Пойманный вдох

       Помятая постель, выброшенная на пол верхняя одежда и Луз, пытавшаяся не запустить коленку между бедер раскрасневшейся одноклассницы. Девушки жадно хватали ртом воздух. Магический шар крутил очередные новости, пытаясь как-то заглушить томные вздохи возлюбленных. Все шло своим чередом, так думали они, но с каждой неделей и каждым поцелуем желание сблизится, усиливалось до максимальных пределов. Им было мало поцелуев. Толи оковы в голове, толи их нерешительность сковывало тело, и после череды поцелуев следовала тишина. Эмити часто впадала в краску, даже сейчас сидя на коленях своей девушки и пытаясь прикрыть горящие щеки, она лишь шепчет: — Луз, мне мало поцелуев… — И пытаясь не доставлять неудобства девушке, слезает на матрас. — Я понимаю тебя, картошечка, но я еще не готова, — признается она и пытается укрыть одеялом босые ноги девушки. Эмити понимающе кивает, Луз колеблется. А она не хочет давить на нее, это не в ее стиле так поступать с близкими. Комнату окутывает неловкость. Ужасно давящая тишина и хочется просто поговорить. Неважно о чем, но только бы не слышать тяжелое дыхание после длительных поцелуев. Луз нежно гладит щиколотку Эмити и пытается хоть что-то прочитать на лице ведьмочки и удрученно выдыхает. — Эми, тебе обязательно ехать на эти ведьминские сборы? Видишь ли… Я не хочу с тобой разлучаться на эту неделю. Может мне заменить кого-нибудь из учеников, которые поедут с тобой на летучем автобусе? Эмити мило улыбнулась, теперь осознанно понимая, почему Луз поникшая в последние три дня. Она собрала волосы в хвост и придвинулась к Луз. Уже за честный ответ, Эмити готова расцеловать и так пунцовые щеки девушки. В мыслях сразу же всплывает строгий образ матери, которая от таких новостей сжимает свой кулон и приказным тоном говорит уйти в комнату. Эмити знала, что идти против матери — равносильно суициду и лишь грустно погладила Луз по щеке. Ее мама даже не знает, что у младшей дочки есть прекрасная и самая крутецкая девушка во всем волшебном мире. И она не хочет расстраивать ни Луз, ни маму. — Луз, я не могу остаться, ты же понимаешь. — Эмити носом провела в подбадривающем жесте по щеке ее маленького верного щеночка, положив голову на жесткое плечо. — Моя мама будет зла и снова запрет меня дома. Я не могу оставаться там, где от меня ждут великих свершений, как от моих прародителей. Я хочу спокойно окончить школу, и каждый день с тобой видится, невзирая на чужое мнение. Это всего на недельку, а потом я буду, как и раньше с тобой проводить время. Луз с нестерпимой тоской обняла свою девушку и согласилась с ее словами. Она понимает весь груз тяжести, свалившейся на ее плечи. И хочет лишь порадовать любимую, даже если придется пожертвовать своим свободным временем и здоровьем. Для ее сладкой картошечки она может уделить время всего мира, ради ее искренней улыбки и такого задорного смеха. Она понимала, что не может как-то помочь в данной ситуации и вернулась к началу их совместного времяпровождения, а точнее учебой. Эми пять дней в неделю посещает человека уже на протяжении месяца, чтобы как-то облегчить общий оклад с повышением знаний и общих дисциплин. Заклинания Луз даются легко, но нельзя забывать про теорию, азы всех начал, так говорил староста класса. Пока его случайно не довела до истерики ее любимая девушка. Почему же Эмити не была старостой в их классе? Она была хороша в учебе. Учителя тянули на олимпиады и конкурсы, если не забывать одно — ее заставляли. Каждый Божий день она без какого-либо желания открывала глаза и смотрела на грязный от сажи потолок и куча ароматизированных свечей, которые давали перед сном провалиться в небытие и чувствовать там себя по истине свободной. Но что такое свобода? Ведь нельзя никак ощутить себя таковой. Слово, которое не соответствует ожиданиям других. Свобода и Эмити были связаны одним клеймом — они не