Вкус любви и боли

Я наклонился и коснулся губами его щеки. Она была нежной и теплой, такой приятной, что мне бы хотелось не отрываться. Тимоти издал довольный звук, совершенно сбивая меня с толку. Я был уверен, что еще момент и я сорвусь, скользну чуть ближе и поцелую его в губы, поэтому, чтобы как-то остановиться, я переместился на другую его щеку и поцеловал ее, потом подбородок. И тут мне стало страшно. Я резко отодвинулся и отпустил его. Тимоти лежал тихонько и тяжело дышал. Он ничего не сказал и не попытался сделать что-то, чтобы продолжить это, но совершенно не скрывал того, как он разволновался. Я видел, он либо возбужден, либо совершенно встревожен. И это напомнило мне, что делать так не стоило, ладно, один поцелуй, но зачем я продолжил… Резко выдохнув, я встал с кровати и отправился искать сигареты. Когда нашел, то сел в кресло и трясущимися руками закурил одну. Нельзя было показывать Тимоти, что я не в лучшем состоянии, чем он, нужно было вести себя по-взрослому и просто заставить его спать. Мои чувства и желания здесь ничего не значили. Я не мог пользоваться его проявлениями нежности, наверное, он бы потянулся к любому, кто был бы с ним добр. - Арми… - Тимоти сел на кровати, вглядываясь в темноту. - Я тоже хочу покурить. И в этот же момент он вылез из кровати и подошел ко мне, вставая напротив. Я вытащил сигарету и протянул ему, и он, замешкавшись, спросил: - Можно сесть к тебе на колени? Это было бы чересчур. Мы были почти раздетые, и после этих нежных касаний его лица не было вариантов. Я отрицательно покачал головой. - Кури в кровати, или сядь на кресло, а я лягу. Я старался говорить не грубо, но от нервов выходило так себе. Тимоти резко опустился на пол, садясь рядом с креслом и прижимаясь к моим ногам. Мне стало неловко, словно я не позволил ему сесть ко мне на колени, и теперь он сидел на полу по моей вине. - У тебя большие ноги и ступни, - сказал Тимоти, и по его голосу я понял, что он улыбается. - Я и сам не маленький, - я был рад, что он говорит какую-то ерунду, не хватало еще, чтобы мы начали обсуждать наши поцелуи. Тимоти затягивался и выпускал дым, глядя на меня, хотя в темноте ему, вряд ли, было видно что-то, кроме моих очертаний. - Меня это заводит, - сказал он. - То, что ты такой большой и сильный, но ни разу не ударил меня и не сделал больно. - С чего бы мне делать такое? - Потому что я слабее, ты бы мог делать, что захочешь. И ты знаешь, что я позволил бы, потому что ты мне нравишься. Но ты так осторожен со мной. - Я не бью людей, тем более, никогда бы не стал бить того, кто слабее, это абсурд, - сердито сказал я. - Лео говорит мне, что я только и гожусь, чтобы пихать в меня член, потому что я тряпка. Но если я говорю хоть слово против, он тут же бьет. - Тимоти, мне так жаль, если бы я мог… - мне хотелось снести голову этому Янгу. - Да нет, ничего, я просто часто думаю о том, что меня возбуждает твоя сила, и это заставляет испытывать к тебе желание. - Тимоти, давай, иди спать, что это за разговоры? - я нахмурился, его желание как-то сильно подогревало мое. И в голове начала порхать мысль о том, что, может, не так и ужасно, если бы мы с ним поласкали друг друга, занялись бы чем-то таким, как со Стивом… Янг бы ничего не узнал, и мы бы ничего плохого не сделали… Пока я в ужасе раздумывал над этим, Тимоти прижался головой к моим коленям и молчал. - Давай пойдем вместе спать, я больше не буду, честно, - пообещал он, когда я уже начал всерьез волноваться. Я кивнул, мы снова отправились в кровать, Тимоти молча лег на довольно приличном расстоянии от меня. Но спать мне не удавалось, я думал о произошедшем, глядя в темноту. Думаю, он тоже