***
— Принцесса, вам письмо от Её Высочества Китиары. — Благодарю. — Ванесса кивнула и взяла конверт. Она заметила, что фрейлина не отошла, и слегка улыбнулась. — Ты хочешь сказать ещё что-то? — Нет-нет, только напомнить, что завтра у вас свадьба. — Девушка улыбнулась в ответ. — Вы, должно быть, взволнованы. — Завтра? — удивлённо переспросила Ванесса и замерла, отсчитывая в мыслях дни. Роберта была права, когда говорила, что месяц до новой встречи пролетит незаметно: Ванесса просто слишком занята, чтобы следить за днями. Она продолжала учиться, но теперь занятия прерывались визитами к модисткам и распорядителям праздника. Агата как обычно взяла большую часть хлопот на себя, но изредка на её столе принцесса видела незнакомые документы, отчёты и записи. Вникать в эти вопросы Ванесса не стала, но даже без этого её общение с матушкой изменилось. Агата больше интересовалась вопросами, которые не имели отношения к учёбе, с пониманием относилась к мнению Ванессы о предстоящем торжестве. Словно старалась заново построить те близкие отношения, которые не появились в прошлом. Взгляд Агаты всё ещё был похож на сияние холодных драгоценных камней, но уже не пугал, как прежде. «Уже завтра, — Подумала Ванесса. — Значит, скоро я буду свободна». Своего решения она не изменила: по-прежнему не была готова общаться с королевой постоянно. Она снова посмотрела на конверт в руках и не смогла сдержать улыбки. Ванесса точно знала человека, который желал быть рядом с Агатой. Кажется, он снова приезжал, а принцесса и не знала. О некоторых визитах Джуна ей по большому дружескому секрету сообщала Китиара, и это письмо не стало исключением. Хоть Ванесса и упомянула Джуна в вечернем разговоре лишь раз, Агата прислушалась к её словам и стала более внимательно относиться к принцу. В моменты, когда Ванесса видела матушку и друга вместе, невольно улыбалась. Какая всё же ладная пара получилась бы! После подобных визитов Агата становилась задумчивой и могла долго сидеть за столом, даже не прикасаясь к документам. Ванесса не знала, к чему приведёт такое общение, но понимала, что с Джуном Агате будет лучше. У принцессы едва ли оставалось время, чтобы придумать, как ещё им помочь, и она просто решила оставить всё как есть. Время расставит по своим местам. Срезав печать с конверта, Ванесса поняла, что не ошиблась. Письмо не было длинным: Китиара явно писала уже в дороге. «Мне пришлось задержаться, но твою церемонию я не пропущу. А Джун уехал даже раньше родителей. Не удивлюсь, если он уже в замке, а ты и не знаешь. Хотя уже вечер, он не стал бы тебя беспокоить. Тем более завтра у тебя очень важный день. У Агаты тоже, но не думаю, что моего братца это остановит. Он точно найдёт способ быть ей полезным и не надоесть. Увидимся завтра, Несс. Не могу дождаться, когда увижу тебя в свадебном платье». — Увидимся. Завтра. Поверить не могу, — снова проговорила Ванесса. Она подошла к зеркалу и улыбнулась своему отражению. Она точно станет самой прекрасной. Ради свадьбы можно и постараться.***
Во многих странах символом чистоты и невинности невесты считалось белое свадебное платье. Впрочем, в Витулане таким символом были фата и шлейф из полупрозрачной невесомой ткани, такой же белой. Основной цвет платья невеста выбирала сама из нежных, пастельных оттенков. И вот сейчас Ванесса осторожно проводила пальцами по сияющему шлейфу, осматривая себя со всех сторон. Не могла поверить, что в зеркале — она, и через несколько часов её поведут к алтарю. Без причины дрожали руки, и принцесса убрала невидимую пылинку с сиреневого подола платья. Она всегда питала непонятную слабость к этому цвету. «А ведь платье, которое мне нашёл Канто в нашу первую встречу, тоже было фиолетовым», — подумала Ванесса и счастливо улыбнулась. Служанка наконец закрепила шлейф, и её помощницы открыли шкатулку с украшениями. Шею Ванессы обхватила лента с серебряным шитьём и гранёным камнем в оправе, а в уши были вдеты аккуратные серьги с такими же прозрачными камнями. Пока никто не видел, принцесса положила ладонь на зеркало. — Зеркало, зеркало, что на стене, как долго это терпеть ещё мне? Шепнула едва слышно, потому что понимала: с одевания и украшений всё только начиналось. И за подготовкой ожидание торжества словно стало в несколько раз сильнее. Может, потому, что она знала: потом уедет из замка и управлять ей придётся всего лишь особняком, а не страной? Не зная, куда деть руки и как унять дрожь в пальцах, Ванесса держалась за раму зеркала. Когда же её пересадили для причёски, схватила с туалетного столика первый попавшийся и, к счастью, пустой пузырёк. Сохраняя невозмутимое выражение лица, она быстро крутила его в пальцах под столом. И