Твоими глазами III ЗА ГРАНЬЮ РЕАЛЬНОСТИ

Полтора года спустя

Тончайшая полупрозрачная рубашка, соскользнув с загорелых плеч, упала к ногам, и парень, не глядя, перешагнул через неё, запрокидывая голову, подставляя лицо ласкающим лучам. Как же он обожает утро! Как же любит жизнь! — Бог мой… — неожиданно раздался над ухом вкрадчивый томный шёпот, — что это у тебя на спине? — Моя спина? — не понял Джон, дёргаясь и пытаясь ухватиться ладонью за свои лопатки, — Что на ней? — Роскошный южный загар и мои руки, — с коротким низким смешком Тэхён развернул его лицом к себе, обнимая, целуя в нос, — доброе утро. — Доброе утро. — улыбнулся супруг. — Наслаждаешься одиночеством, крошка Гуки? — Тэхён лукаво сощурился. — Ох, — Джон закатил глаза и протяжно выдохнул, — и не говори. После того, как мы переехали на остров, каждый, кто хотя бы косвенно с нами знаком, считает своим святым долгом навестить нас во что бы то ни стало и гостить здесь неделями. Ever heard of personal space, motherfuckers?! * *О личном пространстве не слыхали, мать вашу?! — Да ладно тебе, пупс, — душевно расхохотался Тэхён, — они же не в нашем домике останавливаются. Мы с тобой, можно сказать, выступаем в роли местных достопримечательностей, привлекая сюда туристов. С нашими гостями тут продажи вырастают втрое. Серьёзно, здешнее правительство нам ещё спасибо скажет и награду даст за вклад в культуру и экономику острова. — Дурак, — фыркнул Джон, куснув мужа в плечо через футболку. Тэхён опять засмеялся, наблюдая за выражением его лица. Тот старался быть строгим и непоколебимым порой, когда ворчал и капризничал, не подозревая даже, что со стороны выглядит до безумия милым и таким влюблённым, каждый раз заглядывая в глаза Тэ преданным щенком. — Почему ты голенький? — парень шустро перевёл тему в интересующее его русло, игриво облизывая нижнюю губу. — На мне купальные шорты, — Джон выгнул бровь. — Разве? — промурлыкал Тэхён, в наглую просовывая большие пальцы под широкую резинку чужих шорт и медленно оттягивая вниз. Щёки Джона вспыхнули. Отвернувшись, он сглотнул. — Т-тэ, я… Я собирался пойти поплавать… Тэхён довольно ухмыльнулся такой реакции. Вместе столько лет, а у его возлюбленного всё ещё чертовски хорошо получается строить из себя недотрогу и саму невинность, несмотря на то, что в области паха уже вырос заметный бугорок. Туда-то Тэ и примостил ладонь, невесомо поглаживая. — Как насчёт поплавать вдвоём? — Я… хм… ну… — мямлил Джон, захлёбываясь слюной, — т-ты же знаешь… — Папа! — пронзительно и требовательно закричали из спальной, — Па-па! Мигом позабыв про Джона и свои на него планы, парень помчался на зов. — Кто тут у нас проснулся? — Тэхён наклонился и протянул руки, подхватывая малышку и звонко целуя в круглые щёки, — Ну, здравствуй, моя радость. — Папа! — повторила Хэпи, трогая пальчиком его густые брови, вызывая широкую, счастливую улыбку. — Я уже говорил тебе, что это как минимум странно? — Джон налёг на дверной косяк, неодобрительно качая головой, — Джексону едва ли понравится, что его ребёнок зовёт папой тебя. — Джексону не обязательно об этом знать, — пропел, продолжая улыбаться малютке, Тэхён, и зарывшись носом в тёмные волосы, глубоко вдохнул ни с чем не сравнимый сладкий аромат, — да, моя девочка? Дядя Гуки должен быть прилежным и не выдавать чужих секретов, иначе мы не будем с ним водиться… Последовав примеру Тэхёна, Хэпи показала дяде язык, смешно морщась, и чихнула. Тэхён засмеялся, а Джон, не выдержав, подошёл и забрал ребёнка у него из рук. — Ну вот, мы уже чихаем! — нахмурился он, недовольно глядя на мужа, — А я