Больше получает тот, кто платит первым

Он был холодным и страшным человеком. Увлекающимся. Тсунаеши такие сильно не нравились. Друзья предупредили его, чтобы он никогда не связывался с этим типом и вообще, был поосторожнее со всеми, с кем пересекается в Икебукуро. Изая, в целом, в Икебукуро и не жил, так, забегал напакостить, устроить драку, да сваливал обратно. И влипал. Раз за разом, как будто имел мазохистские наклонности. Будто ему нравится то быть избитым, то словить пулю и потом сидеть у Шинры, ныкаться по старым, еще со школы оставшимся то ли друзьям, то ли тем, кто не смог от него отвязаться. Орихара Изая был самым сумасшедшим человеком из всех, кого Тсунаеши видел в своей жизни, а видел он немало. Наверное, именно поэтому, он так его зацепил. С Орихарой Тсуна пересекался еще когда только переехал в Токио. В школе он быстро подружился с шебутным и веселым Кида Масаоми. Забавный, беззаботный, бывший глава крупной группировки. Тсуне подходили такие друзья. Люди, похожие на Кида были единственными людьми, с которыми он всерьез долгое время имел дело. Все его друзья и знакомые, так или иначе, всегда были связаны с мафией или преступностью в целом, так что так было проще. Рейра не стала исключением. Приехавший Рюгамино тоже оказался главой группировки, да еще какой, а тихая и милая красавица Анри владела мечом и была заражена Сайко, которую ухитрилась подчинить. Дочка якудза Аканэ, с кем бы Савада ни познакомился, все эти люди оказывались или якудза, или частью банд. Все эти люди постоянно дрались или втягивались в приключения на грани жизни и смерти и это было действительно весело. А Орихара был эпицентром всего движа, хотя и стоял все время в тени. Псих, который специально стравливал людей, чтобы посмотреть, что будет. Чертов главный антагонист. Страшный. Очаровательный. У него не было никаких контактов с Изаей. В городском чате Савада не отсвечивал особо, с друзьями сильно не светился, предпочитая тайно им помогать. Про себя никому ничего не рассказывал, а историю его Чедеф основательно подчистили. Обычный парень, переехавший из глубинки. Скучный. Крупных игроков местного разлива не заинтересовавший. Оставалось только следить за объектом своего интереса со стороны и радоваться тому, что все именно так и складывается. Симпатия симпатией, но такие проблемы Саваде были не нужны. Ровно до тех пор, пока по зову интуиции, он не нашел избитого и бог его знает, что еще, Изаю в переулке, недалеко от своего дома. Под парнем была здоровая лужа крови и Тсуна сквозь бьющееся набатом сердце, сбившееся мгновенно дыхание и тряску в руках быстро поймал мысль, что времени у его интереса осталось немного. И будь он умным и адекватным человеком, прошел бы мимо, да не лез. Все бы может и вздохнули с облегчением. Но он был Савадой Тсунаеши и все эти эпитеты к нему никогда не относились. Тсуна фильтровал свое пламя до крупиц солнечного и вливал их потихоньку в Орихару, не давая сдохнуть прямо у себя на руках. Изая был легче, чем казался на вид. Высокий и худой, он был сам по себе весьма внушительным, авторитетным, а по весу оказался совсем никаким. И практически не дышал. Савада отнес его к Шинре, вероятно, именно до школьного товарища Орихара и не дошел, осев в переулке. Кишитани удивление от столь странной компании выказал лишь приподнятой бровью, но быстро понял, что для вопросов совсем не время. Орихару оперировали несколько часов, а Тсуна пил в это время виски в компании Селти и мирно переписывался с ней в чате. Казалось, подруга поняла волнение Савады и пыталась отвлечь, что очень смущало и вместе с тем радовало Тсуну. Приятно, когда у тебя хорошие друзья. Тсунаеши ушел еще до пробуждения информатора. — Все с этим придурком будет в порядке, — сказал Шинра с тяжелым вздохом. Он немного беспокоился за доброго и приятного в общении Тсунаеши, потому поторопился выставить его из дома до пробуждения друга. Но это, конечно, не помогло. Орихара заинтересовался. Спокойного, ни в чем не замешанного шатена, пару лет назад переехавшего в Икебукуро, знали, казалось, буквально все. Он вскоре понял, что и сам не раз видел Саваду Тсунаеши в компании самых разных людей и даже заочно был с ним знаком. Возможно, парень помог ему из-за своего доброго нрава, не смог пройти мимо. Эта теория подтверждалось всей той информацией, которую он на скорую руку про Тсуну собрал. Если не копать. А вот если заглянуть поглубже, то быстро станет ясно, что так или иначе, Савада был замешан