Кровь Пламени.

Демьяну, наследному принцу Каленгдере, пришлось вырваться из тёплого одеяла посреди темной ночи и бежать в распахнутой наспех рубашке по длинными коридорам ледяного замка. Его дома. Который рушился с каждым днём. Белые волосы парня витали в хаосе создаваемого ветра: времени приводить себя в порядок после сна не было. Отец звал. Каленг не появлялся в королевстве больше года, охотясь за последней аефеяллкой и отсиживался в Цемдарке. Демьян не мог предположить, что заставило его в такой спешке вернуться и созвать сенат в тронном зале: в ледяных стенах вокруг он боковым зрением видел собственный силуэт, босые ноги не боялись поскользнуться на кристально чистом полу сделанном из айсберга. Торчащие пики с возвышающегося арочного потолка удлинились, что говорило о настроении короля. Или всего королевства. Сейчас Демьяну казалось, что его сердце окутывает пламя: он настолько был зол на отца, который сейчас возвышался вдалеке на тронном пьедестале. Сенат расположился напротив, выстроившись в кривую линию. Среди них стоял генерал Гас. Принц был вырван с кровати посреди ночи не один. Только Каленг предстал перед другими в надлежащем виде. — Святлай напал на Цемдарк, — начал король. — Гианикс и Яферн полностью под властью Света. — И только поэтому ты здесь?! — возмутился Демьян. — Если бы не началась война, ты бы продолжал пребывать в Цемдарке и плевать на собственное королевство?! — Разве у тебя не всё под контролем? — мужчина нахмурился. — Было! Пока ты не начал устраивать охоту за Янтефаей! Ты в курсе, что Святлай и Цемдарк оборвали с нами связи?! Абсолютно каждую! — Что ты имеешь ввиду?.. — У нас нет ни-че-го. Любые совместные творческие, продовольственные, политические связи оборваны. Ни Святлай, ни Цемдарк не хочет иметь с нами ничего общего. Народ потерял качественную ткань для шитья одежды, множество необходимой еды, привозимую из других королевств и что самое важное — святлайские огни. Последним оставшимся гореть осталось недолго, и после, каленгдерчанцы будут постоянно находиться в тени, придется использовать факелы, а лесов у нас не так уж и много. — Девор обещал мне полную поддержку во всем! Что значит оборвал связи?! — То и значит! Янтефая сожгла добрую часть его земель на Празднике Последнего Огня из-за тебя! Он держал тебя за глупца! Всегда спокойный Каленг впервые предстал перед сенатом и сыном в дрожащем виде от ярости и желания возмездия. В белых глазах короля засветился лёд. Страшнее взгляда Демьян не видел ни у кого. — Я уничтожу Аефеяллу. Каждого человека на земле, кто поддержит это паршивое королевство я лично посажу на ледяной пик и заставлю червей медленно доедать жалкое тело. — Насколько же ты… Демьян не успел закончить мысль. Полетели стёкла из боковых панорамных окон, которые открывали вид на Кален-Хай. Генерал Гас ногой откинул прилетевший камень. Но полетели новые. Члены сената от неожиданности закрывались собственными руками, ранее кристально чистый пол окрасился кровью. Кому-то ушибло ногу, кому-то камень попал в висок, и алая струя стекала по лицу. Демьян с Каленгом поспешили выйти на балкон: тысячи поданных стояли прямо под замком посреди ночи, у каждого наготове витали над ладонью ледяные стрелы, у людей послабее, которые не могли использовать боевую магию, были вилы и камни. — Нам нечего есть! — В моём доме уже как несколько недель нет света! Когда новая поставка святлайских огней?! — Моя родня в Святлае! Почему мне не разрешают перелететь границу?! — Я тебе говорил, — Демьян повернулся к