не спал, потому что постоянно крутился и вздыхал. Кончилось все тем, что мы всё же заснули, но это было уже глубокой ночью. И утром, когда прозвенел будильник, я с трудом открыл глаза. Часы показывали шесть утра, я подумал, что поспать удалось не больше двух-трех часов. Но я не хотел, чтобы давняя мечта Тимоти провалилась, поэтому решил собраться и все приготовить, а потом разбудить и его. Тимоти спал, раскинувшись по кровати, его волосы спутались, а пальцы сжимали подушку. Я поймал себя на том, что стою и улыбаюсь, глядя на то, как он мирно посапывает, даже не подозревая, что скоро его разбудят. Я пошел в душ, затем купил нам кофе в автомате на улице и кое-что из еды, чтобы позавтракать, времени на завтраки в ресторане не было, если Тимоти хотел осмотреть как можно больше всего в Парке. Когда я вернулся в номер, он так же безмятежно спал, но теперь раскрывшись, его футболка задралась, и я отчетливо видел поясницу и ту самую округлую задницу, которую он мне рекламировал. Мысли о том, как я бы мог лечь к нему и ласково поцеловать его в шею, плечо или волосы, пожелать ему доброго утра и притянуть к себе, не давали мне покоя. Я сел на кровать и любовался на открытый участок кожи, задаваясь вопросом, почему меня так сильно привлекает мужское тело. Тимоти заворчал во сне и перевернулся, закрыв мне доступ к этому вожделенному совершенству. Я смирился и тронул его за плечо. - Тимоти, пора вставать, Диснейленд ждет нас. Он не желал просыпаться и недовольно потянул на себя одеяло. Но я не дал ему накрыться и рванул на себя. - Уже утро? - он чуть приоткрыл глаза. - Я спать хочу! - Понимаю, но у нас всего один день, если хочешь всё посмотреть и покататься на аттракционах, то придется встать. Я принес тебе кофе и сэндвичи, ешь скорее. Тимоти сел и посмотрел в окно. Там царила чудесная погода: голубое небо и несколько едва заметных белых облаков, которые неспешно плыли в неведомом направлении, зеленели пальмы, начиналось оживленное движение у дверей отеля, и всё пробуждалось вместе с нами. - А когда мы обратно полетим? - поинтересовался Тимоти, откусывая хлеб и запивая все кофе. - Я купил билеты на завтрашнее утро, снова придется рано встать, так что сегодня нужно лечь пораньше. - А ты со своей женой спал в одной кровати? - Тимоти имел способность спрашивать совершенно неожиданные вещи в совершенно неподходящий момент. - Конечно, когда мы жили вместе, - я с удивлением взглянул на него. - Почему ты об этом спрашиваешь? - Ты, вроде, говорил, что у вас было не очень хорошо с сексом… - он осторожно посмотрел на меня. - Я думаю, как она могла спать с тобой и не хотеть этого? Это сложно… - Так уж прям! - я усмехнулся, но, конечно, мне было приятно, что он так высоко меня оценивает. - Если бы я был твоей женой, я бы всегда тебя хотел, - Тимоти допил кофе. - А ты ее хотел? - Одевайся и пойдем, - я улыбнулся, - это вообще не важно. Я, конечно, ожидал, что Тимоти будет счастлив попасть в Диснейленд, но я и подумать не мог, что он заставит меня так умотаться, бегая от одного места к другому, катаясь на горках, отстаивая очереди и все фотографируя. К середине дня я мечтал только о том, чтобы мы хоть немного отдохнули, еще я был дико голодным, а он кричал, что там еще много аттракционов. Пришлось заверить его, что мы сходим на все, но взмолиться посидеть хотя бы полчаса в кафе и перекусить. Кафе было выполнено в стиле домика Микки Маусов, и эти мыши были там повсюду, даже еда была в форме этих лиц и ушей. - Зачем ты расковырял там, где лицо? - крикнул Тимоти так громко, что я даже вздрогнул. - Надо было с ушей начинать! - Прости, я не знал, - усмехнулся я, когда понял, в чем дело. - Я