Pipe Dream

Эндрю не понимал, что с ним происходит. Он знал, что странно реагирует на новенького омегу, но ощущение руки Нила на своей не имело бы такой же реакции, как если бы это была рука любого другого человека. Чувствовал, как тепло разливается по всему его телу, из-за чего пришлось побороться с желанием притянуть Нила в свои объятия, где Эндрю знал, что точно сможет защитить его. Когда он вырвался из его хватки, и Нил отпрянул так сильно, что шлёпнулся на зад, он буквально не знал, что делать. — Я встану перед тобой на колени, — сказал Эндрю подождав мгновение, чтобы убедиться, что Нил понял, что именно он собирается сделать. Последнее, чего он хотел — это погрузить Нила в паническую атаку еще глубже, чем он уже был. Он опустился на колени перед дрожащим омегой и сосредоточился на попытке испустить от себя успокаивающий феромон. Это то, в чем он никогда не был особенно хорош: ему всегда было трудно преодолеть ментальные блоки, которыми он пользовался, чтобы скрыть свой запах настолько, чтобы вот так запросто испускать любой другой запах. Но то, как тело Нила, казалось, расслабилось, и он подсознательно прильнул ближе к Эндрю, говорило о том, что это действительно работает. Этого было недостаточно, поэтому Эндрю сделал то, что никогда не думал, что сделает для кого-то, не говоря уже о ком-то, которого встретил три дня назад. — Ты хочешь принюхаться ко мне? Нил кивнул, глядя в глаза Эндрю своими пронзительными голубыми, и Эндрю понял, что не смог бы изменить свое решение, даже если бы попытался. — Не прикасайся ко мне, кроме головы, — предупредил Эндрю. Нил еще раз кивнул, когда Эндрю скрестил ноги, чтобы сесть ближе к омеге. Нил наклонился, пока его нос не уткнулся в изгиб шеи Эндрю прямо над его обонятельными железами. Ему пришлось вручную выталкивать воздух из легких, борясь с желанием усадить омегу на колени, пока его сердце не придет в норму, а его запах не избавится от кислых ноток беспокойства. Нил практически опирался всем своим весом на плечо Эндрю, глубоко вдыхая воздух. Эндрю начал дышать ртом, чтобы заглушить запах Нила, который душил его чувства и мешал различать инстинкты альфы и рациональные мысли. — Видишь, — спокойно сказал Эндрю, как только сердцебиение омеги практически пришло в норму, — я не сержусь. Омега сделал еще несколько глубоких вдохов аромата Эндрю, прежде чем прошептать: — Спасибо. Его дыхание пробежало по коже Эндрю, заставив его подавить дрожь. Как только Нил сел прямо, Эндрю хмыкнул, встал и вышел оттуда настолько быстро, насколько вообще мог. Он не смог больше сидеть с ним и надеяться, что не притянет его к себе, чтобы самому насладиться ароматом Нила, полностью расслабленного и доверяющего Эндрю. Он не был уверен, что сделал, чтобы заслужить такое доверие омеги, но Эндрю видел это по тому, как Нил смотрел на него. Как будто он был его ответом на все вопросы. Но Эндрю не был его ответом, а Нил точно не был его. — Ты в порядке, братец? — спросил Ники, когда Эндрю ворвался в их комнату более агрессивно, чем собирался. — Ты выглядишь взволнованным. — Я в порядке, — проворчал он, схватив пачку сигарет и зажигалку и поднялся на крышу. Он решил позвонить Би — она должна была знать, что происходит с Эндрю. В этом и была проблема. У него было подозрение, и он боялся, что Би только подтвердит это. Он отказался от мысли, что у него может быть пара, тем более такая, которой он может причинить боль так же легко, как и Нилу. Он боялся потерять контроль над собой, зайти слишком далеко и спровоцировать Нила, травмировать его сильнее, чем он уже травмирован. Нилу не нужен был Эндрю, чтобы добавить его в свою копилку проблем. Ему нужен был Эндрю, чтобы защитить от человека, который наполнил её ими. Он просидел на крыше и курил, пока солнце не скрылось за горизонтом, а над головой не загорелись звезды. Ему действительно пора идти спать, завтра у него смена в реабилитационном центре, и ему понадобится энергия, чтобы не быть полным кретином по отношению к детям. Он затушил сигарету и выкинул ее куда-то в сторону, после встал, спустился в общагу и лег спать.