отцу. — Сын, — он положил ладонь ему на плечо. — Это временно. Я убью Янтефаю и все увидят силу нашего королевства. Святлай и Цемдарк сами к нам приползут, умоляя вернуть все потерянные связи. Мы — нация целителей. У них сейчас война и каленгдерчанцы им нужны как никогда. Зашелестели крылья. Каленг с Демьяном одновременно, медленно повернулись к источнику звука. Над мятежом парил дракон: его белый силуэт с чешуей в свинцовом отливе закрывал всадника. Посаженные рога у морды переливались золотом, шипы вдоль хребта покачивались от ветра. Вдруг целая толпа у замка подняла руки вверх. Каждый держал плакат. И тогда всадник, а точнее, всадница, показала лицо. Демьян встречал её ранее. Принц хорошо запомнил ониксовые глаза с длинными ресницами, слегка волнистые волосы цвета вороньего крыла и милую улыбку при виде Янтефаи. — Аза, — сказал Демьян. Только сейчас он смог прочесть, что было написано на плакате: «Аефеялла не значится на карте. Вам врут». Из-за плеча девушки выглянул парень с рыжей копной волос, собранных в хвост. Глубокие, карие глаза, с золотым отливом у самого зрачка смотрели на Каленга. Узкие губы скривились. Стража снизу пыталась подавить мятеж, но при виде одного-единственного дракона в небе, те подняли головы. Оглядывались на плакаты, которыми их окружили. Народ не пытался их ударить или убить. — Мы здесь не для того чтобы уничтожать ваше королевство. Мы здесь для того, чтобы донести правду. — Какую… — начал Демьян, но его слова растворились в шуме прибежавших воинов и лязгов доспехов. Каждый выстроился в идеальную линию сзади короля и приготовил ледяные пики для атаки. — Нет! — Демьян, — сказал Каленг. — Её нужно убить. — Я хочу выслушать её. — Здесь нечего слушать. Она подружка Янтефаи и должна сдохнуть прямо здесь. — Мало я её пытал, видимо, — сказал генерал Гас, поравнявшись с королём и скрестив руки за спиной. Азу передернуло. Она все ещё помнила отчётливо каждую деталь того дня, когда Янтефая улетела, а её, Илу и Вита взяли в плен. Как Гас выдавливал ледяным когтём ей глаз, как заставлял пить то, что от него осталось. Она помнила ужасную боль, когда во второй глаз ей засыпали стекло, мешали его со льдом и в конечном счёте заморозили. Кольен смог вернуть ей зрение, но вернуть вытекший глаз он не мог. То, как Гас переломал девушке ноги, чтобы та не могла убежать она тоже не забыла. Демьян оглянул толпу: народ уже знал правду, он — нет. Воины вокруг него все-таки атаковали дракона, на котором сидела Аза и её приятель. — Демьян! Аурра и Агдлуак! Халивэт, Кагуэль, Непайрск, Пайрск! — Что… Девушка больше ничего не могла сказать. Парень защищал дракона и её от ледяных пиков, летящих в их сторону, но долго они продержаться не могли. Аза была вынуждена отступить, иначе её ждёт смерть. Мучительная смерть. Гас бы устроил. Стража снова пришла в действие и начала подавлять мятеж. Тех, кто был слишком буйным убивали, остальных лишали сознания, слабые — бежали в разные стороны. — Что она имела ввиду?! — Демьян повернулся к отцу. — И где, святые, Кольен?! Он разве не должен был вернуться с тобой? — Янтефая придумала какой-то коварный план, чтобы вселить в тебя недоверие. Ничего больше, — ответил Каленг. — Где Кол? — принцу не отвечали. Отец отвернулся от сына, намереваясь уходить. — ГДЕ МОЙ БРАТ?! — он схватил короля за плечо, развернул к себе и со всей силы ударил, попадая по челюсти. — В АЕФЕЯЛЛЕ! — ответил Каленг, сплевывая кровь. — Твой братик до безумия влюблен в эту тварь и греет её постель. Кольен больше не твой брат. — Нет…