соответствовали ожиданиям общества. В ближайшие месяцы будет организованы выборы на нового старосту. И все снова принуждали подростка стать тем, кем она не хотела быть. Люди, которые начинают жизнь с чистого листа могут не знать, что как бы мы не менялись, есть то, что остается неизменным — это сама душа. Но с других уст правда будет у каждого своя. Эмити боялась разочаровать и подвести семью, поэтому ей придется стараться. Между объяснениями незнайка подала голос: — Эми, давай каждый день писать друг другу, пока ты не вернешься. А за это время я попытаюсь сама себя поднатаскать в учебе, хорошо? Пара карамельных глаз источали желание и дикую скрытую радость, которую она старалась не показывать другим, но такие оживленные и яркие могла видеть только Эмити. Ведь с таким взглядом она смотрела только на нее. — Конечно, Луз. Но у меня есть условие. — Луз слегка напрягла плечи, внимательно всматриваясь в профиль ведьмочки. — За эту неделю ты должна освоить не менее двух заклинаний. Я хочу вызвать тебя на дуэль и сравнить наши показатели с прошлыми месяцами. Потом не вини меня, ведь я предупреждаю заранее, человечишка, я прокачаю до максимума свое тело. Луз рассмеялась с серьезности Эмити и воодушевленно махнула рукой вверх: — Значит, точно выполню! Возлюбленные посмеялись и наконец, застелили постель. Они продолжили заниматься оставшиеся часы уроками, но Эмити по времени нужно торопиться домой и собирать вещи в поездку. Луз провела Эмити до ворот ее мрачного дома и взяла с заботой за руку. Огромный столб дыма шел с трубы на крыше, значит, что все дома ждут Эмити, но Луз не хотелось отпускать ее в тот мрак, и она почти шепотом сказала: — Возможно, это будет эгоистично, но мне так не хочется отпускать тебя к матери, — замялась шатенка и крепко стиснула губы. — Что будет, если ты останешься на ночевку со мной? Эмити с признанием посмотрела на нее, но ей придется отказать. Слишком боязно, что ее могут посадить на домашний арест и забрать ее источники связи с человеком. — Я не могу. — Может, тебя отпустят к Боше. Ты пойдешь ко мне, и под утро я тебя подкину до школы. Прошу, хотя бы сегодня сделай мне одолжение. Для ведьмочки было трудно решится на такой шаг. Он может повлечь за собой огромные проблемы, но и эти темные завлекающие глаза, так и показывающие, что она нужна Луз как никогда раньше, навлекали на резкие порывы нарушить чертовы правила и действовать, как хочется ей самой. Но пока она еще не набралась смелости показать матери, чего она стоит. — Давай в следующий раз, хорошо? Я очень сильно устала, — Эмити сжала ладонь Луз и уже своим взглядом просила простить ее за трусость. Но Луз понимала, что бесполезно пытаться. И она тоже знала о последствиях и быстро поцеловала щеку девушки. Она ни капли не злилась на нее, а лишь пыталась потешить свое воображение. Она хотела проводить не только с ней дни, но и ночи, крепко уткнувшись в ее твердое плечо. Луз взяла Блайт за руки и приблизила свое лицо ближе к ней. — Запомни, ты не трусиха, Эмити, как тебе может показаться. Ты самая милая, добрая, ответственная и сильная девушка, которую я когда-либо встречала за все свои годы жизни. Я не перестану говорить какая ты замечательная, — и Луз оставила свой поцелуй уже на другой щеке. Эмити раскраснелась. Ее заостренные ушки вздрогнули, как и улыбка влюбленной Луз. Она не любила смущаться, но ухмылка Луз дратовала ее разум. Хотелось нашкодить и показать, что не одна она может так мило смущаться. Зазнайка пыталась увести девушку подальше от ворот, и первое что пришло ей в голову для осуществления, так это прижать к заросшим травой прутьям и поцеловать подальше от окон. Луз шикнула от неприятной боли, когда оступилась и спиной столкнулась с железками. Эмити прижалась к ней настолько близко, что их лбы соприкасались. Из рта вырывались вздохи, но девушки лишь начали в очередной раз за день смаковать