Кровь Пламени.

Немногими мгновениями позже, Сердце уже бы не билось, Пламя тайну осветило, Почёта заслужило.

Я пролежала в ванной до середины ночи. Встав с утра, на волосах остались небольшие волны, а незаметная чёлка легла на бока, как всегда. Надела тёплые, но свободные брюки светло-коричневого цвета и, стоя перед зеркалом, застёгивала пуговицу на белоснежном свитере. В дверь постучались. — Аза, я же просила подождать! — Любому терпению свойственно заканчиваться, — злой голос Длама заставил меня отпрянуть от зеркала. — Ваше Высочество, — я сделала реверанс. — Спасибо, что хоть не голую застал. — Я не видел вас больше недели, а вы, хочу напомнить, моя невеста! — Мне так глубоко на… — лёгкая улыбка тронула мои губы. — Извините, потеря подруги сильно подкосила меня, и я была не в состоянии составлять вам компанию. Боялась, что моё подавленное настроение передастся и вам, а я этого очень не хотела. — Вы вовремя прилетели, часами позже вам бы просто не пустили. Убийцы ходят где-то рядом. Только сейчас мой взгляд нашёл многочисленную стражу за дверьми. — Будет лучше, если вы будете находится рядом со мной. — Если быть точнее, рядом с твоей стражей. Длам протянул мне локоть. — Конечно, я целиком и полностью разделяю ваше мнение. Вы случайно не знаете, где сейчас находится Ядвига? — Она сейчас на собрании вместе с королём, королевой и сенатом. — Кез, до сих пор?! Оно уже длится всю ночь и утро! — На самом деле, мне еле-еле удалось отлучится от важных разговоров, чтобы провести время со своей невестой, но вскоре мне придётся вернуться. — Тогда не будем терять время, Ваше Высочество. Куда желаете прогуляться?

❁❁❁

Я хотел вернуться в Каленгдере, но мои руки сами направили Киэлла за Геолусом. Что ж, посмотрим, как празднуют Последний Огонь в Цемдарке. Этот Льюис распорядился, чтобы мне выделили стражу и подготовили комнату, а пока я мог навестить отца. Меня раздражала висящее напряжение во всём замке. Здесь слишком мало окон, когда в нашем королевстве они есть на каждой стене. Так же мне не хватало моря, а эта маленькая речка не шла ни в какое сравнение с водами Каленгдере. Отец был с королём Девором, который созвал сенат из-за произошедших убийств. Янтефая единственная, кто видела метку, и та указала на Каленгдере. Это может стать поводом для войны, поэтому он вынужден присутствовать вместе с остальными. По дороге я слышал шум от студентов и… кажется, стоны? Не зацикливаясь на них, пошёл дальше. После того, как стражник предупредил о моём присутствии, я вошел в комнату: сверху свисали золотые люстры со святлайскими огоньками, длинный стол с белой скатертью тянулся до тёмного камина. На красных, кожаных стульях сидело десять человек, входящих в сенат Цемдарка, генерал Ядвига, адмирал Зуко и Длам с королевой Це. Мой отец и король Девор стояли у другого конца стола. Я поклонился, принц переместил некоторых людей так, чтобы я сел рядом с ним. Длам разглядывал написанное небо на потолке, а Ядвига в раздумьях водила кончиком