Вино и разбитое стекло

      Голова болит, тошнит, а ещё и звенит в ушах. Часы показывают 9 с мелочью, но желания идти на работу нет никакого, нет желания вообще двигаться, даже жить не хочется. Задержать бы дыхание и закончить это всё, но глупый организм, глупые инстинкты и в лёгкие опять врывается воздух.       Переворачиваюсь и взгляд падает на телефон, количество пропущенных не увеличилось, но есть пара сообщений от Николая с работы с вопросами о том, почему у меня пару дней нету и, что раз я сын Игоря, то это ещё ничего не значит.       Душ не освежает, желание сдохнуть всё так же яростно копошится внутри и скребётся отчаянным зверем. Больно и опустошающе.       Мерзко. Ощущать, что потянулся совсем не к тому человеку. Ужасно, понимать, что всё казалось настолько правильно, словно идеально совпавшие паззлы, словно вкусный сыр блядски подходящий к именно этому вину, словно кусочки разбитых бокалов из разных наборов, но настолько правильно складываются в что-то особенное.       Черт... Внутри всё выкручивает мясорубкой, сворачивается в настолько тугой узел, что тошнота возникает физическая. Это словно на всей скоростио въебаться в стену - твоя кровь, блять, везде, твои мозги, блять, разлетелись по всей ближайшей территории и ты видишь это серое вещество вперемешку с алой кровью, оно всё такое мерзенько липкое и противное, тягучее и ужасно воняющее. Вот именно так себя ощущаю.       А к этому ещё на десерт добавляется то ли ощущение, то ли осознание того, что звоночки подозрительные я должен был заметить в самом начале. Странный мужик, мог трахнуть при первой встрече - мог, и тогда это было самое логическое завершение вечера. Вторым звоночком была та комната, стоило вспомнить роман про оттенки серенького и валить в тот момент, третий звоночком были вечеринки, да и вообще, как я мог даже на секунду подумать, что мне повезёт, что существует мужчина моей мечты?       Да я даже не мечтал о таком! О настоящем, искреннем, заботящемся, настолько живом и чувственном - уверен, он бы удивился таким словам в свой адрес, но он... лучшее, что было в моей жизни. Я так думал.       Черт, голову снова полощет, кишки в тубу сворачивает, блядство, хочется ебнуть то-ли кого-то то-ли что-то. Желательно сам объект таких сложных чувств и восприятий. Возникает огромное желание увидеть эту наглую мерзкую прекрасную рожу и... плюнуть в неё?       На самом деле хочется высказать ему всё, что крутится в голове, то, насколько это гадко и противно, то, насколько разочаровал, то, какую боль причинил, какие чувства заставляет испытывать.       Как сердце бьётся раненой птицей в клетке, как кровоточит внутри оказавшаяся слишком доверчивой душа. Как снится в кошмарах, таких сладких и орагазмических, но после которых хочется сгореть заживо, настолько исчезать себя от мыслей об удовольствием с ним, что это хуже чем стыд.       Всё это сделать легко учитывая и зная что каком клубе он обычно работает, и меня там знают, пропустят без вопросов, только вот, видеть его желание и есть и нет. И так ахово от этого, что пробирает до дрожи.       Ноги сами несут в знакомое заведение, адреналин такой, что аж пот стекает, вывеска как обычно отсвечивает неоном, блестит название, внутри всё по высшему пилотажу. В голове аж приятно покалывает, стрёмно быть здесь, но никапельки не удивляет реакция персонала. Меня не хотят пропускать, сначала лояльно, а затем и указывая моё место. Внутрь прорываюсь с боем. Здесь всё как и обычно. Атмосферно. Дорого. Стояще.       Из девочек сегодня цветочки - ну у них в прямом смысле псевдонимы цветы: Лилия, Розет, Тюльпанна, Астери, Георги и остальные. Это одновременно радует - знакомые морды лиц, но и пиздецки смущает. Раз меня изначально не хотели впускать, значит что-то Алекс им сказал, не столько я дурак, чтобы подумал, что он докладывает о своей личной жизни, но в общих чертах - наигрался я с ним - такое было бы в его духе.       Направляюсь сразу к кабинету - вернее комнате с большим дорогущим, из красного дерева, шкафом и столом и, конечно, как без этого атрибута - пиздецки мягким и огромным соблазнительным диваном. На нём было бы так прекрасно лежать и ждать пока Алекс закончить работу, можно даже бы поглядывать из-под опущенных ресниц на него и получать визуальный кайф, который можно довести и до визуального и феерического оргазма.       Оля, не могу вспомнить её псевдоним, но одна из приближенных Алекса хватает меня за руку и спрашивает чего я тут делаю. Такая, словно ничего не знает, но глазки так и поглядывают на дверь. Мне это пиздецки не нравится, что-то прямым текстом неоновые блымает о чем-то нехорошем. Смотрю на неё и пытаюсь вспомнить, знаю, что она шарит по расписанию, знаю, что она всё по большей мере. - Он ведь там? - спрашиваю и стыдно от того, что голос вздрагивает.       