Рассвет под деревом закатника

      Спустя неделю город был полон слухов о новой необычной паре, что начала показывать свою любовь на улицах города, а так же об увольнении девушки, что немного расстроило постоянных клиентов таверны. Видеть капитана кавалерии, таким гордым и одновременно влюбленным было непривычно. Особенно когда прямо по среди улицы он мог прижать ее за талию и страстно поцеловать, словно они наедине в его спальне. Оливия сразу краснела и начинала бурчать, что не стоит делать это на людях. С привычной ухмылкой мужчина наклонялся к ее уху и мог долго что-то нашептывать, после чего нежно целовал тыльную сторону руки, не отрывая от нее взгляда полного восхищения, и уводил от посторонних глаз.       Еще через неделю никто в городе уже не видел их так часто, словно похваставшись своей возлюбленной, Кэйя решил спрятать ее от любопытных поклонников. Кстати, тех мужчин, что смотрели на нее дольше чем нужно, и не туда куда нужно капитан мог отвести в сторонку или для серьезного разговора в орден. Результаты их «беседы» были впечатляюще пугающими. Многие думали их жгучий пыл поубавится со временем и они станут обычной кроткой парой, однако они не знали, что этот пыл будет просто перенесен в более интимную обстановку. Все же не стоило зевакам знать, что происходит за закрытыми дверьми в кабинете капитана. У влюбленных была одна любимая игра смысл которой выдержать все ласки Кэйи и не застонать на весь штаб. Так что страсть скорее распалялась, чем угасала.       Еще через месяц они совсем осмелели. О, архонты, они надеялись, Джинн, что забежала за документами на секунду, не слышала этих хлюпающих звуков под столом Альбериха. Но Кэйя потом лишь посмеялся над такой неожиданной инициативой и издевкой над ним. В один из выходных, когда он учуял невероятный запах с кухни - нашел девушку в одной лишь его рубашке, напевающую себе под нос одну из песен Венти, медленно покачивая бедрами и при этом заваривая чай из Ли Юэ к блинчикам. В лучах рассветного солнца ее черные струящиеся по спине волосы блестели, словно в них были вкрапления алмазов. Тогда капитан впервые задумался о спокойной жизни вместе с ней, думал как бы прекрасно они могли жить, не задумываясь о Каэнри’ахе, Ордене Бездны и прочих ужасах этого мира. Мужчина устроился сзади на плече у Оливии заключая ее в крепкие объятия: — Давай будем жить вместе, принцесса.       Еще один месяц полный любви уже в их общей квартире. Они часто распивали вино на балконе с совсем не романтичным видом. Обсуждали прошлое, особенно прошлое Кэйи, так как у девушки его никогда и не было. Часто можно было застать как по вечерам среди догорающей тусклой свечи Кэйя утыкался ей в грудь и просто замирал. Она убаюкивала его, говорила какой он на самом деле удивительный, лишь бы отпустил тяготы прошлого, лишь бы не слышать всхлипы, так больно отдающие в ее сердце.       В последнее время Кэйя не появлялся дома, а стоило оказаться ей на пороге в Ордо Фавониус, как он оставлял на ее губах невесомый поцелуй и под предлогом большого количества работы выдворял как можно быстрее. Ей становилось грустно и одиноко, казалось у него появились секреты, которые по его мнению не стоили ее внимания. В редкие дни когда Кэйя ночевал дома Оливия не бросалась в его объятия, лишь как угасающая звезда спала на диване. Хмыкнув, рыцарь перенес свою пушинку на кровать укутывая в теплый плед. Сам он уткнувшись в ее шею и вдыхая родной запах, обвивая своими конечностями тело принцессы прикрыл глаза. В ту минуту Кэйя понял — как хорошо, что план нужно приводить в действие завтра, иначе его скрытность просто добила бы ее.       