во всех мало-мальски значимых заварушках в районе. Это чудо было везде и нигде одновременно. И Орихара просто не мог понять, как он ухитрился его пропустить. Не заметить. Чем больше он вспоминал все случайные моменты, в которые встречался или слышал о Тсунаеши, тем больше понимал, что шатен оставался на втором плане специально. — Привет, — на распев протянул Изая, якобы случайно встретив Саваду недалеко от центра. Тсуна на встречу отреагировал забавно. Не удивился совсем, а словно ждал информатора с визитом. Вздохнул тяжко, как бы смиряясь с ситуацией. — Добрый день, Изая-сан, — вежливо ответил он. Орихара обошел парня спереди и пошел перед ним спиной вперед. Савада в очередной раз залип на эту его манеру двигаться. Легко, непринужденно, даже если тяжелым травмам еще заживать и заживать. Было в его пластике что-то такое звериное, свободное. — Савада Тсунаеши, девятнадцать лет, переехал из города Намимори несколько лет назад. Учился посредственно, никуда не поступил, нигде не работаешь. Родители — шахтер и домохозяйка, живут в Европе. Тсуна сначала замер, но уже через секунду странновато хмыкнул. — Да вроде и верно… — Не любишь врать. Любопытно. — Перебил Изая. А затем без размаха резанул своим любимым ножом прямо по шатену. Тот, конечно же, уклонился. — И реакция хорошая. А вот нервы ни к черту. Тяжелое детство? Тревожный ребенок, вечно не оправдывающий ожиданий деспотичных родителей или, судя по выражению твоего лица предположение неверное, учителей. Такие как ты не склонны к резким переменам, значит переехать сюда тебя заставило что-то серьезное. Савада показательно закатил глаза. Каким бы привлекательным ему ни казался Изая Орихара он все еще оставался буквально самым невыносимым человеком в Икебукуро. Человеком, способным играть на чувствах близких друзей и причинять им вред, подставлять кого-то под серьезные статьи или подбивать на самоубийство молоденьких девчонок просто веселья ради. В конце концов, он только что, просто по приколу, пытался пырнуть его ножом! Изая был ужасным, просто отвратительным. Но, сука, нравился. — Привлечь внимание желающего поковыряться во мне палкой мудака, это не то, на что рассчитываешь, когда кому-то помогаешь. Информатор задрал брови в притворном удивлении. А может и в настоящем, кто его знает, интуиция не слишком помогала распознавать эмоции в таких ситуациях. Эмоции социопатов в принципе было сложно разбирать. — А на что ты рассчитывал? — Решил подыграть Орихара. — Я рассчитывал, что Шинра не скажет вам имя человека, который вас спас. Может, в благодарность вы побудете лапочкой и отстанете? — Как хорошо, что я не лапочка. — Растянул паскудную ухмылку по лицу Изая. — И не обладаю достаточными моральными принципами, чтобы считать себя чем-то обязанным. — Это как раз то, что я хотел услышать! — Нарочито восторженно воскликнул Савада, хлопнув в ладоши. — Прекрасный повод разойтись каждый по своим делам! — Прекрасная идея, Тсу-кун! — Протянул информатор, повторяя восторженную интонацию. На улицах уже темнело и секциями зажигалось уличное освещение. Ближе к центру людей становилось все больше и Савада влился в спешащий поток, уверенно двигаясь вперед. Тем временем, согласившийся с Тсуной Орихара молча шел за ним целый квартал. — Если вы согласны с моей идеей, то почему вы за мной идете? — Не выдержал молчаливого преследования шатен. Тот факт, что Изая был способен идти за кем-то почти двадцать минут молча, даже удивлял. — О, видишь ли, сейчас ты мое дело. Считай, что я тебя изучаю. Тсунаеши посмотрел на Орихару взглядом смертельно уставшего человека и решил, что раз так, то почему бы не получить от этого удовольствие. — Мясо в Шабу-Шабу или рыба в Ташигумидори? — Что? — Растерялся Изая от резкой смены темы. — Ужин. — Как ни в чем не бывало сказал Савада. — Я иду есть. Если вы собираетесь тащиться со мной, то что вы больше любите, рыбу или мясо? Мы, конечно, можем зайти к Саймону, но я, честно, заманаюсь потом объяснять всем, что это у меня такой оригинальный поклонник образовался. — Ну уж нет, никаких Русских суши! — Засмеялся информатор, снова обгоняя Тсунаеши, хотя в потоке проворачивать трюк с прогулкой спиной к толпе он не стал, — У Ташигумидори красивый инстаграм. — Да, — не удержавшись, мягко ответил Тсуна, — очень аппетитный. — И так, когда мальчик с ужасными показателями в спорте из школы успел так натренироваться? — Спросил Орихара, дегустируя принесенный вежливым официантом чай. — С чего вы взяли? — В