Она смотрит и в её глазах я читаю ответ, ей и не нужно глядеть в сторону. У меня лицо горит от её понимающего и одновременно сожалеющего взгляда. Страшно представить, сколько она знает, что думает обо мне, да и... на многое уже ведь должно быть плевать, слишком уж всё оказалось зыбким... - Не иди туда. Он... - Ещё соври, что занят, - не могу не ерничать, кровь то приливает в мозг, то опять расходится по конечностям, пальчики, суки, немеют. - Что, не хочешь врать? - Владислав, ты... - я отталкиваю протянуть руку и направляюсь к кабинету. В конце ещё едва слышу: - Тебе не понравится, что ты увидишь...       А я вмиг оказываюсь у его кабинета и распахиваю дверь. М-да... я вроде и не удивлён, но... больно. Алекс, весь такой ахуенно-сексуальная сволочь - чёрные джинсы идеально сидят на ногах, ремень с пряжкой тризуба, а сверху... расстегнутая рубашка с коротким рукавом, а цветом морской волны. И красавчик, иначе не сказать, но... распластаная на столе, лишь в белье, с широко-разведенными ногами блондинка и кляпом во рту.       Сука...       Больно. Внутри всё сжимается, я вижу в его руках флогер, один из жёстких, как я уже сумел просветиться. А она лежит вся раскрытая и разгоряченная, покорная - готовая выполнить любое его желание. И я понимаю, что именно такая ему и нужна - Нижняя.       Всё это происходит буквально за несколько секунд и я вылетаю из клуба. Не имею ни малейшего понятия, куда меня несут ноги. Оказываюсь в каком-то переулке и только тогда прислоняюсь к стене. Сердце колотится в истерике, в голове пусто, лишь проносится картинки увиденного - девушка, даже не парень, Нижняя и вся...       Желание чтолибо говорить или просветить его о своих мыслях пропало в мгновение ока. Сразу стал понятен взгляд Ольги и от этого ещё более стыдно, желание провалиться сквозь землю моментально возросло.       Такси. Дом. Алкоголь. Желательно как можно больше, чтобы забыть обо всём. Или о нём, хотя он и всё стало синонимами, но теперь... чувства, что к нему появились стали проклятием. Водка мерзко горит и обжигает горло, внутри всё вскипает с новой силой. Всё внутри сопротивляется этой гадости, что называется напитком, пф, алкоголем! А я вливаю его в себя, так чтобы физическое чувство мерзости и брезгости переросло ментальное, потому что...       Блять.       Слишком больно, слишком тошно, разочаровывает уже в который раз. Сколько прошло - пара дней, а у него уже новая сучка? Белиссимо! Магнифико! Блядский кабель, но...             Чееееееееееееооооооооооооооооорт!       Меня полощет, в физическом смысле и это оказывается не настолько сильной помощью, которую я ожидал. Хуево вдвойне. В квадрате. В кубе, тошнотворно и мерзко. Спасательный сон-небытие накрывает аж спустя более чем через три часа.       ...Просыпаюсь и вижу на часах вечер, а телефон подсказывает, что то вечер следующего вроде как дня. Зашибенно. Голова блядски раскалывается, тошнит, ломит, да и чего-то ебздецки холодно. Температура объясняет моё состояние очень просто. А я и не удивлён, так всегда было - физически довольно сильный и выносливый, но вот если торкнет ещё и морально, то слягу на пару дней точно...       Будит, выводит меня из состояния несостоятельности звонок и в дверь и на телефон. Бесит неимоверно, да и голова раскалывается. Тошнит тоже весьма на уровне - сдохнуть, в общем, хочется очень сильно.       Открываю дверь и вижу явно того, кого не ожидал, вот от слова вообще, и даже не того, а ту...       Марина... Вот это блять ахуй, вот это сюрприз, с херали она тутай? Мы не близки от слова совсем. Я считаю, да знаю, что она с ним явно не за жирненькое пузико, а за дорогой костюм в который он его пакует. За побрякушки, которое появится у неё в гардеробной, за серебро, золото и остальные знаки внимания...       Тошнит теперь и от этого, странно, но в её глазах действительно беспокойство. Неподдельное и искреннее. От этого аж жутко становится. За столько лет отсутствия интереса с её стороны и вот вам! Пиздецки странно, армагедон или что это у нас происходит?       Впускаю её, а она молчит - набрала воды как партизан, а затем тянется своими наманикюреными пальчиками, касается лба - так приятно, руки такие холодные. - Действительно простудился. Иди в кровать падай. - Мягко подталкивает меня в сторону комнаты, а сама идёт в кухню.       А мне в действительности так хуево, что глубоко похуй.что она хотела, на кой она приперлась, я заваливаюсь спать.       