Часть 5
10 июня 2022 г., 14:39
Я ничего не знала о людях, у которых мне предстояло работать. Оказалось, это довольно известная музыкальная группа, бойз-бэнд. Чтобы уж совсем не ударить в грязь лицом своей неосведомленностью, я почитала кое-что в интернете. Посмотрела клипы… Мне понравились песни. Так что, все складывалось замечательно.
Ребята жили в большом доме на окраине Сеула, и меня поселили там же, выделив милую комнату на первом этаже, недалеко от кухни.
Предполагалось, что я буду чем-то вроде домработницы. Глажка, уборка, стирка и иногда готовка — моё поле деятельности.
Приняли меня очень радушно, и поначалу это их добродушие и готовность помогать во всём вызывали у меня лёгкий шок– я не знала, как реагировать, и думала, что это в некоторой степени напускное. Но скоро поняла, что ребята на самом деле такие — отзывчивые, заботливые по отношению друг к другу. Теперь в их компанию входила и я. Это было приятно.
Вечерами парни собирались на кухне за общим столом, учили меня готовить корейскую еду, я готовила им что-то из русской кухни. Особенно пришлись по вкусу пироги и блины.
Они рассказывали о впечатлениях за день, о своих концертах, забавных случаях с фанатами… Взяли надо мной шефство, и часто вывозили в город, показывали интересные места, тащили в кино или магазины… Делали милые подарки — плюшевыми игрушками я уже могла набить большой чемодан. Я действительно была в сказке…
Идиллия разрушилась в один далеко не прекрасный вечер. Прошло около трёх месяцев с моего приезда в Сеул. У парней был концерт, и вернуться они должны были поздно. Я уже лежала в своей кровати, выключив свет и засыпала. Дверь спальни скрипнула.
— Шуга? — спросила я. — Не слышала, как вы приехали, — и потянулась к светильнику.
— Угу, — прозвучало в ответ, и страшный удар в лицо сбросил меня с кровати. Я вскрикнула, и снова получила удар уже под дых. От шока я онемела, хватала воздух ртом и пыталась укрыться от сыпавшихся на меня в темноте ударов. Я и без света поняла, что это был N.
Он нашёл меня на другом краю света.
Подхватив с пола, как котёнка, он бросил меня на кровать, и, орудуя кулаками, принялся сдирать пижаму. Я пиналась, отбиваясь, царапала его лицо, и кричала о помощи.
Отбросив рваную пижаму в сторону, он подмял меня, навалившись всем своим огромным телом и заткнул мой рот своим языком… Я укусила его, за что получила мощный удар кулаком по ребрам, и на несколько секунд отключилась от боли.
Вдруг зажегся свет, и кто-то сильным рывком оторвал N от меня и буквально выкинул через окно на улицу. Я натянула на себя одеяло и сжалась в комок.
— Ира, это я, — край одеяла приподнялся, и я узнала по голосу Чонгука. Иначе и быть не могло. Самый быстрый и сильный.
Почувствовав накатывающую тошноту, вскочила с кровати, и закрыв рот руками, бросилась в ванную. Меня вырвало. Я долго сидела возле унитаза, пока не стало хоть чуть легче.
Я слышала голоса в своей комнате, но парни не решались войти ко мне, и громко спорили.
С трудом поднявшись, я приблизилась к раковине и посмотрела в зеркало, висевшее над ней. Правый глаз заплыл, щека разодрана. Подняв руки, я увидела багровые пятна на левом боку. Скорее всего, сломаны ребра.
Приоткрыв дверь, я глянула в комнату. Чонгук, Чимин и Шуга стояли прямо передо мной, округлив глаза от ужаса.
— Ребята, дайте мне одежду какую-нибудь. И уйдите, пожалуйста. Я выйду позже и все постараюсь объяснить. — Помедлив секунду, Чимин с Чонгуком вышли, а Юнги чуть отстал, вытащил из шкафа пижаму и просунул в приоткрытую дверь.
Я повесила майку и штаны на крючок и залезла в ванну. Стояла под нестерпимо горячей водой, пока могла. Затем легла в воду и закрыла глаза. Избитое тело невыносимо болело, лицо, казалось, раздулось до невероятных размеров… Черт, надо было лед попросить.
