс Винс, мистер Фой, — Эдинберг вмешался, пока эти двое не разнесли его кабинет к черту. — Я понимаю, вы очень хотите защитить своих звезд, но только что вы, напротив, перечислили причины, почему Уокер и Эммос могли начать драку.       Менеджеры дружно заткнулись, разбежавшись по своим идолам.       Восстановить события и разложить все по полочкам удалось лишь благодаря трезвеннику Каину и Россу, которого все-таки тоже привезли на допрос — в качестве свидетеля. Повезло, что пьянеет он медленно, а выпить успел не так уж много. По просьбе Каина Росс давал показания в другом кабинете, вдали от Ремми, так как являлся его большим поклонником и, вновь его увидев, мог действовать нерационально. Кое-как все разрешив, Барри и другие работники провели звездных задержанных на выход и с облегчением выдохнули. Оставалось надеяться, что остаток ночи пройдет гораздо спокойнее.       — Я ведь просила тебя завязывать с алкоголем, — ворчала Винс, усаживая Уокера в свою машину и пристегивая ремнем безопасности. — Что между вами, блин, произошло? Ни за что бы не подумала, что ты столкнешься именно с Эммосом и именно так. Я, конечно, более чем уверена, что виноват Эммос, но...       — Дело ведь не в Эммосе, а в его менеджере, да? — все еще будучи немного навеселе, прожурчал Уокер. — Вот он какой, оказывается... человек, который тебя бросил. Уй-й, — парень умолк, получив бутылкой минералки между ног. — Ладно, ладно, это ты его бросила.       — Не неси чепухи. Заткнись и трезвей, идиот, — машина Винс покинула стоянку.       — Насчет той девушки в участке, — аккуратно поднял этот деликатный вопрос Эммос, когда они с Россом сели в его машину, а Фой пошел что-то доставать из своей. — Ты с ней знаком?       Лукас, принесший какой-то пакет, скривился буквально на глазах.       — Пересекались, — практически выплюнул он. — Вот вещи, что вы оставили в баре, — и швырнул свою ношу на колени Бирту. Хорошо, что со своим кумиром он все же не пересекся, иначе этого больного фаната было бы уже не успокоить. Еще, чего доброго, сторону Уокера бы принял. Эммосу это надо?       — Спасибо, — Бирт просиял. Похоже, сегодняшнее «приключение с любимой звездой» запомнится ему до старости. Вот же глупый фанатик.       — Езжайте, но осторожно. И по домам, а не по кабакам, — хмуро оповестил их Лукас, прежде чем уйти.       — Агась, покеда! Блин, такой бешеный вечер выдался...       — Росс, пристегнись.       — Каин, ты зануда, в курсе?       — Да. А теперь пристегнись.       Лукас махнул им на прощание с лицом а-ля «удачи». Как только он исчез в окне, сменившись на ночную панораму Форга, Росс принялся с любопытством изучать содержимое пакета.       — О, тут в основном все твое, — немного разочарованно проговорил он. При этом тут же засмеявшись. Вот засранец, ну, точно какую-то пакость устроил. Росс бы не был его другом, если не сотворил очередную дичь.       — Засранец, — повторил Каин уже вслух, когда, придя домой и вытряхнув все из пакета на пол, увидел до злости знакомую зеленую бейсболку. Чем вообще думал Лукас, складывая к его вещам это? Каин отродясь бейсболок не носил, да и вообще головных уборов. Рей согласно пискнул.       Закинув шмотки в стирку и швырнув бейсболку Уокера куда подальше, Эммос ушел в душ: смыть всю сегодняшнюю грязь не только с одежды, но и с тела.       Эта ночь вышла нервной и долгой для них обоих.