///

— Проснись, Эндрю! — закричал Ники, бросая в него через всю комнату подушку. Умно, ведь первой реакцией Эндрю было ударить её. — Твой омега скулит и его тошнит, и я без понятия, но он странно пахнет, а Мэтт отказывается подходить к нему. Кстати, Сета он держит за горло в коридоре, — судорожно объяснил Ники. — Что? — Эндрю понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что происходит. Нил. Эндрю спрыгнул с кровати и побежал по коридору в чужую комнату, где его мгновенно поразил подавляющий запах течки. Он выдохнул через рот, когда направился в ванную комнату, где обнаружил Нила, свернутого калачиком. — У тебя течка? — тупо спросил Эндрю, ведь было очевидно, что происходит, но он просто выигрывал время, чтобы решиться на что-то. Нил захныкал и кивнул головой, схватившись за живот, когда его снова скрутило судорогой. Эндрю знал, что его зрачки, вероятно, были размером с радужку, только из-за одного запаха. — Эндрю, — всхлипнул Нил, слезы скатывались по его щекам. — Давай отвезем тебя к Эбби, — уверенно сказал Эндрю. — Она точно сможет помочь. Нил ничего не ответил, когда Эндрю всё-таки зашёл в ванную и подхватил его на руки. Он сразу же обхватил руками чужую шею и уткнулся туда лицом, жадно вдыхая его запах. Эндрю сосредоточился, чтобы убедиться, что ни один из его запахов не просачивается, зная, что если Нил почувствует возбуждение на нем, это только раззадорит Нила, что сделает для Эндрю в десять раз труднее доставить его к Эбби. — Это больно, — хныкал Нил, зажмуривая глаза, — неправильно. Эндрю озабоченно нахмурился и наконец заставил себя выйти из комнаты. Когда они оказались в коридоре, все лисы стояли вокруг тревожась. Эндрю зарычал на них. Он видел, как Сет облизывал губы, глядя на Нила, Мэтт напрягся и прикрыл нос рукой, Рене выглядела только более настороженной, словно была готова драться с любым, кто попытается подойти к Нилу. Эндрю нажал на кнопку лифта и проклинал то, как же медленно он ехал. Ему нужно было вытащить Нила из этого здания, пока другие альфы не учуяли его запах и не пришли на поиски течной омеги. Нил вскрикнул от боли, и его ногти впились в спину Эндрю. — Альфа, больно, — кричал Нил. — Я знаю, с тобой все точно будет в порядке, — сказал Эндрю, как он надеялся, успокаивающим образом. — Неправильно, неправильно, — всхлипывал Нил, зарываясь головой в шею Эндрю. Эндрю не знал, что тот имел в виду, но знал, что сейчас не время беспокоиться об этом. Лифт открылся, и он ворвался внутрь и нажал кнопку первого этажа столько раз, сколько потребовалось, прежде чем двери закрылись, всё ещё слишком медленно. Эндрю чувствовал запах жидкости, вытекающей из Нила, и не смог удержаться от того, чтобы не облизать губы, пока не почувствовал запах крови. Действительно чертовски неправильно. Нил скулил от боли и напряжения, цепляясь за Эндрю, будто он был единственным, что поддерживало его жизнь. Эндрю знал, что запах альф успокаивает омег в период течки, но что-то казалось неправильным. Эндрю устремился к своей машине и снял ее с сигнализации перед тем, как осторожно посадить Нила на пассажирское сиденье. Как только он отпустил его, Нил вскрикнул от боли: — Эндрю! Он практически летел к другой стороне машины, а Нил бросился ему навстречу, зарываясь носом обратно в шею: — Это слишком больно, неправильно, — всхлипывал Нил, казалось бы, не в силах сказать больше слов, чем это. Но даже они звучали, как настоящая борьба за то, чтобы быть свободным от этого. — Я знаю, ничего. Эбби совсем недалеко, — сказал Эндрю, вставив ключ в зажигание и выехал, даже не проверив наличие других автомобилей. Было четыре часа утра, так что, к счастью, на дороге практически не было машин, но даже если бы они были, Эндрю бы не сбросил скорость меньше шестидесяти пяти миль в час. Когда он подъехал к дому Эбби, Нил был весь в слезах, его волосы прилипли ко лбу, а рубашка Эндрю прилипла к коже. Эндрю выпрыгнул из машины и быстро подхватил Нила на руки. Омега не переставал хныкать и плакать, его глаза не высыхали ни на