Не смей меня разочаровывать.

Антон без зазрения совести разглядывал мужчину. После получаса, проведённого на холоде, он считал, что теперь может позволить себе делать что душа пожелает со своей добычей. У Арсения были острые черты лица, нос идеальной формы, забавно "разрезанный" пополам. Шастун вспомнил, что слышал о том, что самые прочные пары - это те пары, в которых у партнёров похожи носы. "М-да...Брехня, а я ведь всем друзьям про это затирал", - недовольно отметил Антон и вернулся к изучению соулмейта. Густые чёрные волосы, бесщадно электризовавшиеся в тёплом салоне машины лезли на глаза. Шастун часто спорил с друзьями о то, какого цвета та или иная вещь, со знанием лучшего кутюрье он говорил что это - сиреневый, а то - слоновая кость. Здесь он был уверен, что это самые выразительные глаза хуй поймёшь какого цвета. Голубые, синие, хамелеоны - плевать, ведь они до смерти красивые. Шастун мысленно сравнил его с Белоснежкой и, не собираясь таить свои мысли, задумчиво протянул, потирая подбородок: -Ты мог бы быть братом Белоснежки, знал об этом? Или предпочёл бы быть принцем, который спасает её поцелуем, полным чистой и нежной...любви?- зелёные глаза, пытая собеседника, уставились на него в ожидании ответа. Так Шастун собирался убить двух зайцев одним выстрелом: и избавиться от повисшей паузы и, в первую очередь, узнать о его отношении к тому, что Антон - парень. Гениальная мысль о неожиданности Арсения от встречи с соулмейтом, который оказывается парнем нагоняет его в тот неумолимо длинный час на улице. Если так, то это заметно облегчает ситуацию для самого Шастуна: он и себя бисексуалом с горем пополам признал, парочке друзей с этим помог, а значит с Поповым проблем возникнуть тем более не должно. -Там ты казался стеснительным, - наконец оторвавшись от отбивания какого-то бита по рулю сказал Арсений, поднял на парня взгляд и тут же обжёгся об него. Задумчиво прикусил губу, - что ж, у принцев слишком много обязанностей, а брат Белоснежки, имея такую добрую сестру, после свадьбы с принцем точно не остался бы в нищете. Я нанял бы гномов на постройку уютного жилища где-нибудь поближе к реке и жил бы припеваючи. Так что определённо братом. -Я давно себе цель поставил - встретить соула и ни в коем случае не стесняться, а то проебу ещё, -буркнул Шаст, но тут же расправил плечи, - Спасибо, что не сказал принц, я б сразу понял, что ты это так намекаешь, что не геюга, - хитро улыбнулся Антон, явно довольный интересным ответом Арса. -Чего? Я вообще ни о каких подтекстах не задумывался, - прошептал Арсений, переключая внимание на множество колец на длинных тонких пальцах Шаста, - давай прямо, я был бы более рад, окажись ты девочкой, потому что теперь, уж прости, никто о нас из моей родни не узнает. Не хочу их огорчать, - прикрыл глаза мужчина, ёжась от происходящего вокруг. Не хотел он его вообще находить, но говорить Антону об этом точно было необязательно. -Вот как значит, - Антон потупил взгляд, - не проблема, я понимаю, - Шастун улыбнулся и, удовлетворив своё давно появившееся желание, потрепал арса по голове. Попов поднял брови, с облегчением выдохнув. - Соулмейтам ведь не всегда нужно любить друг друга. Дружить будем, — с этими словами Антон нарочно по-дружески стукнул Арса по плечу и вышел из машины, по ходу доставая и закуривая любимые Парламент. Воздух неприятно обжёг лицо, отчего он сильнее закутался в пальто, позволяя себе парочку секунд ни о чём не думать, пуская всё на самотёк. Попов такую новость от мальчишки принял ужасно скептически, но отказываться не хватало благородия. Его, в конце конов, такой расклад событий очень даже устраивал. Он вышел из машины, крикнув: -Антон, подвезти тебя куда? Садись в машину, замёрзнешь. Парень послушался и сел. Поинтересовавшись у Арсения занят ли он ближайшее время и получив отрицательный ответ, он назвал адрес. Они приехали спустя сорок минут ко входу в какой-то неизвестный Попову парк. Он выглядел старым и молящим о реконструкции. -Так ты здесь живёшь? - насмешливо изогнул одну бровь Арс, - или тебя отсюда заберёт кто? -Дурак вы, Арсений, - развернулся на него Шастун, - нас, вообще-то, тянет друг к другу безумно, что ни поделай, будь мы хоть друзьями, хоть родственниками. Ну, меня - да, вас - не знаю, кажется, нет, — затем он воодушевленно добавил, несмотря на недовольный взгляд Попова, — Давайте, что-ли, прогуляемся! Это моё любимое место - улыбнулся Антон. Арсений, как сильно он не хотел бы сейчас под холодный душ и в кровать после тяжёлого дня, отказаться не мог даже чисто физически — что-то не давало ему уйти, казалось, уйдёт сейчас и потеряет что-то важное, потеряет отличного собеседника. Антон показался мужчине забавным парнем, вдвое младше него. Попов, сложа руки в карманы, нахмурился: —Тебе лет сколько? —Арсу хватало и того, что его соул оказался парнем. —А сколько дашь?