part 3
4 июня 2022 г., 12:00
— Нет, я не отправлюсь за ней.
ТАРДИС издала тихий, скулящий звук, что несколько насторожило Доктора, потому что она не уверена, что когда-либо слышала его раньше за все годы их совместного путешествия.
— Не суетись. Она сказала, что хочет побыть некоторое время порознь. Я просто… даю ей то, о чем она попросила.
ТАРДИС издает серию довольно раздраженных звуковых сигналов. Корабль редко говорит так громко, вместо этого она в основном общается посредством телепатии, из чего Доктор делает вывод, что та, должно быть, действительно расстроена.
— Что? Она уговаривала пойти за ней? Не смеши меня, она даже не хотела смотреть на меня! — Доктор издает протяжный и тяжелый вздох. — Я просто снова взяла и все усложнила. Видимо, это единственное, в чем я лучше всего разбираюсь.
ТАРДИС снова издает звуковой сигнал, на этот раз более высокий. Доктор считывает это за согласие.
— Знаешь, обычно ты меня успокаиваешь и говоришь что-то вроде «Нет, Доктор, ты поступила правильно, предотвратив обреченные отношения до того, как они начались». Что ж, на этот раз я этого не получу, да?
Она воспринимает молчание ТАРДИС как твердое «Нет».
— Тогда… — она бесцельно и нервно ходит вокруг консоли. — Может я могла бы… просто вернуться через неделю. Может быть, к тому времени Яз забудет об этом.
Пауза повисает в воздухе, пока Доктор обдумывает это.
— Возможно, нет. А может быть мне стоит пойти за цветами?
ТАРДИС снова издает звуковой сигнал.
— Да, ты права, это ужасная идея, — Доктор морщит нос. — Но Яз так любит гвоздики… — она качает головой, пытаясь взять себя в руки. — Так, сфокусируйся, Доктор. Необходимо сосредоточиться. Как мне вернуть Яз?
Очевидный ответ, конечно же, прямо перед ней. ТАРДИС даже не нужно ничего говорить.
— Ну, кроме очевидного, я имею в виду, — говорит она, поправляя себя.
Корабль снова молчит.
— Ладно, — она проводит по волосам. Они явно становятся длиннее — ей стоит подстричься? Опять нет фокуса. Сфокусироваться. — Я не знаю, что делать, правда. Я не…слишком хороша в этом. И никогда не была. Со времен Сары Джейн я…
Доктор чувствует корабль в своем сознании, который пытается утешить ее, соединяясь с ней так, как никто другой во Вселенной. Это так сильно напоминает ей дом — дом, который она потеряла, потом нашла, а потом снова потеряла.
— Полагаю, я просто не могу ничего с собой поделать. Но я действительно пыталась избежать этого, понимаешь? Не очень получилось, в конце концов. И не получится.
И в самом деле, как этот план вообще мог сработать? Ясмин Кан со своей лучезарной улыбкой, прекрасным певческим голосом и тем, что она делает своими глазами. И то, как она светится. Абсолютный свет. Этот дрянной план развалился в тот же момент, когда Яз согласилась остаться с ней.
Пока она одна, на мгновение Доктор позволяет себе сделать нечто опасное — что-то глупое. Она воображает. Позволяет себе мечтать о том, какой может быть жизнь в идеальном мире, где у нее есть время. Может быть, не навсегда, но там у нее больше времени, чем есть сейчас.
Она и Яз продолжали бы делать то же, что и сейчас — вместе путешествовать по Вселенной. Но Доктору не приходилось бы бороться с желанием все время держать ее за руку. Она даже могла бы целовать ее, когда хотела бы.
Эта мысль стала навязчивой. Она еще никого не целовала в этом теле, с таким лицом.
В каком-то смысле первый поцелуй. Не ее первый поцелуй, но ее первый поцелуй с Яз, и это, в конце концов, то, что сделало бы его особенным. Вероятно, это было бы слегка неловко — оказывается, она так и не преодолела неловкость, которая у нее была, когда она впервые регенерировала — но, во всяком случае, это только заставляет ее хотеть этого еще сильнее. Неловкое начало новых отношений давно так сильно не манило ее, очень-очень долго. Это вызывает у Доктора головокружение. Чувство молодости, несмотря на то что она так далека от нее.
