Нечто

      В дверь кто-то настойчиво постучал. Снейп проснулся, сел в кровати и несколько секунд сонно и бестолково пялился на дверь, прежде чем всё же заставил себя подняться. Голова гудела, нос перестал дышать… Видимо, накануне, несколько часов проведя в Запретном лесу за поиском поздней наперстянки, он всё-таки умудрился простудиться. Хотелось вновь залезть под одеяло и укрыться с головой, однако выхода не было. Кого бы там ни принесло среди ночи, глупо было надеяться, что он уйдёт, так и не дождавшись, пока ему откроют дверь. На ходу натянув халат и машинально отметив, что стрелки часов давно перевалили за полночь, Снейп раздражённо распахнул дверь и зло уставился на ночного визитёра.       Перед дверями его комнаты стояла Минерва МакГонагалл в чепце, тёплом зелёном халате и клетчатых тапочках, и вид у неё при этом был крайне растерянный.       — Северус! — воскликнула она, завидев его на пороге. — Я не могу найти свой кабинет!       — Боже, Минерва, — с трудом пытаясь разлепить заспанные глаза, гнусаво пробормотал Снейп, и сам скривился от услышанного, — сейчас два часа ночи, и это не самое лучшее время для шуток.       — Какие уж тут шутки! — игнорируя и его сонный вид, и его раздражённый тон, обиженно воскликнула Минерва. — Я вышла в туа… впрочем, неважно, куда я вышла, вернулась, а кабинета нет.       — Что значит, нет? — всё так же вяло спросил Снейп и вдруг, осознав услышанное, окончательно проснулся. — Вы хорошо себя чувствуете, директор? — встревоженно глядя на МакГонагалл, поинтересовался он. — Вы знаете где сейчас находитесь? На каком этаже вы искали свой кабинет?       — Северус, мне всего шестьдесят семь, а не сто семнадцать! — возмутилась Минерва. — Рановато для маразма, ты не находишь? Я прекрасно осознаю, что нахожусь в Хогвартсе, и помню, где расположен мой кабинет. Но там его нет. Там вообще ничего нет, даже горгульи! Просто голая стена!       Снейп недоверчиво нахмурился, но, помедлив, всё же неохотно кивнул.       — Ну хорошо, давайте посмотрим, — согласился он.       Они вдвоём поднялись на восьмой этаж, прошли по короткому коридору и, к вящему удивлению Снейпа, остановились перед совершенно голой стеной. Никакого тебе намека на горгулью, винтовую лестницу или кабинет директора — всё выглядело так, словно в этой стене и правда никогда не было двери.       В Хогвартсе портреты, конечно, и раньше ходили друг к другу в гости, а вот горгульи и кабинеты вроде бы нет.       — Чертовщина какая-то! — озадаченно сказал Снейп.       Он несколько раз прошёлся вдоль стены, ощупывая ладонями каменную кладку, затем поводил из стороны в сторону волшебной палочкой, пытаясь отыскать маскирующие чары, но так ничего и не нашёл.       — Надо разбудить Флитвика, — нахмурившись, произнёс он.       Вдвоём с Флитвиком они облазили весь восьмой этаж, а затем и всю Директорскую башню и пришли к неутешительному выводу: МакГонагалл была права — вход в кабинет директора как сквозь землю провалился.       — Я уверен, что кабинет всё ещё здесь, — сказал Флитвик, растерянно глядя на каменную стену, — просто он почему-то не желает нас впускать.       — Может, меня уволили? — с подозрительной надеждой в голосе спросила МакГонагалл.       — Не дождётесь, — недовольно хлюпая носом, буркнул Снейп, но на всякий случай всё же отправил Патронуса к Кингсли.       Как и следовало ожидать, спустя десять минут прямо перед ними появилась принадлежащая Министру рысь и, обратившись к Снейпу, густым низким басом произнесла:       — Три часа ночи, Снейп! Вы что, там все с ума посходили? — а затем, обернувшись к МакГонагалл, выразительно добавила:       — И не надейтесь!       — Ну вот, так я и думал, — раздражённо кривя губы, сказал Снейп. — Никто не лишал МакГонагалл директорского статуса. Но раз вы считаете, что кабинет всё ещё здесь, давайте попробуем попасть в него с другой стороны. Надо разбудить Хуч.

* * *

      — А до утра это никак подождать не могло? — сонно спросила Хуч, спустя пятнадцать минут появляясь в холле первого этажа и послушно волоча за собой метлу.       Снейп отрицательно покачал головой, и Хуч обречённо вздохнула.       На улице было холодно, пар белыми облачками вырывался изо рта, звёздное небо казалось чистым и высоким, и лишь над Чёрным озером клубился плотный густой туман. Флитвик наложил на всех согревающие чары, и, в четвёртом обойдя замок с южной стороны, они остановились у Директорской башни.       — И что вы хотите, чтобы я сделала? — задрав голову и с сомнением глядя вверх, спросила Хуч.       — Откроешь окно, залезешь в кабинет и попытаешься расколдовать дверь, — сказал Флитвик.       Хуч поудобнее перехватила древко метлы, поправила за поясом волшебную палочку и решительно взмыла вверх. Заложив элегантный вираж, она поднялась почти до самой черепичной крыши, зависла ненадолго в воздухе, а затем, несколько раз облетев башню по кругу, спустилась назад.       — Там нет окон, — сказала она, приземляясь на траву.       — То есть как это нет? — удивился Флитвик. — Ты не могла ошибиться?       — Филиус! — с осуждением глядя сверху вниз на маленькую фигурку профессора заклинаний, возмутилась Роланда. — Ты предполагаешь, что я не умею считать до восьми? Там нет окон! Везде сплошная каменная кладка!       — Этого следовало ожидать, — примирительно сказала МакГонагалл. — Если входа нет с одной стороны, откуда бы ему взяться с другой?       — Ну, наверное, можно на какое-то время обойтись и без кабинета, — не слишком охотно признавая собственное поражение, сказал Снейп.       — Можно, — согласилась МакГонагалл. — Однако, к несчастью, теперь у меня нет не только кабинета, но и волшебной палочки, — и, поймав удивлённые взгляды коллег, возмущённо спросила: — А вы что, в туалет ходите с волшебной палочкой?       — Да! — в один голос ответили Флитвик и Хуч.       А Снейп счёл за благо промолчать.

