....

Утро наступило быстро. Слишком. После гор не подписанных отчётов и незаполненных документов, умноженных на ночные дежурства и некие деловые встречи, капитан кавалерии Ордо фавониус раздражённо массировал виски, сидя в своём кабинете. Бумажная волокита наконец была собрана и упорядочена, а все встречи распределены по времени. Не то, чтобы это было тяжелее, чем сражения на передовой... Хотя да. Кейа определённо считал, что бумаги могут убить его гораздо быстрее, чем монстры. Тяжело вздохнув, он встал со стула, который, казалось, уже стал принимать форму его седалищного места, хрустнул затекшими руками и шеей и направился прямиком к Джинн. — Утро, магистр! — зевая, и вовсе не так официально, как казалось стоящим при входе стражникам, поприветствовал Кейа. — Ах... Доброе! — в той же манере ответила девушка. — Ночевал в кабинете? — спросила она, указывая на едва заметно съехавшую пиратскую повязку на глазу и растрёпанные в лёгком шарме синие волосы. — Как и ты. — усмехнулся парень, кивая в сторону рабочего стола, на котором в импровизированном стиле была сложена подушка из документов и книг. Джинн прокашлялась и смущённо отвернулась к зеркалу, наспех расчёсывая светлые волосы. Отнекиваться перед Кейей было бесполезно, она это знала и потому даже не пыталась. В конечном счёте, искусного лжеца невозможно обмануть. — Что по плану? — закончив приводить себя в порядок, спросила Джинн. — Завтрак. — ответил Кейа, в очередной раз зевая. Такому зрелищу девушка просто не смогла не умилиться. Капитан кавалерии всегда был тем, кто подшучивает и провоцирует остальных, вынуждая их открыто показать свои эмоции; он находил милые и забавные вещи абсолютно во всём, что его окружало, однако самого его на такое подбить никому не удавалось. Изредка самое близкое окружение могло наблюдать столь интересные картины как : сонный Кейа, раздражённый Кейа, саркастичный, удивлëнный или уставший Кейа. Спектр его эмоций был конкретно ограничен. У них это семейное - ненароком думали все, но вслух произнести никто не решался. Однако, если один просто от природы был весьма равнодушен и не впечатлителен, то второй скорее жёстко подавлял все эмоции, стараясь сохранить свою маску невозмутимости, вросшую в лицо. Мистер Дилюк – сводный брат капитана кавалерии – занимал не дурное положение в обществе. Владелец винокурни – завидная профессия и прибыльная к тому же, но она ни сколько не меньше требовала ответственности и затрат нервных клеток, а если учесть, что кроме неё Дилюк ещё и втихую защищал город по ночам, прикидываясь невидимкой, то вообще удивительно, что этот парень мог вставать по утрам. Однако и он не избежал той же участи, что его сводный брат. Еле встав с кровати после бурной ночи, – что подразумевает уничтожение монстров и преступные группировки, а не то, о чем многие могли подумать – парень протёр глаза, стукнул кулаком по раздражающему источнику громкого звука и направился умываться. Спросонья он медленно соображал, поэтому не сразу заметил, что окружающие его предметы несколько увеличились в размерах. К примеру, тапки стали ему велики на размеров 20, пижама как то странно висела на нём, а про то, что с кровати пришлось спрыгивать – вообще нужно потрудиться не заметить. Но на всё это Дилюк не обращал внимание. Окончательно проснулся он лишь тогда, когда не смог достать до шкафчика с зубной пастой и щётками, который висел над умывальником. — Что за... Ступор сковал не только тело, но и мысли. В голове не было ни одной идеи, которая хоть как нибудь смогла объяснить текущие странности данной ситуации. Спустя минуту осмысления, испуганный крик разнёсся по всей винокурне. В