Часть 7
6 августа 2022 г., 00:08
Мягкая перина, сотканная словно из облака, и большая подушка из гусиных перьев с таким же огромным одеялом прятали в своих объятиях спящую красавицу. Она спала долго и даже не собиралась открывать глаза в ближайшие пару дней. Барбара, которую Дилюк лично привез из города, отдала все силы на лечение пореза и заверила, что ближайшие пару дней девушка будет спать. Дилюк приказал приготовить комнату так, чтобы ничего не мешало ее сну. Но даже так соблазн заглянуть и проверить был велик. Себе он говорил, что это в целях безопасности, кажется Кэйя говорил себе тоже самое. Поэтому столкнувшись у дверей в комнату, отмазка была одинаковая:
— Разве у тебя нет других дел кроме как шататься по моему дому?
— Разве Полуночный герой взял отпуск?
Скрестив руки на груди, Дилюк по привычке нахмурился:
— Хочешь побыть с ней наедине?
— Да, если можно, — Кэйя уже схватился за ручку, но хозяин винокурни мгновенно пресек желание отворить дверь.
— Нельзя, — нисколько не удивившись, обладатель крио стихии вздохнул и сделал вид, что сдается. Он понимал, каждый хотел побыть с ней без посторонних, а посему сейчас лучший вариант это уйти, Рагнвиндр будет драться если потребуется.
— Кэйя, — то ли Дилюку стало стыдно, ведь его брат помог спасти, ту что он любил, то ли у него и правда было к нему дело, но он сказал, — Не хочешь выпить?
Дилюк отпустил прислугу домой чуть раньше и даже дал выходной на один день, если верить Барбаре, то завтра Оливия должна была проснуться и единственное чего он хотел это побыть с ней вдали от людских глаз. Правда один назойливый каэнриец все же будет нарушать их покой. С того момента как его Лив встретила Альбериха ему никак не давала покоя ее заинтересованность в нем, будто встретила старого знакомого. До этого она редко говорила с ним и часто отводила взгляд, Дилюку казалось что таков ее характер, но с ним все было иначе. Кэйе так легко далось все связанное с девушкой буквально с первых секунд, а ему надо было почти умереть чтобы сблизиться на столько, чтобы разговор с ней был длиннее двух предложений. Было уже за полночь, Кэйя крутил в бокале вино и смотрел на потрескивающий огонь в камине. Какие-то мысли полностью его поглотили. Дилюку, что сидел напротив и разбирал бумаги, было неуютно от такого тихого и серьезного Альбериха. Он не выдержал и сказал:
— Не молчи так загадочно иначе я тебя ударю, — на эту колкость Кэйя не обратил внимание, — Что тебя на столько беспокоит?
— Я — грешник, ты — герой, она — перерожденная.
— О чем ты?
— Та тварь из бездны назвала нас так, ладно я — меня оно могло узнать. Ты косишь таких пачками поэтому ты герой, а она? Тебя никогда не смущало, что мы о ней ничего не знаем? Откуда она? Чем занималась? Есть ли у нее парень в конце концов?
— Я слышал ее нашли под закатником в Спрингвейле. Она потеряла память.
— Я не слышал, чтобы она этого говорила. Ты замечал как она переводит тему когда речь заходит о прошлом? Вряд ли ее память повреждена. Кажется она помнит даже больше, чем хотелось бы, — Дилюк призадумался на минуту.
— Это ничего не меняет и ты это знаешь.
— Нельзя любить того кто водит тебя за нос. Тебе ли не знать, — Кэйя опустошил бокал и лишь поднимаясь по лестнице в свою комнату напоследок сказал, — Но ты прав. Меньше мы любить ее не станем.
