Свободное падение

      Нейт провел рукой по песку, давя тяжелый вздох, хотелось зажмуриться и проснуться. Происходящее казалось сном, слишком реалистичным, безжалостным, но все еще сном. Такого просто не происходит с хорошими людьми.       Только вчера они вылетели с друзьями назад, в Давенпорт, отдохнувшие и устроившие перепалку в аэропорте, но счастливые, а сегодня самолет посадили на каком-то крохотном острове, не имея возможности подать сигнал о помощи. Натали молча сидела рядом, зарываясь руками в песок, чтобы хоть как-то отвлечься. Еды хватит всего на два дня. Это все, что интересовало их обоих сейчас.

***За три месяца до происходящего***

      Дни смешались в одну кучу, сменяясь ночами, снова днями, и снова, и снова. Нейт не помнил, когда в последний раз спал, голова тяжелела, стоило ей коснуться подушки, однако вовсе не от усталости, - от роящихся в ней мыслей. Перед глазами стояла чужая фотокарточка, заботливо всунутая в руки "другом". Сердце колотилось так бешено, так зло, что можно было использовать его вместо двигателя. На фотографии Стив счастливо смеется со своим новым парнем, позабыв его, Нейта, словно все происходящее между ними ерунда какая-то, не требующая внимания. Еще недавно эти мягкие губы целовали его. На открытых участках шеи и ключицах виднеются следы. Как же хочется смять и выбросить, но Нейт заботливо прячет ее в коробочку с другими фото. Как же он любит делать себе больно. - Я так счастлив с ним, он потрясающий! Такой крутой, не знаю, как он стал таким. - Мне оказывается нравится, когда меня так грубо кусают, смотри какие укусы на шее.       Зубы в очередной раз сжаты до предела, до выступающих желваков, Нейт нервно прикрывает глаза, выдыхая сквозь зубы. А Стив говорил, они говорили о том, что все метки - глупость. Только идиоты хотят пометить своего партнера. Нейт никогда не чувствовал потребности показывать кому-то свою принадлежность партнеру или метить его. Зачем? Это лишь боль и синяки. Идиоты.       Вот только эти зубы и засосы никак не выходят из головы. Что ж, раз он сломал все свои принципы, то и Нейту не стоит больше заморачиваться о его благополучии. Нужно просто заснуть, просто поспать, чтобы были силы завтра идти. Чтобы были силы встать с кровати.

***

- Нейт, где моя рубашка, черт тебя дери?       Мужчина закатывает глаза, зажимая зубную щетку губами, и зарывается в шкаф, второй раз за неделю выуживая болотного цвета хлопковую рубашку друга, что тот бросал не на свою полку.       Кофе давно остыл, завтракать некогда, Стив снова болтает по телефону со своим парнем. Раздражает. Ему стоило бы не тратить с утра время Нейта на поиск чужих рубашек, заваривания ненужного кофе. Возможно тогда он успевал бы завтракать.       Каждый день начинается одинаково плохо, и это однообразие ужасно выматывает, день сурка не иначе, дом-работа-дом, с перерывом на обед и выслушивания Стива о проблемах отношений. Возможно Нейт совсем немного готов зашить ему рот, чтобы прекратить этот поток хоть на секунду.       Только слепой бы не заметил, что он влюблен в своего друга. Наверное Стив и есть слепой. Или он нарочно делает ему больно.