никогда не ел такой интересной еды, смотри, тут морковка в виде бантика! - он поддел ее вилкой и протянул мне. - Съешь, я тебя покормлю. - У меня такая же, - возразил я, думая, что на нас все смотрят. - Хочешь, покорми меня своей, - он облизался и улыбнулся. - Тимоти, веди себя скромнее, что подумают вокруг сидящие, ты не очень-то похож на моего сына… Он засмеялся и осмотрелся вокруг. - Папочка, да мы же с тобой - одно лицо! Я накрыл его руку на столе своей ладонью. - Тимоти, я сейчас отведу тебя в Дом Ужасов и оставлю там одного, если будешь так себя вести, - полушутливо сказал я. - Пошли, там темно и мы сможем обниматься, - он улыбался мне и выглядел очень счастливым. - Ты неисправим, прошу, давай поедим и отправимся дальше гулять. Тимоти согласно кивнул и вел себя хорошо весь оставшийся обед. Потом мы снова катались на аттракционах, я покупал ему сладкую вату, которой он пытался меня кормить, в итоге, сам весь перемазался и меня чуть не перемазал. Уже под вечер я купил ему дурацкие красные рожки, которые светились в темноте и такие же красные вилы, и он бегал за мной и кричал, что я просто ангел, но он обязательно заставит меня перейти на темную сторону. У меня это вызвало сильнейший смех, однако, когда он пару раз попытался воткнуть мне вилы в бок, я отобрал их у него и пообещал следующим предметом отобрать рога. Он немного угомонился. А потом было красочное шоу, парад, фейерверк, Тимоти был в восторге, мне показалось, что у него даже слезы выступили на глазах, так он радовался. Я был счастлив за него, я не мог вспомнить, чтобы я сделал кого-то по-настоящему счастливым, а Тимоти, кажется, мне удалось сделать хотя бы очень довольным, и это так сильно меня ободряло. В самом конце мы, всё-таки, пошли в Дом Ужасов. Страшно, конечно, не было, но то, как Тимоти взвизгивал и жался ко мне при каждом выскакивавшем актере, умиляло, и мне нравилось, как он хватался за мою спину или плечи, как вцеплялся в мою руку, я бы хотел, чтобы этот дом был размером с замок и не заканчивался. Но всё хорошее заканчивается, и день подошел к концу. Когда мы приблизились к отелю, выяснилось, что номер нам поменяли на другой, из тех, что были свободны, так как изначально мы бронировали одну ночь. Войдя в комнату, первое, что я увидел - это две отдельные кровати. И это почти заставило меня с облегчением выдохнуть. По крайней мере, была надежда, что я избегу многих опасных ситуаций, и мы сможем выспаться. Но Тимоти, кажется, был расстроен. Он стал грустным и забрался на кровать, садясь к спинке, и молчал. - Тебе не понравилось? - спросил я его, снимая лишнюю одежду, потому что собирался сразу сходить в душ и лечь. - Всё было замечательно, - он улыбнулся, но что-то эта улыбка не внушала доверия. - Ты грустный какой-то, - я остановился и смотрел на него. - Не хочу ехать обратно в Нью-Йорк. Я бы хотел быть тут, с тобой, здесь спокойно. Я молчал. Что я мог сказать? Конечно, я понимал, что Тимоти не хочет, кто бы захотел на его месте?! - Не расстраивайся, может, все еще будет не так плохо… - сделал я какую-то жалкую попытку его успокоить. - Я в душ схожу, или первым пойдешь? - Нет, иди, я посмотрю телевизор, - он покачал головой. В душе меня преследовали мысли о том, как же можно помочь Тимоти. Я не видел какого-то выхода, а мерзкий голосок в голове опять начал уверять, что, приласкай я его, ему было бы легче. Я противился этому голосу, надеясь, что что-то придумаю, но единственное, что я мог придумать - это надеяться, что Янг потеряет интерес к Тимоти и сам его отпустит. Хотя, конечно, сразу же я думал, что работать у моего босса, когда Тимоти там не будет, уже не имеет смысла. Вернувшись