***
Прошла неделя с момента как девушка проснулась. Мужчины были возле нее в момент пробуждения и не отпускали из виду ни на секунду, стоило ли говорить, как Аделинда хитро поглядывала на нее. Еще юная девушка, но уже способная управлять двумя самыми завидными холостяками. Как-то она услышала как Эльзар предложил делать ставки, кому посчастливится взять в жены такую красавицу. «Красавица» — ненавистное ею слово, больше напоминающее клеймо. Это забирало всякое доверие к еë рыцарям, ведь какова вероятность, что они лишь желают ее тело, не принимая в расчёт душу. Сложно было не заметить на сколько трепетные взгляды они ей дарили, а прикосновения настолько нежные, что хотелось растаять. Она до безумия их любила, каждого в равной степени и ничто не могло заставить ее думать о них как о поверхностных глупо влюбленных мальчишках. Но именно это ей и мешало отдаться им без остатка — они были не мальчишками, а защитниками города. Они всегда были на страже и как бы это не было печально, ей в их жизнях среди ежедневных битв и балансирования на грани жизни и смерти, места не было. Да и выбрать надо было одного, ведь никто не согласился бы делить ее с кем-то, особенно Дилюк. Именно из-за любви к обоим она не делала выбор ни в пользу одного, ни в пользу другого. — Почему наша принцесса грустит? — на лестнице, где замерла Оливия, на пару ступеней ниже стоял Кэйя. Он часто заглядывал в поместье когда было время, даже чаще, чем Дилюк, — Как ты себя чувствуешь? — Все хорошо, правда, просто глупые мысли, — уголки губ тронула нежная улыбка. — Раз так, то мне нужно тебя допросить. — Что? Зачем? — Не беспокойся, просто надо сдать отчет по происшествию. Я ждал неделю, чтобы ты отдохнула. Но сейчас уже сроки поджимают. Просто расскажи, что случилось, и я больше тебя не потревожу, — он повел немного напуганную девушку в ее комнату. Слишком роскошная, выполненная в темно-красном тоне с золотыми вставками, большой кроватью и дубовыми колоннами по краям, мягким ковром и балконом с видом на виноградные лозы. Кэйя давно не был в этой комнате и никогда не мог подумать, что вновь зайдет сюда. Ему казалось после смерти отца Дилюк переедет сюда, но она все это время пустовала. На сколько же эта девушка ему дорога, что отдал ей комнату отца. Он не мог не подчеркнуть насколько гармонично она смотрелась в ней. Несмотря на неизвестное происхождение, быть настоящей аристократкой было ей к лицу. Сердце сжалось от осознания, как она подходит этому дому и Дилюку. Они присели за столик у балкона: — Расскажи как тебя похитили, — капитан не записывал ее слова, лишь внимательно слушал. — Я возвращалась домой, но по дороге услышала детский плач. Подумала ребенку нужна помощь, а когда нашла его, — девушка зажмурилась от тошнотворных воспоминаний, — он был такой же как и те, что вы видели в клетках. Меня схватили хилличурлы и маги бездны. — И тогда ты проложила дорогу из высушенного винограда. Ты молодец, — похвала заставила Оливия покраснеть, — Знаешь что и зачем они делали с людьми? — Нет, в клетке я брыкалась, поэтому маг бездны ударил по голове. Я потеряла сознание и проснулась, только когда вы меня нашли. — И ты ничего больше не помнишь? — Нет, — девушка отчаянно пыталась вспомнить хоть что-то, но на ум ничего не приходило. — Тот вестник бездны, он тоже участвовал в похищении. — Нет, на сколько я помню. — И ты никого не видела кроме тех кто тебя похитил, — она покачала головой. — Тогда почему ты сказала Дилюку, что ему не победить того монстра, если никогда подобного не встречала? — такого вопроса она не ожидала. — А, ну, мне он показался очень сильным и я не хотела чтобы мастер Дилюк тратил силы лишний раз, — Кэйя изучающе повернул голову на бок. А затем откинувшись на спинку кресла, засмеялся. — Принцесса, ты ужасно лжешь. Лучше тебе сказать правду иначе придется отвечать уже перед Ордо Фавониус. Уж поверь, они заклеймят тебя шпионкой и возможно даже казнят, если ничего не расскажешь. Оливия совсем не испугалась, ни один мускул не дрогнул на ее лице. После того ужаса что ей пришлось повидать в подземелье, угроза смерти не казалась такой уж плохой перспективой. Кэйя выдохнул, — Я знаю, что такое хранить секреты и знаю, что если ты их хранишь, значит чего-то боишься. Но мне ты можешь рассказать все на свете. Ведь твой рыцарь готов к этому. Оливия отвернулась от него, сцепив руки на груди. Она хотела рассказать, но он не был готов к такому. Единственное чего она боялась потерять - его. Молчание длилось слишком долго, поэтому поникший рыцарь собирался уходить. — Я не помню ничего до Спрингвейла, — ошеломлённый Альберих резко развернулся. Неужели она всë ему расскажет, — Кроме долгого сна. Он был про Тейват, его прошлое и про вас. Я видела как отец привел тебя на винокурню, как ты рос с Дилюком и дрался с ним плечом к плечу. Я видела тот день когда умер Крепус и как вы снова помирились, но братьями вновь не стали, твою родину в огне, но все это… Мелкая дрожь пробила ее тело, она боялась