говорил, не стоит бродить по пляжу босиком: вчера вечером было довольно ветрено. Дядя Тэ — легкомысленный балбес. — Бу-бу-бу, бу-бу-бу, — передразнил, кривляясь, Тэхён, рассмешив девочку. Хэпи хрипловато захихикала, приложив пальчик к подбородку, гордо демонстрируя два верхних зуба и один нижний. — Пойдём, моё сердце, дядя покормит тебя, — вздохнул Джон, качая головой и отправляясь в открытую кухню, откуда открывался потрясающий вид на остров, круглый год утопающий в зелени и диковинных цветах. — Джексон звонил накануне, — вошедший следом за ними Тэхён на автомате потянулся к шкафу, вынимая и расставляя в ряд две чашки и стеклянную бутылочку, — хотел поговорить с тобой, но ты уже спал. Он приедет за Хэпи на следующей неделе. — на дно чашек отправился кофейный порошок, в бутылочку — детская смесь. Отодвинувшись в сторону, парень позволил Джону привычным движением залить это всё кипятком. — Па-а-апа, — с какой-то щемящей нежностью вытянула Хэпи, улыбаясь мужчинам со своего детского стульчика, и те просияли. — Да, мы говорим о твоём папе, — обрадовался Джон, но ненадолго: Хэпи в ответ обеими ручками указала на Тэ. — Папа! — Просто смирись, Ким, — самодовольно оттопырив языком щёку, подмигнул супругу Тэхён, доставая из ящика баночку с фруктовым пюре. — Пошёл ты, Ким, — огрызнулся тот, размешивая смесь в бутылке. — Ай-ай! — наигранно возмутился Тэ, — Ну не при ребёнке же. Следи за языком, горячий дядюшка! — Никто здесь не открыл для себя ничего нового. Ники всегда знал, что ты — тот ещё засранец. — Джон, глядя на малышку, грустно улыбнулся. — И тем не менее, меня он всегда любил больше, — Тэхён встал рядом, приобняв за поясницу. — Джексон говорил что-нибудь ещё? Дилан приезжает с ним? Хэпи, внимательно слушая разговор взрослых, возбуждённо подпрыгнула на месте и стукнула ладошкой по пластиковому выдвижному столику, что не осталось незамеченным. — Агу! — У Дила вступительные на носу, сомневаюсь, что он найдёт для нас время. Он так сильно хочет учиться в Маккуори, но непременно на бюджетном отделении. Что за скромняга! — Агу! — Нет, принцесса, я не говорю о Дилане плохо, — заверил Тэхён сердитого ребёнка и в доказательство поднял вверх ладони, — просто мы давно его не видели и соскучились. — Mr. Kim! Mr. Kim, please, help! — закричали снаружи. Оба Кима переглянулись, и тот, что врач, поспешил навстречу визитёру. — Покорми малышку, солнце, — негромко произнёс он, напоследок оставив мужу лёгкий поцелуй в области виска. Через несколько секунд Тэхён вернулся, торопливо собирая аптечку и медицинские инструменты. На вопросительные взгляды сразу двух человек парень пожал плечами, поясняя, — в посёлке мальчик неудачно упал с велосипеда, местные подозревают перелом. Схожу проверю. Джон кивнул, отправляя в рот девочки первую ложечку пюре. — Такой у тебя дядя, — важно проговорил он, — всегда и всем поможет. Хэпи от возмущения даже не преминула выплюнуть пюре в лицо парня. — Папа! — возразила она настойчиво. Джон утёрся салфеткой, недовольно зыркнув на упрямую мартышку. — Дядя Тэ — не твой папа, — повторил он терпеливо. — Папа! — маленький кулачок едва не пробил столик. — Ох, и как я теперь буду объясняться с Джексоном? — обращаясь к самому себе и ударяясь лбом в раскрытую ладонь, жалобно захныкал взрослый, чувствуя себя таким беспомощным против младенца. — Мы дяди, — едва не плакал он, — дядя Тэ и дя… — Мама! — отняв у парня ложку, Хэпи ткнула ею в Джона, убедительно и крайне строго сообщая, — Мама! — А ведь утро так хорошо начиналось! — бессильно простонал нянь. Сверкая двухцветными глазками, Хэпи заливисто