штабе было тихо, на удивление, спокойно, что бывает отнюдь не каждый день. — Где Кли? — спросила Джинн у Лизы, которая вышла из своей зоны тишины и комфорта – библиотеки. Иногда казалось, что она в ней живёт. Никто бы не удивился, обнаружив кровать, сложенную из мемуаров или целый замок из древних свитков и книг. Здесь, в Ордо Фавониус, все немного не в себе. — Думаешь, что это затишье перед бурей? — сразу же смекнула женщина, облокотившись на подоконник. Она устало зевнула, прикрыв рот рукой и перевела изумрудный взгляд в окно, наблюдая затем, как разговаривают Кейа и Эмбер. И вправду, раз нигде нет взрывов и суматохи, очевидно это неспроста. — Вовсе нет. Просто как то странно всë. Мне не по себе от такой обыденности. — Джинн сложила руки в замок и положила гудящий голову на них. — Возможно, ты права, милая. — согласилась Лиза. — Для Монштада, учитывая минувшие дни, такая обыденность слишком непривычна. — У меня не хорошее предчувствие. — прошептала Джинн, поставила последнюю печать и подошла к окну. Возможно, она думала, что если этого не говорить, то ничего и не произойдёт. Во всяком случае, она надеялась, что подозрительность вытекает из её личной паранойи и совсем никак не связана с шестым чувством. Всё это из-за переутомления – так она себя оправдывает. Лиза внимательно проследила за её маршрутом и спросила, приподнимая уголки губ. — А может, всё это лишь потому, что ты нервничаешь из за сотрудничества с одним выходцем из Снежной?~ Джинн одарила подругу недовольным взглядом и устало помассировала виски́. Отрицать было бесполезно. Как и Кейа, Лиза была слишком проницательна. — У нашего капитана всё под контролем. Тебе не о чëм беспокоиться, милая~ Кейа, будто услышав о чём те говорят, повернулся к окну в кабинет Действующего Магистра Ордо Фавониус. Он солнечно улыбнулся в ответ на приветствия Лизы и направился по своим делам. Утро тяжелым грузом недосыпания давило на сознание. Повсюду ходил народ не смотря на то, что ещё слишком рано. Лавки были уже открыты, продавцы бодро зазывали клиентов. Капитан кавалерии приветствовал знакомых лёгкой улыбкой; всё как обычно. Никто не мог распознать в нём недовольство и разждражëнность благодаря впечатляющей актёрской игре. Но всё же существовали те, кто даже через толстую маску мог разглядеть настроение парня. Одного из этих самых единиц и направлялся встретить капитан. Дойдя до центральных врат городских стен, Кейа приветливо поздоровался со стражниками, которые, заприметив его издалека, создали видимость абсолютной серьёзности и сосредоточенности на выполнении своих обязанностей. — Браво. — с едва уловимым сарказмом похвалил капитан. — Лоуренс, Свен, отличный день, не правда ли? Манеры капитан кавалерии не терял даже уставшим и раздражённым. Если поднять его посреди ночи и спросить о правилах ведения светских бесед, он, с огромной вероятностью, даже не запнëтся. Уж язык у этого парня хорошо подвешан. — Кейюшка!~ — послышался слащавый тон и парень спокойно обернулся на звук, заранее готовый отойти в сторону. Некто с рыжими волосами и небесными глазами набросился с объятиями на него, не дав шанса увернуться. Ожидаемо, ведь они достаточно близко изучили друг друга, чтобы моментально считывать намерения и стратегию по одному лишь взгляду. — Чайльд. — Давно не виделись, братишка. Даже соизволил поднять свой прекрасный зад, чтобы встретить меня? Рыжеволосый парень подмигнул, не скидывая руки с плеч жертвы своего тактильного голода. Стражники на воротах ошарашенно переглянулись, но раз капитан такое позволяет, значит, всё в порядке..? — Оставь свои пошлости для господина Чжун Ли. — Кейа прищурился, но это