пальца по канделябру. — Генерал, вы отвечаете за слова своей дочери? — обратился к ней Девор. До этого они с отцом перешёптывались. — Да, Ваше Тёмное Величество, — Ядвига ответила без замедлений, спокойным и уверенным тоном. — Вы должны позаботиться о перекрытие всех входов и выходов. Заманите убийц в ловушку и убедитесь, что Каленгдере невиновен, — голос Каленга был тихий, ледяной. Я прогнал воспоминания из детства, которые он пробуждал. — Я сам знаю, о чём должен позаботиться в своём королевстве, Кал, — ответил ему Девор. Мы с Дламом подавили смешок: все присутствующие знают каленгдерчанский и знают, что на нём ccall означает дерьмо. Отец не оценил данное обращение и сел на свой стул, посмотрев на меня. Я слегка приподнял бровь, мол: «Ну а что ты хотел, мы не в своём королевстве, тут у нас уважения намного меньше. Особенно в Цемдарке.». Со Святлаем мы поддерживали тёплые отношения, а с Цемдарком — натянутые. Война нам сейчас не нужна от слова вовсе. — Мы верим, что вы не причастны к убийствам, — начал Девор. От мировой войны с Аефеяллой у него на лице остался шрам, который тянулся с одной щеки на другую через нос. У его чёрных глаз давно появились морщины, тонкие губы постоянно были недовольно сомкнуты. Тёмные волосы торчали в разные стороны из-за обсидиановой короны, которая тянула свои устрашающие зубья вверх. Ладони короля были в доспехах, а на плечах была чёрная мантия, которая поглощала свет. Или это делала тьма, витающая вокруг его тела. — В доказательстве нашей веры и убеждений насчёт Лэ-Д, мы можем предложить вам дочь Длама и Янтефаи, дочери генерала. После Последнего Огня они закрепят узы брака. — Они всё ещё верят, что эта девчонка не оголялась ни перед кем? — Мы уже говорили с королевой Лайей о возможном браке Демьяна и принцессы Святлая. — Но у вас же есть ещё один сын. Ccall. Все повернулись ко мне. — Не буду ли я стар для юной принцессы Цемдарка? Я уверен, что у вас, Ваше Тёмное Величество, есть иные способы доказательств своей веры в непричастность Каленгдере к убийствам. Уголки губ отца едва заметно приподнялись. Он явно не хотел «портить» кровь Лэ-Д Да-Цеками. — О какой вере и доказательствах мы говорим, когда у нас под носом, как крысы, бегают убийцы? — Ядвига спасла наши и так натянутые отношения. — Мы должны вычислить их, иначе моя жизнь, и жизнь адмирала Зуко в большой опасности. Праздник Последнего Огня отличная возможность для приманки: множество людей, можно затеряться, незаметно убить кого-то. — Я правильно понимаю, генерал, вы позиционируете себя приманкой? — Я… — женщина явно такого не ожидала. — Да, — она такая же ddionkka, как её дочь. — Отлично, я знал, что Яф нас не подведёт. Жду до конца дня план действий. — Праздник Последнего Огня завтра. Для того, чтобы составить план действий и продумать всё заранее мне нужно больше времени, поэтому, я прошу у вас разрешение покинуть заседание сената прямо сейчас. — Разрешения не нужно, — в его руке заиграла тьма. — Заседание окончено.