***

      Эммос проснулся от настойчивого телефонного звонка. Трели будильника еще не было, а за окном только начинало светлеть, значит, сейчас от силы шесть утра. Кому он нужен в такую рань?       Пока он соизволил ответить, звонок оборвался, но вдогонку ему прилетело сообщение с темой «СРОЧНО». Капс у Лукаса — дело серьезное, так что Эммос поспешил открыть письмо. И тут же недоверчиво вчитался в текст по энному кругу. А после, все еще не веря, набрал тренера, на ходу включая старый компьютер.       Такого просто не может быть. Нет. Ну, правда.       С той стороны провода взяли трубку, и Каин весь обратился в слух.       — Тренер, меня и правда отстранили от участия в турнире для одиночек?       Маркос немного помолчал, а после, глухо вздохнув, ответил:       — К сожалению.       — Из-за того происшествия в «Фри-Дэй»?       — Да.       — Но ведь... — в ухо ударило вызовом от родителей. — Простите, вторая линия!       Параллельно наконец-то включился компьютер, и Каин начал вбивать в поисковик последние новости.       — Да, мам. Я в порядке, не волнуйтесь. Да. Ничего страшного, это всего лишь соревнование. Как там папа? А, он рядом? — мышка застыла на фамилии парня, который заменит его на турнире.       Душа болезненно съежилась. Все новости только и верещали, что об их вчерашней драке и его последовавшей позорной замене. Столько месяцев усилий и нервов в жопу, и все из-за какого-то сопливого актера...       — Черт, черт, черт! — крикнул он, уже сбросив вызов. Ремми Уокер, да? Мелкий говнюк. Сам, наверное, не пострадал ни капли. С его-то репутацией и слепой любовью преданных фанатов.       Очередной звонок отвлек парня от мыслей.       — Да! А, Росс, это ты... Не, я порядке. Правда. Спасибо.

***

      — Мы только разрешили авантюру с твоей бывшей подружкой, как ты учудил снова.       — Мне жаль, — Ремми виновато опустил голову перед директором Райнусом. Его вызвали в МТ, как только разбудили звонками, и первым делом потребовали объясниться за возникшие сплетни о драке.       — Я знаю, — Дрейк опустил подбородок на сомкнутые руки и внимательно на него посмотрел. — Но ты должен говорить это не мне.       — Обойдется, — Ремми показательно поковырялся в ухе.       — Актер Уокер, — голос директора похолодел. Райнус так обращался к нему лишь в действительно кошмарных ситуациях, когда был зол до предела. Плохо.       — Директор Райнус, Ремми и правда виноват, — вступилась за свою звезду Эми. — Но он и сам жертва обстоятельств!       — Да, но из-за его неосторожности профессиональный фигурист был снят с турнира межнационального уровня, — напомнил Дрейк. — Просто извинениями мы вряд ли отделаемся, а Ремми отказывается делать даже это.       — Ну, а что мне тогда сделать? — надулся Уокер. — Снять сторис со словами «Прости меня, придурка»?       — Нет, — Райнус качнул головой. — Скажи эти слова ему лично.       — Чего? — Уокер недоуменно поднял на него взгляд. — Что, прям пойти к нему? — не поверил он.       — Прям ногами, — подтвердил директор.       — Директор Райнус, я не стану это делать!       — Тебя никто и не спрашивал.       — Но директор!       — Актер Уокер, — Райнус предостерегающе сверкнул глазами, прерывая недовольство на корню. — Винс, отвези его. Но извиняться должен он сам. Лично. Без извинений не появляйтесь.       Уокер все еще возмущался, когда Винс потащила его за шиворот из директорского кабинета.       — Я туда не пойду, — предупредил Ремми, важно восседавший в машине.       — Пойдешь, — улыбнулась Эми, стоявшая у открытой дверцы напротив него.       — Нет, — Ремми стоял на своем. Эми улыбнулась шире.       — Тогда я звоню твоей бывшей и говорю, как сильно ты по ней соскучился и хочешь вернуть, — заявила она. Уокер мгновенно оказался снаружи.       — Шантажистка, — обиженно буркнул он.       — С тобой иначе не выходит, — вздохнула Винс.       Уокер поднял взгляд на трехэтажку перед ними, ощущая, как с каждой секундой расстраивается все больше. Это даже выглядит хуже, чем МТ. Простовато для места работы знаменитости.       — Может, хоть сходишь со мной? — взмолился он. — Лучше б вообще извинилась ты, а не я, ты же мой менеджер...       — Даже не подумаю. Накосячил ты — извинишься ты.       — Ты просто не хочешь видеть его менеджера.       — Заткнулся и пошел в здание.       — Ну Э-эм!       Винс молча ткнула пальцем в сторону ледового дворца. Понимая, что увидеть рожу того фигуриста все же придется, Ремми с огромной неохотой поплелся к ледовому.       Дворец не высокий, но просторный: наверняка за счет катка для выступлений внутри. Раньше Ремми не интересовался данным видом спорта, теперь и подавно не будет. Какой интерес смотреть на девчонок и парней гейского вида, рассекающих по льду в трико и колготках? Или в чем они там выступают? В любом случае ужас ведь, ну?       «Эх, была не была».       Вобрав полные легкие воздуха, Уокер толкнул тяжелые двери и шагнул за порог.       Войдя в просторный и совершенно пустой холл, Уокер остановился. Надо было хотя бы спросить у Эм, куда идти. Ну вот и где ему искать этого... Кстати, кто он там? Надо было спросить у Эм и его имя. Рядом еще и ни души как назло.       Уокер уже почти расстроился, когда на горизонте замаячил человек.       — Простите, — парень тут же зашагал к нему, на ходу переворачивая красную бейсболку козырьком назад, чтобы незнакомцу было хорошо видно его лицо. Если его узнают, найти дурацкого фигуриста станет проще. Кто ж откажет в помощи знаменитости?       — Да? — судя по шмоткам, местный работник внимательно поглядел на подошедшего к нему юношу. — Вы заблудились?       — Не совсем, — Ремми сверкнул своей специальной улыбкой-для-фанатов. Ну же, мужик, узнавай уже его. Но мужик лишь продолжил пялиться. В принципе, нормальная реакция для людей старшего поколения, интересующихся молодыми актерами так же сильно, как молодежь сейчас интересуется, кто был первым президентом самой дальней от них страны. В смысле, если и были заинтересованные, то единицы и по каким-то своим причинам. — Мне нужно кое-кого найти, — вспомнил Ремми причину своего вынужденного визита. — Но я впервые здесь, так что не могли бы Вы мне помочь? Пожалуйста, — улыбка-для-фанатов потеплела еще на пару градусов, но работника это нисколько не тронуло.       — Хорошо, — тем не менее, он согласился оказать помощь. — Кого Вы ищете?       — Эм...       «Черт, да как же тебя зовут, сволочь?»       — Знаете, — мужчина вдруг шагнул ближе, напряженно всматриваясь в его лицо. — Простите, если я ошибаюсь, но... Вы, случаем, не актер?       Бинго!       — Я все никак не мог понять, где же Вас видел... У моей дочки висит в спальне плакат с Вами, — увидев положительную реакцию на свои слова, работник продолжил. — Вы же этот... Хорден из «Оранжевых платков»! — довольный, что вспомнил, сказал он. Воодушевление Уокера безудержно испарилось.       «Так вот, что такое быть актером одной роли», — слегка удрученно подумал он. Не то чтобы он снимался где-то еще, кроме этого фильма и реклам, но все-таки.       — Да, — Ремми вновь натянул улыбку, ту самую, для-фанатов, — это я. Я актер Ремми Уокер, который сыграл главного героя Хордена в этом фильме. Вам понравилось?       — Я не смотрел. Название у дочки на плакате было. Она фанатка той актрисы, что сыграла главную героиню, и все уши мне прожужжала, почему Мейди и Хорден в конце не остались вместе.       — Понятно, — разочарование Уокера росло в геометрической прогрессии. Не сказать, что ему так уж нужна популярность, но когда тебя запомнили не только в качестве твоего персонажа, а еще и лишь из-за рухнувшего пейринга... Ну, это всяк лучше, чем когда тебя узнают по зубной пасте из рекламы, как одного его коллегу. Уокер честно себя пытался утешить этим, но на деле разочаровался лишь сильнее: он-то в свое время рекламировал кошачий корм. Хотя тискать котят ему определенно понравилось.       — О, но сейчас, когда Вы представились... — работник зашевелился, хлопая ладонями по карманам. — Вас моя дочь тоже любит, так что, — немного смущенный ситуацией, он протянул Ремми какой-то листок, — можно попросить Ваш автограф для нее?       Плохого настроения Ремми как не бывало.       — Конечно, — сверкая летним солнышком, ответил он. Быстро черкнув на бумажке заученным движением, Уокер снова напомнил отцу своей вероятной фанатки о проблеме с поиском придурочного фигуриста.       — Ох, точно, дурья моя башка, — тот спрятал бумажку и стукнул себя по лбу. — Раз Вы Ремми Уокер, то, наверно, ищете Каина Эммоса?       «Без понятия».       — Надеюсь, у Вас не было проблем после той драки в баре, потому что у Каина...       «Значит, он, — Уокер попытался запомнить услышанное имя. — Стоп, у него проблемы? Наверно, то исключение, — вспомнил он. — Ай, плевать».       Мужик куда-то пошел, жестом поманив за собой, и Ремми поторопился за ним.       Его привели на трибуны второго этажа и оставили у бортика, показав куда-то на лед. Прежде чем Ремми успел хоть что-то спросить, он уже был один.       «Все же он на работе и не может торчать тут со мной», — напомнил юноша себе и подступил ближе.       Устроившись на бортике локтями, он уставился на круживших по катку фигуристов. Как он и думал, ни одного знакомого лица. Как там зовут его хоть... Каин?       Наконец поймав взглядом нужного парня, Уокер сосредоточился только на нем. Ну нашел он его, что дальше? Ждать, пока дотанцует? Скукотень.       «Хотя танцует он неплохо», — пронеслось в голове. И спешно из нее выветрилось вместе с секундной жалостью, что из-за него этот тип оказался снят с соревнований. Не стоит проникаться жалостью к человеку, что треснул его в подбородок, толком не разобравшись в ситуации. Или это был все же тот мужик?.. Плохо, что сама драка запомнилась ему слабо. Слишком уж стремительной она оказалась для пьяного мозга.       «Но он точно зажал мне тачку», — выпятил губу в наигранной обиде Ремми. И плевать, что в итоге их обоих повезли в полицейский участок.       Вырвавшись из размышлений, Ремми подпер щеку кулаком и продолжил скучающе наблюдать за фигуристом по никак не поддающемуся памяти имени.       «Танцует все-таки неплохо».

***

      Вынырнув из очередного поворота, Каин тут же начал другой. Он не особо думал, что и как делает, просто катался так, как желала душа, и шел за сердцем. Если он сейчас и думал, то совсем о другом. Например, о том, что после той ситуации с дракой было решено, что его заменит двадцатилетний Кевин Блэр. Кевин моложе на пять лет и очень талантлив, но не так опытен, как сам Каин. И его характер… Признаться, они никогда не ладили. Возможно, Кевин просто завидовал, а может, имел на него зуб по каким-то иным причинам. Но что-то Эммосу шептало, что даже без этой глупой драки Блэр постарался бы найти хоть одну причину заменить своего главного конкурента на таком важном турнире. А если не заменить, то хоть подставить или опозорить. Поэтому, наверно, в каком-то смысле даже к лучшему, что все сложилось именно так. Ведь так Эммоса, по крайней мере, опозорил не коллега, а паршивец Ремми Уо…       Краем глаза заметив красную бейсболку, Каин тут же обернулся и, сбившись с шагу и ритма, свалился носом в лед.       «Чертов поганец Ремми Уокер! — злился Каин, поднимаясь и проверяя, не пошла ли кровь. — Почему он здесь? Блин, кровь!»       — Каин! — к нему тут же сорвался Сэнди, смотревший за его тренировкой вместе с Самантой вместо тренера.       «Поверю, что тренер не видел мой позор, — вздохнул Эммос, вытирая нос. — Кстати, странно, что Сэм не подошла с Сэнди. Обычно она — первая, кто…»       — Ты! — ушей тут же достиг злой окрик Саманты. Да уж, вспыльчивую Хейз лучше и впрямь не бесить. — Как ты посмел сюда вообще заявиться?! Из-за тебя Каин!..       Сообразив, что гнев Хейз направлен на Уокера и что идет она именно к нему, Эммос покатил в ту же сторону.       — Сэм, — он схватил девушку за руку, вынуждая повернуться к нему. — Я тут сам разберусь. Можешь идти.       — Но этот гаденыш… — возмутилась Сэм.       — Он пришел ко мне, — мягко заметил Каин. — Так что и говорить с ним придется мне. Все будет в порядке, иди.       Сэм еще немного посверлила актера глазами, а после все же сдалась.       — Ладно, — пробормотала она, послушно удаляясь к уже спешившему к ним Сэнди. — Мелочь, пойдем тоже потренируемся.       — Хорошо! — Гвен тут же засиял лампочкой.       Каин и Ремми остались одни. Разделенные бортиком и взглядами на жизнь, они оба не знали, как завязать разговор, которого не хотел никто из них.       — Не ожидал тебя увидеть так скоро, — честно признался Эммос, бросив на парня хмурый взгляд сверху-вниз. Оказывается, Ремми Уокер ниже его на полголовы. Тот же Сэнди Гвен, к примеру, будучи сверстником Уокера, ростом с самого Эммоса.       — Сам не ожидал, — хмыкнул Ремми в ответ. Каин скептично изогнул бровь. Он думал, этот пацан пришел извиниться, но не похоже, что он тут по доброй воле. Каин слышал, что Ремми слишком гордый, чтобы извиняться первым. Однако в их ситуации именно это ему и придется сделать.       Эммос ухмыльнулся. Кажется, будет интересно.       — Зачем же ты сюда пришел? — он замер перед Ремми, даже не скрывая ехидства ни в словах, ни, тем более, во взгляде. — Не знал, что Ремми Уокеру нравится фигурное катание. Я бы тогда сменил вид спорта.       — Как жестоко, — Уокер сделал вид, что обиделся. Именно сделал: Эммос не мог не заметить ответную насмешку во взоре внимательно изучающих его голубых глаз.       Поняв, что смотрит на него слишком уж долго, Каин перевел взор на бортик между ними. На котором — нет, ну, точно специально, — покоилась ладонь Ремми. Впрочем, стоило Каину на нее взглянуть, как рука тут же исчезла, а сам Ремми отступил на пару шагов.       — Я пришел извиниться, — резко выпалил он. Эммос этого не видел, но Уокер повернул свою бейсболку козырьком вперед, буквально спрятавшись за ним.       «Он-то?» — Эммос даже на миг купился. Ну не могло быть все так просто. Этот мелкий прохвост точно что-то задумал. Осталось только разгадать, что именно.       — Короче. Звиняй, что так получилось. Я уже слышал от директора, что тебя исключили, но это же пустяк, верно?       — Пустяк? — улыбка Уокера внезапно начала его бесить. Он серьезно сейчас? Для него позорная замена кем-то другим — это пустяк? — Ты хоть немного разбираешься в фигурном катании? — взяв себя в руки, решил уточнить Эммос. Он попробует его понять. Правда.       — Не-а, — довольная лыба, будто так и надо. — Как по мне, это отстой.       — В таком случае, — Каин выдавил ответную улыбку, — этот представитель отстоя твои извинения не принимает. Извинения МТ — тем более. Можешь им так и передать.       — Чего? — Ремми сердито свел брови к переносице.       — Чего слышал, — холодно изрек Каин. — А теперь, будь добр, покинь ледовый. Ты мне мешаешь тренироваться.       — Отлично, — усмехнулся и Ремми. — Еще одна минута в обществе такого зануды — и меня стошнит.       — Только не в моем ледовом. Сам убирать будешь.       — О, как раз сейчас хороший угол найду. С видом на тебя, чтоб наверняка получилось.       — Тогда советую встать перед зеркалом.       Парни буквально прожгли друг друга глазами. Помолчав несколько секунд, оба успешно разошлись каждый в свою сторону. Бортик остался в одиночестве. В мыслях обоих мелькнуло недосказанное раздраженное «Придурок».       — Нет, ну, он правда придурок, — рыкнул Уокер уже вслух, выходя на улицу. Винс, сидевшая в машине, поторопилась к нему.       — Как прошло? — рискнула прояснить она. В ответ посыпались возмущенные оскорбления в адрес конкретного фигуриста. — Я поняла, успокойся, — Винс потянула свою звезду в авто. — Давай, выпей свой улун, и поедем в студию.       — У меня есть на сегодня еще планы? — потягивая протянутый ему напиток, поинтересовался Уокер.       — Интервью с Энд-групп.       — Твою ж.       — Не ной.       Авто тронулось, и Ремми сосредоточился на вкусе чая. Сладко.       — Слишком сладко, — буркнул Каин, возвращая свой кофе обратно Лукасу. Тот торопливо отпил и, покривившись, удивленно взмахнул ресницами.       — Да как обычно же, — протянул менеджер, — вообще без сахара.       — Переделай, — припечатал зло Каин.       — Что случилось? — шепнул Лукас Сэнди.       — Приходил Ремми Уокер, — выдохнул тот. Фой переменился в лице.       — Кто? — на всякий случай переспросил он.       — Слышать не хочу это имя, — процедил Эммос. Гвен молча выпал в осадок. Они-то думали, их всегда спокойный и безэмоциональный Каин Эммос действительно спокоен и без эмоций. А тут… В шоке были и правда все. Но Фой, прошедший с ним весь путь до известности, особенно.       — Да как он только посмел, — вспыхнул гневом и Лукас. — Мне догнать его? Поговорить?       — Не стоит, — Эммос вяло махнул рукой.       — Подожди, а с носом твоим что? Вы снова подрались? — вспомнил о своих обязанностях менеджера Лукас. Каин с сожалением подумал, что не вовремя.       — Нет. Стану я его трогать. Я продолжу тренировку, а ты сделай новый кофе.       — Но он же нормальный!       — Нет.       Отключившись от суетливой болтовни Лукаса, Каин сконцентрировался на прерванном танце. Впрочем, как он ни старался, мысли все равно возвращались к противному Ремми Уокеру. Виновник его замены совсем не ощущал своей вины.       Эммос потер ушибленную переносицу. Нос все еще болел, но душевная обида жгла сильнее.       «Я это так не оставлю, — размышлял тем временем Фой, заливая новый кофе. — Каин был так зол… Никогда его таким не видел. Эми совсем не следит за своим актером. Просто так Ремми Уокер не отделается. Нужно будет узнать о его слабых местах и унизить так же, как он унизил Каина».       «Так вот, чего боится наш спокойный Каин Эммос, — с оскалом дьявола Эми листала данные о фигуристе, задевшем ее ранимую, еще совсем зеленую и потому слабую звездочку, ее источник дохода со смазливой и оттого пользующейся большим спросом мордашкой. — Я покажу тебе, как обижать моего Рема. Тебе и твоему тупому менеджеру».       «Да, — ухмыльнулся Фой. — Нужно унизить и Уокера, и его менеджера».       Оба менеджера уткнулись в телефоны в поисках уникальнейшей информации о звездах друг друга.

