Позволь войти в твой дом

Дом был огромным. К главному входу вела лестница с красивыми узорами на перилах. Весь особняк состоял из каких-то странных тёмно-красных камней, да и форму имел забавную: несколько этажей где-то пересекались с двумя башнямии и тёмно-коричневой крышей, а на последней были даже окна. Словно замок из сказок мамы. У нас в деревне только староста и кузнец могли себе позволить больше одного этажа в доме. Я покачал головой, чтобы отогнать воспоминания о тех плохих людях. Они мертвы, и это самое главное. Повернувшись, увидел, как стоящий около кареты мужчина в капюшоне что-то говорил красивому рыцарю. Тот хмурился, но спокойно кивал. Потом он поклонился и подошёл к коню. Одним рывком мужчина запрыгнул на скотину и ускакал. Не знаю, сколько смотрел на его сверкающую в доспехах спину, но видимо долго. После того, как рыцарь скрылся, я почувствовал руку на своём плече. — Грей, пошли со мной, — сказал "капюшон". Я упорно отказывался звать этого человека по имени, даже в мыслях. Мы двинулись к большой двери дома. Там нас уже встречала странная женщина. Она была одета в чёрные штаны и такого же цвета кофту. Вещь была не из шерсти, а из какой-то красивой блестящей ткани, и ещё у этой странной одежды были две пуговицы. Под причудливой кофтой я увидел белую-белую рубаху, а на руках такие же белые перчатки. Русые волосы женщины были завязаны в пучок. Она легко поклонилась "капюшону", и я видел, как её спокойные светло-карие глаза смотрели на меня с какой-то нежностью, из-за чего тело поёжилось. Затем, присмотревшись, мне удалось разглядеть на лице жещины морщины, а в волосах седину. — Мы рады видеть господ. Прошу, — она мягко улыбнулась, повернулась и открыл дверь. Там, в огромной ярко освещённой комнате стояла лестница ведущая на следующий этаж. К ней был проложен красивый синий ковёр, а по обе его стороны стояли слуги. Мужчины и женщины, все были в тех же чёрных штанах и кофтах, что и на старой женщине. — Вот мы и дома, Грей. Пока ты будешь жить здесь, надеюсь, тебе понравиться и ты решишь остаться, — проговорил мужчина. Я посмотрел на него и увидел, как тот снимает сначала капюшон, а затем плащ. Лёгким движением он передал свою накидку слуге. Если светловолосый мужчина, которого я видел снаружи был просто красив, то этот был очень красивый. Его чёрные чуть кудрявые волосы спускались до плеч, белая кожа, без единой родинки и веснушек сверкала под светом. "Капюшон" был словно идеальной куклой, которую я когда-то видел на представлении в соседнем городе. Прекрасный, будто из сказки. Но потом мы пересеклись взглядами. Голубые, бездонные дырки —- вот моё впечатление. Хотя глаза и имели странную форму, чем-то напоминающую миндаль, но почему-то казались страшными. Однажды в лесу я видел ворона, который впивался в разлагающиеся остатки зайца. Из его клюва висели какие-то внутренности и капала какая-то странная жидкость. Тогда наши взгляды также пересеклись. Меня замутило. — Ты как? Я даже не заметил, как мужчина оказался около меня. Он присел на корточки и посмотрел на моё лицо в бинтах. "Капюшон" нахмурился. — Ванда, проводи Грея до его покоев, а потом дай настойку. Как станет легче, подайте обед и смените бинты, — мужчина встал и направился к лестнице. — Меня не будет до ночи, так что вся забота о ребёнке на тебе. Хозяин дома скрылся за поворотом, а я остался в окружении слуг. — Молодой господин, не могли бы вы пройти со мной? Я провожу вас до комнаты, — сказала женщина, которая нас встретила у дверей, она же Ванда. Я кивнул и последовал за ней. Поднявшись по лестнице, мы попали в красивый коридор. Окна занавешенные шторами, картины пейзажей на стенах, длинный узорчатый ковёр — всё это выглядело просто, но я понимал, что эти вещи стоили огромное состояние. Мы подошли к двери из тёмного дерева. — Молодой господин, мы пришли. Здесь хозяйское крыло. Самая дальняя дверь, — Ванда указала на конец коридора. — Ведёт в комнату господина Дилана. Если у вас что-то произойдёт посреди ночи, вы всегда можете прийти к нему. Женщина повернулась и открыла дверь. — А это ваша комната. Вы вольны делать здесь, что пожелаете. Первое, что меня привлекло — это огромных размеров кровать около одного из трёх окон. Для меня это было чем-то невероятным, особенно в сравнении с той маленькой скамейкой, на которой мне приходилось спать последние годы. Из мебели в комнате были шкафы с книгами, несколько кресел в разных местах, письменный стол со стулом, похожий на те, которые я видел в школе при церкви и сундук. Всё было в бежевых и серебряных цветах, а вместе со светом у меня создавалось ощущение какой-то лёгкости. — Господин распорядился подготовить для вас эту комнату. В будущем вы сможете изменить её под себя. Ванда помогла мне снять плащ и переодеться в какую-то странную мягкую обувь. Потом она ушла, а я остался один. В тот момент из-за тошноты в тот момент было всё равно на окружающие меня вещи, поэтому недолго думая, с громким "бах" упал на "облачную" перину — иначе я назвать это не мог. Ноги свисали, а лицо утопало в одеяле. В этот момент я