На следующий день Кэйя неожиданно взял выходной и потащил во второй половине дня Оливию на утес Звездолова — избитое место для романтических посиделок, где они бывали не раз. На удивление по пути не было ни одного монстра и даже человека, как и на самом утесе: — Кай, мы бывали здесь не один раз, можно было бы сходить на Драконий Хребет, навестили бы Кли с Альбедо. — Понимаю, я тоже думал над этим, но что-то мне подсказывает ты бы заболела, — он легонько задел пальцем ее по носу. Кэйя взглянул на ночное небо полное туманностей: — Скоро должно начаться? — Что начаться? — Оливия заметила как возлюбленный нервничал, а его руки, что обвили талию и вовсе дрожали. Лишь рядом с ней он показывал свои истинные эмоции, но мандраж не был ему свойственен.       Фирменная ухмылка и с его глаза слетает повязка, что прикрывала шрам на его глазу. Он сам хотел бы видеть двумя своими глазами то, что происходило раз в год — звездопад невиданной красоты. Конечно такое событие не редкость в Тейвате, но Мона клялась, что этот будет особенный. Стоило десяткам звезд упасть где-то там далеко, как Оливия ахнула засмотревшись на то, что она любила больше всего. Разноцветные мотыльки с длинными хвостами, что сгорали в момент заполонили все небо. На высоком утесе, где заканчивалась земля, казалось это все происходит прямо возле нее и вот вот одну из этих неуловимых звездочек можно поймать за хвост. Кэйя был готов: когда звездопад начинал утихать он одним взмахом руки создал небольшие тонкие льдинки хвост которых был размером с иголку, а на конце висели небольшие объемные звездочки с наперсток. Те падая так же хаотично, как их настоящие собратья, испарялись, не касаясь самой длинной травинки. Восторгу девушки не было предела — Альберих не переставал ее удивлять: — Знаешь, однажды я поклялся, что если будет шанс, достану для тебя звезду с неба. Конечно это довольно избито, вот только я действительно могу для тебя ее достать, — он протянул руку и словил одну из его ледяных созданий, зажав в руке. — Кай, — она не понимала что происходит, невооружённым глазом было видно как он переживал. Но перебивать и сбивать его настрой не хотелось. — Оливия, знаешь, я никогда и никого так не любил как тебя. Я стою сейчас перед тобой, словно открытая книга… — И без повязки, — Кэйя усмехнулся ее замечанию, чмокнув в лоб. — Да, милая, и без повязки, — последовал тяжёлый вздох волнения, — Ты самая невероятная звёздочка, так внезапно упавшая в мои руки. Такая нежная, удивительная и добрая, что не могу смотреть на тебя и не восхищаться. Кэйя разжал руку и встал перед опешевшей девушкой на одно колено. — Мой меч и сердце я готов навсегда отдать тебе, поэтому позволь сделать из тебя мою королеву, принцесса, — в разжатой ладоне было кольцо тонкой работы с лепестками и тремя камушками: одним зеленым в центре, украшенным тремя снизу и сверху маленькими такого же цвета и двумя голубыми по бокам, — Ты выйдешь за меня? — Да, я выйду, выйду, — Оливия расплакалась и повалила его на траву, расцеловывая его лицо.

Это был всего лишь сон.

Опять.