***Настоящее время***

- Нейт, - Микаэлла топчется рядом, сжимая в руках стакан воды, - Нас попросили экономить воду. Мы с Натали уже попили. Будешь?       Мужчина принимает из ее рук стакан, отходя в сторону. Давно ли он стал лучше относиться к Мики? Наверное, да, но в груди еще сжимается от раздражения, стоит ей появиться рядом, открыть рот, а ведь брюнетка ничего ему не сделала.       Нейт направился к большому раскидистому дереву, примечая спасительный тенек, но поздно замечая, что место уже занято, все же опустился рядом. - Похоже на дерево Хитачи, не так ли? - Парень раскинул руками, жуя сигарету. - Чего?       Нейт был обескуражен, совершенно точно понимая, что понятия не имеет, что это за дерево такое. - А, да на Гаваях, не бери в голову. Прости за аэропорт, лады?       Конечно нет, подумалось Нейту, но он все же кивнул, мол прощаю. Имени этого огрызка мужчина так и не узнал и был даже рад, что в голове крутилось лишь "огрызок". И стоило прикрыть глаза, как под боком засуетились, присаживаясь вплотную. - Конор.       Протянутая для рукопожатия рука и широкая улыбка. "Стив также улыбается". Нейт задохнулся от внезапной мысли, кольнувшей где-то внутри. Непозволительно думать об этом сейчас. - Нейт, - бросил он, игнорируя руку.       Парень словно бы и не заметил этого, убирая кудряшки за ухо, что несомненно показалось Нейту милым, но виду он не подал. Конора стоило признать красавчиком, он был темнокожим парнем с ровным носом, четкими скулами и бездонными зелеными глазами, и черными локонами, пышной копной украшающими голову. Бронзовая кожа притягательно переливалась на солнце, Нейт было потянулся, желая притронуться, но вовремя отдернул руку, неловко поерзав на месте. Он был полностью во вкусе Нейта, чего не скажешь о неказистым белобрысом Стиве, вечно дымящем как паровоз и спящем в обнимку с бутылкой водки каждый вторник.       Стоило отвезти взгляд, но Нейт продолжал рассматривать собеседника, забыв про стакан воды.

***За два месяца до происходящего***

      Нейт не знал, что на него нашло, когда он собрал шмотки, съезжая от Стива куда подальше.       Недалеко. Парень снял квартирку всего в трех кварталах от их прежней квартиры со Стивом, но, черт, здесь было главное преимущество - близость к работе. Да и с другом он редко пересекался. Точнее больше не виделся. Оно и к лучшему. Нейт просто надеялся, что его бойфренд ищет ему по утрам рубашки и варит кофе, которое в конечном итоге выливается в раковину. Нейт ненавидел свою прежнюю жизнь, но и нынешнюю не слишком любит.       В квартире пусто и одиноко. Слишком часто одиноко. Повсюду пыль, ведь убираться для себя не слишком то хочется. Дни стали еще скучнее, заканчиваясь лежа на кровати вечерами, пялясь в экран ноутбука, даже не вникая в сюжет очередного фильма. Нейт бросил сочинять, правда пианино все же перевез, заткнул в угол, плотно накрывая простыней. Это, наверное, самая пыльная, захламленная и одновременно самая чистая вещь в доме, ведь если с инструмента сорвать простынь, но он неприменно будет чистый, только расстроенный.       Работа осточертела. Ничего не хотелось, совсем, ходить развлекаться было не с кем, переезжать было не на что. Наверное, Нейт окончательно отчаялся, когда в его жизни появилась Натали. Невысокая, привлекательная брюнетка с выкрашенными ярко розовыми прядями и хитрыми карими глазами. Ее улыбка могла бы осветить весь мир, но тогда она улыбалась, казалось, только для Нейта.       После Натали в его жизнь пришло чрезвычайно много людей, больше, чем Нейту бы хотелось, но черт побери он был ужасно счастлив видеть всех этих придурков каждые выходные. Друзья Натали - его друзья. Теперь жизнь превратилась в череду ожидания выходных.       Установившийся мир пошатнулся, когда Натали привела в компанию свою девушку, что Нейта несколько разозлило, он поддался эгоистичному желанию, хотел чтобы Натали смотрела только на него. Но Микаэлла была потрясающе красивой мулаткой с прекрасным чувством юмора и короткой стрижкой, в нее было невозможно не влюбиться, стоило лишь узнать получше.       Жизнь начала возвращаться в свое привычное русло, сокращаясь до дом-работа-дом, исчезли долгие разговоры с Натали по вечерам, она больше не забегала в гости с ведром мороженого, не приходила по пятницам с шампанским. Ее жизнь крутилась вокруг Микаэллы. А его жизнь крутилась вокруг кровати, снова.