в комнату, я сразу заметил, что Тимоти нет. Его не было не только в комнате или на балконе, не было и его рюкзака. В первую секунду я просто застыл, в ужасе осматривая номер. Я отказывался верить, что он сбежал, я думал, что он пошел в автомат за напитком или еще куда, может, сейчас вернется… Но прошел час, два, а Тимоти так и не появился. Я сидел на кровати, курил и смотрел на часы, не зная, что мне делать. Звонить Янгу? Придумать что-то? Может, и к лучшему, что он сбежал? Однако, моя судьба в таком случае не внушала надежд на благополучный исход. Вдруг раздался телефонный звонок. Я даже подскочил на месте, думая, что это звонит мистер Янг, который уже что-то узнал. Но на экране высветился неопределенный номер. - Да, - упавшим голосом ответил я. - Арми… - черт, это был Тимоти. Я встал с кровати и взволнованно спросил: - Тимоти, где ты? - Я хотел сбежать… - тихо сказал он. Я молчал. Что я мог ответить? Угрожать ему или умолять вернуться? Думаю, на его месте я бы так же поступил. Я не произнес ни слова и просто слушал. Он тяжело вздохнул и добавил: - Я не могу. Он тебя убьет, если ты без меня вернешься. Лучше пусть меня убьет, ты не виноват, - я почувствовал, что голос у него какой-то заплетающийся. - Тимоти, где ты? - не надеясь на ответ, спросил я. - Я из автомата звоню… Тут заправка рядом, выезд на шоссе, сразу за Диснейлендом. Ты можешь забрать меня? - жалобно пробормотал он. - Да, я сейчас приеду. Жди. Быстро надев одежду, я вылетел из номера и бросился к ресепшену, умоляя поскорее вызвать мне такси. Скоро машина приехала, и я сразу сказал водителю, куда мне надо. Это было недалеко, меньше десяти минут, и я увидел и заправку, и автомат, рядом с которым сидел Тимоти, прямо на поребрике, в руке у него была небольшая бутылка чего-то прозрачного, я так понял, что это джин или водка. - Прости меня… - воскликнул он, почти падая мне на ноги, когда я быстро подошел. - Ты меня в Диснейленд привез, а я, тварь, я хотел тебя подставить… - он захныкал и присосался к полупустой бутылке, морщась. - Тимоти! Пойдем скорее в такси, я отвезу тебя в отель, - я кое-как поднял его и дотащил до машины. Он все всхлипывал и просил прощения, а в машине затих и вцепился в мою руку, нервно ее поглаживая, второй сжимал свою бутылку, наверное, боялся, что ее отнимут. К счастью, уже совсем скоро мы были в отеле. Я закрыл дверь и усадил его на кровать, вздыхая с облегчением, потому что я не слабо так напрягся, будучи уверенным, что Тимоти не вернется. - И что это ты пьешь такое? - с укором спросил я и хотел забрать бутылку. - Нет, не отбирай, - пробормотал он. - Это водка. Я напьюсь, чтобы мне было хорошо. - Завтра тебе будет плохо, хватит, - я мягко взялся за бутылку, но он дернул на себя и не отпустил. - Ты меня простишь за то, что я хотел сбежать? - грустно спросил он, почти не глядя на меня. - Я не сержусь, я тебя понимаю, Тимоти, я бы хотел тебе помочь… - я погладил его по голове. - Я поэтому и вернулся, ты, ведь, добрый, и я еще хотел… - он снова отпил из бутылки. - Хотел с тобой провести ночь, дома нам не удастся… - Ладно уж, чего ты один пьешь, пойду хоть пива себе возьму, - я улыбнулся ему, надеясь, что он успокоится. - Подождешь? - Да, купи сигарет еще, - попросил он и устроился поудобнее на кровати. Я купил в минимаркете на первом этаже несколько бутылок пива и сигареты. Кажется, у меня был сильный стресс, я только сейчас понял, какая опасность мне могла грозить, если бы я его потерял. И, в принципе, терять его не хотелось и по многим другим причинам. Было около девяти вечера, когда я вернулся в номер. Тимоти сидел в том же положении, иногда отпивая из бутылки. Я сел рядом