      Как же ей надоело вспоминать все эти моменты, а потом просыпаться на односпальном матрасе в полуразрушенном доме возле почти развалившихся ворот города. Многочисленные атаки ордена бездны всегда приводят либо к огромным потерям среди людей, либо к стихийных бедствий, способным повредить каменные стены. Небо было тошнотворного фиолетового цвета, ни о каком согревающем рассвете не могло идти и речи. Война пришла так внезапно и даже вовремя подоспевший отряд Варки с экспедицией не сильно повлияли на тот рой магов бездны и хилличурлов, что ждал модштадтцев. Прошла всего пара месяцев, а враги уже прорывались в город более десяти раз, что совсем не радовало капитанов и магистра. Положение было печальным, еды не хватало, земля не была уже столь плодородна и не везде росли даже цветки-сахарки. Окончательно дух горожан мог сломить факт, что орден бездны стал похищать людей и делать из них себе подобных, но им знать об этом не стоило. Почему же знала бывшая официантка? Оливия неожиданно стала капитаном отряда, ответственного за поставки продовольствия и оружия. Но кто из рыцарей мог принять всерьёз невесту капитана Кэйи, что бесследно исчез стоило войне появиться на пороге.       Через пару часов будет совещание, а пока девушка плелась в церковь Барбатоса, ведь там ее ждал информатор с необходимым ей докладом.       Прямо в коридорах лежали раненые и лишь в дальних углах было три места для молитв. Церковь, имея самую выгодную позицию, принимала в свои объятия мирное население, некоторые ученые и торговцы из Сумеру и даже Инадзумы, что не могли покинуть эти земли изредка попадались на глаза. Они застряли здесь, что Варке было на руку: — Редко можно тебя тут встретить, — неожиданно оказавшийся рядом бард с бутылкой вина, вовсе не напугал ее. — Где достал вино? — Да так, личные запасы, надежно спрятаные у Двалина. — Неплохо использовать хранителя как погреб, — раньше они бы посмеялись, но никому уже не было до смеха, — Дашь отпить? — У тебя совещание, не хочу чтобы ты шла туда пьяная. — Если бы архонт в отставке не посеял сердце бога, может нам и не прошлось бы устраивать совет каждый день, — Венти зло ухмыльнулся. — Я лишь дал этим людям свободу, увы, сил Декарабиана у меня нет. — Ты знаешь мою точку зрения, бард. Для меня ты слабохарактерный бог, что не желал нести ответственность за целый регион, поэтому прикрываясь свободой просто сбежал, — архонт не смотрел на нее. Возразить было нечего, но и буянить в присутствии других не хотелось. Отпив последний глоток, из последней бутылки он встал и просто ушел.Такое бывало и раньше, презрение в глазах девушки к бывшему архонту росло с каждым днем. На правду тот не обижался, но и отвечать ни разу не думал.       Плеча Лив коснулась горячая ладонь, распространяющая, по всему телу приятное тепло. А вот и информатор. Дилюк всегда пылал, казалось какой бы жуткой не была ситуация, его сердце лишь разгоралось с еще большей силой: — Тебе стоит одеваться теплее, начинаются холода. — Дилюк, давно здесь? — мужчина подсел к девушке, где до этого сидел Венти, стряхивая пыль со своего потрепанного костюма Полуночного героя. — Нет, — коротко бросил он, — Мои люди только пришли с докладом. — Как обстоят дела на границе Ли Юэ? — Без изменений, дорога через Драконий Хребет всë ещё лучший вариант. Ты была права, подземные пути там всё ещё самое безопасное место после зачистки, — мужчина все ещё надеялся хоть раз увидеть на ее измученном лице хоть какие-то эмоции, но даже после новостей, что есть безопасный путь для ее отряда легче ей не стало. — Судя по тому как ты вымещаешь зло на посланце Селестии — вылазка даже по безопасному пути была неудачной. — Черт, — Лив спрятала лицо за ладонями сильно его растирая, — Я уже ничего не понимаю. Это третья поставка, которую мы теряем. Либо путь всё же не безопасен, либо рыцари отказываются подчиняться. Сейчас такое время, дети голодают, а они думают как бы сместить меня с поста.       Дилюк не знал, что ответить, но понимал, как тяжело девушке, что родилась и жила в мире и любви, но вдруг неожиданно оказалась в таком положении. Он мог себе позволить себе обнять ее, подхватить на руки и унести в свое поместье, ведь с позволения Альбериха они были вместе. Но вряд это то, что ей было сейчас нужно. Его официантка, что своим мягким характером могла расположить к себе любого, могла посоперничать с Царицей в холодности. — В такие моменты хочется притащить Кэйю за шкирку и бросить на колени, чтобы просил у тебя прощение, за то что тебе приходится терпеть. — Не надо, Люк. Не приплетай его, — она снова сжалась, собирая руки в замок на груди.       Молчание вокруг них заставляло вспоминать дорогого их сердцу человека. — Я тоже скучаю по нему, — красноволосый приобнял Лив за плечи, — Но мы должны с тобой жить дальше. А пока будем ждать его возвращения, как и всегда.