рассмеялась. Иногда Джону начинало казаться, что маленькая плутовка всё прекрасно понимает и издевается над ним намеренно. Но одна её улыбка — и он таял, как шоколад в самый жаркий день, прощая заранее любую её шалость, — Кушай, моё сердце, — смягчившись, парень снова предпринял попытку накормить девочку. Тэхён вместе с позвавшим его пареньком чуть больше чем за десять минут преодолел достаточно крутой спуск с утёса и выбрав одну из двух тропинок, оказался в посёлке (вторая дорога заворачивала к зарослям деревьев, она вела на дикий пляж с кристально-чистой водой, о котором не знал ни один турист). Заметив доктора, жители острова заулыбались, приветствуя парня кивками и словами. Пострадавший — мальчик лет двенадцати — стиснув зубы, полулежал на земле, опираясь спиной на гладкие валуны. Из ранки на повреждённой ноге сочилась тонкой струйкой кровь, но ребёнок не пролил ни слезинки, мужественно выдержав осмотр и обработку. К счастью, перелома не оказалось. Намечался крупный синяк под коленом и пару дней хромоты из-за сильного ушиба, но не более. Успокоив маму мальчика и подарив ей мазь для ухода за ранкой сына, Ким любезно распрощался и отправился восвояси. Он никогда не брал денег за помощь, для него это было приятно — помогать. Может потому местные и любили его и Джона так сильно, на причудливом, смешанном наречии называя их «ангелами, спустившимися с горы». Во время наплыва туристов Джон за символическую плату писал портреты на побережье в крошечном порту, но жили супруги, в основном, на средства, что раз в полгода перечислял художнику директор «мастерской счастья». Многого им двоим, в общем-то, и не требовалось, образ жизни семья Ким вела скромный. Квартиру в Корее и автомобиль парни, не задумываясь, продали, полностью выкупив свой ненаглядный домик на утёсе, а также приобрели небольшое жилище в посёлке, где проживала теперь госпожа Накамура. Замученная тяжёлой судьбой женщина как никто другой заслуживала комфорта и отдыха на все последующие годы. Вернуть ей её сына Джон и Тэ не могли, увы. Но они могли позаботиться о ней самой, чем и занимались. Японка, опять же в сезон, промышляла продажей венков и других изделий из цветов в магазинчике при порту, что открыл для неё бывший хирург. К ней-то и направлялся Тэхён, чтобы справиться о делах и самочувствии, но ещё с улицы увидел, что та в магазине не одна, а с одним из местных мужчин, мило беседует и улыбается. Ким просто-напросто постеснялся заходить и беспокоить их. В конце концов, Чиокко ещё молода и тоже имеет право на долгожданное счастье. Минуя рыбный рынок, Ким прихватил домой свежей икры и скумбрию к ужину, а затем заглянул в булочную за невероятно вкусными здешними лепёшками из кукурузной муки. У мигранта из Грузии парень выторговал бутыль мутного домашнего вина, красного и терпкого, какое очень нравилось его спутнику по жизни. Для солнечной малышки Тэхён взял разноцветных бумажных журавликов, зная наперёд, что Хэпи оторвёт несчастным головы в первые три минуты и прикупил козий сыр. — Смотри, сколько у дяди гостинцев, — держа девочку на руках, Джон босиком вышел с ней на деревянные ступени перед домом, — интересно, что он нам принёс? Увидев возвратившегося Тэхёна, Хэпи засветилась как маленькое солнышко и потянула к нему пухлые ручонки, нетерпеливо подпрыгивая. — Устроим пикник на пляже? — с воодушевлением предложил Тэхён, забирая малышку и передавая мужу тряпичную сумку с покупками. — Моя любимая девочка хочет на пикник? — заворковал он. Собрав в корзинку вина, бутербродов с сыром, воду и немного фруктов для малышки, парни отправились