Дети Эзна: Ритуал

лес Эзна, Западная дорога, дом 75

Мама сменила постельное белье? Очень мягкое. Ян словно лежал на облаках, укрытый ангельскими крыльями. Давненько он так сладко не спал, от удовольствия даже слюну пустил. Но тут же всосал её обратно, приоткрыв глаза. А если серьёзно, где он? Моргнул, чтобы сфокусировать зрение. Он лежал на чёрно-белых простынях, заправленных чётко. Без складок. На кровати поместилось бы ещё штук пять Янов. Под обзор попал заполненный рыбками аквариум во всю стену, книжный стеллаж и плазменный телевизор. Так! — Ян сел, потирая глаза. Кровать стояла изголовьем к застеклённой стене, откуда открывался вид на теннисный корт. Сверху гудел кондиционер, слева работал увлажнитель, испуская лавандовый запах. Комната была настолько огромной, что могла заменить им с мамой дом. Он откинул одеяло — а где одежда? — и тут же закинул обратно, прикрывая наготу. Ах да! Он прибежал к Иво, когда… Лучше бы не вспоминал. Мгновения сегодняшнего утра всплыли перед глазами. Он тряхнул головой и уткнулся лицом в ладонь. Какое было бы счастье, если бы произошедшее с ним оказалось сном, но нет — он в доме Иво! Значит, всё происходило с ним на самом деле. Зомби, чёрное солнце-луна, смола — не галлюцинации. Он должен верить в то, что видит. И не бояться. Такую же установку он себе дал, верно? Воспоминание за воспоминанием возвращалось к нему. По телу пробежала дрожь, сердце ускорило ритм, и спасало его от паники одно. Он жив! Всё обошлось! Игги помогла ему выбраться, довела до дома Иво. Иво! Ян сжал кулак. Вот Ян дурак! На эмоциях наговорил Иво всякого дерьма. Как будто тот правда виноват в случившемся. Хотя Ян подозревал, что в Эзне все виноваты и никому нельзя верить. Разве что только… Адам! Ян начал озираться в поисках смартфона или хотя бы фитнес-браслета. Блин-блин-блин! Он встал с кровати, чтобы найти свои вещи. Но только сделал два шага, дверь в конце комнаты отъехала, впуская Гаспара, одетого в смокинг. Моноколь украшал правый глаз, на руках сидели безупречно белые перчатки. — Неужели проснулись так скоро? — Он выглядел удивлённым. — Стоит подготовить для вас транквилизаторы посильнее, хотя очень надеюсь, что вы больше не «обрадуете» нас своим визитом. Ян почесал скулу, наблюдая, как Гаспар проходит в комнату и кладёт стопку чистой одежды на тумбочку. — Ваш смартфон, хотя сложно назвать увиденную мной лопату, давно снятую с производства смартфоном, покоится в том шкафу. — Он элегантно указал на мебель ладонью. — Там же ваш фитнес-браслет и бумажник. При слове бумажник он передёрнулся. Ну да, мешочек с мелочью, куда Ян запихивал бумажные деньги и карточки, вряд ли укладывался в стандарты сумок для хранения денег. — Э-э, да… — Ян почесал висок. — Гаспар, да? — Гаспар Прежан Науре, попрошу, Ян Гартнет. — Эм-м, да… — Вряд ли Ян запомнит… Как там? Пажан Нуар? Лучше он будет выглядеть идиотом и обратится к дворецкому по имени. — Сорян, я… Гаспар вскинул брови и поправил монокль. Его возмущению, если и был предел, то в километрах он заканчивался где-то в Арктике. — Извините, в смысле. Гаспар. Я… я не хотел врываться и нападать на Иво… — Ваше счастье, что господин Иво к вам благосклонен и его отец отсутствовал, — Гаспар хмыкнул. — Вы, полагаю, совсем не смущаетесь наготы? Да блин! Точно, он же без одежды. Гаспар кивнул на сложенные на тумбочке вещи и отвернулся, намекая, что не собирается подглядывать. — Спасибо, я… — Ян приблизился к предложенной одежде и принялся одеваться. — Я обязательно всё верну. А где мои вещи? — Прошу вас, пусть у вас в гардеробе будет хоть что-то стоящее. Вашу, простите, одежду, раз вы её так называете, вы больше не увидите, я её сжёг, а пепел разложил на микроэлементы. Ян покосился на Гаспара. — Вы серьёзно? — Я не собираюсь плодить в своём доме хворь и уродство, простите за прямоту. Мне повезло, что ваша собака… — Точно, Игги! — …отказалась от корма и убежала. Я не предполагал, как загнать её в