* * *

      Остаток ночи МакГонагалл провела у профессора Спраут, а утром, не единожды с досадой вспомнив о Долорес Амбридж, одолжила у Помоны волшебную палочку, трансфигурировала из халата вполне благопристойную мантию и заняла пустующий кабинет на втором этаже, но выглядела при этом так мрачно, что Снейп, не желая нарываться на неприятности, весь день старался не попадаться ей на глаза. Впрочем, зря времени он тоже не терял. Мысли его то и дело возвращались к пропавшему кабинету, но все идеи, посещавшие его в течение дня, так и не привели к желаемому результату — кабинет директора по совершенно непонятной причине по-прежнему не хотел никому открываться.       Кровавый Барон, пытавшийся по просьбе Снейпа просочиться в директорский кабинет, нырнул в каменную кладку восьмого этажа, а вынырнул в женской раздевалке квидиччного стадиона, чем вызвал немалый переполох среди студенток. С домовиками тоже вышла осечка — в попытке трансгрессировать в кабинет директора домовик врезался во что-то прямо в воздухе и, растянувшись посреди коридора, ещё с четверть часа никак не мог прийти в себя. И даже надеждам Снейпа на портреты не суждено было оправдаться. Сэр Кэдоган, оказавшийся единственным портретом, согласившимся отправиться в злосчастный кабинет, так и не смог достучаться ни до одного из бывших директоров школы и потом ещё долго бегал по картинам Хогвартса, возмущённо обзывая всех трусами, лентяями и снобами.       Оставался ещё камин. Снейп сам бросил в топку горсть дымолётного пороха и, памятуя историю с домовиком, произнёс: «Кабинет директора», — опасливо прикрыв голову руками. Но никуда не отправился, зато внезапно испытал такой отчаянный приступ тошноты, что просто чудом не выблевал весь свой завтрак на пол.       А сразу после обеда в Хогвартсе совершенно неожиданно появился Поттер.       — Вы-то что тут делаете? — завидев в холле приметную аврорскую мантию, процедил Снейп.       Вот только Поттера ему для полного счастья и не хватало!       — У вас же что-то пропало? Разве нет? — уточнил мальчишка, сверяясь с фиолетовым бланком аврорского предписания.       — У нас пропала комната, Поттер! Вы что, собираетесь её искать?       — Почему бы и нет? — невозмутимо ответил Гарри, вручая Снейпу предписание. — Что она украла?       — Кто? — не понял Снейп.       — Комната.       — Вы издеваетесь? — возмутился Северус.       — Комната пропала сама по себе или прихватила с собой что-нибудь ценное?       — Всё личное имущество Минервы МакГонагалл, главный табель об успеваемости всей школы и всю личную библиотеку Альбуса Дамблдора. Такой ответ вас устроит?       — О! — сказал Поттер. — Просто несколько лет назад в Париже хозяин одного отеля заколдовал комнату для гостей, и она сбегала всякий раз, когда в ней поселялась какая-нибудь богатая дама, прихватив с собой все её украшения. Я подумал, вдруг у вас так же…       Снейп покачал головой и, не желая обсуждать все эти глупые инсинуации, молча повёл Поттера на восьмой этаж.       — Вот, — сказал он, останавливаясь перед голой каменной стеной, — как вам доподлинно известно, директорский кабинет был здесь. А сейчас у него нет ни окон, ни дверей, и в него не могут попасть ни домовики, ни портреты, ни привидения.       — А через камин?       — Хотите попробовать? — с внезапно вспыхнувшей надеждой в голосе спросил Снейп.       Но Поттер к его большому разочарованию лишь отрицательно покачал головой, а затем вынул из кармана сложенный вчетверо лист пергамента.       — Что это? — заинтересованно спросил Снейп.       — Карта, — ответил Поттер, постучал по пергаменту палочкой и произнёс: — Обещаю, что замышляю шалость и только шалость.       И тут же на девственно-чистом листе проступили чернила, действительно сложившиеся в некое подобие карты.       — Кабинета там нет, — спустя пару секунд, внимательно изучив пергамент, сказал Поттер.       — То есть как это нет? — удивился Снейп. — А куда же он делся?       — Ушёл, — сказал Поттер.       — Вы в своём уме, Поттер? Куда ушёл?       — Не знаю, — спокойно ответил Гарри. — Однако он вряд ли мог покинуть границы Хогвартса, а значит, рано или поздно я его найду.