Необузданный

*Воспоминание* Быть Вэй Усянем было утомительно, но в то же время чрезвычайно полезно. Эта роль заставила Сяо Чжаня многое переосмыслить о себе. Необузданный характер Илин Лаозу был большим испытанием как физически, так и морально. Но самой большой проблемой Сяо Чжаня было сдерживать рвение Ван Ибо. С их первой совместно проведенной ночи Ибо становился все более и более смелым и провокационным. С одной стороны Сяо Чжаню нравилось играть в эту рискованную игру. С другой стороны, он продолжал уговаривать себя немного успокоиться. Держаться на расстоянии было нелегко, но они всегда находили способ прикоснуться друг к другу, пусть даже только слегка. Взгляды, которыми обменивались Вэй Усянь и Лан Чжань, также не помогали потушить огонь в их сердцах. Наоборот, пристального взгляда Ибо / Хангуан-Цзюня на него было достаточно, чтобы завести Сяо Чжаня. Вскоре они начали постоянно обмениваться сообщениями по телефону, но старались не делать это у всех на виду. К сожалению, юношеские порывы Ибо иногда было трудно обуздать, и Сяо Чжаню приходилось постоянно напоминать ему, что они должны вести себя осторожно, не только ради самих себя, но и для блага всего сериала. Еще одна большая проблема, с которой пришлось столкнуться, заключалась в ревности, о которой Сяо Чжань раньше даже не подозревал, и которая все равно была ничем по сравнению с ревностью, которую испытывал к нему Ибо. В один момент он мог вести себя как взрослый и зрелый человек, а в другой — вел себя совершенно по-детски. Тем временем сексуальное напряжение между ними только нарастало. Когда у них обоих, наконец, выдалась свободная ночь, они отправились прямиком в комнату Сяо Чжаня. Поездка на лифте была мучительной. Ибо едва мог сдерживать себя. Он сжимал и разжимал руки, покусывал губы, бросал страстные взгляды в сторону Сяо Чжаня и выглядел так, будто собирался запрыгнуть на него. — Ибо, тебе нужно быть немного сдержаннее. — посоветовал ему Сяо Чжань, когда они, наконец, оказались в его комнате. — Думаю, я достаточно сдерживался. — сказал Ибо, притянув Сяо Чжаня к себе за куртку и целуя так, будто хотел высосать из него душу. Сяо Чжань тоже с нетерпением ждал этого момента, поэтому страстно ответил на поцелуй. Они нетерпеливо сняли с себя одежду, разбрасывая ее повсюду. Не прерывая поцелуя, Ибо накрыл Сяо Чжаня своим обнаженным телом, упав вместе на середину кровати. Его сильные руки скользили по всему телу Сяо Чжаня, который в этот момент не мог не вспомнить, как эти руки играли на цитре в тот день. Все это время, наблюдая за ним, он представлял, как пальцы Ибо точно также касаются его тела. Но прикосновение Ибо не было нежным. Оно было безрассудным, отчаянным и восхитительным. Сяо Чжань просто тонул в его прикосновениях. – Ах… — простонал Сяо Чжань, когда Ибо скользнул языком по его шее. Внезапно все, что он чувствовал, были только язык и зубы Ибо. Сяо Чжань громко застонал, почувствовав укус на соске. Ибо продолжал скользить языком все ниже по его телу. Поцелуи становились все более яростными, и Сяо Чжань был уверен, что все его тело будет в отметинах. — Ибо! Осторожнее, не оставляй следов… Ах… — Сяо Чжань прикусил нижнюю губу и запрокинул голову, когда почувствовал губы Ибо на своем члене. Это был шок. Он совершенно этого не ожидал. Увидев горячие, пухлые губы, с энтузиазмом обхватывающие его член, Сяо Чжань чуть сразу не кончил. Им нужно было поговорить, установить правила и границы того, что можно, а что нельзя. Но у него не хватило бы силы воли на это, когда Ибо доставлял ему такое удовольствие. Сяо Чжань сжимал простынь в кулаках, в то время, как язык Ибо кружил по головке его возбужденного члена. Где он научился этому? — Ибо... Ибо... Хубэ... — Сяо Чжань так растерялся, что заговорил по-корейски. Ибо улыбнулся и тихо сказал: — Сонбэ. Эр-гэгэ. Я люблю тебя. Я хочу тебя. Сяо Чжань притянул его обратно к себе и прижался губами к его губам. — Я люблю тебя. Я хочу тебя. — повторил Чжань, притягивая Ибо к себе за волосы и целуя с невиданной прежде страстью. — Можем ли мы пойти до конца сегодня? — с нетерпением спросил Ибо. Даже если бы Сяо Чжань ответил «нет», он был уверен, что Ибо не стал бы его слушать. Он был уже на грани. И Сяо Чжань тоже. Они уже перешли черту. Обратного пути не было. Ему ничего не оставалось делать, кроме как кивнуть головой и позволить жаждущим губам Ибо вовлечь его в глубокий поцелуй. — Ах… гэгэ… ты просил меня быть осторожнее, но кто мне спину царапает? — поддразнил его Ибо. Сяо Чжань сам не понял, как глубоко вдавил пальцы в спину Ибо. Он прикрыл глаза, пытаясь немного успокоиться. — Нет. Смотри на меня. — приказал Ибо. Сяо Чжань открыл глаза, удивляясь дерзости Ибо. Его миндалевидные глаза улыбались с уверенностью, что Сяо Чжань теперь принадлежит ему и