ванную. — Понятно. Вначале Ян не сообразил, одет он или нет. Одежда, принесённая Гаспаром, оказалась воздушной, почти неосязаемой. Рубашка не липла к телу, но идеально его облегала. Брюки нигде не сдавливали, подобранные точно по размеру. Даже ремень был не нужен, тем не менее его предоставили — и он сочетался по цвету с носками и туфлями, поставленными сбоку. Ян на выпускной так не наряжался. Он завершил переодевание темно-синим пиджаком с брошкой на лацкане. Несмотря на комфорт предоставленной одежды, Ян чувствовал себя скованным. Он не привык носить подобные вещи. Гаспар обернулся. Прищёлкнул языком и подошёл, по-хозяйски оправляя полы пиджака, воротник рубашки. Из своего нагрудного кармана достал миниатюрную расчёску и уложил волосы Яна. — Теперь ваш вид раздражает меня чуточку меньше. — Гаспар отступил, любуясь работой. — Классический костюм делает из мальчишки мужчину. Вам стоит запомнить данное утверждение и научиться одеваться со вкусом. — Эм-м… Думаю, я… Это, необучаем в этом плане. — Что ж, честность с собой тоже полезна, особенно в вашем случае. Ян прошёл к шкафу и забрал смартфон. Никогда у него не было столько пропущенных звонков от парня: восемьдесят восемь. И триста сорок непрочитанных сообщений. «Ты живой?!» — прислалось только что. Ян выдохнул. Главное, что Адам живой. Он тут же ответил: «Я жив. Я у Иво. Как Томса?» «ЕЩЕ РАЗ БУДЕШЬ МОЛЧАТЬ Я ТЕБЯ НАЙДУ И ЗАКОЛЮ КОЧЕРГОЙ УРОД БУДТО Я ОБЯЗАН ЗА ТЕБЯ БЕСПОКОИТЬСЯ СДОХНИ ТВАРЬ!» «ТЫ МНЕ НЕ ДРУГ ЧТОБЫ Я О ТЕБЕ ПАРИЛСЯ!!!» »!!!» «ЗАВТРА ПОЯВИШЬСЯ Я ТЕБЯ…» И понёсся поток оскорблений. Позади послышался кашель. Ян снова обернулся, игнорируя вибрирующий фитнес-браслет. — Понимаю, ваше положение в обществе не подразумевает уважительное отношение к превосходящему классу или знание манер… — Гаспар стоял с идеально прямой осанкой, сложив руки за спиной. Ян задумался, что же он сделал не так. — Но, пожалуй, я обойдусь и без вашего знания этикета. Мне будет достаточно понимать, что больше вы в нашем доме не появитесь. — Боитесь заразиться бедностью? — Ян решил разрядить обстановку шуткой. Только Гаспара так передёрнуло, словно Ян ему споры язвы в штаны засунул. — Боюсь, что из-за вас может пострадать господин Иво. — Гаспар не сводил с него глаз. — Поймите меня правильно, я не считаю, что его увлечение вами… Нет! Всё-таки считаю данное обстоятельство ужасным, но в какой-то мере допустимым. Иногда и цивилизованным людям приходится снисходить до варваров. Обезьяны бывают забавны. Иво одиноко без друзей. О как! А он догадывается, что Иво интересуется Яном не только как другом? — …но я прекрасно понимаю, надеюсь, и вы тоже, что господин воспринимает вас, как временное лекарство от одиночества. Надеюсь, данное открытие заставит вас задуматься и держаться от него подальше. Во-вторых, ваше сегодняшнее появление здесь и связь с Эзном слишком опасны для господина Иво. Ян захотел открыто послать Гаспара и его мудрёные словечки, но последние предложение заставили повременить с грубостью. — Что вы имеете в виду под «связью с Эзном»? — Давайте обойдёмся без экивоков! — Без «чего»? — Ваши невинные глаза, — воу-воу-воу, — и показное недоумение от сложившейся ситуации не убедят меня в вашей непричастности ко всем злодеяниям, творящимся здесь. Вы — ребёнок Эзна и наверняка прекрасно понимаете, что… Но осёкся. Брови поползли наверх, а губы приоткрылись. Он не знал, в какую сторону повернуть разговор. Видимо, Ян выглядел не просто недоумённым, он выглядел охреневшим! И так оно и было. Только что дворецкий, или кем он являлся в доме Риггсов, случайно выдал ему больше, чем все жители Эзна взятые разом. — Я из Ава-Ривы. — Ян смотрел Гаспару в глаза. — Я никогда не был в этом долбаном городишке, моя семья, вся семья, из Ава-Ривы. У меня есть фотографии, где я в роддоме, в Ава-Риве. — Святой Уорт, я позволил себе лишнего. — Гаспар кашлянул и чинно развернулся к выходу. — Прошу, забудьте, что я сказал, я