❁❁❁

Стражники сзади нас портят весь разговор. Мы с отцом наконец вышли на воздух и свет, потому что нас обоих начала раздражать темнота замка и его духота. Пройдя проложенные дороги брусчаткой, наконец под ногами хрустел снег. Стражники предлагали вернуться в пределы столицы, но я и отец отказывались. Мы шли вдоль замершей реки, чтобы выпустить лёд в жилах. — Это какая-то жалкая подделка зимы, — сказал Каленг, искривив губы. — И они ещё жалуются на холод. Просто смешно. — Ну наших зим они не видали. — С нашими зимами они сидели бы у камина и не отходили от него. Эти цемдаркчанцы. Мы остановились, потому что поняли, что река уже не станет шире. Её замороженные воды отливали глубоко-синими оттенками, а на льду разбросались хлопья снега. — Просто нелепо. Я должен выпускать свой королевский холод… здесь. Побурчав, отец начал строить ледяные горы. Время от времени нам нужно использовать свою силу, чтобы не потерять её могущество или, ещё хуже, контроль над ней. Мы в Цемдарке уже две-три недели не могли выпустить её наружу из-за маленьких пространств и пугающихся жителей. Вскоре, я присоединился к отцу.

❁❁❁

— Я же говорил, что ты вернёшься. Я готова прямо сейчас выбить ему все зубы и стереть эту кезовую улыбку с его губ. Чёрные, немного извилистые волосы парня спадают ему на лоб, а сам млезь натягивает на мокрое тело белую футболку после тренировки и душа. — Хотя бы кто-то тренируется. Но с другой стороны, у него друг не покончил с собой, и сам он не оказался последним аефеяллцем. Ладно, упустим. Аза, в отличии от меня не медлила. Девушка подошла и влепила парню звонкую пощёчину, а потом плюнула в лицо. Все в раздевалке завопили (до этого они кричали, чтобы мы убирались отсюда), а Арай мигом сжал горло Азы. — Ещё одно твое движение, и я тебе лицо выжгу, — сказала я сквозь зубы. — Выжжешь? — цемдра, он опять улыбнулся. Внутри я ликовала при виде слюны у него на носу, которая скатывалась к губам. — Мерзость. Но приятно. Подошла ближе, взяла его за руку, которой он держал Азу (девушка ни на мгновение не показывала страха или испуга) и убрала её. Подруга отошла в сторону, отдавая главную роль в этом цирке мне. — Выжгу. Ради тебя стану последней аефеяллкой. Он рассмеялся. Вообще, все в раздевалке рассмеялись. — Начиталась легенд перед сном? Или ты на них дрочила? О, а вот теперь уже никто не смеялся. Было слышно, как из душевой течёт вода. — Нет, дрочила я на тебя, ведь мне так не хватает того малыша, что у тебя между ног, — я жалостливо свела брови. Засмеялись. — Но… когда я… нюхаю это, — я достала из кармана порошок, который дал мне Неэл. — он наконец начинает казаться большим. Ц, но, но, но, опять это но. Теперь такого количества мне уже недостаточно, и я хотела бы поговорить с главным. — У него больше нет, — резко ответил Арай. — Но ты же говорил, что сейчас пойдёшь к нему на встречу для новой порции в северный двор! — выкрикнул кто-то из толпы. Мой бывший медленно обернулся в сторону прозвучавшего голоса. Повернувшись обратно, он уткнулся в серебряные доспехи стражника. Его лицо и других, скрывал чёрный капюшон, а в двух руках был меч, хотя тьмы, как мне казалось, было бы достаточно. Тёмная ткань одежды словно поглощала в себя свет и подпитывала силу мужчин и женщин, скрывающихся за нею. — Арай, ты правда думал, что я приду сюда одна? — я вопросительно склонила голову к плечу. Парни без трусов начали быстро прикрываться полотенцами или любой другой одеждой.

