Ты будешь моим папой?

Рэй просит его взять на руки, когда они подходят к дверям заведения. — Вау, — это все, что может выдать ребенок, который сейчас так сильно крутит головой, что ещё чуть-чуть, и она отвалится. — Папа, здесь так красиво. Ты видишь? — Ом тоже разглядывает обстановку, которая не изменилась за последние годы, что он здесь не был. — Добрый вечер молодые люди. Вам столик на двоих? — Старенький мужичок в светлом фартуке приветствует их и ведёт к дальнему столику на две персоны. — Дедушка, а что там за картинки? — Любопытно спрашивает мальчик у хозяина ресторана, показывая на стену. — Это фотографии наших клиентов, малыш. Если ты захочешь, я могу и тебя сфотографировать. — Да! Только после того, как попробую рёбрышки, Пи’Нанон в садике сказал, что любит их, а я никогда не пробовал, поэтому папа привез меня к вам, — лучше в разведку с этим ребенком не ходить, сдаст при первой же возможности. — Это твой папа? — Рэй только кивает, тот загадочно улыбается и идёт готовить заказ. — Папа, а ты можешь поднять меня, чтобы я рассмотрел те фотки? — Конечно, мой дорогой, — Ом поднимает сына на руки и несёт к стенду со снимками. Он мысленно даёт себе пощечину, когда видит на какой именно снимок показывает Рэй. — Папа? Это… Как это… Пи’Нанон… Ты? Вы вместе были здесь? Когда? Почему ты не сказал, что знаешь его, папа? — мальчик кладет маленькие ладошки на щеки отца и внимательно смотрит на него. И как в этом четырёхлетнем ребенке уживаются так много граней, он развит не по годам, а смышлен ещё лучше. — Это не я, Рэй. Ты наверное ошибся, — Ом относит ребенка от греха подальше к столу, на котором уже стоят рёбрышки и ребенок забывает обо всем на свете, когда видит это великолепие. А его отец только вздыхает. Наевшись от пуза, Рэй просит дедушку сфотографировать их с папой, когда Ом оплачивает счёт. Уже дома, чистый, умытый и с новым пластырем на коленке, мальчик забирается к отцу на колени и шепчет прямо в ухо. — Папа, а давай Пи’Нанона в следующий раз с собой позовём ужинать в тот ресторан? — Зачем? — Папа, вот ты вроде взрослый, а такой глупый. Затем, чтобы сделать фотку, и она будет висеть на той стене. Там есть, где вы вдвоем, теперь там и мы вдвоем, а когда мы втроем — нет. — Ох, Рэй. Послушай меня сейчас, очень внимательно. Я не знаю Нанона и никогда его не знал, на той фотографии, просто смутно на меня похожий человек. И мы не будем его никуда звать, понятно? — Рэй обиженно слезает с его коленей, залезает под одеяло и шепчет своей игрушке. — Папа обманывает меня, а Пи’Нанон сегодня говорил, что врать — плохо. Завтра я сам спрошу у него, сходит ли он со мной и сфотографируется там. Эти взрослые такие… — Ом не слышит последнее слово, качает головой, чмокает в макушку и выходит из комнаты. — Сладких снов, ангел мой. — Доброй ночи, папа. Ребёнок хоть и обижается, но не может не ответить на пожелание спокойной ночи от самого дорогого для себя человека. Ом идёт в свою комнату к шкафу, там в самой глубине, спрятана коробка с воспоминаниями. Достав ее и поставив на кровать, открывает крышку и вспоминает — первое знакомство, первое общение, первый спор какая команда лучше: Ливерпуль или Челси, первые билеты в кино, первые пляжные фотографии, они тогда обгорели и почти все время провели в номере в джакузи, первый поцелуй, первые признания в любви, первая ночь, которая плавно перетекла в утро. Ом достает самый первый их общий снимок, он просто не смог от него избавиться, на нем они в парке аттракционов в день всех святых, в смешных костюмах стоят и целуются. На дне лежит ключ с брелоком астронавта от квартиры Нанона и старый телефон. Он делает глубокий вдох и пробует включить его, но заряд батареи за столько лет, естественно сел, поэтому тянется к проводу и вставляет зарядку, ждёт несколько минут, самые долгие минуты его жизни. Когда он немного заряжается, Ом снова пробует включить и грустно улыбается заставке — улыбающийся Нанон. Пават нежно проводит по экрану и открывает галерею, чтобы окунуться в водоворот грусти. Но, почти сразу же закрывает, он не может этого вынести, не тогда, не сейчас. Потому что в последних фото, уже нет Нанона, там только мать его ребенка. Он открывает телефонную книгу и нажимает на единственный контакт «Ангел мой».