провожу вас до… Но Ян схватил его за плечо — да, бесцеремонно, но все же! — и развернул. Гаспар ахнул и попытался отбиться от Яна. Ян отпустил. Ему не хотелось вредить или вести себя грубо, но, эй, они сами напрашивались! Сначала говорят «а», а потом тянут «а» до бесконечности. — Что здесь происходит? Скажите мне, я ничего не понимаю, а ведь я чуть не умер всего пару часов назад! В глазах Гаспара на миг скользнуло сочувствие. На миг. — Я не смогу ответить на ваш вопрос. Мой господин прибыл сюда, чтобы узнать тайны Эзна. А прибыли мы совсем недавно. Знаю я совсем мало, могу только с уверенностью сказать, что Эзн пропитан… — Он прожевал губы. — Магией, если хотите. — Магией? — Уверен, вы и сами наблюдали её нестабильные проявления. Ладно, с этим он не мог поспорить. Совсем недавно за ним ходил труп отца Дэмиана, а смоляные дерьмодемоны пытались утянуть под землю через чёрные лужи. Гаспар вздохнул, потеребил пуговицу на рукаве пиджака. — Господин всегда говорил, что в Эзне сильна магия, в нём происходят… странные события, и здесь же источник людей с невероятными дарами. Поверьте, если вы ребёнок Эзна, а вы явно его ребёнок, учитывая, какие метаморфозы происходят с вами и вашим окружением, значит, в вас заключена опасная сила. Эзн — один из самых древних городов в мире. Завесы между… — Он поводил губами, — …измерениями очень тонки. — Между чем? — Ян почесал затылок, чем отправил все старания Гаспара, укладывающего причёску в тартарары. — Нет, я знаю, что измерения существуют, просто никогда с этим не сталкивался… Далёк я от этого, короче. — Неужели вы и правда не понимаете, что происходит! — Гаспар всплеснул руками. Наконец-то до него дошло. — Представьте себе! — Удивительно. — Гаспар стряхнул с плеча пылинку. — Но я не могу вам помочь. Я лишён ужаса быть связанным с измерениями или магией. — Что-то в его интонации заставило Яна сомневаться в искренности произнесённых слов. — Поверьте, вы коснулись некоего измерения Эзна, а значит, отмечены Эзном, иного просто быть не может. Возможно, вам стоит поговорить с вашими родителями и узнать о себе побольше. Вы не маленький, должны понимать, что в каждой семье есть секреты, и фотографии из роддома ни о чём не говорят. Есть понятие — гены. Одно могу сказать с уверенностью: ни мне, ни господину Иво здесь не место, но мы уважаем волю господина Арканада. И связь с теми, кто связан с Эзном, опасна. Особенно для господина Иво. Так что ответьте мне добротой на доброту. Держитесь от Иво подальше. Одежду, хочу отметить, можете не возвращать. Наверное, Ян должен быть благодарен и за это. Но он не был. Только покивал. И голова у него пухла от информации. Магия! Ян бы расхохотался, но после того, что видел, не мог иначе объяснить происходящее. — Мне кажется, Иво сам может решить, с кем общаться. — Что не мешает мне помочь ему в выборе и ограждать от нежелательных знакомств. Ага. Спасибо. Обласкал он Яна, конечно, с головы до ног. — Если Эзн так опасен для Иво, зачем его нужно было брать сюда? — Ответы на подобные вопросы вас не касаются. Высокомерная скотина! Гаспар вывел его в гостиную, повёл к выходу, но остановился — зазвонил стационарный телефон. Гаспар приказным тоном попросил подождать его и ушёл в гостиную странной такой походкой: руки по швам, кулаки оттопырены, носок ведущей ноги вытянут. Ян правда хотел его дождаться, но после пяти минут устал. Занялся тем, что успокаивал Адама сообщениями и спрашивал, что он видел. Видел ли мистера Саммерса с пистолетом, Игги. Конечно, нет. Адам слышал только крик Яна, выстрел — и всё. Ещё стекло выбило. Но сам Ян буквально исчез. Ну да, как иначе, магия же… Он похлопал смартфоном по нижней губе и приготовился задать новый вопрос, но его отвлекла музыка. С улицы доносилась игра на гитаре. Ян глянул на Гаспара, тот хохотал, держа трубку у уха и наматывая провод на палец. Ян решил, что ничего страшного не будет, если он посмотрит на музыканта одним глазком.