✴✴✴

— Напомни, почему я должна тренироваться в одной пижаме? Я бежала босыми ногами по снегу и замёрзлой земле. Путь на гору, казалось, не закончится никогда. Темные, короткие шорты из шёлка никак не спасали меня от холода, который окутывал Аефеяллу уже девятнадцать лет, а плотно облегающая майка карминового оттенка, на мое удивление, слегка пропиталась потом. Ноги дрожали от бега, на пояс Мейв прикрепила шесть небольших мешков для утяжеления тренировки. — А зачем тебе тёплая шуба, если ты аефеяллка? Грей себя сама, — ответила Мейв, пожав своими утончёнными, изящными плечами. Золотое колье на её тонкой шее слегка дрогнуло, лучи солнца заиграли на крохотных украшениях, льющихся по ключицам, предплечьям, локтям и кистям рук. Платье девушки словно сшили из жидкого железа, надёжного защищающего её от любой магии и оружия, идеально подчёркивая стройную, чуть подтянутую фигуру. — Может, для того чтобы я могла сосредоточиться на придуманных тобою испытаниях, а не на собственном выживании? — Малышка, это одно и то же, — она коварно улыбнулась и взяла, на мое искреннее удивление, лук. В самой середине сиял красный алмаз, а чуть выше от него тянулось железное крыло дракона. Как только Мейв вложила в него сразу три ледяные стрелы, оружие загорелось пламенем. Изящная резьба оружия указывала на опытного оружейника и достойного хозяина. — Вижу, как ты смотришь. Это Регинлейв. Его сделал первый Я`ф лично для меня. — С какого?! Зачем тебе лук?! Откуда ты его вообще взяла?! — Он всегда со мной, деточка, — Мейв нежно захихикала, сидя на своём драконе — Оске. Его длинные рога оттенка слоновой кости меня знатно пугали, от ярко-красной чешуи, я так и ожидала пламени в свою сторону, словно Оск мог его извергать. Хищные золотые глаза ни разу не обратили на меня своё внимание. Дракон отлично летал, проворно и ловко, не смотря на то, что кожа крыльев была подерта и где-то даже порвана. Уверена, он много боев с Мейв повидал. — А ну-ужен он мне затем… — одна стрела пролетела мимо меня, едва не задев мне ухо. — Чтобы ты больше не останавливалась и ловко отражала атаки во время бега. — А просто остановиться и сжечь всех к святым уже не вариант? — Пока ты остановишься, пока убьешь… гляди, тот, к кому ты бежала, на Другую Сторону отправиться раз десять — Цемдра, и не поспоришь. Мама летала рядом с ней на своём Неополе. Они перекинулись парами фраз, и Ядвига подняла обе руки вверх. Я повернулась назад и мысленно выругалась. Она создавала солдатов из света и парочку уже бежали в мою сторону. Я со всех ног дала дёру. Забыла про уставшие ноги, про утяжеляющие мешки у меня на поясе, про поникший хвост волос. Оказывается, тренировка был просто отличная! Просто я не знала хуже. До этого момента. — Цемдра! Ах, да. Стрелы Мейв. Одна рассекла мне щёку и приземлилась в снежный ком сбоку от меня. Если бы не целительная магия Кольена, остался бы шрам. Ноги несли меня все выше, однако, я оказалась только у самого основания. — Бежать вверх… Я томно вздохнула и услышала приближающийся свист. Мейв выпустила три стрелы, летящих прямо ко мне. Одним взмахом руки я послала к ней пламенную нить и растопила их. В трёх горах от нас Лу тренировал солдатов ко мне. Уверена, им было легче, чем мне. Я побежала вверх. — Лёд понятно как обезвредить, а свет как… те светлые переростки всё ещё бегут за мной… Может… Я снова остановилась, пригнулась к каменной и ужасно ледяной горе спиной. На ладонях уже танцевало пламя. Возможно, огненная стена их остановит… Солдаты появились из-за поворота. Наконец выждав, я откинула правую в противоположную сторону, возвышая пламя между нами. Чуть попятилась. Прежде чем убегать, стоило посмотреть, сработает ли. Шуршание. Скорее всего, крыльев. Значит Мейв со стрелами где-то рядом и стоит ждать