с ним на кровати и открыл пиво, отпивая и наслаждаясь тем, что снова всё относительно хорошо. Тимоти смотрел на меня, как сонный кот смотрит на хозяина, что его гладит. - Ты уже пьяный, не пей больше, - с улыбкой сказал я. - Какой ты красивый, - улыбаясь, ответил он. - И ты тоже очень красивый, - я решил, что такие комплименты делать позволительно, пиво немного расслабило меня, и когда оно подошло к концу, я был почти спокоен. Тимоти прижался к моему плечу и сидел так, молча и даже не шевелясь, я был уверен, что он уснет через пару минут. Но, когда я потянулся за третьей бутылкой пива, то услышал его голос: - Когда у тебя в последний раз был секс? - Не помню, - я передернул плечами. Я не запоминал особо, ну, да, была та девица и происшествие в машине, может, не так и давно… Разве это имело значение? - Мне кажется, ты какой-то напряженный… - он положил руку мне на колено и погладил, поворачиваясь и заглядывая мне в лицо. - Да, знаешь, я немного обеспокоился, когда ты исчез, - я усмехнулся. Его глаза были такие опасные, он словно что-то задумал, и это меня немного насторожило. Почему-то, я ничего не сказал ему про ладонь на моем колене, подумал, что это мелочь, ничего страшного. Тимоти резко сполз на пол и раздвинул мои ноги, устраиваясь между них. Я даже сказать ничего не успел, а он уже опирался ладонями на мои колени. - Арми, - он посмотрел на меня с мольбой и чуть ли не слезами на глазах. - Прошу, не отталкивай меня. - Тимоти, что ты… - я понял, что я совсем слаб сейчас, после этого стресса, пива, а он уже стоит на коленях, и я даже не смел шевельнуться. - Завтра опять придется делать все это с Лео, - жалобно сказал Тимоти. - А я так хочу, чтобы было что-то с тобой… Можешь закрыть глаза? Тебе ничего не нужно делать… - Тимоти, ты пьян, давай я уложу тебя спать, - я уже в тот момент вполне осознавал, что вовсе не хочу его останавливать. Я хотел, чтобы это поглотило меня, чтобы просто сейчас, в один из всех наших вечеров, мы забыли обо всем, тем более, он сам сказал, что я ничего делать не буду. Он покачал головой и снизу начал расстегивать мою рубашку, путаясь в пуговицах. Я словно застыл, когда все это начало происходить. С ужасом и волнением я смотрел на то, как его тонкие пальцы расстегивают пуговицу, еще одну, а он торопился, наверное, боялся, что я его сейчас оттолкну. Я чувствовал вину и стыд, и все равно желание было большим из них. Тимоти расстегнул три пуговицы, вытащив рубашку из брюк, и тут же припал к моему животу, целуя его губами, нежными сладкими губками, которые так сводили меня с ума. Я застонал в голос, думая, что у меня с головой плохо, как я мог это допустить? Тимоти расцеловал весь живот и остановился на пупке, засовывая туда язык. Мой член тут же начал вставать, я был в шоке, он так умело и сладко вылизывал, целовал и говорил: - Арми, ты так хорошо пахнешь, мне нравится, позволь мне, прошу… Уже тогда я знал, что позволю, хотя надеялся, что еще можно как-то остановиться. Но ровно до того момента, как он взялся за мой ремень на брюках и потянул на себя. Тогда я в последний раз попытался и сказал слабо: - Тимоти! - Представь, что я девушка, будет хорошо, я клянусь. Он положил вторую руку мне на член и сжал через брюки. - Ты хочешь, ты возбужден. Кажется, осознание этого вдохновило его еще больше. Он сразу же начал расстегивать ремень, а я просто смирился. Я, наверное, думал, что ничего такого, никто не узнает, он и сам пьяный, один раз и всё, мы не будем говорить об этом. Тимоти расстегнул мои брюки, наклоняясь и обхватывая ртом член поверх трусов. Я закрыл глаза. Его рот был так нужен, он был всем, что я хотел. Я был полностью возбужден, и