***

Слова полнились тяжестью, заставляя сердце наполняться тревогой.

Мне мама рассказала как-то:

«Ты мой особенный сынок,

Ведь жизнь твоя — всего лишь плата,

Чтобы врага пронзил клинок.

Иво обладал будоражащей хрипотцой. Она проскальзывала в диалогах, когда он понижал голос. И уже тогда задевала что-то у Яна внутри, в самой душе, а в песне касалась потаённых чувств. Брала за живое. Местами Иво не попадал в ноты. Местами срывался. Местами его голос пропадал — слова проглатывались. Но Ян, словно попав в плен к сирене, не обращал на изъяны внимания.

Пока ты жив, он будет спящим,

Он будет слабым, как дитя;

Прошу я голосом звенящим:

Живи серьёзно, не шутя!

Ян понял, что идёт, когда ткнулся мыском туфли в ступеньку лестницы, ведущей на крышу, а пальцы проехались по выступам на стенах. Выступами оказались расклееные повсюду стикеры с аниме-рожицами. Вот — шутливо-суровый Гаспар, окружённый звёздочками и сердечками, вот — некий человек, скрытый под белым плащом. Торчали только оранжевые глаза и пальцы в жесте победы. А вот — чиби-Иво.

Вокруг меня воздвигли стены,

И мне никак их не пробить,

А на губах ошмётки пены,

Ведь остаётся лишь вопить.

Музыка и голос наполнились силой. Ян поднимался по лестнице.

Мне рассказали как-то в детстве,

Что ждёт меня за дивный путь,

Стать частью общего в наследстве

Жестоких сил, творящих… муть!

Иво коротко посмеялся, вслух отметил, что надо будет подобрать нормальную рифму, а затем продолжил, как ни в чём не бывало. Голос наполнился дерзостью вперемешку с отчаяньем.

Ты спрячь-ка нрав свой, Иво, милый!

О дружбе думаешь, поди?

Свободе?! Ха! Её свет хилый!

Не надо так! Не ерунди!

Вокруг тебя сплошные стены!

Тебе никак их не пробить!

А на губах ошмётки пены!

Ведь остаётся лишь вопить!

Ян боялся спугнуть его. Он поднимался бесшумно, словно грабил дом наркобарона. Когда он оказался на вершине лестницы, остановился. Через стеклянные ограждения увидел Иво. Не жалея пальцев, тот бил по струнам. Гитара висела на ремне через плечо. Он ходил по крыше. Голос звучал навзрыд, будто требовал ответа у воздуха.

Что я ответить мог: «Конечно»?

Твои желания — закон?

Но я жить не хочу безгрешно!

Уж лучше с ядом дай флакон!

Я не могу жить по лекалу,

Мне нужно буйство, дрожь, озноб!

Что б относились, как к нахалу!

И каждый день меня б ждал гроб!

Но

Ян остановился возле колонны, поддерживающей стеклянный козырёк верхнего этажа. Наблюдал, как плечи Иво опускаются, музыка стихает. Сорванный голос растёкся по крыше:

Вокруг меня сплошные стены,

И мне никак их не пробить,

А на губах ошмётки пены,

Ведь остаётся лишь вопить.