заметил только тот, кто стоял с ним вплотную. Чайльда ни капли не смущало их положение, как и откровенно-флиртующий стиль разговора. Они друзья. — Только он готов их адекватно воспринимать. Спустя пару минут пронзительных гляделок, их всё же пробрал смех. Парни, в сопровождении недоумевающих взглядов стражи, направились в штаб для обсуждений дальнейших дел. — В Монде всё так размеренно. Прям городок полного спокойствия~ — не переставая удивляться этому, заявил Чайльд, поднимаясь по ступенькам с закинутыми за голову руками. — В старости куплю домик здесь, в окрестностях. — Который раз ты это говоришь?— уточнил Кейа, припоминая подобные разговоры в колличестве не менее 5. Чайльд вправду был не раз в городе: государственные дела, политические визиты, дружеские встречи. И каждый раз он вторил без устали о том, как прекрасна размеренная и тихая жизнь. Оно и понятно, в Монштадте и его окрестностях гулял дух ветра - дух свободы. Это умиротворение придавало своеобразный окрас: легкий и беспечный, от которого хотелось прилечь на молодую траву под вековым деревом в Долине Ветров. Всё словно шептало, убаюкивало. Безмятежность охватывала жителей и гостей из дальних стран, дарила им душевный покой. — Чай, кофе? — В список предложений не входит «капитан Кейа»? Я бы взял двойной. — Чайльд, — парень снисходительно усмехнулся, — часто ли твои подкаты срабатывают? — Он поставил стакан кофе и блюдце с хрустящими печеньями на круглый столик перед диваном. Сладкий и бодрящий аромат завтрака пробудил желудок. Гость благодарно улыбнулся и откинулся на мягкую спинку, хрустя печеньем. Давно он не ел нормальной еды – вот они, минусы работы посла. Разъезд постранам и частые ночёвки где придётся начали атаковывать здоровье, поражая язвами желудок и усталостью мозги. Но к жизни его привёл запах кофейных зёрен и густая молочная пенка, нежно целующая губы. — Приятное дополнение к неприятной работе. — Да уж, бумажная волокита бывает страшнее войны. Но без этого, как ни крути, не обойдётся ни одна деловая встреча. — Чайльд прыснул, — Какая ирония. Кейа согласно кивнул, устало опустившись напроттв друга. Разговор был конфиденциальный, поэтому в кабинете кроме них больше не было ни души. Даже стражи у дверей не стояло. Полностью избавились от посторонних ушей. Их дело заключалось в скорейшем устранении одного человека. Он был помехой для обоих организаций, как для рыцарей, так и для Фатуи. Вернее, он был последней ступенью перед становлением Чайльда одним из предвестников. — Проблема заключается в следующем. — рассказывал парень, покачивая свой напиток и задумчиво глядя на водоворот. — Один из предвестников, назовём его Х, против моей кандидатуры. Вместо меня он хочет выдвинуть кое кого из своих приближённых людей. Однажды он попытался уничтожить Монштадт при помощи влияния на аристократию, однако эти попытки были успешно сорваны. Но теперь его гнев на ваш город возрос. Когда я выступил на выборах, многие были на моей стороне, но он поставил мои планы в противоречие со своими, что разделило остальных судей на две части «за» и «против». В итоге было решено, что каждому дастся время на выполнение приготовлений для показа наилучшей идеи преобразования общества. Я начал свои, однако мои осведомители намекнули, что он, вместо подготовки, намеревается устранить меня. Для этого он вновь привлечёт вашу аристократию и заодно повторит попытку избавиться от ненужных угроз. — Два зайца и один выстрел. — не очень обрадованно хмыкнул Кейа, уперевшись взглядом в потолок, — Ненужные угрозы, разумеется, — он сделал пару глотков крепкого бодрящего напитка и закончил, — это рыцари Ордо