губы друг друга. Блайт запустила руку в темные волосы девушки, как Луз напротив, прижала за тонкую талию лучшую ученицу Хексайда и запустила ладони под тунику. Она проводила пальцами по выпирающим ребрам и хотела снова пристрастится к шее, как Эмити расставила руки по оба плеча и обеспокоенно шикнула. — Мне нужно идти, Луз. — Картошечка, может, еще чуть-чуть понежимся под ночами такой яркой луны? –Озорная улыбка Луз могла преодолеть огромное расстояние к сердцу Эмити, но страх оставался страхом, когда сгущаются сумерки. — Никаких, а «может», Луз! -Ну, а можно тебя хоть обнять? Эмити зло посмотрела на шатенку, не зная, как признаться в тяжести внизу живота и учащенном сердцебиении. Кто бы знал, что всего за несколько недель она смогла влюбиться в человека из другого мира и познать, что такое разделить свое одиночество на «до» и «после».Сколько прошло месяцев после того случая помощи Хути им с Луз. Возможно, они бы и продолжали строить перед лицами друг друга барьер и их общение с годами бы сошло на нет, если не считать, что Луз пришла из человеческого мира и могла уйти намного раньше. Эмити снова откидывает мысли о скором уезде Луз и снова выдавливает улыбку. Если она- лучшая ученица уезжает на неделю, но Луз уже впадает в уныние, то что произойдет с ней, если Луз уйдет навсегда? Эмити потянулась к ее талии, уткнувшись в плечо. Волосы цвета пурпура щекотали открытую шею шатенки, но девушка, наоборот, прижалась к ведьмочке и легкими движениями руки гладила ее по спине.Солнце село и на улице стало холодать. Луз поняла без слов мысли Эми и лишь молча вслушивалась в шмыганье носом. — Это из-за холода, — бормочет Эмити в толстовку и Луз соглашается. Она не хочет, чтобы Эмити чувствовала себя неловко. Ветер с Севера гнал холод, так и намекая, что уже пора домой. Мурашки проходили по коже табуном. Спина из-за холодных балок медленно покалывала, но Луз терпела и все также поглаживала лопатки. Луз шепнула на ухо спустя время, когда ее пальцы на ногах начало покалывать: — Холодает, принцесса. Думаю, на сегодня нужно закончить, то ты заболеешь, — Луз чмокнула теплый лобик ведьмочки, выпрямив больную спину. — Пиши мне, когда твоей душе угодно, хоть ночью. Я отвечу. Эмити вытерла лицо от слез и улыбнулась. Снова. Как и тогда в библиотеке. И в последний раз по родному обняла девушку. — Хорошо. После прощания с Эмити, Луз направилась на утес за домом. Она в последний раз увидела силуэт ее девушки, пока она не скрылась за прочными дубовыми дверьми. Свет в гостиной так и горел, что слегка потревожило разум человека. Ведь она знала, что дома ее ждут. Луз испытывала стыд и беспокойство. Она задержала Эми, и это может означать, что из-за нее могут ее девушку наказать. Но ноги несли ее по темной тропе, пока в нескольких километрах горели фонари на улочках не такого большого по сравнению с человеческим миром города. В Совином доме горел свет, как и было ожидаемо. Луз нравилась чарующая атмосфера ночью. Она прошла под окнами своей комнаты и завернула за деревья. В кармане лежали мятые листочки и карандаш. Голова гудела от мыслей, но она хотела продолжить обучение. Луз хотела впечатлить Эмити заклинаниями, ведь ее девушка верила в нее так же, как Ида и Король. Они были ближе всех. Она уже считала их частью своей семьи, но где-то там за несколькими триллионами звезд и нескольких галактик возможно находится ее мама. Которая также с грустью смотрит на луну… Луз вернулась за учебником в дом и снова пришла на свое место. Сделав для начала заклинание света, она осветила страницы учебника и уже более собранным взглядом штудировала новый материал. В ее мыслях было лишь Эмити и предстоящие дни без нее. И она желает посвятить себя магии, пока ее самая крутецкая девушка в отъезде. Когда ее руки с часами окоченели и карандаш стал выпадать из пальцев, сонная девушка вернулась в дом, где уже погасли огни.