❁❁❁

Когда мы вернулись в столицу и в сам замок, уже темнело. Я отошёл от отца, чтобы поправить шнурок на сапоге, как вдруг меня кто-то толкнул в плечо. — Прошу прощения, Ваше Высочество! — крикнула Ядвига на ходу. Она чуть ли не бежала, в руках у неё была стопка бумаг. Завязав шнурок, я подошёл к отцу, молча слушав его распоряжения стражником на ночной вылет завтра. После Праздника Последнего Огня мы не будем терять время и сразу вернёмся в Каленгдере. Цемдарк нам двоим уже наскучил. — Не хочу ходить без дела на празднике. Если Ядвига несла план действий насчёт приманки, нужно догнать её, предложить свою помощь. Отдыхая здесь я чувствую себя полным ничтожеством. Я незаметно ускользнул от отца и стражи, окружавшей нас и скрылся за углом, где ранее скрылась Ядвига. Замер. Двое людей были очень похожи на стражников Цемдарка, но их одежда отличалась тканью похуже и на них не было серебряных доспехов. — Теперь понятно, как они терялись во дворе. Один из них взял генерала под мышки, а другой за ноги. — Осторожно. Нужно действовать осторожно и пользоваться тем, что они меня не заметили. Правой рукой я махнул в сторону отца, создавая ледяную волну. Аккуратно поднял правую, прицеливаясь. — Ccall! Один из них меня заметил, а после заметил и второй. Они оба выпустили в меня ледяные пики. — А Янтефая была права! — крикнул я им, уворачиваясь от атак. Выставив руки вперед, разжав кулаки возвёл ледяные стены, чтобы они не могли убежать. Пусть их сердце тоже окутывает холод, но мой холод — королевский. — В чём? — спросила Янтефая, выходя из другого угла. Сзади неё шли стражники и вели какого-то парня. Её глаза округлились, когда она увидела свою мать без сознания и виновников. Девушка сжала кулак, словно готовясь атаковать. — У неё проявилась тьма? Но Янтефая разжала кулак и вынуждено стояла на месте. Стражники за её спиной не медлили: тьма собралась вокруг нас, а сбоку от меня появился отец с его стражниками. Он ледяными оковами пригвоздил их к стенам, которые я возвёл. — Каленгдерчанцы! — Когда здесь Длам успел появиться? — я обернулся назад на его голос. — Королевская семья не имеет никакого отношения к этим людям, — сказал Каленг. Король подошёл ближе, откинул маску с их лиц и ледяными когтями резал их щёки. Затем он склонился над генералом, прикасаясь к шее. Янтефая сидела рядом с матерью, в её глазах блестели слёзы. Она в ожидании смотрела на моего отца. — Жива. Без сознания. — Лучше бы сдохла, — сказал парень, которого держала стража. — Кто это? — спросил Длам у Янтефаи. Девушка поднялась с колен, подошла ближе к нам. Каленг пошёл за ней. Она достала из кармана порошок. — Вот оно что. — Поймали! — мы все повернулись назад (кроме Янтефаи, потому что она стояла к ним лицом) и увидели, как десяток стражников толкает в спину ещё восемь… каленгдерчанцев? — Опять каленгдерчанцы? — иронично спросил Длам у моего отца, вопросительно подняв бровь и искривив губы. — Так вот, — Янтефая сгладила ситуацию. — У них в крови снимать возникшее напряжение в разговоре и вовремя вмешиваться? — Они продавали порошок студентам. Те их нюхали и… радовались. Но он смертельно опасен, и некоторые мужчины могли пользоваться положением. — Пользоваться положением? — переспросил Длам. — Ну… После него девушки не в состоянии здраво мыслить и… могут вступить в связь с мужчиной не осознавая этого. — Откуда ты знаешь о существовании этого порошка? — он подозрительно прищурил глаза. — Это я о нём рассказала, — рядом с Янтефаей появилась девушка. Её вроде бы звали Аза. — Тогда задаю тот же вопрос тебе. — Я… — она сглотнула. — Это он предлагал мне купить его, — она большим пальцем показала на парня сзади неё. — У него на лице слюна? — спросил отец, скривив губы. — Э… у парней в раздевалке свои развлечения, — сказала Янтефая. — Плеваться друг в друга? — Каленг нахмурил брови. — Да. — Странные… развлечения. И мерзкие. — Ну, в каждом королевстве должна быть некая «странность». Его Высочество, Кольен, поведал мне о традиции Каленгдере приходить на похороны в муке. Я был готов убить её взглядом. Она улыбнулась мне уголком губ, на мгновение приподняв бровь. — Интересно… Мне стоит освежить память, потому что я не помню такой традиции, — отец многозначительно посмотрел на меня. — Это очень древняя и забытая традиция. Книга, где я об этом прочёл, чуть ли не распалась у меня в руках, — ответил я. — Интересно… Дашь мне почитать её? — спросил Длам. Я кивнул. — Что же, — сзади Янтефаи и Азы появился король Девор. Девушки склонились в реверансе, я с отцом уважительно кивнули, Длам же не шевельнулся. Стражники вокруг мигом вытянулись, подняв головы. — Я искренно счастлив, что череда убийств закончилась. Мы с Каленгом поговорим и узнаем у наёмников, на чью организацию они работают. А вы, Янтефая Яф… Если бы я умел рисовать, то написал бы на холсте выражение лица Длама, когда он услышал её имя. У меня еле вышло подавить смешок. — ….повели себя отважно, — продолжил Девор. — Я прошу вас встать на колено. Янтефая выполнила просьбу своего короля. Мужчина вынул из ножен большой, длинный меч. Лёгким движением он коснулся концом лезвия плеча девушки. — За проявленную внимательность, за честность и отважность защищать своих однокурсников и младших, я, Величеством Тьмы, которым распоряжаюсь на троне, — по лезвию потекла тьма, её тонкие щупальца начали скользить по всему телу девушки. — Прозываю тебя Защитницей, — меч коснулся её второго плеча. Янтефая задрожала в тисках мглы и в конце выдохнула. Она встала, гордо подняла голову, смотря в глаза своему королю. — Я с честью буду носить это звание и завоёвывать новые, — сказала Защитница. — Мне только в радость убеждаться в верности Яф. — Ого, Девор умеет улыбаться?! — Открыть все двери и окна, полки у границ замка вернуть обратно, — король отдал приказ страже. — А вы, — он обратился ко всем нам. — Отдыхайте. Завтра Праздник Последнего Огня.