Душа без Совести

Смыть грязь куда проще, чем кровь.

***

Руки его были в крови.Чувство было просто ужасное - ведь это он виноват. Кровь любимого на руках и на его же руках Осаму потерял сознание. Федор не захотел мучать шатена (во всяком случае, когда он в царстве Морфея).Достоевский вышел из спальни, тихо закрыв дверь и теперь вспоминал те светящиеся ненавистью глаза Осаму… Возможно самое необъяснимое чувство это чувство привязанности.Ты никогда не знаешь когда привяжешься к человеку и насколько сильно.Это словно русская рулетка — сначала ты крутишь барабан револьвера с уверенностью что пуля тебе не выпадет, а когда она попадает тебе в висок единственное что ты успеваешь предпринять — подумать о том что пистолет в руки брать не стоило. Тоже самое чувствовал сейчас Достоевский.Он думал что играет что ему такому холодному и расчетливому лидеру не присущи эмоции.Как он ошибался.Он привязался к Дазаю сам того не осознавая, а осознав — поменять уже ничего не смог. Король интриг и игр сам оказался в дураках по прихоти какого-то Осаму! Ярко-пурпурные глаза Федора светились в темноте каким-то нездоровым блеском.Так думал Достоевский, ведь любовь это лишь дефект. это лишь недостаток который ведет к проигрышу.Его мысли быстро сменяли друг друга — слишком сильно он привязался к Дазаю. Он сломан изнутри и если Осаму догадается об этом то начнет манипулировать ним… Ну и пусть — подумал Достоевски — пусть вьет вревки из меня!.. стоп чего — Достоевский вскочил ужаснувшись собственным мыслям. Лунный свет осветил бледное лицо с запутанными черными прядями.Брюнет был одет в черный шелковый костюм и был похож на потревоженную летучую мышь из мраморной пещеры (коей является особняк Федора) Брюнет не мог больше переносить такого напора собственного сознания.это слишком. Он направился в угол комнаты — там в темноте лежал контрабасс.Протянув тонкие дрожащие пальцы он хотел взять инструмент, но в последенюю минуту предумал. — Слишком уж резкий тембр контрабаса для такой лунной ночи — прошептал брюнет. Комната была теперь уже полностью залита лунным светом.Серебрянные подсвечники поблескивали в лунном свете, а мраморный камин украшенный огромный зеркалом казался главным украшением комнаты.Однако это было не так — каждый уголок был уставлен роскошными вещицами привезенными Федором из разных стран, были здесь и фарфоровые фигурки японских гейш и высокие часы 18 века с серебряными стрелками, но самое прекрасное размещалось посреди комнаты. Это был рояль Sound of Harmony. Федору понадобилось немало усилий чтобы заполучить его.Инструмент действительно стоил того — он был украшен прекрасными узорами с павлинами, которые будто ожили в лунном свете. Федор задумчиво сел за рояль и засмотревшись на звездное небо, провел белыми пальцами по клавишам.Тихий бархатный голос брюнета раздался по комнате и звучание рояля казалось стало еще прекраснее: E buonanotte, buonanotte a chi non riesce a prender sonno E buonanotte, buonanotte a chi insegue un'altro sogno E buonanotte al sole che spegne la luce e va a dormire senza me E buonanotte buonanotte amore buonanotte a te… — достоевский болезененно вздохнул E buonanotte, buonanotte a chi ha chiuso già la porta E buonanotte, buonanotte a chi è fuori un'altra volta E buonanotte al mare che al buio ha paura e le lampare accende già E buonanotte, buonanotte amore e a chi ti vizierà… Боже.что я только что… неужели ты мне так нужен. — Достоевский раздраженно хлопнул крышкой рояля прикусив губы до крови.Теплая струйка крови ползла по шее но ему было плевать.хотелось кричать, но ночь есть ночь. Ночь, темнота — она дарит нам свободу, она же ее забирает. — Чертов Осаму, что же ты со мной сделал! — крикнул Достоевский ни в чем не повинной луне. Не встречал бы тебя… боже никогда не думал, что доживу до такого. Но вдруг Достоевскому пришла в голову мысль.Мысль которая, как в старые добрые времена смогла поменять смысл всего происходящего в лучшую сторону. — Я хоть и влюблен в него… Хоть сейчас и страдаю.Но я уверен — Федор улыбнулся — он будет страдать не меньше чем я.

***

Красный цвет. Кроваво-красное солнце плюется кровью и опускается за горизонт. Красные лучи коснулись окна и попали в белую роскошную спальню, мгновенно окрасив ее в красный. Солнечный свет коснулся лица Осаму — бархатные ресницы затрепетали и кофейные глаза широко раскрылись. Боль. Плевать.Плевать на все боль пройдет — Дазай был весь в шрамах которые начали кровоточили ночью, было видно несколько засосов которые Федор любезно оставил.Кровь на теле успела застыть и теперь неприятно стягивала кожу. Осаму потерял сознания посреди ночи, а очнувшись утром никого не увидел рядом.Вот уже прошел целый день, а Достоевский не возвращался. -Дьявол, мне нужно выбиратся отсюда — будто-бы приказывая сам себе, прошептал Осаму. Неимоверных усилий ему стоило встать с кровати — чуствовалась сильная слабость и все тело ныло. Худые руки, изящные ключицы и стройный торс — Дазай стоял покачиваясь полностью голый.Он осмотрелся в поисках хоть какой-то одежды.На белом кресле рядом со столом висел шелковый халат (Достоевский видимо забыл его здесь). Шатен накинул халат на плечи и завязав пояс, плавно направился к двери. Холодный мрамор обжигал его ступни.Дазай Осаму нажал на ручку двери и она поддалась…

***

— Дорогой мой детектив — тихо прошептал Огай. — Мм — сонно спросил Фукудзава. Он был похож на маленького и взъерошенного серого котеночка, Мори невольно улыбнулся от этой мысли. — У меня пропал ценный сотрудник, так что если ты… — Неужели тяжело сразу сказать его имя, к чему эти прелюдии? — Кажется именно прелюдию ты любишь больше всего.! — издевательски вспыхнули фиалковые глаза. — Мори — вскрикнул детектив краснея.Конечно такие шутки были частью ихнего общения, но он всегда смущался. — Ладно, ладно. — прищурился брюнет — Я говорю о Накахаре Чуе. Фукудзава привстал с кровати и накинул на плечи оливковое кимоно. — Неужели с Арахабаки могло что-то произойти.? Тебе не кажется что Накахара просто решил уйти из твоей организации вслед за Дазаем. Огай побледнел. — Думай что ты говоришь.! Чуя не мог! — Как же тогда Дазай смог.? — ФУКУДЗАВА Он взорвался — Я тут не советов прошу.Я прошу помочь найти того ушлепка чтобы слухи о нем не расползлись по организации. Фукудзава схватил руки Огая и нежно поцеловав сказал: — Сделаю что угодно чтобы найти Чую Накахару