понял, что в приюте мне точно не удастся спать в подобном месте. Но оставаться в доме было страшно, пугали не слуги с Вандой, а сам хозяин. Его присутствие вызывало страх, не уверен, что смогу жить рядом с ним. А ведь в трактире такого не было. Пока лежал, услышал, как дверь открылась. Пришлось приподняться, там я увидел Ванду. Она подошла ко мне с подносом, на котором стояли стеклянный стакан и бутылка. В последней была странная жидкость с различными травами. Женщина ловко расставила содержимое подноса на столик у кровати, после чего налила часть бутылки в стакан и подала мне. — Молодой господин, прошу, выпейте настойку и ложитесь отдыхать, — тут она оглядела меня и прикрыла рот рукой. — Мой господин, простите меня, я совсем забыла, что вам нужно переодеться. Ванда прошла к шкафу и достала из него просторную белую рубашку и коричневые штаны. Я же с интересом наблюдал за ней, потихоньку попивая настойку. В отличие от той, что дал мне "капюшон", эта не была настолько противной на вкус. Можно даже сказать освежающей. Женщина подошла ко мне и аккуратно разложила вещи на кровати. — Молодой господин, позвольте помочь вам переодеться. Она забрала из моих рук стакан, а потом помогла мне снять утеплённую рубаху. Потом надела на меня новую. В тот момент, когда женщина потянулась к штанам на кровати, я моментально схватил их. — С-сам… Я сам переодену штаны. Ванда лишь улыбнулась, после чего поклонилась и ушла. Быстро сменив одежду, я вновь плюхнулся на кровать. После лекарства так захотелось спать. Стоило голове оказаться на подушке, как тут же разум покинул меня. Сколько я проспал, сказать не мог, но в итоге проснулся. Медленно приподнялся на локтях, после чего мне удалось нормально сесть. Первое, на что упал мой взгляд, оказалось окном. Стоял розовый закат. Раньше никогда не мог себе позволить такого длинного сна. А это было в обычные дни, когда к матери не приходили посетители. Когда появлялись последние, то частенько приходилось уходить из дома. Летом было хорошо, тепло, так что в это время года я выходил на улицу с удовольствием. Мне нравилось чувство свободы, которое появлялось в тот момент. Все проблемы исчезали, создавалось ощущение, что кроме меня и леса больше никого не было. Я чувствовал землю с растениями, их жизнь и силу. Но другое дело зима. В это время всё спит, и тогда я оставался один. Пустой и безжизненный. Холод пробирал до костей, но пойти домой не мог, да и не хотелось. Тут дверь тихо открылась. На пороге стояла Ванда. Она улыбалась. Так тепло и уютно. — Молодой господин проснулся? Это хорошо, нам нужно обработать ваши раны и сменить бинты. Женщина принесла все нужные вещи и положила их на столик. Она помогла мне сесть на край кровати. Слуга уже хотела прикоснуться к моим бинтам, но подсознательно я отодвинулся. — Господин? — Я-я… Мой голос дрожал. Мне не хотелось, чтобы эта женщина видела их. Она такая нежная, такая тёплая, словно луч солнца летом. А я… Я такой грязный. В голове загрохотали голоса. "УБЛЮДОК!" "ТВАРЬ!" "СЫН ШЛЮХИ!" Они не утихали, лишь с каждым словом становились громче и громче. Я зажмурился и закрыл уши руками. Лишь бы это прекратилось. Но тут до меня мягко коснулись. Эта была Ванда. Она ласково поглаживала меня по голове. — Молодой господин, позвольте мне избавить вас от боли? Я открыл глаза и посмотрел на неё. Она всё ещё улыбалась, но по-другому. С какой-то грустью. — Если хотите плакать, плачьте. Нечего ребёнку сдерживаться. Ванда приобняла меня. Я почувствовал лёгкий молочный запах от её кожи. Почему-то вспомнил маму, хотя та пахла цветами, которые собирала летом в лесу, а потом высушивала. В этот момент по щекам градом неслись слёзы. Это был второй раз за последние дни, когда рыдал. В первый я заплакал над трупом мамы. *** Часы пробили полночь, но свет в доме всё ещё горел. Спустя недолгое время входная дверь открылась и на свету появился черноволосый мужчина. Вид у того был измученный. Дилан снял свой плащ и передал его Ванде. Дворецкий со спокойным лицом взяла из рук своего господина верхнюю одежду. Мужчина заметил, что его подчинённая чем-то обеспокоена. — Быстро же он тебе открылся, — подметил маг. — Хах, вы на это и надеялись, господин, — она ухмыльнулась. — Совсем как господин Иадор. Ванда тяжело вздохнула. Дилан же посмотрел вверх и о чём-то задумался. — Как себя чувствует Грей? — Ему лучше. Он выпустил пар и я спокойно обработала его раны. Сейчас молодой господин спит, — женщина улыбнулась. — С вами мне пришлось налаживать контакт два месяца. Помню, как вы, будучи двенадцатилетним мальчишкой прятались от меня по всему особняку, а вашим излюбленным местом была крыша. Куда время бежит?.. — Говоришь, как старуха, — промурлыкал Дилан. — Господин! Как вы могли сказать подобное даме?! — крикнула Ванда, но в её голосе слышались отголоски смеха. Улыбаясь, Верховный маг поднялся по лестнице и скрылся за поворотом. Женщина всё это время молча смотрела, как тот удаляется. Тихо, почти шёпотом она сказала: — Я очень хочу, чтобы вы обрели счастье, господин Дилан. Вы станете прекрасным отцом для мальчика.