удивлении захлопал глазами Савада, — Я все еще просто ужасен в спорте. — Возможно. — Продолжил допрос Изая, с явным удовольствием поедая жирного тунца, — Зато очень недурно дерешься. И это точно была не случайность, не те навыки. — А что на этот счет говорит вам мое досье? — Ничего интересного, оно даже слишком заурядное, а потому такое неправдоподобное. Ни пьяных драк, ни штрафов, ни увлечений особых, клубов там. Ты ужасно учился, оставил о себе неоднозначные отзывы, в школе тебя называли Никчемным Тсуной, но при этом ты встречался с самой популярной девчонкой вашего болота. — О, — перебил Савада, — серьезно? Вы что, в Намимори ездили? С кем нужно было связаться, чтобы узнать про мои отношения четыре года назад? — Это намного проще, чем ты думаешь, Тсу-кун. Даже звонить не пришлось, полазил по школьному альбому. Так вот, неудачник и растяпа, с крутой подружкой и большой компанией друзей. Внезапно все бросил и уехал, купил квартиру в очень дорогом районе, Рейра частная школа, в которую не берут без связей и с такими ужасными рейтингами. Ты не пошел дальше учиться и не работаешь. Но у тебя явно есть деньги, что крайне странно при твоих родителях. Зарабатываешь чем-то подпольным? — Так вот в чем секрет самого влиятельного информатора Токио? Вы просто приходите к человеку и берете у него интервью? Если вам действительно за это платят, то мир сошел с ума. — Как грубо! За информацию о тебе мне никто не платит, это для личной, так сказать, коллекции. Если можно спросить, почему бы не спросить? — А с чего вы взяли, что я горю желанием отвечать на ваши вопросы? — А с чего ты взял, что на них не отвечаешь? — Спросил Изая, ткнув палочками в сторону Тсунаеши, — Твоя мимика, расширение и сужение зрачков, бессознательные жесты. Мы ведем с тобой диалог, в котором ты говоришь мне куда больше, чем можешь себе представить. — Вы же в курсе, — вкрадчиво, словно говоря по большому секрету, ответил Савада, — что физиогномика считается лженаукой, а ментализм не более, чем цирковые трюки? — Как грубо. — Повторил за собой Изая, — Просто немного опыта и любовь к изучению людей. Мне не нужны никакие трюки, чтобы понять, что случилось что-то, что и сейчас тебя мучает. Тебе все еще больно, поэтому ты сбежал с родного города. Ты страдаешь. Тсунаеши криво ухмыльнулся, не став отрицать то, что очевидно даже невооруженному взгляду. Четыре года прошло, а ему все еще сложно. Он не жалеет на самом то деле, нет. Но боль и сожаление — это разные вещи. Можно убедить себя в том, что все к лучшему, а вот сердце так легко не залечишь. Сердцу нельзя приказать, объяснить, разложить по полочкам. Сколько ни пытайся, все без толку. Говорят, что время лечит, но видимо, это время еще не прошло. Однако, это точно не то, что он готов сказать Изае. Вместо этого он сказал еще хуже. — Страдания всегда оставляют шрамы, преследуют нас, меняют нашу жизнь, страдания все меняют. Но я думаю, что так и должно быть. Всё то, через что нам пришлось пройти, заставляет двигаться вперед, подстегивает. Наверное, мы должны меняться, чтобы двигаться дальше. Орихара впитывал каждое слово человека перед собой с жадностью, удовольствием. Он любил изучать людей и не уставал это повторять всем, кому не лень. А Тсунаеши был не скучным. Было в нем что-то притягательное. — Знаете, — продолжил Савада, — а спасибо за вечер. Правда. Хороший ужин в интересной компании. Как к психологу сходил. Савада Тсунаеши. Изая запомнил этого человека, положил его в своей голове на особую полочку. Не так, чтобы много людей, после некоторого времени общения, оставались информатору любопытны. Плюсом, он все еще ничего толком не узнал. Орихара взял один из своих телефонов и зашел в чат. — Что вы делаете? — С любопытством спросил Савада. — Смотрю, когда свибрирует твой телефон. Тсуна перевел взгляд с информатора на свой смартфон на столе и действительно почти сразу получил сообщение в чате. — Вы наугад перебирали контакты, чтобы найти мой? Быстро. — Бубнил он себе под нос. — Сидите под женским ником? Савада удивленно уставился на Орихару. Почему-то именно этот факт показался ему сильно неожиданным, хотя, по идее, был даже в духе информатора. — Так проще клеить девчонок, — непринужденно ответил Изая, подмигивая Тсуне. — Чтобы потом скидывать их с крыши? Какие-то извращенные у вас вкусы, фи. Орихара смеялся. Не отрицал, просто наслаждался каждой реакцией. Весело. Тсунаеши казался ему таким забавным парнем. Самым интересным за последнее время.