— Извини…ты дверь не закрыла. . ., и я вот принес, — Шуга приложил к моему лицу пакет со льдом.
— Спасибо, — я перехватила пакет и отвела его руку, державшую лёд. — Оставь меня одну, пожалуйста.
Через несколько минут кое-как расчесала мокрые волосы и закрыла ими опухшую сторону лица. Натянув пижаму, я вышла из ванной. Лед растаял, но щека не слишком уменьшилась, разве что стала менее красной. Слегка припудрив ссадины, я направилась в кухню.
Ви и Чонгук стояли у окна, тихо переговариваясь; Юнги сидел, развернув к себе стул спинкой и сложив на нее руки; Чимин разливал по стаканам виски.
— Да, виски — это определённо то, что мне сейчас нужно. — Я приняла из его рук стакан и залпом влила в себя. Виски обжёг горло, и раскалённой лавой устремился в пустой желудок. Еще не хватало тут пьяной валяться, подумала я про себя.
— Ребята, я у всех вас прошу прощения за это…за то, что произошло. — Как я ни пыталась сдержаться, слёзы брызнули из глаз.
— Ты сейчас о чем? Кто это вообще? Ты его знаешь? — вопросы посыпались один за другим, как из пулемёта.
Я взяла со стола сигареты и закурила. Затянувшись, и окинув виноватым взглядом парней, окруживших меня плотным кольцом, я рассказала им свою историю с N.
— …Понимаете, я даже и подумать не могла, что он найдёт меня здесь. Что вообще будет искать. Я проехала полмира, чтобы наверняка оказаться как можно дальше…
Чонгук озадаченно сдвинул брови:
— Он хотел тебя вернуть таким способом?
— Возможно… Довольно долго я была его любимой боксёрской грушей, которой он вдруг лишился. Где он, кстати?
— В будке секьюрити. Хорошо, что мы вернулись раньше. Когда охранники не открыли ворота, я перелез через ограду и услышал твои крики.
— Охранников он вырубил и связал, — добавил Чимин.
—Ему это было не сложно. — Я закурила новую сигарету. —Давайте теперь решим, что делать.
— А что тут решать? — Ви впервые за это время открыл рот. — Надо полицию вызывать, пусть его депортируют…а если зафиксировать все твои травмы, то засадят надолго, и дело с концом.
— Я ещё раз прошу вас меня простить за эти неприятности. Но, Ви, так делать нельзя.
Подошёл Чимин и плеснул мне в стакан виски. Взяв мою сигарету, сам сильно затянулся, выпустив дым через нос. Легко тронул за подбородок, повернув моё лицо к себе:
— Ты правда любила этого урода? — глядя мне прямо в единственный способный видеть глаз, спросил он.
— Он не всегда был таким, поверь…– я вздохнула, скривившись от боли в боку.
— Давай, начни его защищать сейчас, — возмущенно проворчал Чонгук. — Правильно я ему ещё на улице навалял. — Он опустил взгляд на свои руки, и я заметила, что его костяшки разбиты в кровь.
— Можно вызвать вашего врача? Чонгука посмотрит…и у меня, кажется, ребра сломаны.
Тонкие брови Ви поползли вверх; Юнги, до сих пор сидевший тихо, поднялся со стула и подошел ко мне:
— Подними майку, — приказал он.
— Юнги…я ещё не настолько пьяна, чтобы устраивать перед вами стриптиз-шоу, — криво усмехнулась я.
— Я тебя видел уже. Ничего нового для меня. — По его тону было ясно, что он не отступит.
Пожав плечами, я приподняла майку. Из багровых пятна стали фиолетовыми.
— Ёбтвоюмать, — выругался Шуга. — Чима, звони Ли Джуну. Пусть срочно приедет, только один, без ассистентов. Объясни ситуацию.
Чимин с телефоном вышел из кухни, Чонгук и Ви последовали за ним. Шуга по-прежнему разглядывал мои ребра. Очень тихо, наклонившись к моему уху он сказал:
— Я увезу тебя отсюда и спрячу. — Он усадил меня на диван, а сам устроился на стуле напротив, и говорил едва слышным шёпотом:
— У меня есть дом, о котором никто не знает. Довольно далеко отсюда. Ты будешь там в безопасности. И с этой тварью мы разберёмся…
— Юнги, как ты не понимаешь…нельзя с ним ничего делать.
