Не растрать себя понапрасну

Тим стоял в темноте и смотрел на два пульсирующих шара света. — Дрэйк? Черт. Дэмиана не должно быть здесь. Это ведь сознание Тима, как может кто-то чужой проникнуть в него? А, черт, конечно может. Видимо, эта сила каким-то образом соединяет оба разума в какое-то особое психическое пространство. Тим вспомнил, как он мог ощущать эмоции Тита, когда забирал его свет. Видно, животное сознание более рассеянно, чем человеческое. Именно поэтому он сейчас видит своего брата перед собой, чуть позади двух мерцающих шаров. — Дрэйк, что ты здесь делаешь? Отвечай. «Тебя совсем не волнует, где ты находишься, но тебя так сильно раздражает мое присутствие?». От этой мысли Тим грустно улыбнулся. Мальчик же неожиданно дернулся, как будто ему дали пощечину, и судорожно завертел головой. — Что… это не… что это значит, Дрэйк?! Тим удивленно поднял брови. «Он… слышит мои мысли?» — Твои мысли?... Дрейк, что происходит, отвечай! «Что ж. Теперь все ясно». — Какого черта тебя ясно?! Объясни немедленно, ты, ничтожный… — Дами, что последнее ты помнишь? — Тим не стал дослушивать оскорбления мальчика. Дэмиан, хотел возмутиться, что его так нагло перебили, но некоторая растерянность заставила его просто послушаться брата. Он глубоко задумался. Тим терпеливо ждал — он не хотел его пугать понапрасну. Нужно, чтобы Дэмиан с ним сотрудничал. Так помочь ему будет легче. — Я… — начал Дэмиан неуверенно. — Я помню, как мы что-то расследовали и попали в засаду. Я спрятался, а тебя забрали. Я их выследил. Там были еще люди. Мы их спасли? — Тим утвердительно кивнул. — Хорошо…. хорошо. Мы не успели сбежать. Там была бомба. А дальше… Не могу вспомнить. Дэмиан снова нервно осмотрелся по сторонам, а потом взглянул на брата как-то по-детски испуганно и расстроено. — Мы мертвы, да? Тим покачал головой. Иногда так легко было забыть, что Дами еще совсем ребенок. Ему всего двенадцать лет, и ему страшно умирать. А умирать во второй раз? Должно быть невыносимо больно. — Ты спас меня, — тихо, словно признаваясь в самой сокровенной тайне, сказал ему Тим. — Из-за взрыва рухнул потолок. Ты закрыл меня собой. — Какая чушь. После такого не живут. Тебя могли бы еще вытащить с того света. Но я уже мертвец. Так? Тон мальчика был наполнен глубокой грустью, но одновременно был абсолютно спокоен. От этого еще сильнее сжалось сердце. Ребенок не должен так просто относиться к смерти. Не должен принимать ее как решенный факт. Это неправильно, болезненно странно. Одно дело жертвовать собой ради другого, приняв решение отдать свою жизнь. Одно дело убить себя, решив, что существование слишком болезненно и бессмысленно. Но совсем другое многие годы осознавать свою смертность, ждать смерть как нечто неотвратимое, нечто непременно свершенное где-то в будущем. Ни один ребенок не должен думать о своей смерти. Тим… знает это на своей шкуре. Поэтому он ласково улыбнулся младшему брату, сделал шаг вперед. — Все будет хорошо, Дэмиан. Ты не умрешь. — Тт. Ты вряд ли над этим властен, Дрэйк. Меня… уже не спасти. Я это знаю. На последнем слове голос Дэмиана задрожал. Он опустил голову, отвел в сторону взгляд. Было понятно: еще чуть-чуть и даже его непробиваемая броня треснет. Он держался только из-за нежелания терять лицо перед братом соперником. Будь он один, то уже расплакался бы. — Я могу тебе помочь. — Как? — Это… сложно объяснить. Просто доверься мне. Дэмиан резко поднял голову и посмотрел на Тима. В его глазах уже не было прежней печали – только пламя необузданной ярости. Он вскинул руку и указал пальцем в сторону брата. — Довериться?! Ты просишь тебе довериться?! Это из-за тебя! Это из-за тебя мы оказались на том складе! — Тим молча слушал крики мальчика, не пытаясь защищаться от острых как ножи слов. — Это ты попался! Это ты не смог вовремя вырваться! Ты!.. Ты даже замок взломать не смог! Обычный чертов замок! — Тим молчал. — Это все твоя вина! Это из-за тебя я умру! В конце голос Дэмиана сорвался на хрип и он судорожно всхлипнул. Изо рта Тима вырвался какой-то несчастный плаксивый стон, но кроме этого он не издал больше не звука. Он понимал, что Дэмиан абсолютно прав. Тим был слишком самоуверен. Тим провалил миссию. Тим должен был сегодня заплатить жизнью за свои ошибки. Но он чуть не утянул за собой в могилу младшего брата. Этому нет прощения. Дэмиан взял под контроль свою ярость. На вид он снова был спокоен и собран, но сжатые добела кулаки красноречиво выдавали сдерживаемые им эмоции. — Ты абсолютно некомпетентен. Отец держит тебя только из жалости, а ты этим пользуешься. Считаешь себя настоящим воином. Но ты лишь позоришь нашу семью, Дрэйк. Слова, холодные, полные яда, пронзили сердца Тима. Ему самому захотелось заплакать. Хотелось