*** Настоящее время ***

      Конор был гиперактивным малым. И отчего-то крутился возле Нейта больше положенного, таскаясь по импровизированному лагерю.       Самолет посадили у самого края острова, вытаскивая вещи наружу, дабы соорудить места для ночлега. Натали сидела, кутаясь в плед вместе с Мики. Казалось, одному Нейту было нестерпимо тревожно и жарко.       Мужчина поднялся, хватая стаканчик воды и пачку непочатых мармеладок, что он брал в дорогу. Под деревом на этот раз никого не было, и Нейт опустился на землю, прижимаясь к стволу вплотную так, чтобы его было не видно со стороны лагеря. Рядом завозились, присаживаясь. Нейт слегка дернулся, собираясь попросить незваного гостя свалить, но увидел Конора, неловко жмущего к груди бутылку вина. - Ребята не хотят сегодня пить, а я не уверен, что в порядке и готов вынести пребывание здесь, - Конор стремился сдержать нервный смешок, но он все же вырвался.       Нейту оставалось лишь кивнуть и протянуть раскрытую пачку мармеладок в качестве молчаливого предложения. - Мои любимые желтенькие. Я знаю, что они не различаются по вкусу, просто мне так нравится, не знаю, наверное каждый выбирает цвет. Или ты нет? - Он неловко растрепал кудри. - Синие. Мне нравятся синие.       Они молчали, неловко поедая мармелад. Нейт не трогал желтые, а Конор синие. Первого несколько пугало такое молчаливое соглашение, но это многое говорило о Коноре, и Нейту это понравилось.       Бутылка не поддалась, пришлось идти к стюардессам просить штопор, те засмущались, перешептываясь насчет свидания, и попросили не пить много, чтобы не потеряться случайно. И не паниковать, помощь обязательно за ними прибудет. Нейт на это лишь хмыкнул, возвращаясь под дерево.

*** Две недели до произошедшего***

      А потом это случилось. Жизнь резко крутанулась на сто восемьдесят, принимая неожиданно противный вариант событий для такого человека как Нейт.       Он согласился на поездку с Натали и ее друзьями. Это было неожиданное предложение, высказанное Джей, она только разорвала очередные отношения с каким-то Крисом и нуждалась в отдыхе, к тому же она закончила дело, аванс за которое значился в районе двадцати тысяч долларов, и на днях должна была получить оставшиеся сорок. Так что любезно согласилась оплатить всем отель и коктейли, лишь бы все они поехали вместе с ней       Не согласиться на такое предложение было бы глупостью, граничащей с безумием, так что Нейт протянул руку вверх, выражая согласие, с легкой подачи Натали, которая уже шептала ему на ухо название всех известных ей алкогольных коктейлей, что хотела бы попробовать в Калифорнии. Словно она не могла сделать то же самое в Айове, но Нейт не был против.       Ему тоже не помешало бы отвлечься и завести маленький курортный роман, может быть, даже два.       Ребята весело вскрикнули, назначая дату перелета через неделю, и разбрелись по делам, в ожидании новой рабочей недели.

