Часть 13
11 июня 2022 г., 17:02
Короля можно поставить на колени только на плахе.
Цитата из книги «Огненная кровь»
Тэхён проснулся добрых сорок минут назад, но боялся даже шелохнуться. Он лежит и украдкой наблюдает за Королем. За это время уже успел разглядеть всё: густые брови, пышные ресницы, гладкую кожу, которая была на несколько оттенков светлее, чем у самого омеги, широкий нос, родинку под нижней губой, губы, которые альфа неосознанно разомкнул во время сна, демонстрируя свои белые, ровные зубы. Ким уверен, где–то там прячутся острые, как клинки, клыки, которые с легкостью смогут перегрызть глотку любому, кто идёт наперекор альфе. Вот Тэхён, например, постоянно всё делает вразрез с желаниями Короля. Омега тянется ближе, плотнее прижимается к источнику тепла, тело альфы горячее, одеяло не нужно, в его руках поистине волшебно. Ким всё жмётся, носиком тычется в мощную грудь, практически мурлыча. — Вредный малыш, всё ворочается, поспать мне не даст, я так понимаю, — хриплым голосом бубнит Чонгук. А Тэхён, а что Тэхён? Замер, дыхание перехватило, язык онемел, глаза зажмурил и лежит, — Привет, зазноба моя, — ласково шепчет альфа и целует омегу в макушку, — Как ты чувствуешь себя? — интересуется король. — Хорошо, Ваше Величество, спасибо Вам. — Я не выношу, когда ты болеешь, Тэ. Мне что, взяться за твоё здоровье? Кормить тебя с ложечки? А? — чуть строго проговаривает Чон, — Мне доложили, что ты практически ничего не ешь. Так не пойдет, слышишь меня? Похудел, ребра торчат, — в доказательство своих слов король нежно погладил выпирающие косточки на теле Кима. — У меня нет аппетита, вот и всего-то, — возмущённо пробубнил омега. — Всего-то, — передразнил Король, — Будешь ужинать под моим присмотром. Главный королевский евнух будет интересоваться у тебя о твоих пожеланиях, и передавать на кухню требования моей красной розочки, — засмеялся Чонгук. — У меня нет никаких требований, Ваше Величество, — омега даже покраснел от слов Короля. — Пообещай, котёнок, что будешь хорошо кушать, — стоял на своем альфа. Ласковые слова затуманивали сознание Кима, он такой весь разбитый, с кровоточащей душой легко верил красивым речам Чонгука. Тэхён сам состоит из света, это же старается видеть и в других. — Пообещайте, что не оставите меня сегодня, Ваше Величество. — Хочешь заключить со мной сделку? — чуть приподняв бровь, ухмыльнулся Чонгук. — Просто пообещайте, — и тычется-тычется носиком в шею. — Обещаю, маленький, — крепче прижимая к себе, прошептал Король, — Давай еще немного вздремнём, я не спал всю ночь. — Переживали? — неуверенно предположил Тэхён. — Очень. Твоё любимое занятие — держать меня в постоянном напряжении. Спи, — еще один поцелуй в макушку. Они сладко заснули, делясь друг с другом теплом своих тел.***
В покои Короля практически неслышно вошёл главный королевский евнух со срочными новостями. — Ваше Величество, монарх плохо чувствует себя, — тихим голосом проговорил Шин, так как видел, что на груди альфы спал господин Ким, к которому у Короля однозначно было особое отношение. — Говори конкретнее, Шин, — Чонгук начинал раздражаться даже от простого напоминания о Хэёне. — Наследник волнуется, наверное, ему необходимо присутствие отца. Лекарь сделал всё возможное, чтобы состояние монарха улучшилось, но Вам лучше навестить его лично, чтобы избежать непоправимого, — сердце альфы сжалось от мысли, что его частичка, его кровиночка буянит в животе папы, требуя Чонгука. Ещё не появился на свет, а уже сын своего отца. Собственник и манипулятор маленький. — Хорошо, Шин, ступай. Я скоро навещу Хэёна. Есть ли на свете изворотливее, коварнее люди, чем те, которые любят так отчаянно, что готовы пойти на любые меры? Хэён отличался от Тэхёна многим. В отличие