уже ничто бы меня не остановило. Тимоти посасывал член через мгновенно промокшую ткань и чуть покусывал, постанывая так, что я просто сошел с ума, опираясь на руки сзади и позволяя ему. Мне многие сосали, но никогда еще я так этого не хотел, а он еще даже трусы с меня не снял. Через несколько мгновений он потянул с меня штаны и трусы, друг за другом, я приподнял бедра и позволил ему снять. - Ммм, я так и думал, у тебя большой член, такого у меня еще не было… - Тимоти взял мой ствол в руку и погладил. Я вздохнул, не веря, что это происходит. Он трогал мой член своими тонкими умелыми пальцами, немного надрачивая его. Было так волнительно и приятно, что я не выдержал и посмотрел на эту картину. В этот момент Тимоти наклонился и провел языком от основания до самого кончика, останавливаясь на головке и слизывая смазку. Я охнул и сглотнул, снова закрывая глаза, не в силах даже представить, что будет дальше. Он водил губами по головке, хоть я этого и не видел, но ощущения доводили меня до звезд в глазах. А когда губы сменил проворный язычок, который начал щекотать уздечку и мимолетом касаться головки, я застонал снова и взял его за затылок правой рукой, хоть и не хотелось как-то давить. - Я обычно глотаю член, не знаю, у тебя большой, может не получится, но я буду стараться, - сообщил он мне и забрал ствол в рот, сжимая губы и отсасывая так, что мне было бы плевать, если бы даже Янг вошел в эту самую минуту. Черт, если бы Тимоти сосал мне каждый день, я бы был счастливым человеком. А он еще и половины не забрал. Но как же я приятно удивился, когда головка коснулась его горла, заставляя меня охнуть и толкнуться самому. Тимоти был профессионалом, и он сосал так, что я уже скоро почувствовал приближение оргазма. Но мне очень не хотелось заканчивать, раз я дорвался до такого удовольствия, потому что я был уверен, больше я себе этого не позволю. Я чуть остановил его и вытащил член из сладкого рта. Он облизывался и смотрел на меня покорно и выжидающе. Я не знаю, что на меня нашло, но я взял член в руку и провел по его щеке. Он улыбнулся и, быстро найдя его губами, поцеловал. - Ты скоро кончишь, - сказал он и развратно полизал языком напряженный член. - Я всё проглочу. Или хочешь на лицо? - Боже, Тимоти, заткнись, - я закрыл глаза. Мне стало стыдно на секунду. - Хочешь, я надену платье, у меня есть с собой, - с жаром сказал он. - Или, давай, включи порно, можешь не смотреть на меня, будешь представлять… - Тимоти, просто молчи! - я приоткрыл пальцами его губы и вставил член обратно, чувствуя себя чудовищем. Но теперь уже было все равно. Я хотел трахнуть его в рот, кончить и потом уже думать о том, что я сволочь. Тимоти покорно забирал член в рот, глотал его и протяжно стонал. Из его рта текла слюна, уже весь подбородок был мокрый, а он даже не пытался остановиться. Я уже давно положил руку ему на голову и насаживал так, как мне нравилось. А мне нравилось то, как мои пальцы путались в его мягких волосах, и я сходил с ума, понимая в уголках подсознания, что это один раз, больше такого не будет, а мне хотелось еще, хотя я даже не кончил. Тимоти не только не отвлекался, он мял мои яички и даже не выразил как-то свою усталость. Я кончил неожиданно, начиная толкаться резче и с наслаждением глядя на него. Почти сразу я вытащил член, и капли спермы со слюной потянулись от его губ, это свело меня с ума, и я толкнулся еще, чтобы оставить все там, в этом восхитительном ротике. Я был в шоке от того, что случилось. И мне стало так невыносимо стыдно перед ним, что я решил наплевать на свою гетеросексуальность и сделать ему приятно тоже. - Залезай на кровать, - задыхаясь, сказал