***

      В кабинете магистра собралось множество людей, от капитанов, до ученых. В том числе присутствовали Лиза, Альбедо и Дилюк. Все ждали Варку, готовясь к сдаче отчетов. Однако некоторые лишь молча сидели и сверлили взглядом Оливию, считая ее лишней. Но такая высокая должность досталась ей после странного случая, когда мокрую заплаканную девушку, Варка за шкирку притащил в свой кабинет и в течение целых суток никто из них не покидал его. Поэтому оспаривать решение магистра никто не решался.       Наконец он зашел в кабинет — высокий мужчина действительно имеющий некое сходство с Лупусом Бореалисом. Не смотря на грозный вид, его лицо было до безумия добродушное: — Садитесь, — громкий голос и приказной тон заставил всех подчиниться.       Все доклады он молчал, лишь внимательно слушая далеко не интересные вещи. Последний доклад должна была предоставить Оливия, в гробовой тишине она встала и не отрывая взгляда от Дилюка произнесла: — Груз не приехал, как и прошлые два. Прошу предоставить других рыцарей или дать мне разрешение на личное сопровождение последующих поставок, — тишину разбавил шепот переполненый беспокойства. — Хм, поговорим об этом наедине после собрания, а сейчас о предстоящих нападениях, — Варку нисколько доклад не смутил, казалось он уже знал какой исход будет его ожидать.       Никто не любил тему защиты города, ссоры из-за разных взглядов на вещи, доходили до драк от чего магистр и Джинн довольно быстро выходили из себя, останавливая встречи. Так и сейчас капитаны спорили с особой ожесточённостью. Раздраженная Оливия встряла в разговор: — Эй, может вы успокоитесь уже. Пока вы тут свои взгляды отстаиваете у нас за вратами люди умирают. — Никто не давал слова шлюхе и жене предателя, — выкрик, какого-то неизвестного капитана заставил лицо девушки искозиться. Она медленно встала, оскалившись, словно хищница и прошипела рыцарю почти в лицо, перевешиваясь через стол. — Будь моя воля, я бы заперла тебя за куполом Декарабиана, чтобы такие как ты, кто считают моего жениха предателем умерли в мучения без солнечного света.       Во главе длинного стола раздался гогот, басистый смех Варки больше был похож на истерический: — О, милая Оливия, в твоих словах всегда можно почерпнуть удивительные идеи, — он встал из-за стола, — Альбедо, возможно ли создать барьер подобно, тому что весит над старым Мондштатом?       Где-то возле стенки не думая ни секунды, отозвался алхимик: — Теоретически можно, сначала мне потребуется пара дней на его изучение, затем необходим будет прибор для имитации сил архонта и его дальнейшее поддержание. — Магистр Варка, одумайтесь, вы хотите заточить нас на долгие годы? — подскочившая Эола переживала о повторении истории и восстании в чертах города. Она боялась вновь появления кланов и ненавистных ею аристократов.       Оливия прервала девушку: — Этого не произойдет если барьер будет сдерживать только проклятых, — идея проницаемого барьера понравилась Варке, тот кивнул Альбедо давая поручение. Казалось эта мысль алхимику понравилась на столько, что вдохновила приступить к разработке прямо сейчас.       Магистр распустил совет по их делам, оставаясь наедине с Оливией: — Позвольте в дальнейшем сопровождать груз, — девушка просила его склонив голову. — Ты знаешь, что я не могу позволить моим людям действовать в одиночку. Будь ты хоть в десять раз сильнее Кэйи я не отпущу тебя. Они с Дилюком мне как сыновья, а мое обещание им оберегать тебя — нерушимо.       Она была в ярости, ее люди не подчинялись своему капитану, по хорошему это трибунал. Единственные кому она могла доверять - это другие капитаны и по совместительству друзья Кэйи, но кто бы дал ей в команду того-же Дилюка. Поэтому рассчитывать приходилось только на свои силы. Она растегнула потрепанный плащ и сорвала с внутренней цепочки гидро глаз бога, швырнув его на стол: — А это мне тогда на что? — Лив, я запретил тебе использовать это. Твои силы непредсказуемы и опасны. — Я могла бы одолеть всех магов и чтецов бездны взмахом руки! — И забрать так же наши жизни! — тяжелый кулак ударил по столу. — Ты не слаба, милая, но ты опасна. То что я видел в ту ночь, — магистр отвернулся, — Иссушение жертв до последней капли крови слишком даже для меня. Я дам тебе других рыцарей, а теперь ступай.