от Кима, он готов был землю зубами грызть, плести интриги, врать, да хоть убивать, если хотите, лишь бы быть рядом с Чонгуком. Он собственными руками бы уничтожил лекаря, если бы тот не сообщил главному королевскому евнуху, что здоровье первенца короля, наследника династии Чон, находится под угрозой. Чонгук аккуратно выбрался из цепкой хватки Тэхёна, поправил одеяло, нежно поцеловал щёку в надежде, что омега не проснётся. Но фортуна отворачивается от короля, когда речь идет о красной розе. — Вы уже проснулись? — сонно пробормотал омега. — Я уже выспался, маленький, а ты еще поспи. — Без Вас не хочу, — Тэхён насупился, разлепил свои красивые глазки и приподнялся на постели. — Малыш, ты обещал, заботиться о своём здоровье. Помнишь? Альфа поднялся с кровати и своим стальным голосом позвал прислугу, чтобы те помогли ему одеться, а после скрылся в купальне. Медленно переваривая картину происходящего, Тэхён понимал, что Король намеревается куда-то уйти. А он? Альфа же обещал ему, что не оставит его сегодня. Тэхён так много просит? Чуть погодя, альфа вышел из смежной комнаты, посвежевший, одетый в ханбок зелено-синего цвета. Омега же не смел встать с ложа короля, так как смущался прислуги. — Вы уходите, Ваше Величество? — Хэён плохо чувствует себя, я вынужден ненадолго отлучиться, — альфа понимал, что сплетни по дворцу разнесутся с такой скоростью, что лучше сказать правду омеге, чтобы избежать недомолвок. Король подошёл к Тэхёну и погладил его щёку тыльной стороной ладони, — Пока меня не будет, выпей настой и покушай, хорошо? — Позвольте мне отправиться в свои покои, Ваше Величество, — Ким поднял свои глаза на Чонгука и безразличным тоном произнёс. Желваки на скулах альфы заходили ходуном от накатывающего раздражения. Опять эта отстранённость со стороны красной розы. Король что, по его мнению, ручной пёсик, который должен весь день вилять хвостиком возле ног хозяина?! В планах Чонгука не было выпускать омегу из своих покоев сегодня, а лучше вообще никогда. Но иногда мы не властны над ситуацией, и чтобы не конфликтовать лишний раз с Кимом, альфа постарается уступать ему, иногда. Сегодня как раз то самое «иногда». — Можно, но лучше останься здесь, можешь воспользоваться купальней, я распоряжусь, подадут ужин. Позже я присоединюсь к тебе. — Я хочу к себе, спасибо, Ваше Величество. — Я сказал лучше дождаться меня здесь, Тэ, — прорычал альфа. — Вы ранее сказали, что я могу отправиться в свои покои. А до этого обещали, что сегодня не оставите меня. Дали мне обещание, — Чонгук поднял руку вверх, давая понять Тэхёну, чтобы тот умолк. — Хорошо, ступай в свои покои. Сегодня я не стану настаивать на своём. Мне доложат, сколько ты съел на ужин и принял ли ты настой. Советую прекращать испытывать моё терпение. Предупреждаю: оно практически закончилось. Начнёшь перечить мне, я прикажу связать тебя и насильно кормить. И это обещание я выполню, можешь не сомневаться, — альфа развернулся на пятках и покинул помещение. Слышалось только разозлённое, — Не выпускать господина Кима. Полный отчёт о его приёме пищи и лекарств. Да, Чон передумал отпускать омегу, он Король, его воля – закон! В голове Тэхёна, как будто муха надоедливая, жужжит: «Прикажу связать тебя и насильно кормить», а как же: «Мне что взяться за твоё здоровье? Кормить тебя с ложечки? А?». Как противостоять постоянным эмоциональным качелям в отношениях с Королем Тэхён не знал. Может быть, он и глупо себя ведет, может, эгоистично, но альфа обещал, обещал же. Чего стоят его красивые слова?! Всё по кругу: опять больно, опять ревность, опять Чонгук пренебрёг им. Ушёл к своему беременному супругу, а его оставил в своих покоях, словно пленника. Подушка полетела в сторону, из глаз ожидаемо полились слезы. Ким сидел и прожигал взглядом то место, где недавно стоял альфа.***