секунду. Эндрю попытался открыть входную дверь, но она была ожидаемо заперта, поэтому он стучал по ней кулаком, пока не услышал чей-то крик с другой стороны. Эбби открыла дверь в халате, ее глаза округлились от удивления, когда она увидела Нила, практически обмякшего на руках Эндрю. Она вдохнула воздух, и глаза ее заслезились от осознания. — Отнеси его наверх, — она пропустила их внутрь. — Потом можешь уйти. Нил крепко схватился за Эндрю и всхлипнув от мысли отпустить его. — Не оставляй меня, — взмолился он. Эбби выглядела удивленной, но кивнула в знак признательности, когда Эндрю кинулся наверх и уложил Нила на кровать в гостевой комнате. Нил кривился от боли, хватаясь за живот, поэтому Эндрю сел рядом с ним и отмахнулся от его рук, чтобы он мог погладить Нила по животу. Он точно не был уверен, что побудило его сделать это, но, похоже, это стало правильным решением, потому что Нил сразу же расслабился, почувствовав прикосновение Эндрю. — У него течка, — сказала Эбби, схватив свою медицинскую сумку и доставая бутылочку. — Он продолжает говорить, что всё это слишком больно и неправильно, — сказал ей Эндрю. — Я думаю, что он испытывает больше боли, чем обычно — для него это не нормальная течка. Лицо Эбби потемнело от сосредоточенности, когда она пыталась понять, что может быть тому причиной. — О нет, — ахнула она. — Я думаю, что Рико давал ему гормоны, и теперь, когда он уже пару дней не принимает их, его тело впадает в шок и вырабатывает их, чтобы попытаться перезагрузить весь организм. — Что, блядь, это вообще значит? — огрызнулся Эндрю. — С ним все будет в порядке? — Ты чувствуешь от него запах крови? Не считая остальных травм, — уточняет Эбби. — Да, — быстро отвечает Эндрю. — Я почувствовал этот запах по дороге сюда. Как он? — Его тело не привыкло к тому, что происходит: ему будет чертовски больно в течение следующих нескольких дней, но он должен быть в порядке. Мне нужно контролировать его состояние, и, если ему станет плохо, я отвезу его в больницу. — Как я могу помочь? Эбби улыбнулась: — Просто убедись, что он пьет воду и делает именно то, что ты делаешь сейчас. Просто будь рядом, запах альфы поможет ему относительно успокоиться, и поскольку он, кажется, доверяет тебе, это будет в два раза эффективнее. И я верю, что у тебя достаточно самоконтроля, чтобы не воспользоваться им? — вкрадчиво говорит она последнюю часть, как вопрос. — Конечно нет, — Эндрю почти рычит, звук непроизвольно вырывается из его груди. Нил ноет при этом звуке, и Эндрю немедленно останавливается, но вскоре снова начинает гладить своего омегу по волосам. — Больно, — стонет Нил в агонии, — очень больно. — Я знаю, — говорит Эндрю, от тревоги прикусывая нижнюю губу. Ему не нравилось видеть, как Нил испытывает такую боль, также зная, что против неё он не может сделать совершенно ничего. Боже, Нил появился тут три дня назад, но уже заставил его стать настолько мягким. Он даже не заметил, что Эбби вышла из комнаты, пока она не вернулась с несколькими бутылками воды и не поставила их на тумбочку рядом с Эндрю. Около них она оставила и пузырёк с таблетками. — Давай ему одну таблетку каждые 6 часов, это немного поможет с его судорогами и уменьшит боль, — объясняет Эбби. Эндрю забрал бутылку и пузырек, сразу же вытряхивая одну таблетку в ладонь. — Тебе нужно выпить это, Нил, — сказал Эндрю, снимая крышку с бутылки и помогая Нилу принять сидячее положение. Руки Нила потряхивало так сильно, что в конце концов Эндрю просто положил таблетку ему в рот и поднес бутылку к губам, пока тот не проглотил её. — Ляг с ним, просто придерживай его и он почувствует себя лучше, — дала указание Эбби, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь. Эндрю ложится рядом с Нилом, который тут же сворачивается калачиком под боком у Эндрю, уткнувшись носом в чужую шею. Эндрю не понимал, что его запах полностью заблокирован, пока Нил не начал мычать от боли, потираясь носом об обонятельную железу Эндрю, как бы гоняясь за его запахом. Эндрю сосредоточился на