атаки. — Цемдра. Светлых солдатов пламя не остановило. Я снова дала деру и начала перебирать всевозможные варианты для их истребления. Свист рассёк воздух. Я сделала сальто назад, первая стрела пролетело мимо, не задев лодыжки, вторая целилась мне в глаз. Пламя заиграло на указательном пальце, стоило мне выставить руку вперёд — стрела растаяла. Второй рукой я схватила третью, грозившаяся отрезать добрый кусок моих волос. — Я убью Кола, который делал эти стрелы для неё, — отражая атаки Мейв я замедлилась, и светлые воины догнали меня. Пришлось возвысить пламенную стену снова, хотя бы для того, чтобы отвлечь их. — ивви Они не могут быть непобедимы. Должен существовать способ, не зря же существует всего четыре магии — свет, тьма, лёд, пламя. У всех королевств явно есть взаимосвязь. Ну же, Янтефая вспоминай… Мои мысли чуть ли не лишили мне уха. Я снова отразила атаки Мейв. Вершина становилась всё ближе, а холод всё больше усиливался. Пришлось выставить одну руку вперёд, чтобы растопить лёд на моём пути. Вены переливались огнём. То ли из-за чрезмерного потребления в тепле, то ли в частоте использования пламенем. — Хорошо, начнём сначала. Святые Убеждения. Две сестры. Аегла и Кейлагуль. Кейлагуль создала Вторую Сторону, владев льдом и тьмой, а Аегла — Первую Сторону, нашу, она подчинила себе пламя и свет. Но как Аегла сделала это… Кез, вспоминай, Янтефая… Она очень хотела летать, тянулась к свету, потом наконец обрела крылья… — до меня дошло озарение. — Аегла тянулась к свету и таким образом подчинила себе, но в то же время свет ужасно жёг её и совершенно случайно пламя окутало сердце Святой! Вот что общее у пламени и света! Горящий огонь точно так же, как свет, отгоняет тьму, а свет при близком контакте может так же, как пламя, обжечь! Я резко остановилась. Посмотрела вверх: мама летала надо мной. Хитрая улыбка поползла по моему лицу. Я повернулась назад и начала выжидать. Не прячась, как в прошлый раз, а гордо распрямив спину и приподняв руки. Воины света предстали передо мной. Один вырвался из толпы и со светящимся топором побежал прямо ко мне. Я выставила одну руку вперёд. Вместо того, что вызвать пламя из моего сердца, я вызывала его из воина. Его свет начал тухнуть, пока силуэт не исчез и не превратился в тоненькую нить пламени. — Сюда, светлячок. Я покончила с остальными воинами и снова побежала, ожидая новых атак Мейв. Но того, что девушка вылетит с Оском прямо мне в лицо, я не ожидала. Перевернулась в бок, три стрелы полетели в мою сторону. — Не, пора заканчивать. Пока Мейв не взлетела снова в небо и всё ещё была низко к земле, я встала и побежала к ней. — Ты куда бежишь, мелкая королевушка?! Я запрыгнула на крыло Оска, заставив дракона пошатнутся и чуть не опрокинуть Мейв. По свирепому рычанию, ему это явно не понравилось. Мейв отогрела мне добрый удар по лицу своим железными луком. Моя рука схватила её оружие, дернула на себя, заставив девушка вплотную приблизиться ко мне и посмотреть глаза в глаза. — Тренировка окончена, — сказала ей я. Пока девушка отвлекалась моим манёвром, второй рукой я сожгла ко всем святым ледяной колчан стрел за её спиной. Оск приземлился на вершину гор Ае-Ялла. Мать с Неополом уже ждали нас. — Ловко ты придумала со светлыми воинами, — сказала она. Я спрыгнула с Оска и устало разлеглась на снегу, смотря в лазурное небо. Мы будем пылать. Обязательно. Я выиграю эту войну вместе со своими друзьями и аефеяллцы увидят снег только зимой, а в следующий раз мой взгляд будет метать не по плывущим облакам в пустом небе, а по огненным драконам, летающими то в одну сторону, то в другую. — Ещё раз залезешь на моего дракона, руки оторву, — сказала Мейв. — Ты не говорила, что это запрещено, — ответила ей я. — Следующая твоя тренировка будет с драконом.