И, может быть, они могли бы периодически возвращаться сюда. Навещать семью Яз. Доктор как-то сказала, что она никогда не вела домашнее хозяйство и в целом это как-то не для нее, и в какой-то степени это правда, но она думает, что могла бы сделать исключение ради Яз. Кроме того, ей нравится семья Яз, и она особенно благодарна ее родителям за то, что они принесли жизнь такой удивительной девушке.
Но даже в ее собственные фантазии, как всегда, врывается жестокая реальность. Как и всегда, даже если ей и удастся сохранить Яз в безопасности, остаться с ней, она сама не сможет сохранить свое лицо, оно снова изменится. И еще много раз. Яз никогда раньше не видела, как она регенерирует. Что она подумает? Изменятся ли ее чувства?
Если пророчество Времени верно, в чем она больше, чем уверена, то ее перерождение произойдет очень скоро. И часть ее надеется, что Яз не увидит этого. Она не знает, сможет ли вынести разочарование в ее глазах. Это был бы не первый раз, когда спутница почувствовала внутренний конфликт после того, как стала свидетельницей регенерации.
В неизбежном конце даже самых глубоких ее фантазий всегда одна и та же проблема.
— Ты ведь тоже это чувствуешь, да? — громко бормочет Доктор, нарушая тишину. — Что мое время с этим лицом на исходе.
ТАРДИС снова молчит, но этого вполне достаточно для Доктора.
— Я не хочу снова меняться, — говорит она, и ее сердце болит с каждым ударом. Она впервые сказала это вслух, впервые призналась себе в этом. Она так старалась не думать об этом, похоронить это глубоко в себе, но правда никогда не перестанет преследовать ее, сколько бы лиц у нее ни было. — Не сейчас. Не так быстро.
Доктор опускает голову на руки, ее тихие рыдание эхом отдаются в пустоте ТАРДИС.
***
— Ты снова была с Доктором? — Да, и что? Разве это такая проблема? — Яз выпаливает в ответ, слишком быстро и небрежно. — Нет, — говорит мать, поворачивая к раковине. — Это не проблема. Ты уже давно выросла, Яз. Ты можешь делать то, что посчитаешь нужным. Но ты все еще живешь здесь, знаешь ли. Яз поднимает взгляд от тарелки, которую вытирала полотенцем. — Это такой способ сказать, что мне пора подыскивать свое жилье? Наджия принимает обиженный вид после такого обвинения: — Ты же знаешь, что это неправда. У тебя всегда есть дом. Но разрываясь между работой и Доктором, ты редко заглядываешь домой, и… — И ты боишься, что я снова убегу, — кивает Яз. — Я знаю. То же самое мне сказала Соня. Наджия вздыхает, выключая воду, что Яз воспринимает как знак того, что сейчас у них может состояться разговор, о котором она может позже пожалеть. — Я просто не могу не волноваться о тебе. Но я знаю, что ты уже взрослая, и я просто хочу убедиться, что ты счастлива. Я ведь заметила, что с появлением Доктора ты действительно стала…счастливее. — Ну…да, — говорит Яз после секундного размышления, потому что несмотря на все чувства, что сейчас бушуют внутри нее, она не могла отрицать этого. — Доктор была…потрясающей. Она и есть потрясающая. Не знаю, что бы я делала без нее, правда. Где бы и кем бы я была без нее. — Видимо, она важна для тебя. — Ага, — через мгновение говорит Яз. — Конечно, это так. Но просто… Она чувствует на себе взгляд, побуждающий ее продолжать. Яз судорожно вздыхает. — У нас просто…есть некоторые разногласия. О…нас, наших отношениях и тому подобном. Это не было ссорой, мы просто…не пришли ни к чему. И я сказала ей, что хочу вернуться ненадолго домой, а теперь я просто… Мне кажется, что этим я заставила ее думать, что больше не хочу ее видеть. — Я уверена, что это не так, она так не думает. — В том то и дело. Иногда я вообще не могу понять, о чем она думает. Помнишь, когда она исчезла на все то время? На