только слегка подрагивающие уголки губ выдавали сотую долю чувств, что бушевали в душе. Тем временем служанки собрали несколько прядей её волос на затылке, а оставшиеся локоны слегка завили, чтобы они крупными тёмными волнами легли на плечи и спину. Чёрным подкрасили ресницы и брови, слегка подчеркнули помадой губы: такому нежному образу ни к чему кричащие цвета. Только когда в волосах закрепили корону и фату с вуалью, Ванесса смогла улыбнуться. Она была готова встречать новую жизнь. И всё же, почему так волнительно? — Ваше Высочество, к вам пришла Её Величество. Принцесса удивлённо приподняла бровь и слегка кивнула. — Я буду рада её видеть. Ванесса сказала это искренне: ей было приятно, что королева хочет встретиться прежде чем начнётся церемония. Агата прошла в открытую дверь бесшумно. По случаю праздника она так же оделась торжественно: по бархату глубокого винного цвета шло едва поблёскивающее золотое шитьё, а на шее переливалось тяжёлое колье. Принцесса уже хотела поклониться, но королева жестом остановила её. — Не стоит, дитя. Я просто захотела увидеть тебя. Ни к чему соблюдать этикет до последней буквы. Ванесса кивнула, неловко улыбнулась и заметила, как Агата слабо улыбнулась в ответ. Это казалось непривычным, но ей и правда шла улыбка, которая украшала лучше драгоценностей. Агата положила ладони на плечи падчерицы, мягко провела вниз по рукам. — Ты всё ещё самая прекрасная невеста континента. Уверена, вы с лордом Фиоре будете прекрасной парой. Сегодня и всегда. — Благодарю, матушка. — Ванесса почувствовала, как даже без румян розовеют щёки. Она и раньше слышала приятные слова от Агаты, но эти отозвались в сердце приятным теплом. На миг Ванесса подумала, что с удовольствием сохранит ровные отношения с мачехой даже после переезда. К залу венчания Ванесса шла без лишних мыслей; голова слегка кружилась от аромата белых лилий в праздничном букете. Она только гадала, сумеет ли Канто сдержать эмоции, увидев её в этом платье. Хоть по традициям и было принято, что к алтарю невесту ведёт отец, Ванесса всё же удивилась, увидев у дверей Его Величество. Сколько он не обращал на неё внимания? Что сказал, узнав о свадьбе? Ответить было сложно, да и похоже, отец и сам не хотел говорить об этом. — Ты выглядишь словно весенняя сирень, дочка, — сказал он и слегка сжал её тонкие пальцы. Ванесса с трудом смогла улыбнуться. Этот человек уже давно чужой для неё. Открылись двери, и на Ванессу хлынули свет и музыка. Неосознанно она выпрямила спину и слегка выдохнула, хоть под вуалью не было видно эмоций. Быстрым взглядом нашла среди гостей своих фрейлин, на секунду заметила подбадривающую улыбку Роберты и Китиару, которая в совершенно несвойственной для себя манере промокала уголки глаз платком. Джун, стоявший рядом с сестрой, улыбнулся, словно говоря, что тоже не ожидал таких эмоций. «Стоило выйти замуж хотя бы ради этого», — подумала Ванесса. Почувствовала странное облегчение, когда отец отпустил её. Ещё шаг — и вот она рядом с Канто, и в его взгляде принцесса увидела нескрываемое восхищение. Пару секунд они смотрели друг на друга, уже без клятв зная, что будут вместе, несмотря на любые невзгоды, лишения и сложности. Священнослужитель говорил те же слова, и они звучали за гранью сознания. Перед глазами Ванессы пролетали случайными обрывками воспоминания. И с каждой секундой становилась яснее мысль: она всё сделала правильно. Только когда список обязанностей, предписанный условностями обряда, стал подходить к концу, Канто слегка тронул её за пальцы. Она вслушалась. — Желаете ли вы, Канто Фиоре, взять в жёны Ванессу Кёниг и делить с ней жизненный путь, пока не придёт срок ваш отдать душу вечным небесам? — Желаю, — спокойно сказал Канто и не смог сдержать улыбки. — Желаете ли вы, Ванесса Кёниг, взять в мужья Канто Фиоре и делить с ним жизненный путь, пока не придёт срок ваш отдать душу вечным небесам? — Желаю. Голос не дрогнул, а в глазах защипало. Но Ванесса знала — это от переполняющего счастья, что теплом растекалось по телу и стало только ярче, когда прозвучала завершающая фраза. — Властью, данной мне небесами, объявляю вас мужем и женой. Можете обменяться кольцами и скрепить свои узы поцелуем. Руки дрожали, но Ванесса всё же взяла золотое кольцо и надела на палец Канто. Второе, поменьше, скользнуло на её палец, и он наконец поднял вуаль. Новый короткий диалог взглядами. «Я люблю тебя». «Я счастлива, что встретила тебя». «Я буду только твоей Белоснежкой» — подумала Ванесса, когда его губы невесомо коснулись её. Пока на несколько секунд, но взглядом Канто пообещал, что вскоре таких моментов станет намного больше. Принцесса неловко отвела взгляд. Она верила.