Ментовские секретики

Пока мы с ребятами чапали, лениво перебирая ногами, я попыталась восстановить некоторые пробелы в настигшей нас истории. – Что за дела были у твоего отца с Бонтеевым? – спросила я Лёньку, еле скрывая одышку. – Ну, – протянул он, – Бонтеев барыжил кое-чем… – И что же, – смекнула я, – твой батя захотел отжать у него бизнес? – Вроде того. Теперь он вернулся, чтобы снова толкать всем твой товар. – Так вот почему пропадают курсанты. Максим вербует их в свою преступную группировку. – Похоже на то. Наконец, мы добрались до кухни, где нас встретила повариха. – Ну наконец-то вы пришли! – сказала она нам. Я недоумённо переглянулась с парнями. – Что вы имеете в виду? – спросила я. – Ну как же, – повариха раскинула руки. – Мне нужны помощники на кухне. – Вот как, – я дёрнула бровями, понимая, какой нам открылся карт-бланш. – Но разве вам не должна была Людка помочь? – прорезался тоненький Димин голосочек. Повариха махнула раскинутой рукой. – Должна была, да только она так и не явилась, – сказала женщина. – Я и подумала, что вы вместо неё пришли. – Мы и пришли! – успокоила я повариху. – Что нам нужно делать? – Можете пока картошку почистить, – женщина сняла с себя передник и пристроила его на ручке двери. – Я скоро вернусь. Женщина ушла. Мы с ребятами быстро скучковались: на нашем петушином заседании встало сразу несколько вопросов. – Теперь ещё и Людка пропала, что ли? – сказала я, как обычно, хмурясь. – Похоже на то, – с волнением в голосе подтвердил мои мысли Димон. – Чёрт с ней, с Людкой, – прервал нас Лёнька. Давайте искать смазку. – Подожди, – я вышла из нашего порочного круга и направилась к плите. – Ты чего? – прозвучал Лёнькин голос из-за моей спины. – Да мне покушать надо, – ответила я и схватила первое, что попалось мне под руку. Почему мне так везёт на самсу? – задумалась я, но мои мысли прервал звонок. Я подбежала обратно к друзьям и с попросила их взять трубку за меня. – Чего, блин? – переспросил Лёнька. – Ты бы прожевала сначала, что ли. – Возьми трубку! – проглотив не только кусок самсы, но ещё и немного злобы с обидой вместе, крикнула я. – У меня пальцы жирные, я телефон потом не отмою. – Хрюша, – ответил мне Лёня и вытащил телефон из моего заднего кармашка. – Помедленнее, – предупредила я на случай, если он не догадается задержать там свою ладонь. Лёнька закатил глаза и ответил на звонок, протянув мне трубку на вытянутой руке. Я заметила, что звонила бабушка. – Алло? – смущённо проблеяла я. – Вика, – прозвучал бабушкин голос. – Ну ты где застряла? Я уже пирогов напекла. Бабушка – единственный человек, из всех, кого я знаю, кто ухитряется транслировать так много противоречивых чувств сразу. Я толком не поняла, пыталась она мне высказать претензию или выразить обеспокоенность. – Кажется, я не успею на пироги, – с тяжёлой досадой проговорила я, чувствуя, как свинцовая вина начинает давить на мои плечи. – Ну как же ты без пирога?! – по волнению в бабушкином голосе я всё-таки поняла, что она была в большей степени обеспокоена, чем сердита. – Ну ты заверни остатки в пакетик, я потом приду и покушаю, – честно попытаясь найти компромисс, в глубине души я понимала, что бабушку – при всём желании – переубедить невозможно. – В пакетик, – проворчала она, – чтобы они испортились? Пироги не для того пекут, чтобы их по пакетам рассовывать. – Ну я понимаю, – пыталась оправдаться я. – Но... – А ты где сейчас? Роковой вопрос загнал меня в тупик. – Я у друзей, – уклончиво ответила я, понимая, что дело пахнет жареным. – Каких друзей? – продолжила наступление бабушка. – У друзей из академии, – зачем-то ответила я, поддаваясь бабушкиным чарам. Зная её, она и покойника разговорит. – Я случайно поступила. Теперь буду ментом. Ну, это долгая история... На той стороне провода повисло молчание, и я подумала, что возникли спасительные проблемы со связью. Однако вскоре бабушка снова подала голос – кажется, новости стали для неё ударом, и она отлучалась, чтобы выпить валерьянки. – А что с инженерным? – слабым голосом произнесла бабушка. – Я оттуда не отчислялась, – успокоила её я. – Так что я, вроде, буду и ментом, и инженером сразу. До этого момента я не думала о подобных перспективах. Мне ещё стоило обдумать свою судьбу, и, кажется, на этот раз валерьянка не помешала бы и мне самой. – Понятно, – в голосе бабушки читалось отчаяние и смирение одновременно. – Баб? – произнесла я. – Всё хорошо. Бабушка помолчала. – Ты хоть поела? – наконец, прозвучал её голос вновь. Я задумчиво повертела в руках остаток самсы и поняла, что что-то с ней было не так. – Ага, – ответила я. – Не волнуйся, хорошо? Бабушка вздохнула. – Бог с тобой, – сказала она. Экран телефона дёрнулся в Лёнькиной руке. – Слушай, я щас сдохну, пока буду его держать, – вполголоса проговорил мне он. – Давай уже завязывай трепаться. Я легонько пнула Лёньку по ноге. – Ладно, баб, давай я потом перезвоню, – сказала я. – Я скоро приеду. Честно! Я подождала, пока бабушка меня перекрестит, и сбросила вызов. – Суй давай телефон обратно, – сказала я Лёне, подставляя ему свой зад. Лёнька вернул аппарат на место, и мы вернулись к нашим насущным делам.