✴✴✴

Ила поправила полотенце на голове, тщательно промыв голову разными вкусно пахнущими баночками. Накинула на маленькое тело тоненький халат, сшитый из кобальтого атласа, едва прикрывающий ноги. Обула меховые тапочки и вышла из купальни. Ила замерла. Она никак не ожидала увидеть, как солнце за потолочными окнами играет с пшеничными, мягкими волосами. Когда Вит увидел её, чуть не поскользнулся на мраморной плитке, украшающей пол. Парень сидел в кресле с молочной обивкой и ждал её. Свою девушку. — Вит?.. — Ила не ожидала услышать ответ. После пыток генерала Гаса, парень не разговаривал и не смотрел ни на кого. Но сейчас его глаза, в которых девушка всегда тонула, словно в океане, потому что именно с глубоким океаном Ила их всегда ассоциировала, смотрел прямо на неё. Ясно. —Я… ж-ждал т-тебя. Ила не раздумывая кинулась в его объятия. Пара чуть не упала, но Вит ловко поднял её на руки и бережно посадил на круглую кровать, стоящую в углу. Девушка хотела прикоснуться к его лицу, но всего лишь сжала розовую простыню под рукой. — П-прости… — За что, мой милый Вит? — кристальные слёзы заблестели на её глазах. Парень сидел перед ней на корточках, нежно поглаживая одно колено. Второй рукой он стянул с неё полотенце и волосы рассеялись по маленьким, дрожащим плечам. — З-за т-то, ч-что н-не с-сберёг-г… — Вит… Ила как можно крепче прижала его к себе, громко заплакав. Её любовь пришла в себя. Остальное было не важно. Она поможет Янтефае выиграть войну, возродить Аефеяллцев. Главное — Вит жив и здоров. Рядом с ним всё теряло свою цену. Без него, жизнь теряла смысл. — Ты очень вкусно пахнешь, — он сделал большой вдох. — Розой… В следующий раз я принесу тебе роз. Такой букет, что не поднимешь. — Не нужно мне никаких роз, Вит, — прошептала Ила. — Мне нужен ты. Только ты. Вит отстранился от неё, чтобы посмотреть в изумрудные глаза. Как сосновый лес, в котором легко запутаться, стоит только заглянуть. Он заправил одну тоненькую прядку, мешающую ему, Иле за ухо и тихо сказал: — Я люблю тебя, Иллионистэлческа. — Я люблю тебя, Виттэриус. Ила коснулась его лица: лоб об лоб, нос об нос, жаль губы не касались. Только сейчас она заметила, что у Вита по краям глаз застыли немые слёзы. — И мы будем пылать. Как наша с тобой любовь, мы больше не разделимся и будем оберегать друг друга. Клянусь, в предстоящей войне, я буду драться, плотно прижавшись своей спиной к твоей. Клянусь, клянусь, клянусь. — Мы уже пылаем, Ила. — Будем ещё ярче. Их губы сомкнулись в поцелуе. В долгожданном, искреннем, разящем любовью, поцелуе. И больше ничего не имело значения. Иле казалось, что она на небесах, вместе с её парнем, Витом, парит высоко-высоко. Словно они оба обрели крылья и улетели от всех. А может это они подарили их друг другу — крылья любви.