— Да почему?! Ты его жалеешь? Или? Он до сих пор тебе дорог? — последние слова он произнёс так громко, что в дверях показался обескураженный Чимин. Шуга жестом велел ему убраться.
— Сам подумай — если вы заявите в полицию, — дело получит огласку, ваши имена начнут трепать направо и налево. Я этого совершенно не хочу. Надо усадить его в самолёт, и отправить в Россию.
Юнги на секунду задумался.
— Пожалуй, ты права. Но я сейчас не о нём. Тебя тоже могут депортировать, если узнают, что произошло в нашем доме, и причина — ты.
Он опять задумался. Плеснув виски в наши стаканы, сел рядом со мной:
— Я решил… Сейчас Ли Джун тебя осмотрит, и немедленно едем.
Я снова закурила. Вдруг вбежал Чимин с испуганными глазами:
— Они его убьют, хён!
Шуга выругался и побежал на улицу, Чимин рванул за ним.
Я сидела и думала о том, что я последняя неблагодарная тварь, которая вместо того, чтобы элементарно облегчить быт парням, добавила кучу новых проблем. Нет, надо убедить Юнги отпустить меня, иначе риск ввязаться в неприятную историю для парней очень велик.
Докурив сигарету, я опустошила стакан, и, накинув на плечи чью-то куртку, вышла на улицу, медленно ковыляя в сторону поста охраны.
Парни не слабо отделали N, он еле держался, чтобы не свалиться со стула. Увидев меня, осклабился и плюнул в мою сторону, за что немедленно получил кулаком в челюсть.
— Чонгук, прекрати…вы последние мозги из него выбьете…
— Возвращайся, — приказал Чонгук, и, мягко взяв за плечи, развернул к выходу.
Поодаль Юнги о чем-то говорил с охранниками. Поколебавшись, я пошла в дом.
Через несколько минут примчался врач. Это был кругленький пожилой мужчина с лунообразным добродушным лицом. Осматривая меня, он охал и ахал, постоянно качая головой. Приложив к моей щеке и заплывшему глазу повязку, пропитанную какой-то мазью, он закрепил ее пластырем. Осматривая бок, он подтвердил мои догадки — два ребра были сломаны, не считая многочисленных ушибов и кровоподтеков. Пропитав эластичные бинты лекарством, он бережно обернул меня ими от ключиц до талии, как в кокон, и велел ходить в этом корсете как минимум две недели. Оглядев результат своей работы, Ли Джун удовлетворенно крякнул, и, наклонившись, поцеловал меня в лоб.
— Бедная девочка. Ничего, недели через три будешь как новенькая.
— Спасибо вам, — мой голос задрожал, и слезы потекли по щекам.
— Ничего-ничего, не плачь, милая. — Он обнял меня, и гладя по голове, что-то успокаивающе мурлыкал. Выплакавшись, я поцеловала его в круглую щёку и ещё раз поблагодарила.
— Вот тебе таблетки. Обезболивающее и снотворное. Выпей и ложись. — С этими словами он ободряюще кивнул мне, и вышел. Я закинула две таблетки, проглотив их без воды, и подошла к окну. Двор был хорошо освещён — я увидела, как доктор направился к будке охраны. Все четверо парней обступили его и внимательно слушали, время от времени поглядывая в мою сторону. Хоть окно и было выбито, но ни слова из их разговора не доносилось. Задернув шторы, я легла, и, устроившись поудобнее, уснула.
С трудом разлепив глаза, я поняла, что уже совсем не утро… Снотворное Ли Джуна укачало меня до обеда. Из-за этого я плохо соображала, и не сразу вспомнила о плане Шуги. А вспомнив, резко вскочила с кровати, и тут же повалилась обратно, воя от боли.
Полежав несколько минут и отдышавшись, я медленно встала, и направилась в ванную. Внезапный приступ тошноты заставил меня склониться над унитазом. Кто-то подошёл сзади, и собрал мои волосы, закрывавшие лицо.