По большому счету Хэёну не нужно было обладать навыками актёрского мастерства, чтобы убедительно сыграть роль страдальца, потому что он действительно медленно умирал без своего супруга. Он скучал, сходил с ума от ревности, обладая властью и сторонниками (спасибо отцу в лице левого государственного советника), у него были глаза и уши по всему дворцу. Он знал практически обо всём: обо всех прогулках Короля с наложниками, проклятых чаепитиях, флирте, катаниях на лошадях. Единственное недоступное для его глаз и ушей место в замке — королевское крыло, куда утром на собственных руках Чонгук унёс этого странного омегу, воняющего красной розой. Насколько было известно монарху, Чонгук не был заинтересован этим омежкой, но сам факт того, что красная роза будет наполнять своим запахом покои правителя поднебесной, неимоверно злил беременного монарха. Чонгук зашёл в покои супруга с улыбкой на лице. Да, он не любил Хэёна, но тот под сердцем носил его сына и этого достаточно, чтобы быть удостоенным милости короля. — Хэён, мне доложили, что тебе нездоровится, — «Все разом решили в могилу меня свести своими недугами», — пронеслось в мыслях альфы, пока он осторожно присаживался на край постели, где лежал омега. — Мой дорогой супруг, этого Ваш сын требует, — ласково улыбнулся монарх. Чонгук погладил слегка увеличившийся животик. Да, время пробежало стремительно, пока альфа вёл воспитательный процесс над поведением одного господина, который пахнет красной розой, прошло практически два месяца. На дворе конец ноября, кто знает, сколько бы ещё Король умирал без возможности вдыхать его аромат, если бы организм Тэхёна не дал сбой? — Хэён, как я могу облегчить твои страдания? — участливо уточнил альфа. «Люби меня, смотри на меня одного», — чуть не сорвалось с губ монарха. В этом они также кардинально отличались с красной розой: Тэхён не был готов бороться за Короля, но смотря ему в глаза, уверенно требовал, чтобы он был единственным, не желал мириться с другими в постели, душе, мыслях альфы. Хэён же не чувствовал над сердцем альфы хоть малейшей власти, потому затыкал свою гордость, а теперь еще и совесть. Он тоже не готов мириться с соперниками, но не мог сказать об этом напрямую Королю. — Ваше Величество, Ваш запах успокаивает малыша. Позвольте мне обнять Вас? — проговорил Хэён, а в глазах его читалась вселенская любовь. Чонгук прилёг рядом с омегой и аккуратно уложил свои руки на его живот, слегка поглаживая, — Могу я Вас попросить поужинать со мной? Альфа планировал провести ужин в компании зазнобы, но эта та малость, которой он может осчастливить своего супруга. Но в мыслях даже сейчас его обиженный мальчик, который наверняка сейчас дует губы и накручивает себя по сотому кругу. — Конечно, мы поужинаем вместе, — глаза Хэёна хитро заблестели, а губ коснулась ядовитая ухмылка.***
После вкусного ужина, омега отказался от прогулки под предлогом плохого самочувствия. Времени, что альфа провёл с супругом, должно было быть достаточно, чтобы успокоить ребёнка, но монарх просил о крайней просьбе на сегодня. — Ваше Величество, последнее время у меня не было полноценного сна, побудьте рядом, пока я не засну. Чонгук мысленно закатил глаза, ему очевидно, что супруг оттягивает момент их расставания любыми способами. Скрипя зубами, мужчина прилег рядом с омегой. Хэён благодарно улыбался, после обнял талию Короля своими изящными пальчиками, уложив голову на его грудь. Несмотря на то, что перед приходом к монарху, Чонгук находился в купальне, от него всё равно пахло красной розой. Хэён прикусил щеку с внутренней стороны и прикрыл красные от злобы глаза. В покоях стоял полумрак, горели свечи, какие-то зловония. Альфа чувствовал, как тонкой дремотой окутывает его веки, а позже вовсе заснул. Любящий супруг опоил его настоем шалфея, который помог мужчине провалиться в мир грёз.***