В следующий раз меня будит приятный аромат бульона, врубаюсь не сразу, а потом охрениваю от того, что Мари оказывается умеет готовить. А она присаживается рядом, устроив поднос на тумбочке и тихо выдыхает: - Рассказывай...       А мне и хочется с кем-то поделиться этим пиздецом ипонимаю, что мы с ней не в настолько тёплых отношениях. Смотрю на неё и жду, непонятно чего конечно, но ладно. - Нечего рассказывать, - спокойно констатирую я, - приболел. - Это я вижу, только вот болеешь ты очень редко, и не когда чувствуешь себя физически страдающим, а когда случается что-то, что выбивает тебя из колеи.       Отвожу взгляд - не знал, что она такая наблюдательная. Не думал, что она замечает таки детали, уверен - Игорь точно не знает. И мне от этого ощущения так стыдно неловко, что пиздец. Ново и странно, не могу сказать, что приятно, но скребется... - Ты влюбился? - Нет, ну если бы я сейчас пил бульон, то всё было бы прямо на ней.       А я даже не могу слов найти чтобы спросить с чего она взяла, просто в прострации. В ахуе. Она одновременно и настолько близка и настолько неправа, что жуть берёт. Это настолько ебически непонятно, что... не знаю, как реагировать. - Пф, - смешок таки нервный, - с чего ты вообще об этом... - С того, что тебе нравятся парни, а сейчас, судя по всему, появился кто-то особенный. - Она говорит это абсолютно спокойно.       Девушка, женщина, старше меня лишь на десяток, а размышляет удивительно... это женская логика, наблюдательность, или что вообще? Понимаю, что лицо приобретает оттенок персика, а затем и малины, уж слишком неожиданной оказалось её знание моих интересов. - Как ты... - отрицать не имеет смысла, прав был Алекс, не умею я врать. Да и не нужен мне этот навык. - Я не глупая, что бы ты обо мне не думал. Всегда, когда мы ходим в заведения, ты больше внимание обращаешь на мужской персонал или мужчин вообщем. - Она мягко смотрит на меня. - Просто вижу, просто знаю.       Молюсь, чтобы не выглядеть таким же открытым перед Игорем. Уроет же. Причём самим жестоким способом, что придёт ему в больную голову. Нервные клетки быстро-бытсро умирают. Голос пропал, а сердце бьётся в истерике. - Поэтому рассказывай! - И она ощущается такой простой сейчас и мягкой, что рассказать хочется.       Только что вот рассказать, чтобы пиздец был не таким пиздецом, чтобы Алекса не подставить или не выглядеть глупым влюблённым, который паникует о пустяках? Решаю, что слов о том, что он бизнесмен и у него не всё так чисто - достаточно. Реакция Марины удивляет, она смотрит на меня как на дурачка... - Ты думаешь у Игоря всё чисто-бело? - Посмеивается. - Нет, нет и ещё раз нет. Там как знаю и рекет был, и угрозы и... - Замолкает. - Проституция... - И не могу ж сказать больше. - Для клубной индустрии не ново. - Горько улыбается. - Ты детдомовский сам всё понимаешь. В этом нет ничего экстримального и... - А если есть? Если это специфическая проституция? - О том, что это дети сказать не могу. Нет. - Всё добровольное добровольно, - начинает Марина, но я переживаю. - А если я считаю, что это не может быть добровольным?       Теперь она смотрит иначе, гораздо серьёзнее и внимательнее. Словно чувствуя, что я что-то недоговариваю и это ведь так. - Знаешь, слишком уж подозрительно всё звучит и уверена, ты больше и сказать не можешь. - Киваю и слегка улыбаюсь. - Знаешь... - Смотрит так пронзительно, что мне кажется она способна и мысли мои сейчас прочесть, - если ты влюблён, а я в этом не сомневаюсь, то многое для тебя становится не таким важным. Лет четырнадцать назад у Игоря не было животика, но и деньги были не такие. Я с ним не из-за них, по крайней мере были бы они важны и я бы трясла его больше. Когда ты любишь это... сложно, - Кивает сама себе, - насколько бы плохим гадким и прочее не был твой избранник ты видишь это иначе. Даже ужаснейшие его поступки тебе хочется оправдать - это нормально, это глубоко, это чувства... - То есть если я знаю о нем что-то, что любой встречный поперечный бы... а я, я просто не могу теперь на него смотреть, я не думал... - Да, - она присаживается рядом, - ты не       думал, а чувствовал...       И в этой фразе всё. Действительно всё, ведь именно так. Я не думал о том, как он в этом бизнесе явно на высшей ступени, пищевая, блять, цепочка. Не думал вообще ни о чем, его хотелось чувствовать каждой клеточкой кожи, ощущать на всех уровнях.       Он был всем-всем, но при этом я так мало о нем знаю, как оказывается. Вернее я знаю, что положено знать и всё. Просто, что было на поверхности и что весьма легко слетает с его прекрасных соблазнительных губ и... Блять!       Ну просто блять!       А хуже всего то, что после её слов я осознаю, что все таки хочу его увидеть. Хочу его, это не изменилось...             Блю? Люблю...