Фавониус? — Почти. — согласился Чайльд. Он поставил стакан на стол и закинул в рот ещё пару печенек, прежде чем взять в руки старый документ из огромной стопки сбокуот дивана. — Скорее всего под удар попадают все обладатели Глаза Бога и видные персоны. Он приверженец старых традиций и очень мстительный. Поэтому я уверен, что он задумал подчинить себе Монштадт с помощью влияния на аристократию. В прошлый раз ему это почти удалось. — Для начала, опустим все ненужные размышления и догадки. — Кейа сел ровно и задумчиво сцепил руки в замок. — Для захвата власти хватило бы одного ордена или собора – на их силе и защите держится весь Монд. Если коротки сроки, то почему он не предпринимает быстрых действий? Чем ему насолила аристократия? — Ха-ха. — рыжеволосый парень искренне рассмеялся и, закинув руки за голову, расслабленно откинулся на диван. — Тебе, братец, этого не понять. Ты ведь и сам входишь в солидное высшее общество. Кое где я слышал выражение «Сорнякам не понять трудностей орхидей». Кейа изогнул бровь в недоумении. — Сорняки с лёгкостью могут расти там, где орхидеи завянут. Погода быстро стала ухудшаться. За окном послышался лёгкий стук дождевых капель. Окна покрылись рябью, а городской вид за ними посерел. Некое липкое и противное предчувствие зародилось в душе. Пока ещё не ясно, как необходимо было действовать и откуда вообще начинать. — Как он планирует устранить угрозу? — спросил Кейа, больше даже не Чайльда, а самого себя. Он уставился на тихо скатывающиеся капельки, что постепенно увеличивались в размерах. Тишина повисла ненадолго. Звукдождя за окном усиливались, больше отвлекая мысли, вскоре стало невыносимо думать. Шум за дверью тоже мешал парням размышлять. Чайльд присвистнул и обернулся. — Что за шум, а драки нет? Кейа не успел открыть дверь, как трое стражников ввалились к нему в кабинет кучей малой, а четвёртый стоял в проходе и еле сдерживал агрессивного зверëнка. Капитан взглянул на них, чудом сохраняя свою привычную невозмутимость, но присмотревшись к главному источнику шума, осознал, что это был вовсе не зверь, а маленький мальчик в чёрной рубашке, свисавшей с него, словно нацепил он не свою, а отцовскую, весь промокший и грязный, с огненно красными волосами и острым, пронзающим насквозь душу, взглядом. Ребёнок притих, как только поймал в поле зрения синеволосого парня, застывшего с нечитаемым лицом. — Что за... — хрипло выдавил Кейа, не отрывая взгляда от мальчика, вырвавшегося из цепкой хватки стражника и бесцеремонно прошедшего в кабинет по ступенькам из других, всё ещё валявшихся на полу, рыцарей. — Да, я тоже так сказал. — произнёс ребенок, подходя к парню. Серьёзный вид мальчика, на удивление, подходил ему. Обычно дети себя так не ведут, но этот ребёнок словно давно перерос сверстников и даже многих взрослых людей. — Простите капитан! — поднялся один из рыцарей и попытался схватить ребёнка, но жест начальника его остановил. — М-мы не хотели тревожить вас и срывать встречу! Пр-простите... — Д-да, сэр! — опомнились остальные. Они подскочили и склонились в извинении, нервно поджимая губы. Видимо, их гордость сильно растоптана маленькими ножками. — Простите нас, этот негодный мальчишка нёс чепуху и... — Так, — перебил Кейа, — для начала вы вчетвером обойдёте город по периметру и, в особенности, за стенами, а в процессе сформулируете мне чёткое объяснение этому. — он неопределённо махнул всторону, подошёл к рыцарям, ободряюще похлопал их по плечу и выпроводил с кабинета, закрыв дверь. — А ты, — продолжил он, обратившись к незваному гостю. Тот смерил его усталым взглядом и двинулся вглубь комнаты. Сопроводив ребёнка до дивана, куда тот с