Вино и разбитое стекло

      На работу Алекс меня домчал весьма просто, вернее не он сам, а водитель, пока сам Тигра мял мне бока и не мог оторвать от меня своего взгляда. Это пугало - внимательность серебристых глаз, темнеющая радужка и лёгкая улыбка на губах.       В течении дня мы обменялись парой неприлично провокационных сообщений, которые вызывали разряды тока по загривку и мириады импульсов по всему телу. Алексу определенно нравилось сводить меня с ума вариантами того, что он со мной сотворит.       Ближе к вечеру я решил устроить Алексу сюрприз и появиться на ночь глядя и без предупреждения. Если честно, то после осознания определённого рода смущающих чувств хотелось напрочь убежать от Алекса. Никогда не видеть и не слышать, но... это было лишь половиной правды. Частью...       Другая часть горела огнём. Огнём желания, жадности, всевластия, нетерпения и жажды. Было странно и ново осознавать себя таким - слишком, просто слишком... Словно взбаламошенная, взболтнутая бутылка шампанского, что грозит снести всё на своём пути, а не спокойное выдержанное вино...       Поэтому несколько часов в душе, пара не самых приятных, но необходимых, процедур и, как говорится - перышки почищены! Уровень стыда и смущения зашкаливает, коленки подрагивают, волосы периодически встают дыбом, а задницу неприятно тянет.       Была, конечно, мысль использовать подаренный Алексом фаллос, но... отважиться на это не получилось. Просто глядя на размер захотелось передумать, убежать от этой глупой затеи, но... Если не думать об этом гиганте, не размышлять о том, насколько больно может быть, а думать об Алексе! Ахуенном, невъебенном, шикарном мужчине...       О его длинном вьющемся языке, о его сладких, по-мужски мягких, губах, о руках и пальцах, на которых ощущаются то ли рубцы то ли шрамы, о его волевом подбородке и лёгкой щетине, о родинке, спрятавшейся за правым ухом, о его невозможно глубоких глазах с хищным прищуром, о мягком и влажном идеальном рте, об умелых пальцах и красивых руках. О раскосых мышцах пресса, о шикарной заднице и не менее привлекающих внимания ног, о божественных ступнях...       О неописуемом запахе - таком свежем и прохладном словно мороз, мороз и море. О его плавных, но не женственных движениях, о всём нём. Он впитался в мою кожу, во все мои рецепторы, проник в подкорку и оставил там свой сладкий яд - умираю. Умираю, когда нет возможности увидеть его, не говорю и про прикоснуться, задыхаюсь от нехватки его аромата, мёрзну, без его горячих шуточек и поползновений.       Он... Оказался не известно по какой причине таким важным и родным, что без него больше и представить себя было сложно. Да и зачем представлять такое?       Было страшно. Страшно не знать мыслей Алекса, не быть уверенным в ответном его настолько настоящем интересе. Страсть чувствовалась, огонь желания горел и испепелял. Интерес и притяжение были весьма ощутимы, но... этого ведь недостаточно?       Недостаточно для того, чтобы обладать им всецело? Недостаточно для того, чтобы он был полностью и только моим, а я его единственным, моей стороны недостаточно для того чтобы эта гребанная сказка стала реальностью, так ведь? Так... а насколько же хочется Алекса себе, всего, с потрохами, да навеки.       Обладать всецело, знать, что каждая его мысль обо мне, что каждое действие чем-то связано со мной, а какие-то элементарные мелочи тоже напоминают обо мне.       Пиздец. Докатился. Мечтаю, как сопливая девчонка, но...       О, блядский сука нахуй Боже! Я конкретно вляпался в Алекса!!!