десять месяцев? Выражение лица Наджии сразу сказало о том, что она действительно не хочет вспоминать те времена, и Яз не винит ее. — Я помню. Ты почти не приходила домой. Ты была почти безутешна. Я так боялась за тебя. Что-то в тоне матери заставило сжаться все внутренности Яз, все скрутилось в один большой комок. После того раза она поклялась, что никогда больше не заставит свою мать так волноваться. — Извини. Я не хотела заставлять тебя волноваться. Но все это время, что ее не было, я искала ее. Она из тех людей, которые могут просто исчезнуть без предупреждения на долгие месяца, и иногда…иногда я боюсь, что если я буду в разлуке с ней слишком долго, то я потеряю ее навсегда. После этого выражение лица ее матери превращается в нечто более теплое — на нем появляется знакомая улыбка. — Ты очень заботишься о ней. Вполне естественно, что ты беспокоишься из-за всего этого. — В том-то и дело, что я не…я не знаю, чего от меня хочет Доктор. Я просто хотела бы знать, как сделать ее счастливой. — Ты не умеешь читать мысли, Яз, — нежным, как и всегда, голосом сказала Наджия. — И это нормально. Ты не можешь решать, как исправить ее, или быть той, кем ты для нее не являешься. Исправить ее? Это то, что она правда пыталась сделать? — Я не пытаюсь исправить ее, мам, я просто… — она в раздражении вскидывает руки. — Я не знаю! Я не знаю, что делать. — Может быть, просто попробуй быть честной? — советует мама. — И я имею в виду очень честной. Даже если трудно что-то сказать. Мне кажется, что у Доктора проблемы с общением. — Ты даже не представляешь, — Яз сухо усмехается. — Значит, у вас с ней есть что-то общее. Но тебе стало лучше. Может быть, ты сможешь научить и ее чему-то. Яз улыбается от этих мыслей. Она, учащая Доктора чему-то новому. — Да. Может быть, я и правда смогу.***
Дело в том, что, в конце концов, Яз не уверена, насколько «честнее» она может быть. Дэн никогда прямо не признавался, что сказал Доктору о ее чувствах, но ему и не нужно было этого делать. Она просто знает это, и Яз готова поспорить, что Доктор, вероятно, заподозрила что-то до того, как Дэн сказал ей. Но опять, может быть, в этом как раз и дело. Доктор узнала о ее чувствах от кого-то другого. Возможно, она хочет это услышать непосредственно от нее самой. Яз не совсем уверена в том, чего на самом деле хочет. Она знает, что Доктор не может дать ей вечность. И действительно ли вечность обещана кому-то — человеку или кому-то еще? Она также не может заставить Доктора выбрать ее. Но если Доктор вообще не может путешествовать с ней наедине, если пребывание с ней действительно причиняет столько боли, то решение об их будущем должно быть принято, и оно должно быть принято быстро. Однако, как бы ей ни хотелось броситься на поиски ТАРДИС, она все же вернулась повидать свою семью, поэтому она полагает, что ей не стоит снова убегать так скоро. Вместо этого Яз мучится во время очередной бессонной ночи. Она несколько раз задумывается о том, чтобы позвонить Доктору, но в конце концов не может заставить себя нажать кнопку вызова. Ответ ли вообще ей Доктор? Да, конечно — она ответила бы, всегда отвечает — обычно из страха, что наступает конец света. Снова. Но нет, конец света не наступает. Но Яз смогла бы снова услышать ее голос, который так был ей нужен. Она не уверена, стало бы ей от этого лучше или хуже. Она вздыхаает, снова отбрасывая все эти мысли, ворочаясь в своей постели. Отсутствие тихого гудения ТАРДИС, которое так много ночей убаюкивало ее, делает тишину ее спальни раздражающей. Это почти выводит ее из себя. Но в итоге она впадает в беспокойный, слабый сон. И, как и большинство ночей, ей снятся галактики, далекие планеты и улыбка Доктора.