находится в его полной власти. — С чего ты взял, что я буду тебе подчиняться? — спросил Сяо Чжань. — Если нет, ты будешь наказан. — Хм… как наказан? Ибо ухмыльнулся и одной рукой сжал член Сяо Чжаня. — Где ты научился быть таким… таким… — Каким? — Бесстыдным. — ответил Сяо Чжань. — Я такой только с тобой. — серьезно сказал Ибо. — Только ты заставляешь меня чувствовать себя так. Только ты. Их стоны растворились в поцелуе, которым они обменялись. Сяо Чжань думал, что вот-вот взорвется. За всю свою жизнь он никогда не испытывал такого большого удовольствия, и он уже боялся заходить дальше, опасаясь, что не выдержит. Все происходящее было настолько интенсивным. Невозможно было сбежать от этих отношений и остаться невредимым. Вот почему он был шокирован, когда Ибо слез с него и прошел через комнату. Сяо Чжань почувствовал опустошенность, как будто его сбросили в Могильный Холм. Однако, прежде чем он успел что-либо сказать или сделать, Ибо вернулся. У него в руках был презерватив и смазка. Сам того не осознавая, Сяо Чжань выдохнул и рассмеялся. — Что? — спросил Ибо. — Ты сам сказал мне, что в следующий раз нам понадобятся некоторые вещи. — И ты выполнил домашнее задание? Подумав о том, что Ибо раздобыл эти вещи, ему захотелось рассмеяться. Но лицо Ибо было серьезным. Это будет его первый раз. Это также будет первый раз для Сяо Чжаня. Будет ли это больно? Он знал механику отношений между мужчинами, но мог только представить, как это будет в реальности. — Ибо ... — Хм... — Ты хочешь, чтобы я... или ты хочешь... Сяо Чжань не знал, как сказать ему, хочет ли Ибо проникнуть в него или хочет, чтобы проникли в него. Но он, кажется, понял, чего хотел Сяо Чжань, потому что ответил: — И то, и другое? Сердце Сяо Чжаня чуть не выпрыгнуло из груди. — А сейчас? — спросил он, проводя языком по пересохшим губам. — Сейчас… — Ибо прикусил его губу, затем поцеловал родинку. Он действительно был без ума от нее. — Сейчас я хочу тебя. Уже смазанный палец неожиданно проник в Чжаня, и он крепко сжал плечи Ибо. Не давая ему передышки, Ибо добавил еще один палец, а затем еще один. Он ухватил Чжаня за плечо, и тот вскрикнул от удовольствия. Привыкнуть к пальцам внутри оказалось не так сложно, как он себе представлял. Когда Ибо почувствовал, что он достаточно расслабился, он приготовился войти в него своим пульсирующим членом. Первым ощущением было чувство, что его пронзили копьем. Сяо Чжань весь напрягся от боли. Каким-то образом Ибо удалось сдержаться и дождаться, пока тело Сяо Чжаня привыкнет к нему, что было непростой задачей, учитывая его совсем не маленький размер. Когда это наконец, произошло, он вошел в него до конца. Сяо Чжань почувствовал слезы на глазах. Это были слезы боли и удовольствия одновременно. Удовольствие, которое наполняло его, когда Ибо двигался в нем, было таким сильным, что он думал, что вот-вот умрет. Разве это еще не был оргазм? La petit mort, как говорили французы, или маленькая смерть. Момент оргазма, когда сознание покидало тело, разум терялся, и казалось, что каждая клеточка тела парит в воздухе. Сяо Чжань громко застонал, так громко, что ему стало интересно, не услышит ли его кто-нибудь снаружи. Стоны Ибо были тише, но не менее страстные. Глаза Ибо тоже были полны слез. Пот от их тел смешался. И оргазм пришел к ним обоим, практически, одновременно. Он был настолько сильным, что им потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться. Ибо вышел из Сяо Чжаня, но не упал на него сверху, а лег рядом и крепко обнял. Слезы из его глаз падали на грудь Сяо Чжаня. — Ибо. — Сяо Чжань поднял голову и посмотрел ему в глаза. — Что такое? Ибо выглядел совсем как мальчишка, и это чуть не сломало Сяо Чжаня. Как ни старался он узнать причину его слез, Ибо ничего не говорил. Пока, наконец, не раздался шепот: — Спи со мной. Я не хочу возвращаться в свою комнату. Я не хочу быть один. Я хочу остаться здесь, с тобой. В прошлый раз мне впервые удалось заснуть спокойно. Могу я остаться здесь? До конца съемок? Сяо Чжань почувствовал, как будто его прошило стрелой насквозь. Он немного знал о страхах Ибо, но до сих пор никогда не задумывался, что они означают на самом деле. — Я… я знаю, что мы должны быть осторожны. Я знаю, что я не должен так явно показывать мои чувства на людях. Я обещаю постараться. — он продолжил. — Я могу остаться здесь? Их глаза встретились, одни — наполненные болью и ожиданием, другие — полные сострадания. Сяо Чжань только кивнул, поцеловал его в лоб, все еще покрытый потом, и крепко обнял его. — Оставайся. «Оставайся навсегда», — хотел сказать он, но остановил себя. Ибо наконец расслабился. — Чжань-гэ. — Хм. — Я люблю тебя. Его дрожащий голос словно разрезал Сяо Чжаня пополам. Он прижался ближе к Ибо и погладил его по волосам. — Ибо. — Хм. — Я люблю тебя.