я. - Зачем? - он улыбнулся с интересом, наверное, решил, что я его трахну. Как только он оказался сидящим рядом, я полез рукой к его штанам, но он оттолкнул меня. - Что ты делаешь? - Всмысле? - я был растерян. - Ты же хочешь… Я не умею особо… Но ты же тоже… Давай, я потрогаю, - умирая от стыда, сказал я. Как я мог не сделать ему приятно, если он только что вознес меня на небеса?! - Не надо, - он застенчиво улыбнулся. - Я не хочу. Я не знал, что на это сказать, то, что у него выпирало в джинсах, было очевидно. Может, ему вовсе не хотелось, чтобы я к нему прикасался? Но как же объятия? Поцелуи? - Тимоти… - я в замешательстве посмотрел на него. - Я не знаю… - Арми, тебе понравилось? - он протянул руку к моему еще не опавшему члену и погладил его. - Да… да! Но я… Тимоти, понимаешь… Я не знал, как оправдаться. Я был настоящим придурком, который тоже, как и Янг и все остальные, залез к нему в штаны. Теперь я чувствовал в отношении себя лишь злость. - Это же минет, ты не гей, не волнуйся, не важно, кто сосет, не расстраивайся, - он еще меня и успокаивал?! Я был в ступоре. - Я в ванну схожу, ты ложись, отдыхай, - ласково сказал он и ушел, оставив меня одного с чувством гложущей совести. Пришлось привести себя в порядок и лечь. Я погасил свет, но подозревал, что до утра я не сомкну глаз. У меня была почти паника - как мы теперь будем с ним общаться? Я все испортил. Наше близкое дружеское общение… Теперь он воспринимает меня, как одного из тех мужиков, которые его пользовали. Я горько вздохнул, понимая, что у меня сердце разрывается от жалости к нему и желания сделать ему приятно. Но даже этого он мне не позволил. Тимоти вернулся через полчаса, не меньше. Он тихонько прокрался до моей кровати и лег с краешка, отворачиваясь на бок. Конечно, так я и думал, все кончено, теперь он меня и знать не хотел. И тут еще раздался телефонный звонок. Пришлось взять трубку. Звонил Янг, он, видимо, путался в часовых поясах и даже не знал, где мы и сколько у нас времени. - Ну, как дела? - поинтересовался он. - Выгулял мальчишку? - Всё хорошо, - кратко сообщил я. Мы утром летим в Нью-Йорк. - Да? А я думал, вы уже в Нью-Йорке… Ну, ладно. Он нормально себя вел, я надеюсь? - Да, - уверил я его. На этом разговор и закончился, Янга мало интересовали подробности. Я положил трубку и посмотрел на Тимоти, он лежал в том же положении, отвернувшись, словно его это вообще не касалось. - Тимоти… - позвал я. - Мм? - он, конечно, не спал, но и не повернулся. - Прости меня, я не должен был. Я… Не знаю, что на меня нашло. Он повернулся и тронул мое плечо кончиками пальцев. - Мне понравилось, очень. Я надеюсь, ты снова захочешь. Ты был нежным, я понимаю, что ты не можешь целоваться и секс… Но я мог бы иногда делать тебе минет. Можно? - Тимоти, нам нельзя… - я не знал, как еще объяснить то, что мы не можем этого делать. - Ну, ничего, - он убрал руку. - Я буду вспоминать хотя бы то, что было. Ты только не сердись, ладно? Он отодвинулся и повернулся ко мне спиной. Я чувствовал себя просто чудовищно, я хотел сделать для него хоть что-то. - Тимоти, может, я хоть обниму тебя и будем спать? - виновато спросил я. Тимоти сразу же встрепенулся и пополз ко мне, утыкаясь в мою грудь, но сам не обнимая, так и улегся, рассчитывая на меня. Я обхватил его руками и прижал к себе, наслаждаясь такой близостью, и это было не хуже минета. Каким же я был дураком, думая, что если получу немного желаемого, то успокоюсь, сейчас я вовсе не чувствовал спокойствия. Мне казалось, что то, что случилось, приведет нас к чему-то очень и очень нехорошему, словно мы ступили на минное поле, и теперь смертельный взрыв был лишь вопросом времени.