Не смей меня разочаровывать.

-Удивили так удивили, Шастун, — Елизавету не было так просто удивить, за прошедшие годы работы она видела ребят куда интереснее, её саркастичный голос прорезал воздух спустя пару секунд после выступления парня. -Могу я вас попросить… — она задумалась, прикинув, что до этого в комнатку заходил его друг или знакомый, и он мог передать Антону что просят делать, так что Елизавета давала каждому новоприбывшему индивидуальное задание, — Арсюш, подойди. Попов зачарованно встал, поправил подтяжки и с как можно более расслабленным видом подошёл. -Сейчас я попрошу Антошку сыграть любовь, подыграешь, если что, — она задумчиво растягивала это предложение, будто смакуя его «на вкус». Такого она ещё за сегодня не предлагала.Со стороны это было глупо и опрометчиво просить сыграть что-то настолько сложное для новичка, казалось, что у наставницы просто кончились идеи. Арсений кивнул и послушно встал рядом, смотря Антону прямо в глаза. Парень выше его, долговязый и глаза зелёные. Вдаваться в подробности и разбрасываться эпитетами у Попова не было ни времени, ни сил. И, о, озарение! До Шаста оно снизошло даже быстрее: он аккуратно, но быстро взял незнакомца за палец, поднёс его к губам и чуть не упал, почувствовал неимоверное наслаждение от того, что боль наконец ушла. Антон прокашлялся и понял, что ему не надо играть любовь. Он слишком сильно желал встретиться с её глазами. Вышло, конечно, с его, но тоже пойдёт. Неважно! К чёрту всё! Он не совсем понимал что говорить, поскольку определённой ситуации ему не дали. Решил импровизировать. Он чуть боязливо положил ладонь на щёку партнёра и большим пальцем трепетно пробежался от верхней к нижней губе. Сделал аккуратный шажок вперёд и позволил отдаться моменту, подавшись вперёд он обвил руками буквально не дышащего Арсюшу. Не знал он как его звать-величать. В голову въелось «Арсюша», как его назвала Черемных. Его Арсюшу. Парень улыбнулся, учуяв терпкий аромат мужских духов. Шастуну подобные ароматы не нравились никогда, более того — он в детстве от запаха таких духов в машине блевал. Сейчас они казались другими, будто все лучшие создатели духов собрались вместе и создали сие чудо, теперь ласкающее нос Шастуна Антона Сергеевича. Никогда ему ещё не было так приятно стоять. В следующее мгновение его оттолкнули, кажется. Причём неслабо — Шаст от неожиданности чуть не грохнулся на пол. Он не видел, что для смены обстановки Попову шепотом сказали его толкнуть. Он быстро перевел взгляд на Черемных, она с упрёком смотрела на Арсения. Антон быстро всё понял по-своему и стал уверен, что это было инициативой самого Попова. На самом же деле Елизавета не ожидала, что её подопечный так не рассчитает силу удара. К своему счастью, он не показал непонимания на лице, ведь это гласило бы о его полном неумении подстраиваться под ситуацию на сцене. Он поступил лучше. Отступил, не отводя взгляда от синих глаз, захватил телефон, который он при входе небрежно кинул на табуретку и убежал. Не каждый может справиться с такой нагрузкой и Шаст с его шаткой нервной системой — тем более. Арсений вдохнул, как в первый раз и отмер, сильно при этом вздрогнув. не крикнул парню ничего вслед — было бы странно. со стороны это ведь не его дело. разберётся позже. Антон пулей еле пробрался через стулья и вылетел из здания, повернув за его угол остановился и спрятался. Он сполз по стене не драматично — он плюхнулся, подгибая ногу и закидывая на поджатую ногу руку уже с сигаретой. «курение убивает» — Антон тупо пялится на упаковку, неспособный связать буквы в слова. кажется, сидит так около минут так десяти. это как выйти с экзамена и не чувствовать радости из-за ещё не отошедшего волнения. накрывало постепенно, и первое, что Антон вспомнил — грустный и настороженный взгляд соулмейта. он не рад? огорчён, что Шастун оказался таким? страшным, неловким? неправильным? может, ему вообще показалось и не было никакой боли в пальце, а у него психосоматика? эта мысль ударила в голову слишком резко и Шастун вскочил, хватаясь за голову. -Ай-ай-ай, — простонал он, — думал, не натворил ли глупостей только что. может и правда показалось? выставил себя идиотом! но в пару к этой идее встала другая, опьяняющая: «эти глаза не могут быть мне неродными». мысли закружились в вальсе, заставляя их хозяина массировать себе виски. холодный зимний ветер отрезвляюще ударил по лицу, обжигая бледную кожу Антона. сигарету он растоптал, не задумываясь об экологии: не осмелился заходить обратно ради мусорки после позорного побега. холод пробирал до костей, осеннее чёрное пальто и не собиралось спасать шатена, чьи пальцы с красными костяшками и пальцами не могли держать телефон в руке. как назло рядом не было никаких магазинов: только ряд частных домов. вздох сожаления ненадолго арендовал место на губах Антона. ну что он, не мог спокойно выйти? а то выбежал оттуда так, будто его от ушей и до пяток открыто обосрали эти Черемных и Арсюша. одно Шаст знал точно — отсюда он без него не уйдёт. возьмёт под руки и уведёт куда угодно вообще. уверен, что по взгляду поймёт чувствовал ли он то же, что это не было недоразумением. надёжный план. надёжный, как швейцарские часы. да, он надеялся, что ещё парочка мгновений и Арсений выйдет к нему. не может же он просто оставить это так, не побежать за ним.? спустя час он смирился с тем, что, всё-таки, может. наконец дверь противно скрипнула и следом за калиткой высунулась голова Попова, напряжённо посмотревшая по сторонам, затем показалось и его тело. он засунул руки в карманы и, насупившись, пошёл к парковке. антон времени терять не стал и из последних сил кинулся к нему, собираясь взять соула под руку, но, к огромному сожалению, ледяные ноги перестали слушаться и он налетел на него, едва не сбивая с ног. оперевшись о спину Арса, Антон попытлался выровнять дыхание. перед глазами летали мушки, он не хотел терять сознание сейчас, но проведённый час на холоде напомнил о себе. Арсений развернулся резко, встретился глазами с зелёными и подхватил его, шипя на него. -Башкой своей думал бы, — он крепко держал Шаста, но скорее не для поддержки, а чтобы никто их не увидел. Он буквально тащил его за собой, держа за ворот пальто, отмечая плохой выбор верхней одежды на такую погоду. Сев в машину, они пытались отдышаться пару минут. Антон не решался нарушать молчание, но вот Попов решил, что нечего стесняться: —Долго ждал, да? — он отряхнул с Шаста снег, — зашёл бы… погрелся… Шатен открыл и закрыл рот, не найдя ничего более стоящего, чем «да, долговато».