*** Настоящее время ***

      Конор уже поднялся, встречая Нейта с бутылкой вина. Было видно, как неловко он переступил с ноги на ногу, но тут же подобрался, растягивая губы в добродушной улыбке. Нейту отчего-то не нравилась эта улыбка, она была слишком притворной, "дежурной", хотелось сделать что-то, что заставило бы Конора улыбнуться по-настоящему, счастливо или грустно, чтобы глаза тоже улыбались, но сейчас они застыли абсолютно нечитаемыми. - Стюардессы попросили много не пить.       Конор дернул вверх бровь, слегка тряхнув головой, от чего кудри красиво перекатились. Нейт вдруг захотел запустить в них ладонь, перебрать каждый локон, или сжать, слыша злобное шипение.       Насмешка застыла в глазах Конора, лукаво поблескивая. Он подался вперед, перехватывая бутылку вина, и развернулся, легко мазнув кудрями по щеке Нейта. У последнего на мгновение сперло дыхание, внутрь ворвался запах парфюма в перемешку с остаточным запахом шампуня, хотя это мог быть запах самого Конора, уже въевшийся под кожу, влившийся в него.       Нейт весело усмехнулся, поддерживая насмешку, ведь никто не может надраться с бутылки вина в хлам, особенно, если вы пьете ее на двоих. Но выпить и правда не помешало бы, учитывая, в какой ситуации они все оказались. Без городской суеты было слышно каждый шорох, шум ветра, колышащего листья деревьев, шум воды, успокаивающий и одновременно пугающий. Буря давно успокоилась и теперь штиль казался странно пугающим, словно сирены завлекают их подойти ближе, окунуться в приятную лазурную гладь и остаться на дне. - Нейт? - Голос вырвал мужчину из размышлений, звеня в ушах. - Идём?       Нейт бы и не заметил, что стоит на месте, если бы не голос Конора, проникший словно сквозь толщу воды. Мужчина встрепенулся, подбираясь, и пошел вперед, направляясь в глубину острова. Было страшно, неизвестность пугала больше всего, но хотелось сбежать чуть дальше от самолета, бдящих стюардесс и, что удивительно, Натали.       Когда путь стал чуть запутаннее, флора гуще и Нейт испугался заблудиться, они остановились, приваливаясь к очередному раскидистому дереву. Остров был по-своему прекрасен, в этих ярких ляпистых пятнах салатового, бирюзового, красноватого и лазурного. Голова кружилась от прекрасных картин.       Казалось, что они остались только вдвоем на крошечном острове, вдали от цивилизации. Голоса давно стихли, и Конор даже начал шутить, что их потеряют и улетят без них, вот только Нейту не было смешно. Что-то в груди противно тянуло каждый раз, как он вспоминал секунды натягивания кислородной маски, кажется, в самолет он больше не сядет. - Нейт... - Конор разлил вино, уже успев пригубить свою порцию, - Как думаешь... За нами же вернутся?       Хотелось мыслить позитивно, но даже паузы, что Конор делал, говорили о его неуверенности. - Ну, скорее всего уже стало известно об аварийной посадке... Думаю, спасательную группу вышлют в ближайшее время. Если повезет нас найдут в ближайшие дни, не стоит быть слишком самонадеянными. Поиски могут затянуться на недели.       Вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь звоном передаваемой бутылки и глотками вина. Нейт исподтишка глядел на Конора, не думая об объяснениях самому себе, отчего тот вызывал такой интерес. Сердце вдруг сжалось, болезненно и тягуче. Внезапное желание: остановить время, - казалось безумным.       Солнце окончательно зашло. Похолодало. И Конор предложил вернутся в лагерь, несмотря на то, что вино согрело, внутри поселился холод.

*** Десять дней до произошедшего***

      День, когда Нейт согласился на поездку с друзьями, можно было смело считать лучшим, действительно лучшим. Если бы не ебаный Стив. Было слишком поздно, когда Нейт заметил его в витрине одного из магазинов. Он уже смотрел на шатена в упор.       Нейт вышел прогуляться после работы, наслаждаясь таким желанным, ещё не наступившим отпуском. Погода на улице была замечательная, вечернее солнце, опускающееся все ниже и ниже за горизонт, манило, привлекало, желало, чтобы на него смотрели. И мужчина поддавался этому желанию, прогуливаясь по узким улочкам городка. Ему не хотелось уходить слишком далеко, лишь побродить по округе, зайти за горячими булочками и, возможно, за кофе или чашечкой вкусного черничного чая.       Нейт уже прошел большую часть на ходу придуманного маршрута, когда остановился у одного из магазинов, завидев в витрине декоративный рояль. Он был размером с микроволновку, лакированный, искусно выполненный, деревянный и такой изящно хрупкий, что у мужчины тут же возникло желание броситься внутрь и купить его.       А куда ставить? Об этом Нейт не думал, он хотел этот миниатюрный рояль себе в квартирку. О, как же шатен обожал клавишные!       Время замерло, убежав далеко вперед, да так, что Нейт и не заметил, что за ним кто-то наблюдает, пока вдруг не вздрогнул от сильного порыва ветра. В витрине отражался силуэт мужчины, глядящего в упор на шатена. Высокий и статный блондин с криво заправленной рубашкой и извечной отвратительной сигаретой во рту. - Все тащишься по музыке, Нейти? - Добрый вечер, Стив.       В ответ раздалось лишь мычание, и Стив двинулся ближе, останавливаясь плечом к плечу. - Он и правда хорош, только цвет мне не нравится: черный. Белый надо, такое тебе больше подойдет.       Нейт хотел было уточнить, какое такое белое ему подойдет, но Стив тут же взмахнул рукой, с зажатой меж пальцев сигаретой, в знак прощания и двинулся в сторону своего дома.