***

      Каин с равнодушием листал новости в сети, нагоняя сон. Тот упорно не шел, несмотря на второй час ночи, как бы Каин ни старался. А все из-за дурака Лукаса, разбудившего его три часа назад своим звонком, только чтобы сообщить о том, что какое-то там издательство пожелало завтра взять у него интервью. Естественно, потревоживший сон своей звезды среди ночи менеджер был незамедлительно послан нахрен. И вот теперь Эммос сидел за компьютером, глотая кружками кофе, который его, вопреки шаблонам, никогда не бодрил, и залипал в интернет. Ничего нового: его отстранение, замена Кевином Блэром, интервью Ремми Уокера…       — Черт, и тут он, — пренебрежительно фыркнув, Эммос пролистал дальше. Но интервью бесененка Уокера высвечивалось снова и снова, что не могло не бесить. Наконец, решив оставить комп пока вовсе, он переместился с кресла обратно в кровать и достал мобильник, чтобы хоть на соцсети отвлечься. Через секунду чудом не запустив его в стену. Даже в Форлайне от этого паршивца уже не спастись: пост о его интервью высветился первым же в новостной ленте. И на сей раз Эммос не смог пройти мимо, поскольку среди бесполезного ему текста он выхватил собственное имя. Текст мигом показался не таким уж бесполезным.       В интервью у Уокера спросили, что он думает о драке с известным фигуристом-профи Каином Эммосом, и парень ответил, что не думает о случившемся в принципе, ведь он даже без понятия, кто это. Интервью тут же взорвалось насмешливыми комментариями в адрес Каина, хотя «не узнали» именно его.       Каин молча закрыл приложение и набрал номер Лукаса.       — Ты в своем уме? — тот ответил спустя пару гудков кошмарно заспанным голосом. — Второй час ночи! Что случилось?       — Я дам то интервью прямо сейчас, — монотонно заявил Каин. В динамике стало не слышно ни звука.       — …Во втором часу ночи? — уточнил Лукас с сомнением.       — Да. Так что все подготовь.       — Каин, давай хотя бы утром? Сейчас они нас точно пошлют к чертям.       Эммос недовольно погрыз губы, но согласился.       — Ладно, — вынужденно вздохнул он. — Тогда утром сразу к ним.       — Хорошо, хорошо. А сейчас бегом спать! Завтра же не встанешь.       «По чьей милости?»       Сбросив вызов без слов, Эммос поставил будильник и послушно вернулся на подушку. Из-за одной только мотивации сон, увы, не пришел к нему тут же, соизволив явиться лишь спустя два часа. Ну, хоть немного подремать получилось.       Наутро интернет облетела новость об интервью Каина Эммоса, в котором на тот же вопрос он сказал, что его не волнует случившееся, поскольку он все равно был недостаточно готов для предстоящего турнира, а переживать еще и из-за какого-то малоизвестного актера-дилетанта ему совсем некогда.       — Малоизвестный актер, значит, — хмыкнул Ремми, когда они столкнулись в тот же день. Вечером, на церемонии летнего показа новой модной коллекции. Не сказать, что они оба хотели на ней присутствовать — Каин и модой-то не особо интересовался, — однако менеджеры буквально заставили их выйти из своей зоны комфорта и посетить данное нудное мероприятие, чтобы засветиться в сетях и перебить кошмарные сплетни. Для Каина нудное вдвойне: особенно теперь, когда перед ним стоял Ремми Уокер и насмешливо лыбился.       — Проблемы? — Эммос наиграно вскинул бровь.       — Извините, но это — место моего актера, — сохраняя воинственную маску, отчеканила менеджер Уокера — Эми Винс. Лукас, сидевший рядом с Каином, при виде ее заметно напрягся. Ну, у этих двоих своя история, а лично Каина сейчас куда сильнее волновало наличие Ремми, который бесил его одним только присутствием.       — Вашего актера? — Эммос скосил под дурочка. — Кого это?       — Ремми Уокера, — Винс терпеливо жала вежливую улыбку, в любой момент готовую перерасти в откусывающий головы оскал «еще хоть слово против Ремми — убью».       — Да? — Эммос улыбнулся в ответ. — А кто это? Не слышал о таком.       — Я тоже, — поддержал своего фигуриста Фой, театрально прикладывая палец ко рту. — Хотя я в этой сфере уже не первый год… Наверно, этот актер и правда не очень популярен.       — Как будто твоего фигуриста знают все. Толку, что завоевал пару медалей, — тихо фыркнула Винс, переходя на личности. К сожалению, Фой услышал. Но разразиться скандалу помешал Уокер, дернувший Эми, чтобы та помогла ему что-то вбить в интернете.       — Ого, — удивленно протянул он, утыкаясь в мобильник. — Каин Эммос и правда известный фигурист, получивший награду в 20ХХ, 20ХХ и 20ХХ годах! — взор парнишки перешел на самого Каина, скользнув по нему оценивающе и даже не пытаясь это скрыть. — Пусть сидят здесь, Эми, — солнечно улыбнувшись девушке, Ремми потянул ее дальше. — Для меня будет огромной честью занять место, предназначавшееся такой известной персоне. Наверняка ему и место выделили лучше, чем мне, все же я в этой сфере, — быстрый взгляд в сторону Фоя, — как раз таки первый год. Так что пойдем, Эм, скоро начнется показ.       Испепелив друг друга на прощанье взором, проблемные звездные парни наконец разминулись.

***

      — Как же он меня бесит, — проскрежетал Каин, едва вернувшись домой, заглушая свой гнев хрустом корма для Рея, звонко сыпавшегося в миску. — Меня еще никто и никогда так не бесил, Рей, знаешь? Не думал, что вообще смогу кого-то ненавидеть так сильно. Хотя не то чтобы я его прям ненавижу… Но он так бесит!       Рей пропищал что-то свое беличье в ответ и пошагал к еде.       — А хотя что ты понимаешь, — Каин мягко улыбнулся и ткнул в бельчонка пальцем. — Но ты прав, Рей, лучше отвлечься.       Плюхнувшись на кровать животом, Эммос достал телефон. Сегодня он весь день не был в Форлайне, надо бы проверить личку. А заодно и свой профиль просмотреть. Почистить бы его, что ли… Но стоило ему открыть свой аккаунт и нажать на единственную в нем запись — маленького снеговика на курилке, сделанного Россом, — как приложение в очередной раз и как обычно внезапно вбросило ему рекомендацию «друзей», сместив фото снеговика вниз и вынудив Эммоса не свою запись открыть, а подписаться на первого из рекомендательного списка.       — Твою налево, — протянул Каин, когда понял, что только что подписался на человека, о нелюбви к которому распинался минуту назад. Спеша отписаться, Каин открыл злосчастную страницу Ремми Уокера и почти сразу застыл. Среди записей Уокера было ожидаемо много фото и видео с ним самим, но встречались и пейзажи их родного мрачного города, снятые настолько красиво, что невольно закрадывалось восхищение старым добрым Форгом, в котором вроде бы прожил всю жизнь, а все равно нашел, чему поразиться. Одним из таких поражающих кадров для Каина стал снимок моста с видом на маяк, толстым куском яркой радуги и порхающих над ним чаек.       «Красиво, правда?» — гласила подпись под фото.       «Правда», — подумал Каин спонтанно. Тут же вспомнив, зачем вообще открыл профиль этого мелкого поганца. Вспомнив, потому что получил уведомление об ответной подписке.       — Молодец, Каин, ты вляпался по уши, — совсем невесело поздравил себя Эммос, отбрасывая телефон к черту. Свой единственный шанс незаметно отписаться он только что успешно профукал.       — Какого черта он делает? — Ремми, чистивший зубы, удивленно глядел в экран стоявшего у зеркала мобильника, из которого орали хиты этого года. — Сначала грубит, а потом добавляется? А, шут с ним, тоже подпишусь.       Нажав нужную кнопку, Ремми продолжил готовиться ко сну, размышляя о том, как много всего веселого он теперь сможет сделать.