— Юнги? — отцепившись от унитаза, я обессиленно прислонилась к стене, и с трудом подняв глаза на парня, спросила:
— Чем вчера закончилось?
— Я расскажу тебе по дороге, — он протянул мне обе руки, помогая подняться с пола. — Собери самое необходимое на первое время, остальное я привезу тебе потом. Давай поедим и будем выдвигаться.
Он ушел, а я подошла к зеркалу и постаралась хоть немного привести себя в порядок — сначала аккуратно отлепила пластырь и с удивлением обнаружила, что от опухоли не осталось и следа, и глаз выглядит вполне нормально. Умываясь, я даже чего-то мурлыкала себе под нос. Приняла таблетки, оставленные Ли Джуном, и начала собираться.
Побросав в сумку вещи, осмотрела комнату. Я так и спала с выбитым окном, снаружи до сих пор валялась рама и стекла, а шторы раздувало сквозняком, как паруса. Но мне не было холодно ночью. И только, выуживая из–под подушки свою ночную рубашку, я увидела кучу одеял, которые парни стащили ко мне. Я вышла из комнаты, плотно закрыв дверь.
Юнги по обыкновению что-то колдовал над плитой. Не оборачиваясь, сказал:
— Садись, сейчас перекусим по-быстрому.
— Я, наверное, воздержусь. — отказалась я, — Меня мутит все время. Может, кофе или чай лучше выпью. Точно, я пить хочу.
Я включила чайник и встала рядом с Юнги. Он нарезал овощи и зелень для салата. Практически все, что делал этот парень, получалось гениально — от сэндвичей до музыки. Было истинным наслаждением наблюдать за тем, как он орудует ножом, и тут же мешает что-то в огромной кастрюле.
— Ого! Это ты нам столько на завтрак приготовил? — удивилась я.
— Ну, обед уже вообще-то. Парни скоро с репетиции вернутся. Ты же поняла, что мы все проглоты? — он с улыбкой взглянул на меня. — Приедут, и пообедают сразу, — задержав на моём лице взгляд, он многозначительно кивнул:
— Ну и ну! Смотри-ка, Ли Джун — волшебник. У тебя ничего не осталось от опухоли.
— Да, это просто чудо какое-то, — согласилась я.
— Он свои мази сам делает, травы сам собирает… Нам с ним очень повезло. Дольше трёх дней никто не болеет. Хотя…– он оценивающе посмотрел на мой корсет, видневшийся из-за выреза майки, — Видимо, бывают все-таки исключения.
Я заварила две чашки травяного чая и поставила их на большой стол. Опустившись на диван, молча наблюдала за Шугой. Почувствовав мой взгляд, он обернулся и застыл с ножом в руке:
— Что?
— Мне не нравится твой план, Юнги, — категорично заявила я.
— Это ещё почему?
— Потому что… лучше мне держаться от вас подальше.
Фыркнув, Шуга снова повернулся к плите:
— Так ты и будешь. Я тебя так спрячу, что…
— Ты прекрасно понимаешь, о чём я…зачем все усложнять, Юнги?! — перебила я.
Не поворачиваясь, спокойным голосом он сказал:
— Ли Джун пояснил, что у тебя сильное сотрясение, помимо всего прочего… и что у тебя будут головокружения и тошнота. Но про то, что ты будешь нести откровенную хуйню, он не упоминал. Хотя, чего удивляться — сотрясение-то мозга, всё логично… — рассуждал он.
Я цапнула со стола сигареты и вышла на улицу. Невозможный человек. Упёртый, как осёл. Дрожащими руками я вытащила зажигалку и сигарету. Расхаживая по двору, и выкурив одну за другой три сигареты, я вернулась в дом.
Мин сидел за столом и ел. Я устроилась на диване, вытянув ноги и отхлебнула из кружки уже остывший чай. Не говоря ни слова, сверлила Юнги взглядом, но он продолжал невозмутимо орудовать палочками.
Наконец, мельком взглянув на меня, сказал:
— Чонгук всю ночь сидел рядом с тобой, пока ты спала.