*** Настоящее время***

      Нейт слишком долго искал Натали и остальных, но, к его собственному удивлению, первой заметил Микаэллу, тихо ложась на единственное свободное место в кругу друзей, - всё-таки он встретил прекрасных людей, которые были готовы о нем заботиться.       Мужчина улыбнулся этим мыслям, и двинулся ближе к Нат, аккуратно обнимая ее во сне, Нейту вдруг вспомнилась улыбка Конора, когда они прощались у самого начала лагеря: скромная, едва заметная, но такая настоящая, - мужчина постарался подавить улыбку, но она против воли расцвела на лице.       Наступило утро. Оно было похоже на всякое утро в мире, обычное, шумное, с по-летнему ярко светившим солнцем, но что-то было в нем не так. Хотя бы тот факт, что по ноге Нейта ползла ящерица, и несмотря на ее красоту: красивый перелив на солнце сочетания красного и жёлтого, - мужчина закричал, отбрасывая пресмыкающееся подальше. Все вокруг начали шевелиться, просыпаясь от крика. Кто-то вскочил, кто-то просто испуганно заозирался по сторонам, и только стюардесса, спящая неподалеку, тут же нацепила дежурную улыбку, аккуратно спрашивая, что произошло.       Нейт рухнул обратно, не желая подниматься с импровизированной постели, даже после небольшого происшествия. Он вдруг оглянулся, словно почувствовав... На него смотрели прекрасные зелёные глаза, Конор сидел лохматый и угрюмый, смотрел слегка озадаченно, словно интересуясь, все ли в порядке, Нейт просто кивнул, вкладывая в жест одновременно приветствие, ответ, что да, все в норме, и, пожалуй, что-то большее, лично для Конора.       Пробуждение омрачал и тот факт, что Натаниэль был ужасно голоден. Джей тихо грызла собственные снеки, завалявшиеся в сумке, и просила прощение за то, что не хочет делиться. Все были голодны.              Если все пойдет хорошо, то стюардессы разделят еду на всех пассажиров. Им досталось больше всего, приходилось брать на себя смелость, отвечать за каждого пассажира, успокаивать паникующего капитана и его помощника. Первый совсем расклеился, выплакивая последние слезы со слова "я обрек всех на голодную смерть". Нейту по большому счету уже было плевать, как он умрет.       От завываний проснувшегося капитана, мужчина вдруг задумался о неизбежности смерти. Хотелось домой, в неуютную квартиру, где перед вылетом проходила их вечеринка. Вероятно, Нейт даже найдет там липкие пятна от разлитых коктейлей, но сейчас даже этого не хватало до боли в сердце.       Шатен почувствовал, как кто-то осторожно касается его руки, а после кудряшки коснулись его оголенной кожи, когда Конор усаживался рядом. - Мы, кажется, ещё не знакомы. Габриэль.       Конор тут же пожал его руку, представляясь. Габ был высоким и загорелым с ёжиком коротко стриженных светлых волос и яркими голубыми глазами. Он выделялся на фоне бледнокожего сероглазого Нейта, так что последний слегка ревностно двинулся к Конору, прилепляя потные тела друг к другу, вызывая понимающую улыбку Натали. - Конор, а ты разве не с друзьями здесь? - Нат ну зачем, подумалось Нейту, но сам он тут же обратился вслух, поворачивая голову к Конору. Ему тоже было интересно. - Вы не поверите, но это лишь служебная командировка. - С друзьями? - Нейт недоверчиво выгнул бровь. - Они не мои друзья. - Конор странно зыркнул на Натаниэля прежде, чем тот осознал, что сморозил глупость. - Коллеги. Вы только им не говорите, что я так сказал, они хорошие ребята, но не могу называть коллег друзьями.       Все дружно закивали, заваливаясь на лежаки. Утренняя прохлада заставляла жаться ближе, и Нейт отчего-то был этому очень рад, только пристальный взгляд Нат бесил до дрожи.       Мужчина и сам не мог себе объяснить, чего вдруг прилип к Конору, словно бы нашел в нем спасительную хрупкую веточку, которая может надломиться, но вы вместе поддерживаете друг друга. Только Нейт ещё не придумал, чем он поддерживает Конора. Должно быть тоже своим присутствием. Кто-то незнакомый в такой ситуации казался ближе по эмоциям, чем родные люди. Это было спонтанно и теперь Нейт боялся случайно привязаться к Конору, если вдруг узнает его получше.