том, чтобы выпустить только самый минимум, зная, что если он покажет слишком много, Нил учует его возбуждение, и все только усложнится. Эндрю поднимает руку, которой он поддерживал Нила сзади, чтобы провести по темно-каштановым волосам омеги, а другой рукой слегка поглаживает Нила по животу. Эндрю слегка подпрыгивает, когда Нил начинает будто вибрировать. Сначала Эндрю подумал, что он рычит, но быстро понял, что это вовсе не рык. Нил мурлыкал. Эндрю никогда раньше не слышал, чтобы омега мурлыкал, хотя знал, что они умеют это делать. Это была одна из тех вещей, которые делали омег такими востребованными: каждый хотел иметь возможность заставить их мурлыкать, как кошек. Эндрю наконец-то понял, почему. Звук был успокаивающим, и Эндрю сразу же почувствовал огромную гордость за то, что смог заставить своего омегу мурлыкать. Эндрю поймал себя на мысли, что уже второй раз называет Нила своим омегой. Ему казалось, что сама мысль об этом будет пугающей, но в тот момент он чувствовал только блаженство. Он знал, что заставить омегу мурлыкать — задача не из легких. Нужно уметь сделать так, чтобы он чувствовал себя на сто процентов безопасно и комфортно. Эндрю ощущал, как мурлыканье Нила отдается во всем его теле и в теле Эндрю, и он знал, что хочет слышать этот звук вечно. Он мысленно сделал паузу, чтобы запомнить этот момент, зная, что у него, вероятно, никогда не будет возможности испытать этого снова, как бы сильно ни хотелось. Он почувствовал, как живот Нила сжался под его рукой, и урчание омеги превратилось в напряженный скулеж. Эндрю продолжал массировать нижнюю часть живота Нила успокаивающими круговыми движениями, пока лицо Нила медленно не распрямилось, и он не расслабился. Эндрю лежал, просто обнимая Нила, бог знает сколько времени. Наверное, час или два, если быть честным. Он не возражал, даже если это время показалось ему более долгим, потому что он просто наслаждался тем, как Нил прижимается к нему и мурлычет. В конце концов, Эндрю начал исследовать каждую часть Нила, которую мог видеть. Он начал с его волос, проводя пальцами по темно-коричневым локонам, пока не исчезли все узелки. Он был немного озадачен, когда заметил рыжие волоски, но при ближайшем рассмотрении понял, что корни волос Нила такие же. Они были такими незаметными, что он никогда бы и не заметил, не будь у него шанса специально рассмотреть его волосы и подметить все мелкие детали. Таблетки, которые дала ему Эбби, вернули терпимую боль, хотя Эндрю подозревал, что это все равно намного больше, чем Нил заслуживает и к чему тот должен был привыкнуть. Эндрю решается на разговор с Нилом сейчас, так как тот, похоже, начинает беспокоиться, что просто лежит здесь и просто испытывает боль. — Ты красишь свои волосы? — мягко интересуется Эндрю. Он жалеет о своих словах, когда Нил напрягается, его запах становится кислым и горьковатым от страха и тревоги. Его дыхание затрудняется, по телу проходится дрожь. — Все хорошо, все хорошо, тебе не обязательно мне отвечать, — быстро говорит Эндрю, притягивая голову Нила ближе к своей шее. — Мне просто было любопытно. — Рико не нравится мой настоящий цвет волос, поэтому он их покрасил, — пробормотал Нил. На этот раз настала очередь Эндрю напрячься. Его запах, должно быть, изменился от гнева, потому что Нил начал хныкать и пытаться отодвинуться от него. Эндрю тут же полностью перекрыл свой запах, чтобы Нил успокоился. Нил расслабился и вернулся к попыткам учуять запах Эндрю. Он ворчал, потому что не мог его отыскать. — Я хочу почувствовать тебя, — разочаровано протянул Нил, кивая на шею Эндрю. — Дай мне секунду, — говорит Эндрю, пытаясь поуменьшить свой гнев. — Это не твоя вина, — быстро добавил он, когда заметил выражение лица Нила. Наконец, он частично открыл свой запах, и Нил тихонько вздохнул от удовольствия. — Могу я задать вопрос? — спросил Нил. Эндрю одобрительно хмыкнул: — Правда за правду. Кажется справедливым. — Почему ты тут, со мной? Эндрю, честно, не был готов к этому вопросу. Он не знал, что ответить. Он