усилием забрался и сел, Кейа болезненно обхватил рукой голову и прошептал, — начинай убеждать меня, что я не сошёл с ума. — Хотелось бы, — согласился мальчик, поджав ноги, — Но я ещё себя в этом не убедил. — Вау! — Чайльд, апплодируя, приблизился и навис на Кейю сзади. — Братишка, я не знал, что у тебя есть ребёнок. Мы не виделись всего лишь го-од... — протянул парень, а затем выпалил, — Так значит, ты скрывал сына?! Он что, внебрачный? — Уймись. — отрезал Кейа, потирая переносицу. Всё это конкретно выбивало из колеи. Капитан кавалерии почувствовал, как его мозг закипает в буквальном смысле, а глаз начинает дёргаться, к счастью именно тот, который был спрятан под повязкой. — Как? — всё, что смог выдавить на данный момент парень. Он ещё и глаза протёр на всякий случай, но невообразимая картина перед ним не исчезла. Ребенок всё ещё сидел с пустым лицом, но пронзительным прищуром, оглядывая стоящих перед ним парней. — Мне вот, тоже интересно. — невпопад согласился Чайльд. — Как это понимать? — Он подошёл ближе к мальчику, протягивая руку сквозь барьер злобного взгляда, ущипнул за щечку и вынудил улыбаться. Хотя это больше походило на оскал. — Как такой милашка может быть сыном ледышки вроде тебя, капитан? Нет, вы совсем не похожи. Тыуверен, что он от тебя? — Мальчик грубо хлопнул по руке и Чайльд опешил, потирая покрасневший участок кисти. — Беру слова назад. Копии. — Хм-м... — напряжённо промычал Кейа, обхватив голову и погружаясь в омут раздумий, забив на ноющую боль в районе висков. Казалось, что внутри бушует ураган, перемешивая все мысли между собой и расталкивая их в разные стороны с такой силой, что они разбиваются о череп. Он сжал руками болезненные места, стараясь растереть их. Кто знает, может от погоды его мозг замёрз и тепло поможет растопить боль? Синие шелковистые локоны выпали из хвоста, длинная чёлка перекрыла почти всё лицо, а кое где на макушке растрепалась в завитках укладка. Брови сползли к переносице. Хмурый Кейа – ещё одно чудо света. — Не думай об этом, друг, я же пошутил. — Чайльд забеспокоился и примирительно стал приводить волосы парня в порядок. Он разгладил всё и ощутимо сжал напряжённые плечи. — Нет ничего плохого в том, что вы с сыночком так схожи. Да, у тебя очень не простой характер, но от этого он не становится ужасным! И твой сын тоже вовсе не плохой! В агрессивности есть своя красота~ — Чайльд. — спокойно произнёс Кейа, однако парень вздрогнул и отошёл на пару шагов, раскрыв ладони в жесте «сдаюсь». Он достаточно хорошо знает капитана монштадских рыцарей, чтобы уметь чувствовать холодные отголоски смерти, каторая может постичь раздражителя. Кейа выгнул бровь на неловкую попытку будущего предвестника примирительно улыбнуться и вздохнул. — Он не мой сын. — Но- — Тебя это не должно касаться, придурок. — отрезал мальчик. — Он мой брат. — объяснил Кейа, пропустив мимо себя недовольный прищур, в котором совсем не ощущалось радости от сказанного. Будто он даже не собирался произносить это слово, а его вынудили признать. — Что грёбанные Фатуи делают в твоём кабинете, сэр Кейа? — с укором обратился мальчик, на что Кейа невозмутимо ответил. — Работают. А что ты делаешь здесь в...