*** За неделю до произошедшего***

      Двенадцатое июля стоило признать лучшим днем этого года. Нейт плюнул на все и взял отпуск, намереваясь хорошенько погреться на солнышке, выпить не меньше пары десятков коктейлей и очнуться где-нибудь не у себя в номере, но последнее вовсе не обязательно.       Поездка заставила бы его забыть о Стиве, наконец отпустить этот отвратительный кусок прошлого, о чем он непременно сообщил Натали.       Ровно в десять вечера вся компания ввалилась в квартирку Нейта. Гомон стоял жуткий, как только соседи не вызвали полицию? Натали весело смеялась, выгружая на диван три бутылки виски и кучу газировок. - Мы празднуем твой отпуск, Натаниэль, будь лапочкой, не строй вредную моську. - Мы празднуем Калифорнию на халяву, дорогие друзья, а вовсе не мой отпуск.       Микаэллы не было, но она обещалась прибыть к полуночи, а пока Нейт с удовольствием устроился под боком Нат, позволяя тыкать себя в плечо и перебирать волосы. Джей пришла вместе с Габриэлем и Ванессой. В поездку должна была еще отправиться Ева, жена Габриэля, но ее еще не было. Нейт и забыл, когда они собирались всем составом в последний раз, кажется в конце апреля.       Ван тут же бросилась перебирать вещи из шкафа, советуя, что стоит взять, а что - нет. Советы от модного эксперта всегда немного утомляли, но стоит признать, что Ванесса была уже пьяна, так что ей все спускалось с рук. Даже пьяные поцелуи с Джей. Особенно пьяные поцелуи с Джей.       Натали выглядела обеспокоенной, время от времени задумываясь, так что в конечном итоге Нейт осторожно потянул ее на себя, заставляя наклониться ухом к самым губам. - Что-то не так? - Нет, все в порядке. Просто... Не знаю, Нейт, у меня почему-то плохое предчувствие. Не знаю, чем это могло быть вызвано.       Нейт аккуратно взял ее за руку, утягивая в объятия. Он и сам чувствовал тревогу в последние дни, но списывал это на странное поведение Стива, которое его, отчего-то, напугало. Но если и Натали чувствует что-то, то им стоит обеспокоиться и следить за каждым шагом. Чтобы не допустить чего-нибудь ужасного.       Нейт просто надеялся, что у кого-то будет неудачный курортный роман. - Пойду налью воды. Кто-то ещё будет?       Ребята тут же попросили тащить кувшин, чтобы они могли пить, когда захотят, и Нейту пришлось угодить им.       На кухне было тише, чем в комнате, но напряжение пробралось и сюда, теперь чувствуясь ярче, внутренности скручивало. Мужчина решил успокоиться, начиная наводить себе чай, когда в кухню вошла Нат, крутя в руках телефон. - Все хорошо? - Мики написала, что ещё задержится. - Что-то случилось? - Что-то с клиентами, кто вообще достает людей в такое позднее время? - Ума не приложу. Будешь чай? Может немного перекусим перед виски? Не хочу улететь. - Я бы не отказался от полноценного блюда. - Будет сделано.       Нейт как раз поставил кружки, собираясь заварить их любимый травяной чай, когда вспомнил про кувшин с водой. Рука дернулась быстрее, чем он осознал, и уже через мгновение кружка пошатнулась, соскальзывая с края столика. Осколки усыпали пол.       Натали подняла обеспокоенный взгляд, и время словно замерло. Они смотрели друг на друга, чувствуя нарастающую внутри панику.       Непременно случится что-то плохое, ворвалась в его голову мысль.