на пляж. Тэхён — в тёмно-синих бермудах с пальмами и белой футболке, Джон — в пёстрой рубашке с попугаями и коротких джинсовых шортах в обтяжку, всегда так сильно отвлекающих его супруга от чего бы то ни было. Хэпи — в голубом платьице и панамке-платочке с птичкой. Вода в океане тёплая, как парное молоко, встретила маленькую семью мягким плеском волн. Вдоволь накупавшись с дядей Тэ, Хэпи сидела на берегу под зонтом, за обе щеки уплетая кусочки банана и не церемонясь, вытирала липкие пальчики о лежащую рядом рубашку с попугаями. Джон, сказавший, что нырнет ещё разок и присоединится к ним для ланча, всё не показывался, и Тэхён не на шутку разволновался. Наконец, тёмная макушка показалась над поверхностью воды, а затем — и блестящее в лучах летнего солнца подтянутое тело. Зачесав ладонями мокрые волосы назад, Джон поймал на себе голодный взгляд и закусил губу, пытаясь скрыть довольную ухмылку, выглядя при этом так чертовски соблазнительно, что Тэхён, не выдержав, подавился вином и закашлялся. Сузив глазки, Хэпи радостно заулыбалась парню. — Мама! Тэхён подавился во второй раз. Через несколько дней у берегов острова пришвартовалась небольшая белая яхта, принадлежащая австралийской компании по продаже древесины. Джексон был удивлён тому, что его дочь провожали едва ли не все жители посёлка. Хэпи полюбилась всем; гостеприимные островитяне со всей искренностью просили навещать их почаще. — Здесь живут замечательные люди, — прокомментировал Ван, прощаясь с супругами Ким, — вы идеально вписываетесь в это место. Прямо кусочек рая на земле. — Свой кусочек рая я нашёл давно, — притянув Джона к себе, ответил Тэхён, не заботясь о том, что это прозвучало слишком слащаво. Он любит этого человека, и готов неустанно повторять это сутки напролёт. — Веди себя хорошо, маленькая леди, — послав девочке воздушный поцелуй, улыбнулся Джон, — передавайте Дилану и его маме большой привет и скажите, что мы всегда ждём их в гости. — Обязательно передам, — кивнул Джексон, жестом указывая помощнику принять у парней подарки для О’Брайенов, — берегите себя, ребята. До встречи! — До скорой встречи, — в один голос произнесли Джон и Тэ, переглянувшись и рассмеявшись, как в былые времена. Всё-таки, единение душ в поцелуе под дождём никогда не являлось глупой сказкой. — Мне будет так сильно её не хватать, — провожая глазами отплывающую яхту, с долей грусти поделился Джон, — наша Хэпи — без преувеличения самый удивительный ребёнок на всём белом свете. — Ещё бы. Она была настоящим героем в прошлой жизни, храбрым и бесстрашным, — вспоминая, как Ники бросился грудью под пулю, согласился Тэхён, — кто знает, какие ещё подвиги ожидают Хэпи в будущем? — Что бы там ни было, лишь бы она была счастлива. — Ты как всегда прав, любовь моя. — Наконец-то ты это признал. Что я всегда-всегда прав. — Погоди, что? Я не говорил «всегда». — Именно это ты и сказал, Ким. Даже не мечтай теперь отвертеться. — Куда двинем? — повертев головой, Тэхён оглядел опустевшую пристань и посмотрел на мужа. — Прогуляемся по посёлку или сходим на пляж? А может, заглянем к нашим старинным друзьям? — Только не к Джину, — Джон закатил глаза, — в прошлый раз дед устроил скандал за то, что я по незнанию открыл дверь и выпустил на улицу его кота. — Шмель — парень свободолюбивый, — деловито кивнул Тэхён, — за ним — глаз да глаз. — Я тебя умоляю! Бедняжка сбежал, не выдержав ворчливого старикашку. Наверняка весь месяц планировал свой побег. — Давай-ка захватим Джину фруктов и ту настойку. После такого он обязан будет тебя простить. А потом наведаемся к Гудманам. Стоит