***

      Удобно иметь ключи, хотя как по мне это может и слегка опрометчиво вручать их тому, кого знаешь меньше месяца. С другой стороны, я был готов вручить Алексу всё, чего бы он не пожелал. Это сводило с ума, выворачивало наизнанку, перекручивало шиворотнавыворот...       Аккуратно пробираюсь коротким коридорчиком, сердце бешенно скачет по венам, чувствую себя преступником, может - воришкой, которого могут застать на горячем - бешенное чувство адреналина.       Только вот я слышу недовольный и весьма громкий голос Алекса и мне становится не по себе. Он, можно сказать, рычит и вгрызается в собеседника по телефону, хищник нашедший жертву, сильный показывающий слабому его место.       Сначала слова разобрать трудно, уж слишком отвлекаюсь на рокот к голосе, вслушиваюсь в непривычно грубые и резкие тона. Совсем другой стиль речи и интонаций по сравнению со мной и остальными. А затем я начинаю разбирать слова... - Слушай, я прекрасно знаю кто я и что я, меня твои оскорбительные ласки не заводят.       Тишина. Лишь постукивание пальцев по столу - ритмичное, но... нервное? А затем снова громко и уверенно. - Да, я понимаю, что отказ от сделки с моей стороны приведёт к определённым последствиям, но...       Затем Алекс, наверное, выслушивал собеседника и... - Плевать. Ты можешь считать меня кем угодно, я могу и быть таковым, но... ты охренел! - меня слегка передергивает. - Я спокойно переживу такого клиента как ты, твои запросы всё безбашеннее и больше, со мной это не прокатит. Я никогда не буду использовать детей, слышишь! Четырнадцать - это уже какой-никакой ум-разум и голова на плечах, но двенадцать и тринадцать - у тебя самого во сколько был первый секс? Замечательные воспоминания?       У меня в голове что-то крутится, но не могу толком сообразить. Возраст. Согласие. Дети. Бизнес. То есть каким образом это связано с кафе или клубами? Про какой первый опыт?       Сглатываю.       Это ведь не может быть то, о чем я подумал.... Невъебенно передергивает, неосознанно делаю шаг назад, в горле не ком, а блядский камень! Начинает подташнивать, слова смешиваются в непонятный поток, а я вылетаю из квартиры на ходу задевая одну из тумб, что с грохотом валится.       Моментально понимаю, что Алекс не мог этого не услышать и ретируюсь на безумной скорости. Не знаю каким образом, но оказываюсь в, наверное, ближайшем парке и...       Меня выворачивает. В самом прямом смысле этого слова. Сгибает и скручивает прямо у какой-то лавочки, хорошо, что уже темно и меня никто не лицезреет, но...       Блять.             Нет. Просто нет...       Да быть такого не может! Словно уговариваю сам себя и от этого хуже, от непонятной мысли, скорее даже просто догадки, от глупости, но всего пробирает до костей. Пальцы слегка подрагивают, в глазах расплывается. Мир словно перестал существовать, или это меня так накрыло?       Так, что подходящая ко мне девушка передумывает, а мужик чертыхается и предлагает меньше пить. Так, что, рвёт до почти потери сознания, пиздецки выкручивает и мочалит изнутри, а когда выходить уже нечему, то кашляю. Причём до такой блятьской степени, что кажется задыхаюсь.       Задыхаюсь в панической истерике и непринятии. В агонии собственных мыслей, что воображением подсказывают мерзкие картинки.       Серьёзно... про... прос... проституция? Многие клубы таким промышляют и предлагают своих девочек, изредка мальчиков, но... от Алекса такого не ожидал. Его клубы не выглядели как что-то обычное, они были лучше, а тут...       Вязкая слюна царапает горло, мысли отравляют... Разве это возможно? Разве может такой человек как он быть... настолько... Даже не знаю какое слово подобрать - прогнившим, испорченным, мерзким?       Становится противно, блядьски противно от неописуемых прикосновений, что дарили его руки, от взглядов и голоса, от голоса каким он ложил совсем ещё детей под старых богачей.             Ублюдок!       Передергивает в который раз уже и в квартире, забираюсь под холодный душ и... хотелось бы истерить, орать, кричать, обвинять и прочее, но... это всё оказывается сильнее меня. Не могу и не хочу об этом даже думать. Это слишком...       