✴✴✴

Я была очень зла на Мейв, которая решила, что может вырывать меня посреди ночи с тёплой кровати. Быстрым шагом, босиком, ноги вели в тронный зал. Постепенно замок запоминался всё лучше и коридоры не казались запутанными лабиринтами. Я испугалась, когда сбоку на меня чуть ли не запрыгнул Кол, забросив свою руку на мои плечи. Пепельные волосы были растрёпаны, под глазам появились синяки усталости. Он чмокнул меня в лоб, не обращая внимания на стражу сзади нас, следующей по пятам. В тронном зале Мейв улыбалась Ядвиге, словно они давно были подругами. Ила разговаривала с Витом в стороне, глядя на него влюбленными глазами. Когда мы с Кольеном зашли, мама прервала свой разговор с Мейв и пошла ко мне на встречу. — Вит?! — сказала я. Пройдя мимо Ядвиги, я кинулась к другу. Он крепко обнял меня и приподнял, словно пушинку. — А где Аза? — спросил он. — В Каленгдере. Об этом позже. Как… как ты пришёл в себя?.. — Я готова принимать благодарности, — сказала Мейв за моей спиной. Я обернулась к ней. — Ты… как? Что у тебя вообще за магия? Почему тебя выгнали с Другой Стороны, и ты попала сюда? Что… — Сейчас не время для ваших перепалок! — перебила меня мама. — Можешь говорить, — она подала знак рукой одному парню из стражи и тот преклонил колено. Я села на трон. Обычно, вести посреди ночи не сулят ничего хорошего. Мысленно пришлось приготовиться к тому, что Каленг где-то рядом. — Ваше Величество, в горах Ялла заметили движение… — Ну вот и всё. Война дошла до нас. — Мы предполагаем, что назревает извержения вулкана. — Подожди, что? Вулкана? — На всех горах Аефеяллы находятся вулканы, просто из-за снежной метели их засыпало, потому ты и не видела, — объяснила мама. — Там аефеяллцы оставляли яйца огненных драконов и ждали, когда они вылупятся. Когда наступал этот день, вулкан извергался и в небо подымался новорождённый дракон с пламенем в сердце. — То есть… — я изумленно вдохнула, загоревшись происходящем. — Мы переселили в сердце Агнии пламя… Чаша требует Равновесия. Каждому аефеяллцу свой верный спутник — огненный дракон… — Именно, — ухмыльнулась Мейв. — Кол, — я повернулась к нему. — Да, Ваше Величество? — В страже около семидесяти человек, может чуть больше. Займёшься этим? — я повернулась к стражи, находящихся в тронном зале. — Вы преклонили колено перед Пламенной Короной, по сей день каждый из вас отдаёт честь Аефеялле, я не думаю, что найдутся противники перехода в аефеяллца. Продолжить свою речь я не успела. Нас всех удивил звук толпы, несущийся с улицы. Не думая, ноги сами понесли меня к балкону. Увиденное настолько повергло в шок, что пальцы мёртвой хваткой вцепились в парапет, пытаясь устоять на ногах. Кол, Ила, Вит, Ядвига тоже замерли сзади меня. Парочка парней из стражи, ставших по бокам, удивлённо ахнули. Одна только Мейв стояла, облокотившись плечом об дверной косяк и улыбалась. Осознание пришло быстро. — Феяла… Тысячи, десятки тысячи замороженных аефеяллцев в Вечном Огне, пришедших скорбеть. Девятнадцать лет назад половина населения была заморожена в одном месте… Аефеяллцы, народ, который не преклоняет колено ни перед кем, кроме Вечного Огня и Пламенной Короны, опустились передо мной, ожидая. — Я снова зажгла Вечный Огонь и освободила Феяллу от лютого мороза девятнадцатилетней давности… Люди, застывшие во льду, тоже ожили… — прошептала я. — Верно, — сказал Мейв. — Напомню, буквально пару минут назад ты говорила про Равновесие. Вулканы правда скоро начнут извержение. Только не один, а все сразу. И не только горы Ялла, но и Горы Защиты. В последних их уйму. Вылупятся первые драконы, за ними сразу же появятся новые яйца. Каждому аефеяллцу по спутнику. — ЕЁ ПЛАМЕННОЕ ВЕЛИЧЕСТВО, ЯНТЕФАЯ Я`Ф! — закричала стража, сбоку от меня. Толпа зашумела. — Дорогие аефеяллцы! Я — Янтефая Я`ф, дочь Асмунда А-Еф и Ядвиги Я`ф, — мама вышла вперёд и стала рядом со мной, на что толпа ответила бурными аплодисментами. Они сразу её узнали. — Вы девятнадцать лет провели во льду, Аефеялла замерла во времени среди хлада и морози! ДЕВЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД ДРЕЙВЕН НАЧАЛ ПРОТИВ НАС ВОЙНУ, ОКЛЕВЕТАЛ НАШЕ КОРОЛЕВСТВО И УБИЛ КАЖДОГО АЕФЕЯЛЛЦА, ИСПОЛЬЗУЯ НЕПОСТЕЖИМЫЙ ОБМАН И ЖЕСТОКОСТЬ! НО Я ЖИВА! БЛАГОДАРЯ МОЕЙ ОТВАЖНОЙ И НЕСОКРУШИМОЙ МАТЕРИ! — я взяла её за руку и подняла вверх наши ладони. — КАК ТОЛЬКО ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО МОЁ СЕРДЦЕ КУТАЕТ ПЛАМЯ, А КОРОЛЕВСТВО — ТЕРЯЕТСЯ ВО ЛЬДАХ, Я ВЕРНУЛАСЬ СЮДА, НА РОДИНУ, К СЕБЕ ДОМОЙ! И СЕЙЧАС, СПУСТЯ СТОЛЬКО ЛЕТ, ДРЕЙВЕН МЁРТВ, НО ЕГО СЫН, КАЛЕНГ, НАСТРОЕН ЗАКОНЧИТЬ НАЧАТОЕ! Толпа разъярённо зашумела. Каждый человек, пришедший сюда с самой Феяллы, поднял руку с пламенем в небо. Внезапно, ночь пронзил, своего рода, рассвет. Преждевременный. Или запоздалый. — МОЁ СЕРДЦЕ ПЫТАЕТ! — я воссоздала окутывающую пелену огня вокруг стоящих рядом. — ТАК ЖЕ ПЫЛАТЬ БУДЕТ КАЛЕНГ И ЛЮБОЙ, КТО РЕШИТ ПОЙТИ ПРОТИВ АЕФЕЯЛЛЫ! ПОТОМУ ЧТО Я СДАВАТЬСЯ НЕ НАМЕРЕНА. КОГДА ВОЙНА ПРИДЁТ НА МОИ ЗЕМЛИ, Я БУДУ ГОТОВА ДАТЬ ОТПОР. И Я НАДЕЮСЬ, ЧТО ВЫ БУДЕТЕ СО МНОЙ В ЭТОЙ БИТВЕ! Народ, мой народ, поддержал меня. — МЫ БУДЕМ ПЫЛАТЬ!