— Чонгук?! — я недоверчиво смотрела на Юнги.
— Ага. Я тоже был удивлен. Мне казалось, ты с Чимином…
Теперь моё недоверие сменилось непониманием:
— Почему с Чимином, а не с Ви? А может, с Чонгуком? Он же со мной провёл сегодняшнюю ночь, по твоим словам, …
— Чима всегда так на тебя смотрит…ест глазами. Трётся рядом постоянно. Разве не замечала?
— Нет… — На минуту я задумалась, вспоминая, что ведь Чимин и правда оставался со мной чаще других. Он мог позволить себе не поехать на репетицию с утра, а явиться только на основной прогон. И до обеда мы занимались делами вместе. Да, это случалось…всегда. Ошеломлённая, я посмотрела на Юнги.
— Дошло? — Юнги как-то печально усмехнулся и опустил голову, ковыряясь в тарелке.
— Да ну… Глупости всё это. Он просто хорошо воспитан. Не буду отрицать, он мне симпатичен. Такой милый. Помогает мне постоянно. Готовим вместе или принести-унести… Я никого из вас не выделяю… Ну, стараюсь, по крайней мере. Или у тебя другое мнение обо мне?
— Я тебя так и не раскусил…– задумчиво произнес Шуга. — Ты странная… Как будто не понимаешь, что…будь поласковей…кхм… А ты миллионерами разбрасываешься. — Он усмехнулся, и хитро посмотрел на меня.
— Я что-то не улавливаю… Объясни, Юнги…
— Ты вообще в зеркало часто смотришься? — с улыбкой поинтересовался Шуга.
— Да только что пластырь отдирала. А что?
— Ты правда странная…или глупая. Не пойму, — Юнги встал из-за стола и отошёл к плите. — Точно есть не будешь? — спросил он.
— Точно, сказала же, — раздражённо отрезала я и скорчила недовольную гримасу. Говорить загадками — одно из любимых занятий Юнги. С моим появлением он оставил парней в покое, и переключился на оттачивание мастерства в этом деле именно со мной. Неужели так сложно прямо озвучить свои мысли? Тем более, должен же понимать — плохо сейчас моя голова соображает…
— Знаешь, как ты к нам попала? — перемешивая рис, поинтересовался он, оглядываясь на меня через плечо.
— Как, как… по контракту… — Кто же мог предположить, что моё желание поработать и попрактиковать язык сбудется таким извращённым способом. Да ещё и поставит под удар ничего не подозревающих парней.
— Это понятно. Контракт — самый последний пункт. А первым был конкурс кандидатов. Девушек, конечно, было гораздо больше. — Юнги снова усмехнулся.
— Да я и представления не имела о вас до подписания контракта, просто воспользовалась шансом уехать подальше от N. — Допив чай, я поднялась с дивана и пересела с пустой кружкой в руках за стол, чтобы видеть лицо Юнги, который, положив себе добавку, уселся напротив.
— И вот из нескольких десятков тысяч резюме, — продолжал он, — оставили только семь, дав нам возможность выбрать одну девушку. РМ был в своём городе, и не голосовал, а остальные шестеро, не сговариваясь, выбрали, угадай — кого?
— Да ладно…ври больше, — я сменила гнев на милость, и уже с интересом слушала детали, о которых Юнги решил поведать именно сейчас, поэтому небрежно спросила:
— А ты почему меня выбрал, а?
— Там фото было, — закончив есть, Шуга забрал мою кружку и направился к мойке.
— Ну, ясно. Резюме всегда с фото бывают, — не сдавалась я, всё ещё рассчитывая на продолжение рассказа.
Повернувшись, он изучал меня своими почти черными глазами, но я не отводила взгляд. Глубоко вздохнув, он первым уступил, и посмотрел в окно.
— Всё, хватит. Иди к машине. Я вещи сам принесу.
Разочарованно надув губы, я вышла из дома и направилась к парковке.
Интересно, как долго нам ехать? Юнги нужно будет сегодня же вернуться, чтобы парни не связали моё исчезновение и его отъезд воедино. Топчась у машины, я окинула дом взглядом, мысленно поблагодарила и попрощалась.
<i></i>