мог бы отмахнуться, мол, «альфа-инстинкт». Но они оба сразу же поняли бы, что это чушь собачья. Правда заключалась в том, что он действительно не знал. Ему всего лишь хотелось быть тут, помочь, заставить Нила почувствовать себя лучше. — Не знаю, просто хочу и всё, — наконец, расплывчато отвечает Эндрю. — Я рад, что ты не сказал об альфа-инстинкте, я мог бы укусить тебя, — смеется Нил. Эндрю фыркает, и это самое близкое, что похоже на смех. — Мы оба знаем, что это бред, — признает он. — Да, — соглашается Нил. — Все было бы по-другому, если бы у тебя не было столько самоконтроля. Эндрю немного напрягся, услышав в голосе Нила нотки раздражения, так как он, похоже, вспоминает свое прошлое. — Прекрати, — требует Эндрю. — Что прекратить? — Думать. Нил насмехается: — Трудновато не делать этого, но спасибо за совет. Эндрю фыркает. — Мне нравится эта твоя сторона. — Какая сторона? — Расслабленная, не сильно похожая на напуганного маленького кролика. Нил угукает в согласии, все больше зарываясь головой в шею Эндрю: — Я в течение многих лет так себя не чувствовал. Каким-то образом ты правда заставляешь меня чувствовать себя комфортно, даже когда мои внутренности всё ещё пытаются съесть меня заживо. — Я мало что могу с этим поделать, прости, — сардонически отвечает Эндрю. — Знаю, — Нил хмурится, когда судорога охватывает его, будто ждала своего часа, чтобы блеснуть. Эндрю снова потирает живот, чтобы успокоить боль, а Нил мурчит. — Это прекрасный звук, — говорит Эндрю, действительно не собираясь произносить это вслух, также чувствуя огромное смущение от того, что именно он это сделал. Нил краснеет: — Я правда не знал, что могу мурлыкать. — Думаю, все омеги могут. — У меня никогда такого раньше не было, — пожимает плечами Нил. Эндрю решает отложить это в своем мозгу, чтобы поразмышлять над этим позже, потому что все, что он собирается сделать сейчас, это вскипеть, если всё-таки разовьет эту мысль прямо сейчас. — Ты случайно не захватил одежду, прежде чем привести меня сюда? Я абсолютно не помню о происходящем весь час до этого, — признается Нил. — Все как в тумане. — У меня не было времени. Я попрошу Кевина принести нам одежду и прочие мелочи, — решает Эндрю. — У меня тут припрятано несколько запасных вещей, которыми ты можешь пользоваться сегодня или прямо сейчас, если захочешь переодеться во что-нибудь не такое.. грязное. Нил слегка краснеет от смущения, и Эндрю понимает, что его слова прозвучали гораздо более унизительно, чем он имел в виду. — Я только имею в виду, что ты весь в поту и, ну, ты знаешь, — настал черед Эндрю краснеть. Ему что, четырнадцать, что он не может сказать простого «скользкий»? Нил усмехается: — Я понял. — Хочешь, я принесу тебе одежду, пока ты ещё чувствуешь себя относительно нормально? — спрашивает Эндрю. — Через минутку, — пробормотал Нил, утыкаясь головой в плечо Эндрю. — Пока не хочу отпускать тебя. Эндрю молча соглашается, крепче прижимаясь к Нилу. Еще через десять минут Нил разрешает Эндрю подняться, чтобы тот мог принести Нилу сменную одежду. Как по команде, Эбби поднимается по лестнице с пакетом покупок в то же самое время, когда Эндрю выходит из другой комнаты с одеждой. — Идеально, Эндрю! — улыбается она. — Как поживает наш маленький омега? — В последние час или два после того, как я дал ему таблетку, ему стало намного лучше, — говорит Эндрю. — Хорошо, отлично. Скажу честно, это продлится еще час или чуть больше, и ты не сможешь дать ему еще одну дозу в течение двух часов после. Он вообще смог заснуть? У многих омег проблемы со сном во время течки, и я могу сказать по мешкам под твоими глазами, что вы даже не пытались заснуть. — Думаю, он немного задремал, но ненадолго, — признается Эндрю. — Тебе нужно поспать, Эндрю, — по-матерински наставляет его Эбби. Он закатывает глаза. — Это немного трудно, когда он прижимается к моему плечу. Она ласково покачала головой. — Я сходила в магазин и купила ему течные прокладки, они надеваются на боксеры и помогают впитывать все жидкости, так что