МЫ БУДЕМ ПЫЛАТЬ

МЫ БУДЕМ ПЫЛАТЬ

МЫ БУДЕМ ПЫЛАТЬ

МЫ…

К моей шее приставили меч. Надавили, и под лезвием потекла тоненькая струйка алой крови, стекающей вниз по ложбинке между ключицами и ниже. Обе руки заломали за спину и обтянули прочной верёвкой. — Одно движение и она — труп, — сказал мужчина. — Гернол, от тебя я такого не ожидала, — ответила Ядвига. Человек, угрожающий моей жизни оказался главой шпионской сети Цемдарка, верный друг моей матери. Человек, который с уважением относился ко мне. — Девор требует её возвращения в Цемдарк, — он скинул с себя шлем. — Молодец, ловко ты убил моего стражника и забрал его вещи. Стоит перепроверить стражу. — Зачем? — воспротивился Кол. — Дламу нужна невеста, он делал Янтефае предложение. Королева Аефеяллы — прекрасная поддержка в войне со Святлаем и Каленгдере. — Каленгдере? — переспросила я. — Разве у Цемдарка не хорошие с ним отношения? — Времена меняются. Отойдите все в один угол и дайте нам спокойно уйти. — Гернол, — обратилась к нему мама. — Оставь. Тебе незачем выполнять капризные приказы Девора. Оставайся здесь. Если уберешь меч, мы простим тебя. — Нет, Ядвига. Я не ты. Я дал клятву Тёмной Короне и намерен нести свой долг. Я поняла, что мои руки связывали не верёвки, а лоскуты тьмы. — Давай. Истинный дракон способен не только мысленно общаться с наездником, но и чувствовать, когда он в опасности. Все это время Айден выжидал. Стоило мне дать команду, дракон уже летел над нами, расправив гордые крылья. Гернол попятился, шокирующе смотря вверх. Он ожидал, что Айден извергнет пламя… — А я, — пользуясь его замешательством, я выбила локтём меч, заставив оружие подлететь в воздух, Ила сняла тёмные оковы с моих запястий и в ладонь ловко обхватила рукоятку меча. Айден пролетел мимо и неаккуратно сел на одну из крыш башен. — Намерена нести свой долг. Тело главы шпионской сети Цемдарка упало на каменистый пол балкона. Длинные волосы с каштановым отливом спутались и перемешались с бордовой кровью. Илу стошнило. Мейв захихикала и захлопала в ладоши, тешась зрелищем. Кольен сделал глубокий вдох и выдох. Я взялась за волосы Гернола, стала на парапет босыми ногами и подняла отрубленную голову вверх. Народ, замерзший на время, снова оживился. По моему белому, длинному ночному халату, по шее, на лице, остались следы крови мужчины, которая фонтаном брызнула в меня. Уста Гернола застыли в крике, глаза округлились от страха неизбежного. Ранее карамельная кожа стало бледнее снега. С шеи всё ещё капала кровь на парапет и на мои ноги. — ТАК БУДЕТ С КАЖДЫМ, КТО ПОСМЕИТ ИДТИ ПРОТИВ НАС! ПРОТИВ АЕФЕЯЛЛЫ!

Мы будем пылать.