таком виде? — Браво, гений. — Дилюк закатил глаза, — Выкрутился. Атмосфера между ними складывалась не то, чтобы злобная, скорее напряжённая и в меньшей степени неловкая. Чайльд переводил взгляд с одного на другого и видел явные искры между ними. Как кошка с собакой – думал будущий предвестник Фатуи, наблюдая за безмолвной войной между названными братьями. — Так зачем ты сюда пришел, мастер Дилюк? С этим всем, — он выразительно обвёл детское тело глазами, — тебе прямиком в собор Барбатоса. — Кейа задумался на секунду и добавил, — Можно к Лизе, но лично я бы выбрал первый вариант. — Поддерживаю. — согласился Чайльд и взял со стола недопитый кофе. Кейа сопроводил его действия недоумением. — Это мой. — Ах! — смущëнно прикрыв рот, вздрогнул парень. — Это же косвенный поцелуй? — голубые глаза мило заслезились, длинные ресницы затрепетали, а брови встали домиком. Актёрскому таланту Тартатьи также можно было позавидовать. — Я что, украл ваш первый поцелуй, капитан? О, нет. Как же это получилось? Я такой развратный~ — Кончай. — упрекнул Кейа, на что Чайльд сымитировал стоны, но после первых двух получил подзатыльник и ненадолго умолк. — Этот шут не может быть в качестве посла. — изогнул бровь Дилюк. Он подобрал под себя ноги и прижался спиной к дивану. — Зачем он здесь? Тем более, что он из Фатуи. Из уст красноглазого малыша это утверждение звучало как подозрение в государственной измене. Осознание этого заставило парней не надолго замолчать, переваривая очевидный упрёк из неочевидного рта. — Это дело не касается гражданских, Дилюк. — Кейа отвёл взгляд, допил свой кофе и, не глядя, кинул стакан через плечо. Тот пролетел до рабочего места, стукнулся об стопку книг, прокатился по столу и упал прямиком в мусорку. — Страйк! — похлопал Чайльд. — Моя очередь. — он решил подхватить инициативу друга и устроить маленькое соревнование. Парень стал просчитывать траекторию движения своего стакана, целясь куда то между книг, пока разговор двух братьев продолжался. — Точно клоун. — Чем бы дитя не тешилось. — пожав плечами, капитан накрыл карту, разложенную ими на столе, чтобы она не попалась никому на глаза. — Когда и как это произошло, помнишь? Дилюк утомлённо покачал головой. Идей совсем не было. — Что вас так гнетёт? — наконец спросил Чайльд, в один миг вернув себе серьёзность. — То, что он заявился сюда в ливень? Кейа развернулся к окну и вспомнил о хмуром небе, сильном ветре и бушующих водных стрелах, рассекающих холодный воздух, пронзающих землю под косым углом. — Нет. — хмуро, в поддержку тучам, ответил мальчик и мелко вздрогнул, когда за окном ударил раскат грома. — Это покажется странным, — всё ещё глядя в окно, проговорил Кейа, — но мы с ним ровестники. Чайльд застыл в нерешительности. Им двигал интерес, но чувство такта сдерживало детский задор. Немного поразмыслив, он всё же подошёл к ребёнку, склонился впритык и внимательно оглядел с ног до головы. Дилюк явно не обрадовался такому, съежился ещё больше и одарил парня предупреждающим взглядом. Лицо ребёнка осталось невозмутимым, что только больше настораживало. Его свирепый огонь в глазах неистово полыхал, грозя прожечь дыру в раздражителе, но Чайльд настолько привык к равносильному поведению Кейи, что вслепую игнорировал такие устрашающие жесты уже на автомате. Он положил руку на голову мальчику и с ухмылкой стал трепать. Дилюк потерял дар речи, – никто не смел себе позволять таких вольностей, – а после всё же потребовал прекратить, отбившись от настойчивой руки. — Такой милаха! Дай ка братик Чайльд тебя потискает~ — восторженно хихикнул предвестник, пока ребёнок не вскочил и не замахнулся. — Дилюк, успокойся. — Кейа вовремя схватил маленькую руку ребёнка, которой тот собирался врезать по морде послу. — Он дразнит тебя. — спокойный тон привлёк внимание и весь гнев быстро потух. Дилюк поджал губы и опустил взгляд в пол. — Возьми себя в руки. Почему... — Кейа будто прозрел. Его давно волновало кое-что, но внимание всё время отдалённо перебивалось чем то другим. Наконец он внимательно посмотрел на их сцепленные руки и договорил уже более мягко — Почему ты