Тэхён вышел из купальни и не удивился, что в покоях стояли придворные омеги, которые помогут ему собраться к ужину с Королем. По распоряжению альфы трапезу подавали сегодня в его покоях, согласно рекомендациям лекаря. Король явно имел цель откормить Тэхёна, а потом съесть. Столько было подано еды, что глаза разбегались. Ким тревожился, ожидая появление Чона. Они опять повздорили, что, несомненно, портило настроение. Время ужина давно прошло, но Чонгук так и не появился, Тэхён начинал грустить, нервно кусая губы. — Господин Ким, мне доложили, что Король ужинает с супругом, не ожидайте его. Прошу вас, не пренебрегайте едой, это просьба Короля. «Просьба — не приказ. Конечно, опять строит из себя добренького, чтобы запудрить мне мозги», — подумал омега. — Конечно, не волнуйтесь, — ответил Ким, — Король сказал, что мне необходимо набираться сил, прошу, не беспокойте меня сегодня. — Как пожелаете, господин, если будут пожелания, позовите меня. — Благодарю, — Ким посмотрел на всю еду, что стояла перед ним, так хотелось перевернуть столик, разломать мебель, сжечь эти покои, но он молча встал и прилёг на кровать. Простынь под ним была холодной, омега свернулся в клубочек и тяжело вздохнул, — Раз все обещания Чонгука пустой звук, пусть не надеется, что я исполню свои. Слёзы аккуратными дорожками стекали на подушку. Душа тянулась к этому мерзавцу, омега был не властен над этим. Выплакав солёное море, Тэхён, измученный ожиданием, заснул. Высоко в небе светила луна, которая кричала красной розе о том, что на дворе глубокая ночь, а Король до сих «ужинает» со своим беременным супругом.***
Чонгук проснулся, голова гудела, а запах лилии был повсюду. Лилия — не красная роза, альфа застонал в голос от разочарования. Он всё-таки заснул в кровати монарха, не пришёл к обещанному времени, как обещал. Вообще не пришёл. Положив руку на прикрытые глаза, Король тяжело вздохнул. Он устал от супруга, наложников, его сердце в руках зазнобы, тот вообще его на поводок посадил и рад стараться. Почему всё так сложно? Чону было страшно представить, что приготовил ему Тэхён в ответ, на его «ненадолго отлучиться». Чонгук раздражался, омеги совсем от рук отбились. Тянут короля в разные стороны, но он не совсем ещё дурак, чтобы не понимать, что происходит. Альфа терпеть не может, когда всё идёт не по планам! Дожились. С этой суматохой он не поговорил даже с Юнги. Король признавать свои ошибки умел и он хочет извиниться перед другом. Поднявшись с постели, Чон нечитаемым взглядом посмотрел на супруга и пришёл к одному единственно верному решению: после рождения наследника он от себя отстранит монарха. Но сейчас пора возвращаться в свои покои, где его ждал кто-то пострашнее, чем «самый хитрый» супруг, который свято верил, что альфа не смог почувствовать запах шалфея в чае.***
В королевских покоях царила угнетающая тишина. Альфа сжал кулаки, увидев нетронутую еду, после перевёл уставшие за эти два дня глаза на клубочек, который лежал в одежде на шёлковых простынях. Ждал… он ждал его, несмотря на то, что альфа не сдержал своего обещания. Чонгук осторожно прилёг рядом и перевернул Кима лицом к себе. Омега проснулся и возмущенно замычал, ожидаемо постарался отпихнуть от себя Короля. Но у Чонгука было другое мнение на этот счёт. Хватит! Пора всем напомнить, кто тут король. Тэхён было открыл свой рот, чтобы гневные слова сорвались в адрес короля, но альфа утробно рыкнул и проговорил: — Помолчи, зазноба моя, — а после впился в манящие губы настойчивым поцелуем, крепко прижав к себе ошарашенного омегу.