***

      День близился к вечеру, а небо было все такого же кислотно-фиолетового цвета. Противно. Кабинет, что раньше принадлежал ее возлюбленному теперь был ее. Скрипучая дверь закрылась за ней, открывая вид на красную макушку, что сидела на диване. — Люк, — обессиленная девушка упала рядом с ним положив голову на мощное плечо. — Устала? — губы мужчины коснулись ее макушки. — Не особо. — Я всего-лишь занес отчеты, но если тебе нужно что-то еще, — на секунду Дилюк замялся словно хотел, что-то сказать, но передумал.       Это было до одури странно сидеть рядом с ней, без посторонних глаз и понимать: Кэйя перед уходом попросил позаботиться о ней и занять его место. Дилюк же не сопротивлялся. По началу было больно даже смотреть на нее. Истерический вой, что она издавала в его объятиях, как она рвалась, пытаясь догнать его несносного брата. Будто знала где этот Каэнри'ах. А спустя дни, когда всхлипы утихли, Дилюк взял ее за руку и набравшись всей храбрости, что у него была, словно подросток выложил как на духу какие глубокие чувства он испытывал. А жар его тела и пунцовые щеки лишь подтверждали, что вторая половинка ее сердца нашла своего хозяина. Они были вместе и никто не сомневался — когда вернётся Кэйя так все и останется. Ведь никто не был против таких необычных отношений, лишь бы оставаться с ней рядом, даже если придётся делить ее любовь пополам. — Лив, я не смею требовать этого особенно сейчас, но мне давно хотелось сделать кое-что, — мужчина замялся и краснея, опустился на колени перед девушкой. Его алые глаза смотрели на Оливию с надеждой, — Могу ли я поцеловать тебя?       Смущение охватило ее, словно это был первый раз когда ее целовали. Кэйя был пылким и его страстные поцелуи отличались от тех, что мог подарить ей нежный и чуткий Дилюк. Она кивнула, отводя взор от щенячьего взгляда Рагнвиндра, что смотрел на нее так нежно словно она единственная приносила в его жизнь полную скованности и зла жизнь немного солнечного тепла. Именно так по мнению Дилюка должна была выглядеть богиня. Сломанное сердце, война и смерть стерли с ее лица улыбку, а глаза больше не блестели, но тем не менее она все так же сияла для него: — Тогда позволь мне заменить его, пожалуйста, — он обхватил ладонями ее лицо выдыхая слова прямо в губы, — Я мечтал о тебе каждую ночь. Мне снились твои прикосновения и смех, я так желал их, что просыпался посреди ночи со стойким чувством твоих поцелуев на моем теле. Ты моя мечта, Лив.        Горячие губы невесомо коснулись ее уголка губ. Он впервые жалел, что не знает как это делается, наверное она смеялась над ним внутри. Стоило ему углубить поцелуй, опрокидывая ее на диванчик, как почмокивания стали смелее и напористее. Казалось были шансы, что сейчас все идет к чему-то большему, но сейчас он был просто счастлив лежать с ней так покусывая ее сухие губы, смягчая их так же как и отношения между ними, что в последнее время были далеко не романтические. От нехватки воздуха Дилюк отстранился, поглаживая ее короткие волосы. От шикарных темных локонов пришлось избавиться и он крайне часто ловил себя на мысли, что забрал бы их себе, вдыхая запах сесилий, что всегда преследовал девушку. — Лив, — рука дрогнула, так же как и голос, — Ты плачешь? Соленые дорожки на ее щеках струились и по его пальцам. Оливия, погруженная в свои мысли даже не замечала этого, но стоило грубым рукам смахнуть слезы, как ее хрупкая фигура прижалась к его груди. Она пряталась в его сюртуке от всех окруживших этот мир проблем и невзгод: — Спасибо, что вернул меня, Люк.