Осталась только музыка. Постепенно и она теряла объём. Игра перешла на две струны, потом — на одну. И вот палец коснулся её последний раз, и Яна оглушила тишина. Он не посмел шевелиться. Боялся заявить о присутствии. Мог только смотреть на сгорбленную спину, прикрытую зелёной футболкой с кричащими надписями. Но вот Иво вздрогнул и развернулся на пятке, на лице плясала озорная улыбка. — Шпион! — и беззаботно рассмеялся. Ян примирительно вскинул руки. — О нет, меня раскрыли! — Ха-ха, ну так неинтересно! — Иво стащил ремень через голову и отставил гитару к стеклянной перегородке. — А как же «Не, эт не я, жопа не моя, не пытайте меня», а я такой: «Чё-чё-чё? Не попытать такую горячую задницу? Ваще не ко мне», а ты такой: «Не-е-ет, пощади, я девственно чист, берегу себя для члена-титана, не лобзайте мой цветочек!» Ян расхохотался. — Ну, знаешь! — Указал на Иво. — Мой цветочек давно остался без лепестков, если ты понимаешь, о чём я. — Бвах! — Иво подхватил его смех. То ли они дурили, потому что дураки, то ли пытались избавиться от смущения после осознания, что прикоснулись к личному. Ян склонялся к смеси вариантов: они дураки, но дураки, не знающие, как продолжить разговор после произошедшего. Поэтому Ян решил говорить напрямую. — Ты красиво поёшь, у тебя интересный голос. — Заметив усмешку Иво, он снова примирительно вскинул руки. — Не то чтобы я профи и вообще разбираюсь в музыке, просто мне понравилось. — Да ну, нытьё какое-то. — Иво пожал плечами. — Больше похоже на крик о помощи, — подметил Ян, опуская руки. Иво сморщил нос и отвёл взгляд, фыркнул. Как ёж. Ян умилился. — Ты можешь рассказать, если хочешь. Ну, почему ты её сочинил… — Не-не-не! — Иво защёлкал пальцами. Щёлкнул последний раз и указал на Яна. — Не! Не, пальма, у тебя своих проблем-мамблем хватает. Если я начну говорить о своих, пф-ф, мозг взорвётся. У меня-то он взрывается! — Он всунул кисти рук в карманы шортов и прилёг поясницей на перила ограждения. — Ты меня вообще перепугал, врубаешься? Прибежал грязный, поцарапанный, глазюки бешеные! Думал, порвёшь тут всех на фиг. Ещё собака эта твоя чёрная покрутилась, полаяла, а потом — вжух! И нет твоей собаки! Кста, у тебя есть собака? Не заметил, когда у вас был. Ян встал рядом с Иво, облокотившись о перила. Как бы невзначай коснулся косточки на запястье руки, убранной в карманы шортов. — Она Стефана. — Ян разглядывал стремительно розовеющего Иво. — Просто Ария искал… — А чё там с Арияшкой? — Иво развернулся и тоже скрестил руки на ограждении. Теперь они касались друг друга плечами. Ян пересказал ему всё, что случилось, начиная от ловца снов и куклы, выпавшей Арию в лавке Стефана, до похода в дом Саммерсов. Иво не перебивал, не повертел у виска, просто смотрел в неопределённую точку леса. Только пальцы сцепил в замок. И чем больше Ян говорил, тем сильней их сжимал. — Вот дерьмо, да? — Иво недобро усмехнулся. — Полегчало? Удивительно, но да. Пересказав события, он разложил их по полочкам в голове, и хаос в мыслях отступил. Кое-какой сумбур остался, но в меньшей степени, чем когда Ян только завалился в дом Иво. Единственное, стыд опалял изнутри. Ян ведь обвинил во всём Иво. Сейчас, глядя на него, Ян не понимал, откуда взялась паранойя. — Слышь, я тут побегаю. — Иво хлопнул ладонями по перилам. — Придумаю чё-нить. Вдруг и найду его. Живого! Хотелось бы живого. Арийкин ваще ничё такой. Я когда приехал, он один из немногих, кто на меня не зыркал. Типа пытался призвать в творческий кружок. К Стефанидзе водил, типа писать вместе. Но у Стефанидзе и моего батяни дружба не заладилась, да и с батяней Арияшки тоже не срослось. Так что накрылась безветренная дружба перевёрнутым очком. — Иво отмахнулся. — Короче, я в деле. Побегаю по лесу. — Не боишься? — Ян разглядывал его, не мог налюбоваться. — Гаспар сказал, тебе опасно находиться в Эзне. Смех Иво разлетелся по округе. Он с прищуром поглядел на Яна, озорная улыбка заставила сердце колотиться быстрее. — А типа кому не опасно? — Да, фигню сказанул. А ведь действительно. Может быть, если они приложат совместные усилия, смогут спасти Ария? Хотя прошли почти сутки. Какова вероятность, что он жив? — Эй, не грусти, — Иво толкнул его плечом в плечо, и Ян непроизвольно улыбнулся. — Найдём мы его, я чё-нить придумаю, ладушки-оладушки? Прям вот ты уйдёшь, и я как закачу вечерину-поход в лес и, ух-х, оглянуться не успеешь, завтра мы с Арием к тебе пританцуем под ракамакафон. Ты на коленях за мной ползать будешь — благодарить. — Я хочу помочь. — Ян склонил голову к плечу, разглядывая прилипшие