ему не придется постоянно менять штаны, когда они промокнут насквозь, — говорит она, передавая ему пакет. — Ты все еще чувствуешь от него запах свежей крови? — Да, но не слишком сильно. Трудно сосредоточиться только на этом запахе, — признается Эндрю. — Ничего страшного, просто постарайся следить за ним. — Эндрю! — вскрикивает Нил, его голос звучит немного панически. Эбби грустно улыбается: — Я думаю, твой омега нуждается в тебе. Эндрю ворчит, хотя его сердце замирает, как только он возвращается в комнату. Он быстро осознает, что Нил плачет. — Эй-эй, — бросается к нему Эндрю. — Ты почему плачешь? Нил притягивает Эндрю ближе, чтобы обхватить его за шею: — Я думал, ты меня оставил, — выдыхает он. Эндрю морщится. — Я просто разговаривал с Эбби. Я бы никогда не ушел, не сказав тебе. — Обещаешь? — Обещаю. Нил прижимается головой к груди Эндрю, глубоко вдыхая его запах. — Я принес одежду, — сказал Эндрю, указывая на вещи на полу возле сумки, где он уронил ее, когда увидел, что Нил плачет. — А Эбби принесла тебе прокладки, чтобы ты не портил мои боксеры и штаны и не переодевался слишком часто. Нил мурлыкал, пока Эндрю царапал ногтями его кожу головы и потирал спину. — Ты собираешься переодеться? — спросил Эндрю с явным весельем в голосе. Нил хмыкнул. — Но ты должен перестать меня поглаживать, — сказал он с придыханием. Эндрю останавливается и тут же теряет звук мурлыканья Нила, когда тот садится. Эндрю помогает ему подняться, когда Нил обнаруживает, что не может стоять самостоятельно, не упав. Он хмурится и тихо стонет. — Ты в порядке? — спрашивает Эндрю, думая, что это от боли. — В порядке, в порядке, просто мне нужно в туалет, — кряхтит Нил, спотыкаясь о одежду. Он почти падает, когда тянется, чтобы поднять ее, поэтому Эндрю спешит удержать его в вертикальном положении, а затем поднять и одежду для него. Следом Эндрю помогает ему дойти до ванной и ждет снаружи, пока Нил закончит. — Блять, нет, блять! — Нил задыхается. — Эндрю! — Что? Ты в порядке? — Эндрю вскакивает с того места на полу, где он только что сидел. — Нет, нет, нет, нет! — Нил плачет. Эндрю открывает дверь и обнаруживает Нила сидящим на унитазе и смотрящим на свои боксеры и штаны, которые покрыты пятнами смазки и крови. — Я не должен истекать кровью! Я не знаю, что вообще происходит! — громко говорит Нил в панике. — Все в порядке, Эбби знает. Говорит, это потому, что Рико, вероятно, давал тебе гормоны, и теперь, когда ты пару дней без них, твое тело впало в некий шок от этого и пытается перестроиться, — объясняет Эндрю. — Так я не умираю? — резко спрашивает Нил. Эндрю закатил глаза, фыркнув: — К сожалению. Нил хмыкнул. — Я тебе нравлюсь, и ты знаешь это. — Мы познакомились три дня назад, — отвечает Эндрю, стараясь не обращать внимания на то, что делает Нил, и стараясь дышать ртом, так как запах смазки стал еще сильнее, когда он снял свои штаны. — Да, но тебя бы здесь не было, если бы я не был тебе хотя бы симпатичен, — победно ухмыляется Нил. — Мне никто не нравится, — спокойно возражает Эндрю, разворачиваясь спиной к Нилу и опираясь о дверной косяк. Становилось все труднее избегать прямого взгляда, пока он переодевался, поэтому он решил лишить себя любой возможности сделать это. — Ладно, но это не значит, что ты не хочешь меня, — говорит Нил, и Эндрю замечает, как его голос стал немного хрипловатым, когда он это сказал. — Я ничего не хочу, — настаивает Эндрю. Он не слышал, как Нил подошел к нему сзади, но вдруг почувствовал, что Нил обхватил его за талию. Он все еще был без рубашки, и Эндрю мог чувствовать его неестественно горячую кожу через тонкую ткань футболки. — Я видел, как расширялись твои зрачки, когда ты смотрел на меня, — соблазнял он, нарочито утрированно вдыхая запах со стороны шеи Эндрю. — Твой запах говорит о другом. Эндрю внезапно осознает, что напряженный член другого парня прижимается к задней стороне его бедра. Вздрогнув, он понимает, что не заблокировал свой запах достаточно, и Нил смог уловить от него явный запах возбуждения.