*** Настоящее время***

- Давайте сегодня хорошо поработаем! - Стюардессы пытались выглядеть воодушевленными.       Нужно было собраться с духом каждому пассажиру, чтобы отчаяние не пробралось в сердца. Каждый из присутствующих уже начинал потихоньку принимать тот факт, что их возможно не спасут, и каждый готов был просто бесцельно валяться на земле, лишь бы не думать. Многие заводили знакомство с товарищами по несчастью, болтали и неожиданно находили общие интересы.       Вода начинала кончаться. Еды едва бы хватило еще на два дня, если они будут есть через раз.       Всем вместе проводить время было весело, помогать носить ветки для костра, следить за ним - за костром, - вываливать чужие вещи, чтобы посмотреть, что пассажиры готовы отдать для комфортного устройства ночью. Кормить детей, играть и успокаивать.       Но было и кое-что ещё. То, что Нейт никак не мог объяснить. Он чувствовал присутствие Конора рядом, казалось, слышал его запах где-то вокруг себя. На удивление чувствовал, как его окутывает тепло и уют. Осталось только переодеться, чтобы не чувствовать на себе грязь. Нейт не стал доставать свои вещи в общую кучу, ловя на себе смеющиеся взгляды друзей. Ну был Натаниэль таким человеком. Не хотел делиться, не мог после оставить эти вещи в общей куче, не терпел чужую грязь...       Вот только отчего-то был не против Конора рядом. Даже если тот искупается в грязи и не станет менять одежду целую неделю.       Нейт очнулся от своих раздумий, лишь когда его ладонь накрыла чья-то чужая, теплая и приятная. - Пойдем со мной, - тихий шепот в самое ухо.       И Натаниэль уже не контролирует себя, идет следом, хватаясь за тянущую руку сильнее. - Куда мы? - Также шепотом, оглядываясь на друзей. - Тшш.       И глубже в лес.       Нейт смотрит вокруг. Это не то место, где они были в прошлый раз, уже другая часть леса, не менее прекрасная, но такая же опасная для обычного горожанина, не имеющего даже родственников в маленьких городках. Нейт за всю жизнь только в парках городских гулял и то по настроению. - Конор? - Да, давай остановимся, заходить дальше опасно. Можем потеряться.       Кудрявый плюхнулся на землю, приваливаясь к очередному дереву. Слишком им полюбилось сидеть вот так под раскидистыми ветвями исполинских деревьев. Конор шумно дышал от быстрого шага и смешно дергал себя за рукав футболки. - Хотелось сбежать, - на его лице расцвела улыбка.       Такая настоящая, широкая, с лёгким смешком, приятно ворвавшимся в сердце. Нейт тоже начал улыбаться в ответ, присаживаясь плечом к плечу. - Устал от шума? - Да, чувствую себя как на работе. - На работе?       Нейт зарылся в карманы брюк, не находя там даже жвачки, и расстроился, не имея возможности занять чем-то рот. В ответ прилетело лишь угуканье. - Я работаю экскурсоводом. В последнее время мы ездим по городам. В этом раз нужно было добраться обратно в Давенпорт. Наконец дают отпуск. А ты кем работаешь?       И неожиданно один кусочек паззла встал на место, объясняя его дежурную улыбку, усталость от толпы народа, шума и гама голосов. - Экскурсовод, значит, - Нейт улыбнулся, давя в себе порыв ткнуться щекой в чужое плечо.       Уж слишком Нейт привык к своим друзьям, открытым и тактильным, которые и его сделали зависимым от постоянных касаний, ему было необходимо чувствовать, хотя бы так - плечо к плечу, - но не хватало свободы, такого чтобы прижаться щекой, обнять, взять за руку, вместе хохоча. Зарыться руками в локоны и перебирать, перебирать, перебирать.       Его взгляд блуждал по Конору, зарывшемуся руками в карманы, так трогательно и так безнадежно. - Значит. А ты? - А я очередной офисный планктон. - Это не плохо, Нейт. - Я и не говорю, что это плохо. Просто скучно. Может стоило захватить перекус? Там скоро обед, мы останемся голодными. Еды и так нет совсем.       Конор слабо рассмеялся, вытаскивая из карманов снеки и мармеладки. - Это все, что у нас есть, дорогуша. - О нет, скажи это ещё раз, мне безумно понравилось.       И Нейт поддался своим желаниям, порывисто наваливаясь на Конора, прижимаясь левым боком, оперся подбородком на плечо, хватая за предплечье. Конор замер, переставая смеяться, и отрицательно закачал головой, пихая в руки Нейта закуски. - Скажи это еще раз, - прошептал Нейт в самое ухо, в нетерпении облизывая губы. - Ешь... дорогуша.       Нейт почувствовал себя таким счастливым.