такой холодный? Дилюк долго молчал, взвешивая решение. Сказать и оказаться уязвимым? Или промолчать и страдать дальше? Наконец здравомыслие пересилило. — Остались только личность и память. — совсем тихо произнёс мальчик, не поднимая головы, — Всё остальное пропало до нынешнего возраста, в котором глаза Бога у меня ещë нет. Кейа вздохнул и присел на корточки перед ним, не выпуская, теперь уже кажущуюся хрупкой, ручку. — Почему ты раньше не сказал? — с лёгким укором спросил парень. — А что бы ты сделал... — как то поверхностно отреагировал Дилюк, переведя два лавовых омута в стену. Ему точно не было дела до себя, хотя он уже успел заметить некоторые неудобства резкой смены возраста. Кейа не удивился. Это было так похоже на его брата. Вот только нынешняя ситуация– совсем не из тех, в которых можно было бы забить на незначительные вещи. В подобном вообще ничего незначительного не существовало. От информации зависела стратегия и то, куда можно обратиться за помощью. Не пойдёт же он к целителям, если наложено проклятие, а к ведьме с колотой раной. Ну а о состоянии потерпевшего напрямую зависит метод лечения. Если б Дилюк это понимал, когда выходил в дождь в таком виде. Кейа услышал раскат грома и ощутил прохладный воздух, прорвавшийся из приоткрытого окна. Парень сам вздрогнул, что уже говорить о мальчишке в одной только рубашке, длиной достигающей лишь колен. — Согрел бы тебя, для начала. Дилюк в недоумении посмотрел на свои руки, которые обдало тёплым дыханием. Кейа начал растирать ледяные пальцы и греть ладони брата, интенсивно опаляя их своим горячим дыханием. — Чайльд. — Уже несу. Парень выбежал из кабинета и стремительно направился к ближайшему месту, где можно было раздобыть тёплый чай. Им даже обсуждать планы не приходилось. Один мозг на двоих. – негодующе скривился Дилюк, но промолчал, уставившись на дверь. — Как можно быть таким безрассудным? — спросил Кейа, усадив мальчика на диван и продолжая растирать его замёрзшие конечности. — Кто бы говорил. — буркнул Дилюк, когда капитан кавалерии укутал его в свою пушистую накидку. Ребёнок крепче сжал её, зарывшись носом в мех. — Я проснулся уже таким. — объяснил он, — Не знаю, как или зачем, но полагаю это был мужчина в золотой маске. Он пробрался ночью на винокурню и напал на служанок. Когда я выбежал, он взял Моко в заложники и предложил мне сделку: если я выполню его условие, он уйдёт и никто не пострадает... — Какие были условия? — Я принёс. — спешно оповестил Чайльд, войдя в кабинет и поставив кружку на стол. — С мятой и молоком. Самое то для снятия стресса. Дилюк умолк, как только посол появился в дверях, сияя своей энергичностью. За окном, конечно, только день наступил, но погода сегодня была сурова. Сквозь стены холодного дождя и плотные грозовые тучи не проникало света, будто уже смеркается. Кейа смекнул, что брата волнует присутствие того, кому он не доверяет, и убедил продолжать, гарантируя, что Чайльду можно верить. — Он хоть и раздражает, но всё же на него можно положиться. — А ещё я принёс чай. — Чайльд гордо поставил руки на пояс, — Это значимый и тёплый жест в моей стране. Мальчик посмотрел на него, затем на капитана кавалерии. Оба парня излучали уверенность и между мини явно мелькали отголоски искренней дружбы. Это было подозрительно и совсем не нравилось Дилюку. Однако выбора особо не было. Он продолжил рассказ. — Мужчина в золотой маске дал мне лист. Старый, с неразборчивыми записями. Сказал, чтоб я сжёг его и развеял над рекой Монштада. Упомянул о ритуале Ка-ак... Как то... Капа-что-то-там... — Ритуал Капачиро Сенрë? — тут же перебил его попытки Чайлд. Его лицо побелело. – Ты уверен?