проверить, не затрахали ли они друг друга до смерти. Совсем с ума сошли после своей свадьбы, я беспокоюсь. — А я завидую, — выпалил Джон и прикусил язык. Тэхён заинтересованно повёл бровью. — Я передумал. По гостям пойдём позже. А сейчас — домой. Немедленно. — Зачем? — опустив ресницы, художник покраснел, чем выдал себя с головой: надеялся. — Заниматься любовью, — просто ответил супруг, утаскивая парня за руку к их утёсу. — Эх, — шёпотом проворчал Джон, — а я-то думал, будет жаркий трах. Тэхён сделал вид, что не расслышал и подавил хищную ухмылку. В домике на скале было тихо. Приятная вечерняя прохлада вливалась в распахнутые настежь окна и двери лёгким ветром, трогая тончайшую ткань занавесок, заигрывая с пламенем десятков благоухающих ароматических свечей. Тэхён вышел в кухню освежиться. Взяв стакан, он сделал несколько торопливых глотков и посмотрел на мерцающие внизу огоньки. В посёлке кипела жизнь; до парня долетали звонкие голоса людей, лай собак и приглушённые гудки с пристани. Здесь же, под облаками, в их с Джоном собственном мире, царили покой и уютное тихое счастье. — Воды, мой мальчик, — вернувшись на террасу, Тэхён предложил мужу стакан, усмехаясь тому, как жадно тот к нему приложился. Разморенный и приятно измученный, Джон сидел на разбросанных по полу одеялах, обернув простыни вокруг бёдер, глядя на бесчисленные жёлтые звезды в иссиня-черном южном небе. Раздвинув ноги, Тэхён устроился позади, укладывая парня спиной на свою грудь. С этой стороны дома открывался вид на океан. Парни могли часами созерцать это зрелище, может быть потому в их скромном жилище до сих пор не было телевизора. — Смотрю на всю эту красоту, — произнёс Джон негромко, — и понимаю, что я там, где должен быть, на своём месте. С тобой под боком, в твоих руках, вместе под этими звёздами… Моё счастье так безгранично велико, так ощутимо, что я, буквально, могу попробовать его на вкус, почувствовать запах… — Хотел бы я взглянуть на всё это твоими глазами, — улыбнулся Тэ, влажно целуя оголённые плечи, — каково же твоё счастье на вкус? Мне очень интересно. — Оно такое… — Джон задумался, — Такое сладкое… Нежное… Чистое как утренняя роса. Хрупкое… Сложно сравнивать то, что не сравнить ни с чем. У моего счастья твой голос, вкус твоих губ и аромат кожи, твоей. И выглядит оно прямо как ты… — Получается, я сам — и есть твоё счастье? — Как самоуверенно! — возмутился Джон, — Нахал!.. Но да, ты, как всегда, прав. Ты — моё счастье, Тэ. — Я не ослышался?! Мне показалось, будто бы ты только что признал мою правоту всегда и во всём. — подбираясь губами к нежному месту за ушком, промурлыкал Тэхён. — У тебя явные проблемы со слухом. Я такого не говорил, — Джон вздрогнул от нехитрой ласки и прикрыл глаза, млея, отдаваясь целиком своему удовольствию. — Тэ… Опять? Мы же весь день… — Мы весь день делали то, что хотел ты, — ухмыльнулся тот, — трахались. А я ещё утром предупредил, что собираюсь заняться с тобой любовью, и на этот раз ты меня не остановишь. — Я и не думал, — признался Джон, охнув, когда сильные руки подхватили его под бёдра, усаживая сверху.

...

А дальше — долгая ночь, нежные стоны, шквалистый ветер на заре с грозой и проливным дождём, пошлые и милые признания шёпотом, жаркое лето, осень с идеальными для сёрфинга волнами, ссоры, примирения, смех, встречи с друзьями и любовь. Через много лет, сжимая морщинистые ладони друг друга, они всё ещё будут переругиваться, ворчать, спорить, придумывать прозвища, но ладоней не расцепят, не отпустят. И всё ещё будут без памяти влюблены. Смерть не разлучит их. Никто не разлучит. . .