к виску зелёные пряди. — Прикинь, я в те ваще не сомневаюсь, — Иво отлип от поручней и оказался лицом к лицу с Яном. — Ты ваще типак бесшабашный, я с тя хренею, реально. — О, да? — Яну такое признание льстило. Он потянул ладонь к талии Иво. — Ты даже наполовину не прикоснулся к моей безбашенности. Иди сюда. — Опачки, как мы заговорили! — Иво, хохоча, выскользнул из-под ладони. — Не в этом костюмчике, Пупсик! — Эй, это же, э-э-э… — Где бы прочитать бренд? Ладно не важно. — От Крутини. Иво снова расхохотался. — Ты в этом открутини выглядишь отстойнини. — Хэй! — Ян сделал вид, что обиделся. — Не любишь смокинги? — Он распахнул пиджак и, вспомнив действия Фабьена, смахнул короткую чёлку на бок. — Костюм делает из мальчишки мужчину, детка! Теперь они хохотали оба. Однако Иво не торопился приближаться, напротив, он сделал два прыжка назад. Хитрый прищур не исчез. — Ну всё, мужчина из высшего общества, бай-бай, не плыть нам вместе по вишнёвым рекам анархии. Пупсик, вас ждёт ковровая дорожка из золота. Притарабанить опахал или вы обмахиваться будете куриными перьями личного самомнения, вытащенными из жопени? Ян с трудом успокоил смех. Он вытирал краем ладони слёзы с глаз. Снова глянул на улыбку Иво. Шутки-шутками, а Иво таился. Ян всё-таки не беспечный, отмечал реакцию Иво на касания или действия. Не глухой, слышал их разговор с Гаспаром, прежде чем завалился к ним в дом. Не тупой, понимал, что Иво сейчас, шутя, отдаляется. В его словах, пусть и легкомысленных, сочился яд. Какое-то глубинное опасение. — Что за проблема у тебя с «пиджаками»? — Ян не спешил подходить, хотя так и хотелось сгрести Иво в объятья и растрепать зелёную шевелюру. — Странно слышать такое пренебрежение к роскоши от богатея. Иво поглядел на него с интересом. С настоящим, неподдельным интересом. Словно Ян наконец-то нащупал правильную почву под ногами, чтобы приблизиться к нему. — Бесят прост. — Иво взлохматил волосы. — Все эти мужики в костюмах… Ба! Шлюхи на трассе выглядят кайфово, а эти суки ваще не. — Хоть звучало и бессвязно, но Ян его понял. Сложно не понять, когда всю жизнь растёшь под каблуком тех, кто считает себя лучше, потому что они богаче. — Фантики-обложки, а внутри курёшки. — Он покрутился на пятке, всплеснув руками. — Гляди, Пальма, я надел костюмец, значит, я могу смотреть на тебя как на говно и впаривать тебе говно, и ты обязан верить, что моё говно — это не говно, ведь я в костюме, ага? Я лучше, я круче, я красивее, я знаю себе цену, а ты — обносок. Все стремятся к пиджакам, прост не признаются в этом. Пиджаки — будущее, признание, истина. Иво остановился и посмотрел на Яна. — А по чеснаку, тебе идёт! Такой сразу Ян Янус. Ян вглядывался в улыбку Иво и вспоминал слова песни. Он с первой встречи начал осознавать, что Иво живёт в половину того, чего хочет на самом деле. Заперт внутри, опасается чего-то, замкнут. Вначале Ян решил, что он просто стеснителен, но нет. Ситуация в колледже и подсобке намекали, что вывод неверен. Просто Иво не доверял ему. А зря, Ян как никто другой знал, что означает, когда дух свободы заключают в бутылку и затыкают пробкой. Пора открыться Иво с новой стороны. Посмотрим, кто-кого задавит. Либо они больше не смогут смотреть друг на друга, либо перейдут на другой уровень. — Ян Янусу не просто идёт костюм. — Ян стянул пиджак с плеч. — Ян Янус секси в костюме! Но по-настоящему он бог, когда без него! Пиджак кучей ткани полетел на пол. Улыбка застыла на губах Иво. Глаза округлились, в них зажёгся огонёк азарта. Ян так и думал: они с Иво похожи. Настолько, что Ян не соображал, что творит. Ему хотелось прикоснуться к настоящему Иво, будучи собой, без масок и не сдерживая себя. — Ты офигел?! — с притворным ужасом воскликнул Иво и погрозил Яну пальцем. — Гаспар из тебя котлету на пальмовом масле сварганит! — Говорят, вкуснее этого в мире ничего нет. — Ян небрежно пнул пиджак к ногам Иво. Иво шагнул навстречу, наступив на брошенный пиджак и вдавив кроссовком ткань в плитку. Взгляд стал жёстче, и Ян соврал бы, сказав, что ему не нравилось преображение Иво. — Ян Янус, ты знаешь, сколько это шмотьё стоит? — В голосе Иво появилась интонация, которую Ян раньше не слышал, тягучая, призывная, завораживающая. Наполненная желанием. — Гаспар тебе голову снесёт, ублюдок. — Дыхание Яна сбивалось, ругательства из уст Иво только возбуждали, отключали мозг. Намекали на опасность, на то, что он ходит по краю. — К тебе, мразь такая, отнеслись по-доброму, приютили, одели, ты должен на коленях перед нами ползать, сдирая кожу в кровь. Вместо