Из душа выхожу не свежим, а побитым словно псина. Да, псина, которая считала своего хозяина Богом, королём, героем и невероятным человеком, а оказалось...       Блять.       Это взрывает мозг. Никак не могу успокоиться, пальцы всё ещё подрагивают, смотрю на себя в зеркало и... блядь, новый виток истерики вызывают кроваво-алые засосы, оставленные им...       Блядский сука нахуй! Его не выкурить просто так из мыслей, невозможно! Он, сука, везде. В любом предмете через гребанную ассоциацию, в каждом чувстве, в каждом блядском вдохе.       Решаю сделать то, о чем раньше не задумывался, сначала, конечно, выключаю телефон игнорируя 186 пропущенных за 2 часа...       Плевать...       Достаю из коробки подаренный на 18-летие скотч и обжигаю себе горло. Пускай болит. Пускай, блять, болит всё тело, все кончики и все нервы физически чем чувствовать...       Пустоту?       Словно Алекса взяли из меня и вырезали, причём не скальпелем, а обычным кухонным ножичком. Резко и уверенно оставив дыру - именно это он и сделал.       Сука...       Ещё глоток, ещё и ещё, но не идёт мне эта дрянь, физически становится так же мерзко как и морально. Возникает желание ещё раз пойти принять душ, а то и вообще содрать с себя всю кожу на местах которых он касался. А касался он везде...       В глазах начинает двоиться, кажется, я даже слышу его голос - Алекс журит меня, чтобы я не пил. А слыша мягкие привычные нотки в его голосе все равно не могу выбросить из головы...       В горле и во рту настолько мерзко, что накатывает новая волна тошноты и я едва добираюсь до туалета. Снова рвёт и вместе с этим гидоттям стараюсь выблевать все мысли и чувства. Всё, что вообще сейчас меня окружает.       Понимаю, что этой алкашкой напиться и заснуть не удастся, беру терпкое красное вино. Ввливаю в себя бокал за бокалом забыв обо всех правилах, приличиях и вкусе...       Вливаю в себя алую жидкость с огромным желанием напиться и забыться. Раствориться в воздухе, растаять словно снег на солнце и всё. Потому что это... оказывается сильнее меня.       Понимать, что человек к которому я тянулся, тянулась моя душа настолько мерзкий, относится к людям как... они же ещё совсем дети...       Осознаю что человека в которого я влюбился просто не существует - это игра, маска, одно из лояльных социальных обличий, но...       Больно...       Думал, что больно было в детдоме, или у не самых приятных Игоря и Марины, но... это в мириады раз хуже и сильнее. Как говорится родителей не выбирают, а с приёмники вообще наоборот. А здесь... как меня мог привлечь...       Хуево. Это если одним и простым словом. Бутылка вина уходит довольно быстро, но вкуса и не ощущаю. Чувствую как алкоголь наконец-то начинает воздействовать.       Мысли слегка притупляются, возникает желание выпить ещё и забыть обо всём. Просто расслабиться или сбежать, сути дела это не меняет...       ... Уснуть не получается даже спустя полтора часа. На дворе прекрасная лунная ночь, а меня продолжает колбасить. Стоит только закрыть глаза как перед глазами Алекс и какая-то маленькая девочка - совсем подросток, ребёнок.       Или как молодого, совсем ещё зелёного, мальчонку за руку тащит какой-то жирный мужик - пробирает до пиздецких мурашек, что передвигаются реактивными ракетами.       Тошно даже от мысли, которую я допускаю лишь на мгновение, а он получается... Сука! Сука до такой степени, что, блять, хочется выцарапать глаза, только себе или ему я ещё не определился. Это настолько глубокий ахуй, что плевать на всё его пропущенные. Но от мысли, что он может просто-напросто придти - бросает в дрожь.       От блядской алкашки кружится голова, а ощущение во рту словно глину или песок жрал - сухо, мерзко и зыбко. Но всё-равно хочется нахуяриться по новой, любое физическое гадское ощущение подойдёт - лишь бы не думать...       Хочется выхаркать лёгкие, дохруста свернуться, как, сука, как он может быть таким терпеливым и спокойным, не давить на меня и при этом же...       Мерзко...