его реакции, попыталась съежиться и спрятала лицо за волосами в попытках убежать от его изучающего небесного глаза: — Я ведь не должна была этого знать, да? Кэйя сел перед ней на колени: — Мне жаль, что ты видела какой я монстр, — девушка с изумлением посмотрела в его не то расстроенное, не то разочарованное лицо, но даже не считая этого, улыбка не сходила с его лица. — Что? Нет, ты никакой не монстр, с чего ты это взял? — Грешник и шпион, что предал семью, которая по доброте душевной приютила такого. Я надеялся ты будешь видеть меня лишь своим рыцарем, но никак не тем кто я есть. — Ты не грешник и не шпион, ты маленький мальчик на которого отец переложил непосильную ношу. Ты очень сильный, возможно самый сильный из всех кого я встречала. Прошу, посмотри на себя моими глазами. Кэйя уперся руками в подлокотники по обе стороны от хрупкой возвышающейся над ним фигурой. Томные взгляды, как во время умопомрачительного танца, разрывались между глазами и губами. Они оба играюче, молча спрашивали друг у друга разрешение: «Можно тебя поцеловать? Хотя бы на секунду?». Горячее дыхание уже распаляло кожу. Еще мгновение и губы сомкнутся в поцелуе. Но с открытого балкона послышалось лошадиное ржание и цокот копыт. Мгновенно отодвинувшись друг от друга, Кэйя подскочил: — Ордо Фавониус разберется с экспериментами ордена бездны, поэтому не беспокойся, что я или другие рыцари тебя побеспокоят. И я сохраню твой занимательный секрет, — он выскочил из комнаты, прикрывая одной рукой лицо. Оливия впервые почувствовала настолько сильный жар, приложила пальцы к нетронутым губам и не смогла отделаться от мыслей насколько приятно ощущать его холодное и одновременно горячее дыхание, а так же взгляд полный желания. Он еще ничего не сделал, а она уже почувствовала как тело жаждет недоступного ей наслаждения.***
Все было как капитан кавалерии и сказал — он больше ее не тревожил. Не навещал больше на винокурне и после не заходил в таверну. От его сослуживцев часто можно было услышать, что ее рыцарь зачастил в баре конкурентов. Неужели ему настолько была неприятна та ситуация или наоборот его терзали те же чувства, что он решил отдалиться от нее. — Боже, Оливочка, неужели ты не пойдёшь на праздник Ветрянных Цветов! — Лиза была в полном негодовании. — Ну, сегодня я слежу за таверной, так что нет. Скорее праздник придет ко мне, — помещение было забито под завязку, а Чарльз с Дилюком оставили таверну на нее одну. — Да ладно тебе, закрой таверну на часок. — Госпожа Лиза, вам не кажется это безответственным? — Эола была признательна девушкам. Они пригласили ее к себе за барную стойку, чтобы поболтать и выпить вместе лимитированное вино, — Хоть я и не знакома с госпожой Оливией, но не думаю, что мастер Дилюк доверил бы ей таверну, зная, что она так эгоистично поступит. — Если он так хотел проявить симпатии, то это ужасный ход. Я осталась сегодня в таверне лишь потому что оставлять девушку одну в заведении полное пьяниц совершенно не разумно, — Розария и правда вызвалась охранять официантку в этот праздник. Делать ей все равно нечего. — Мастер Дилюк чтит традиции Мондштата, не думаю, что он уехал по делам. Это праздник любви, может он готовит подарок госпоже Оливии, и скоро заявится сюда, — мысли Эолы были основаны на слухах, что не замолкали в городе уже которую неделю. — Слушайте, это все бред. Про меня и Дилюка. Он никогда не признавался мне в чувствах, а то что человек пытался наладить со мной контакт не делает меня потенциальной невестой. Если вы не помните, то Крепус выбрал ему в качестве невесты действующего магистра, — все три девушки переглянулись, думая рассказывать ей правду или нет. — Эм, дорогая, вообще-то про тебя ходят немного другие слухи, — Лиза прикусила губу от предвкушения эмоций, — Якобы у тебя с мастером Дилюком и капитаном Кэйей любовный треугольник и те дни когда таверна не работала вы были на винокурне все вместе. Конечно, лишь близкие друзья знают, что вы набирались сил после встречи с орденом бездны, но в городе все считают, что вы закрутили тройной роман. Дышать было абсолютно нечем, казалось эти слова перекрыли легкие. Репутация была ей совсем не важна, но тот факт, что на винокурне она и правда могла дать им двоим ответ, заставляла в голове крутить мысль. Невозможно было отогнать картинку, где Кэйя наконец дотронулся до ее губ, раздвинул их языком и проскользнул вовнутрь исследуя ее рот, причмокивая и вздыхая. А Дилюк в это время ответил бы на небольшую шалость, оставленную на его шее после танца. Он мог бы стоять перед ней на коленях, жадно целовать ее живот, всасывая кожу. Дилюк не смог дождаться когда Кэйя наиграется с ней. Его глаз бога обязательно активировался от нетерпения и его почти раскалённые пальцы вошли бы в нее, медленно вырывая из нее стоны прямо в рот Альбериха. — Простите за нескромный вопрос, а кого бы вы выбрали? — Я? Обоих, — девушки захихикали. Все восприняли ее слова как шутку, но что если эти слова вполне могли бы быть серьезными.