ответа Ян рванул рукав рубашки — послышался звук рвущейся ткани. Он оторвал один рукав, затем, помучавшись, второй. Ошмётки ткани полетели в Иво. Один рукав мазнул его по щеке, второй упал на плечо. Глаза Иво полыхали, лицо горело. Ян склонил голову к плечу. Большие пальцы поддели ремень, остальные накрыли выступающий под брюками продолговатый бугор. Ян приоткрыл рот, провёл языком по нижней губе. — Что-то ещё? Иво бросился к нему со словами: — Иди сюда, псих. — Его пальцы легли на затылок Яна и надавили на голову. Они стукнулись зубами. Губы впечатались друг в друга. Ян вмиг открыл рот, впуская властный язык Иво. Этот поцелуй и близко не походил на предыдущие. Когда инициативу брал Ян, а Иво пребывал в подобии нерешительности. Нет, сейчас Ян ощутил напор и желание Иво. В голове гуляла пустота, тело горело. Иво прильнул к нему пахом к паху. Они возбудились настолько, что не соображали где они, кто они, что они. Только Ян прижал к себе Иво, как пальцы того расстегнули Яну ширинку и скользнули внутрь, обхватывая член. — Ха-а… — Ян выдохнул ему в губы. — Ты такой… Ах… Подушечки пальцев коснулись мошонки. — Заткнись, пальма. — Иво с остервенением закусил его нижнюю губу. — Или я найду, чем тебя заткнуть. Ян не успел вызвать Иво на слабо. Пальцы свободной руки Иво съехали с шеи, скользнули по груди — и пара пуговиц отлетела в стороны. О Лир… Горячие губы Иво прижались к ключице, затем закусили воротник того, что осталось от рубашки. С рычанием он потянул за неё, отводя Яна от стеклянного ограждения. Вот дерьмо! Ян давно так не возбуждался, его словно окунули в котёл желаний на максимально возможном огне. Инициативу перехватили столь стремительно, что он потерялся в пламени ощущений. Рука Иво — на члене Яна — двигались быстро, а очередной поцелуй — был сродни выстрелу в голову. — Сам напросился. — Кисти рук Яна нырнули под шорты Иво (он правда не носил нижнего белья). Пальцы одной руки вонзились в ягодицу, пальцы другой — заскользили по набухшему члену, ладони коснулась естественная смазка. Удар — Ян прижал Иво к колонне. — Быстрее… — простонал Иво, впиваясь зубами в воротник рубашки. Ян толкнулся в ладонь Иво, вжимая того спиной в колонну. Тот ахнул и боднул его в шею. Язык коснулся кожи. — Я бы тебя сейчас просто взял, — прохрипел Ян, рука начинала болеть от быстрых движений. Он ещё не оправился после драки с Илаем. — Кто кого, пупсик. Он запрокинул голову, разомкнул губы. Ян накрыл их своими — они снова поцеловались, переплетая языки. — Господин Иво! — послышался голос Гаспара. Во блин! — Вы не видели вашего, прости Шанель, благослови небеса её броши-камелии, гостя? Я попросил его подождать меня в гостиной, пока отвлёкся на всего-то минутный разговор по телефону, а он скрылся! Но Иво не прерывал движений, напротив, ускорился, у Яна непроизвольно вырвался стон. — Кто быстрей? — Иво разомкнул поцелуй и азартно улыбнулся. — Успеешь, Ян Янус? Его зубы коснулись шеи Яна. Ян запрокинул голову и ускорился. Да так, что рука начала неметь от напряжения. — Господин Иво, вы наверху? — голос Гаспара доносился с улицы. — Чёртовы ступеньки… Это что? Монетка? Ян чувствовал, что близится к разрядке. Нужно кончить быстрее. Иво дышал в шею. Ощущение, что их вот-вот могут застукать так щекотало нервишки, что возбуждение нарастало снежным комом. Пальцы скользили по члену Иво всё быстрее-быстрее… Придыхание в ухо, зубы на мочке, язык внутри. — А-ах, Иво… — Ян не соображал. — Тс-с, Па-ах… Пальма… Они сгорали изнутри. — Вы опять решили со мной в прятки поиграть? — Голос Гаспара звучал отчётливее. — В таком случае, предупреждаю, игра при данных обстоятельствах неразумна! В нашем доме, возможно, эзенский маньяк, и ваша жизнь под угрозой. Господин Иво! Ян ахнул, когда в ладонь и на предплечье до локтя брызнула сперма Иво. Черт! А если он не успеет? И смех, и обидка! Но Иво обхватил его за талию, развернул и теперь сам прижал к колонне. Ах! Очуметь! Сколько эмоций! Ян ударился затылком, и лёгкая боль только погрузила в больший экстаз. Иво надавил ладонью на грудь, пробежался пальцами по спине под рубашкой, ущипнул кожу на ягодице — и вот Ян ощутил, что сейчас, прямо сейчас, вот-вот… Он не закричал только потому, что Иво накрыл его губы своими. И они слились в длительном стонущем поцелуе. — Господин Иво! — Голос Гаспара послышался совсем рядом. Пальцы разомкнулись на члене Яна. Иво отлип от него, развернулся и, выпрыгнув из-за колонны, присел на корточки возле гитары. Ян смог только отвернуться и прижаться лбом к холодной колонне, переводя дыхание. Она