закричать: «Я знаю, я сам все это прекрасно знаю!». Но он смолчал. Не было необходимости сейчас рвать на себе рубашку и посыпать голову пеплом. Времени и так не хватало. Поэтому он ограничился лишь легкой самоуничижительной улыбкой и, не глядя больше на Дэмиана, сказал: — Я честно знаю способ, как все исправить. Но я не могу объяснить это в двух словах. Просто… просто поверь, пожалуйста. В последний раз. Если… если ты так уверен, что… умрешь, — Тим неловко проглотил последнее слово, не желая произносить его или слышать, или даже думать о нем, — если ты уверен, что тебе терять? Дэмиан хмуро смотрел на подростка. Ему явно не хотелось отдавать Дрэйку хоть какой-то контроль над ситуацией, особенно не понимая, что тот собирается предпринять. Но, после недолгого раздумья, все же позволил ему попробовать: — Тт. Делай, что хочешь. Тим кивнул и протянул руки к двум пульсирующим шаром. Один из них был его – ярко оранжевый. Он уже успел изучить свой собственный свет. Второй был такого же размера, но более холодного желтого оттенка с примесью зеленого по краям. Этот свет был слишком теплым на вкус Тима, даже, можно сказать, обжигающим. При ближайшем рассмотрении его контуры оказались размыты, а сам свет, хотя по форме и напоминал окружность, был каким-то рассеянным. Тим нахмурился. Это было… неправильно. Словно симптом болезни. Но ничего, он сейчас это поправит. В этот раз нужно было перелить энергию от себя, причем еще и направляя ее в нужное русло. Процесс оказался намного более трудоемким, чем его представлял себе Тим. Отдавать всегда тяжелее, чем принимать. Но он не ожидал, что это будет так… неприятно. — Дрейк, как…что… что происходит? Усталость накатила так быстро, словно каждую секунду он лишался литра крови. Тело словно говорило ему: «Ненормально. Неправильно. Прекрати». Но Тим, скрепя зубы, продолжал. Дэмиана нужно было спасти любой ценой. Пару недель постельного режима в обмен на жизнь младшего брата? Ничтожная цена. «Нет, Тим, не заблуждайся» — мелькнула в его голове мысль. — «Ты не отделаешься простой болезнью. Это путь в один конец». — Дрэйк, я думал, мы установили, что я слышу твои мысли. Немедленно объясни, что происходит. Но Тим не отреагировал на слова Дэмиана. Не мог отвлекаться. Требовалась слишком большая концентрация. Теперь, касаясь внутреннего света, он как никогда почувствовал, как близко на самом деле его брат был к могиле. Это чувство холода и пустоты — так живые не ощущаются. Словно мальчик был на краю пропасти — один шаг – и уже не спасти. Тим чувствовал, как истощается его свет. Как его собственное сознание не выдерживало транса и пыталось ускользнуть в пустоту. Только благодаря невероятному природному упрямству ему удавалось продолжать лечить Дэмиана. Он четко понимал,: если упустит нить колдовства сейчас – спасти их обоих будет уже невозможно. Тим просто напрасно отдаст свою жизнь. —Дрэйк, если ты решил свести себя в могилу, то просто дождись, когда я умру. Немедленно прекрати. Тим снова его проигнорировал. Дэмиан не собирался больше смотреть. Он хотел подойти к брату, но… просто не мог приблизиться. Каждый шаг, казалось, отдалял их еще больше. Расстояние оказалось непреодолимым. — Тт, Дрэйк, не будь дураком! Ты убиваешь себя! Ха. Тим это прекрасно знал. Он был готов. Еще когда Марта кричала ему и Томасу оставить эту опасную затею. Он знал на что шел. Он должен был сегодня умереть, а не Дэмиан. Он не позволит судьбе отнять его брата у семьи. Брюс и Дик просто не переживут его потерю еще раз. — Ты думаешь, они твою смерть смогут пережить?! Отец с ума сойдет от горя! А Ричард будет до конца жизни винить себя! — Дэмиан отчаянно кричал, не оставляя попыток добраться до Тима, но тот его уже просто не слышал. Удерживаться на плаву Тиму становилось все сложнее. Он чувствовал, как последние искры света ускользают сквозь пальцы. Все. Ему уже нечего было отдать. Он бессильно опустил руки и вяло посмотрел на Дэмиана. На лице того было выражение дикого ужаса и горя. Он испуганно смотрел на Тима своими огромными зелеными глазами, и тихо блеял: — Дрэйк… Тимоти… что ты сделал? Тим ласково улыбнулся ему. — Теперь… все… будет хорошо. — Да. Мы тебе поможем. Будь уверен, ты не умрешь. Я не позволю. Тим не ответил. Сил уже не было. Он уже знал: его не спасти. Свет слишком истощен, его не восстановить. У него не хватит энергии впитать чужой свет. Для такого требуется особая концентрация. Он не выдержит. Но вдруг, где-то на краю памяти всплыло что-то… что-то тусклое. Воспоминание? О чем? Не распознать. Он не мог разглядеть ясно. Но одно слово, одно имя, казалось, само скатилось с языка, и Тим уже не мог его остановить. — Джон… Константин… И тут сознание померкло окончательно.