— не оборачиваясь бросил Антон, — Хотя бы один ради интереса, а? Разве тебе не интересно, появлятся ли всякие искорки и свечения, ну, в процессе ... Ощущения наверняка будут другими, отличными от тех, что происходят не с соулмейтом. У нас ведь по-о-олное сочетание друг с другом должно быть, да? В таком случае, ты садист, Арсюш, — он ухмыльнулся, — даже если ты раньше в себе этого не замечал, теперь знай, у-у-у, — задумчиво протянул Шаст. Арсений, выдержа театральную паузу после монолога на свой обыкновенный вопрос, задумался точно ли это его соулмейт. Он привык получать краткие, содержательные ответы на его четко поставленные вопросы. Обмен словами, не более. Поэтому приятная лёгкость, разлившаяся по всему телу после слов парня заставила его съежиться от непривычки. Он даже улыбнулся: — Заслужишь — дам, — заметив, как Антон вздрогнул от его слов, самодовольно продолжил, — копание моего огромного огорода - дело явно интимное... Я с дедом копал и ничего не чувствовал, разве что усталость. С тобой, Антон, я уверен: дело по-другому пойдет. Мне, кстати, 26, — подумав, что может так подросток насторожится и начнет вести себя более сдержанно. То есть так, как и нужно самому Попову. У Шаста голова начала медленно закипать. Большой огород? Это он что так завуалировал?.. С дедом? Нет, начинается что-то явно противозаконное. Вспомнив, что мужчина, идущий позади намеков не любит и не понимает, догадался, что речь шла действительно про огород. «Забавно», — подумал он. —Друг мой говорил, что мой соул окажется старым богачом, да назовёт себя моим папиком, что ж, — Антон коснулся свисающей с ели ветки, усыпанной горкой снега и лёгким движением руки уронил его на землю — туда, где ему самое место, — старый есть, а вот богатый...Вспоминается мне местечко, где мы были час назад. Оно явно графское, старинное и каждую его дощечку на аукционе возьмут за парочку миллионов, — хмыкнул Шаст, сбавляя шаг, позволяя мужчине поравняться с ним. Арсений искренне рассмеялся, кладя руку на плечо парня. Будто резко вспомнив о чем-то, он вскрикнул, а затем тут же закрыл себе рот, не ожидая от себя такого. —Какая у тебя буква, Антон?—с нескрываемым любопытством задал вопрос Арс. —Хм, Т, — Антон по инерции погладил свой указательный палец большим, — у тебя? —Тоже. —Ха, из них можно смайлик составить. Ну, тот, который плачет. Парни наконец прекратили свой длинный путь по длинной дороге, укрытой снегом. Антон указал на скамейку, стряхнул с неё голыми руками небольшой слой снега, получив недовольный взгляд Арсения, показывая ему свою руку в перчатках. Пожав плечами, он уселся, а старший рядом с ним. Попов огляделся вокруг. Ели, ели и ещё раз ели вокруг. За трубой, являющейся перегородкой и обозначающей, что внутри — парк, а за ней — цивилизация, виднелся садик. —Твое любимое место, говоришь? Почему? —Да я не особо ебу почему. В детстве тут гуляли с другом. Всё. —Просто в Питере так много мест замечательных, — заметил Арсений. —Это да. Посидев минуту-две в молчании, в которые Антон боролся с ужасно сильным движением провести до сих пор холодной рукой по бледной щеке мужчины, усыпанной родинками, спросить нравятся ли они ему. Он смотрел, как гармонично вписывается Арсений в пейзаж: его синие глаза и смольные волосы контрастно мерцали на белоснежном фоне. Тёмная одежда отлично подходила к глубинно-зелёной окраске деревьев вокруг. Снег перестал идти, оставляя их в обволакивающей атмосфере леса. Антону нравился этот человек. Он мало с кем общался: окружающие его не интересовали, либо они не сходились мыслями. Ещё с первых минут знакомства чувствительный Шаст мог понимать его ли это человек. Иногда чувствовал, что не его, но собеседник его в конечном итоге обязательно чему-то научит. К таким людям его тянуло неимоверно сильно. Так, как сейчас к Арсению. —Может это буквы в слове театр? — предположил Арсений слегка хриплым тихим голосом, — Ты как, думаешь вообще оставаться? Я Лизе объясню, придумаю что-нибудь, перепройдёшь в нормальных условиях. —Нет, конечно, не планирую, — улыбнулся Антон, — Я ради друга ходил, и я уже там понял, что не хочу, не моё, — Антон заметил как Попов поджал губы, — Я просто ссыкун. Арсений ничего не ответил. Только спустя пару минут прошептал: —Тот, тут... Томат, тайм-аут, таксист, — руководствуясь логикой что их буквы должны образовать какое-то слово, начинающееся на т и заканчивающееся на ту же букву. —Таксистом ты будешь, дядь, если продолжишь в этом сарайчике работать, — улыбнулся Шастун.