укрывала его от Гаспара. — Вы почему молчите?! — Гаспар приложил ладонь к сердцу и ахнул. — Господи святой Диор и иже с ним Ив Сен-Лоран, воистину священен лик Денизы Пуаре. Что… что произошло с одеждой?! — Потому что ты подобрал не тот размер, Гаспи-распи! — Иво поднялся на ноги. Гитара висела у него через плечо, прикрывая запачканную одежду спереди. — У бедного парня сердечный приступ начался, ну эт када сердце прям так дыщ-дыщ-дыщ! Быстро-быстро! Думал, всё, сдохнет сейчас тут. Вон, за колонной отходит несчастный. Ян покосился на Иво, улыбаясь во все зубы. Произошедшее до сих пор не укладывалось в голове. — Святой… — Гаспар упал перед смятым пиджаком на колени. Состояние Яна его совсем не волновало, что позволило быстро застегнуть ширинку и ремень. — Великолепно, что одежду я купил в дисконте, какой я прозорливый, что не стал тратить дары величайших гениев дизайна на деревенщину! Однако я удивлён! Мне казалось, я идеально угадал с размером! — Простите, Гаспар… — Ян обрёл дар речи, вышел из-за колонны. Они с Иво, как идиоты, пытались не хихикать. — Правда, так плохо стало… Такой нервный день… Извините. Гаспар обнял растоптанный пиджак и поднялся. Осмотрел Яна пристальным взглядом. А Ян старался не ржать как конь. — А рукава зачем порвали? — протянул Гаспар. — Они… — Ян провёл ладонью по волосам, — …жали. Иво гоготнул. — Я отнесу его в химчистку, — Гаспар любовно погладил пиджак. — Его, в отличие от вашего чувства стиля, можно спасти. — Он снова повернулся к Яну, тот встал по стойке смирно, чувствуя, как терпение Гаспара близится к заветному пределу. — Ян Гартнет, надеюсь, вы оправились, потому что вам пора уезжать. — Да, приступ миновал. — Губы дёргались в нервной улыбке. — Ведите! — Подождите меня пять минут. Гаспар поспешил спуститься вниз, приговаривая, что обязательно «оживит» пиджак. Как только послышался звук отъезжающей двери, Ян и Иво рассмеялись в голос. Ян попробовал наспех застегнуть то, что осталось от рубашки. Но от неё почти ничего не осталось. Выжила одна пуговица и то висела на нитках в области пупка. — Это было что-то. — Ян понял, что привести себя в порядок можно не пытаться. — Он мог нас заметить! — Точан. — Иво светился от восторга. — Это всё ты. Я не при чём! — О, да ну! — Ян толкнул его в плечо. Тот толкнул в ответ. И, закусив губу, снова снял гитару, а за ней — футболку. От вида обнажённого торса Иво, Ян ощутил новый прилив возбуждения. — А-то замёрзнешь. — Иво протянул ему футболку. — Говорят, пальмы холодов не любят. Прилив возбуждения сменился приливом нежности. Ян улыбнулся, стащил остатки рубашки и надел футболку. Ткань приятно окутала тело. От неё пахло Иво: лаймом, сладкими цветами и лесом. — Любишь жизнь поострее? — Ян заглянул ему в глаза. — Какая разница, что я люблю. — Иво подхватил гитару и перебрал струны пальцами. — Просто ты… Он осёкся, посмотрел на Яна с хитрым прищуром. Покопался в кармане и протянул стикер-наклейку размером с ладонь. — Возьми ещё это. Считай, мой тебе подарочек. Вдруг поможет. Это типа оберег, Арканад постоянно их меняет и даёт мне кучами. Ян взял стикер с мультяшным лицом Иво. Карикатура широко улыбалась, глаза были закрыты, выглядели как дуги. На щёках красовались румяные круги. Ян чмокнул стикер и всунул в задний карман брюк, не забыв шлёпнуть по нему. Иво шутку понял и рассмеялся, закусив губу. — Мне нравится, когда ты открытый, — Ян не врал. Нет, конечно, в скромности есть своё очарование, когда она натуральна, а Иво всё время таился. А сегодня… он не таился. Ни он, ни Ян. — Я не знаю, что там у тебя за жизнь, судя по песне, тяжёлая. Но если захочешь тусануть, расслабиться или пуститься во все тяжкие, я готов! На миг Иво помрачнел. Но затем улыбнулся. — Просто… — Он почесал затылок, явно захотел сказать что-то ещё. Но затем лицо осветила беззаботная улыбка. — Я тебя услышал. Правда. Спасибо, Пальма. Очевидно, доверие между ними установилось неполное. — Но телефончик ты мне свой до сих пор не дашь? — Ян понимал, что задал риторический вопрос. Улыбка Иво послужила ответом. С улицы завопил Гаспар. Он ожидал Яна на парковке и требовал, чтобы тот немедленно спустился. Иво махнул ему рукой, отступая. Ян ответил тем же и поспешил вниз. Хотя уходить совсем-совсем не хотелось. Хотелось остаться с Иво навсегда. Странное чувство. Интересно, Гаспар точно ничего не заподозрил? Судя по куче лекарств для сердца, которые он вывалил на Яна, пока ехал к лавке Стефана, нет. Биту, кстати, Гаспар тоже положил на пассажирское сиденье, а когда Ян выходил, попросил не забывать свои вещи.