*** За шесть дней до произошедшего ***

      Суббота, на удивление, выдалась дождливой. Шесть пар ног дружно шлепали по лужам, забрызгивая одежду. Такси было вызвать почти нереально, и ребята передвигались квартал за кварталом, каждый две минуты открывая убер. Хотелось уже взвыть, нужно было выезжать в аэропорт. Немедленно. Габ продолжал звонить Еве, в надежде, что она проснется в такую рань и пожелает ему счастливой дороги.       Ева не смогла поехать с ними, вызванная к лучшей подружке. Отчего-то Габ не стал настаивать, должно быть, случилось что-то серьезное. Наконец в половине восьмого им удалось заполучить два такси, и Ева ответила на звонок Габриэля. - Привет, дама сердца.       На том конце счастливо рассмеялись. И Нейт почувствовал укол зависти, их любовь была такой чистой. Несомненно, это самая счастливая пара, за исключением Натали и Мики, Нейт должен признать, что девушки самая сексуальная парочка. - Все-все, молчу-молчу. Ох, она спит. Все точно в порядке? Да, мы уже выехали, - Габ слегка тянул слова, широкая улыбка все никак не сходила с его губ, - Спасибо, чертёнок. Да, я обязательно позвоню.       Нейту казалось, что Габ начал мурлыкать под конец, настолько его голос стал мягким и томным. - Ой, она пожелала всем хорошей дороги, ребята.       Все дружно угукнули.       Время тянулось медленно. Нейт начал дремать почти сразу, урывая последние крохи сна, не хватившего этой ночью, пожалуй, первое, что он сделает по приезде, - отоспится.

*** Настоящее время ***

      Нейт спал плохо, беспокойно, ему казалось, что он едва смыкал глаза, как его тут же выдергивало обратно в реальность, жестокую и ужасно голодную.       Вчера они с Конором так и не успели на ужин, перекусывая тем, что осталось. Вода, можно сказать, кончилась. Даже стюардессы ходили совсем измученные, пытаясь помочь и поддержать каждого, даже капитана, окончательно отчаявшегося и забившегося в кабину самолета. Второй летчик ходил вместе с народом, флиртуя с какой-то симпатичной девушкой, летевшей в одиночестве домой.       Нейт уже начал проваливаться в очередной сон, когда на его плечо легло что-то теплое, встряхивая.       Мужчина дернулся, растерянно сверкая глазами, и замер, вглядываясь в темноте. Сон как рукой сняло. - Конор? - Тихо прохрипел шатен. - Идем.       Натаниэль заметил напряжение в голосе парня, тут же хватаясь за его руку, чтобы подняться. - Конор? Что-то случилось? - Идём...       Ему ничего не оставалось, как окончательно подняться, следуя за Конором. Они снова продирались через деревья, отходя дальше от лагеря. Наконец Нейт не выдержал, тормозя на месте и заставляя Конора остановиться. - Дальше не пойдем, иначе больше не вернёмся. Мы не знаем, что в глубине острова.       Конор долго смотрел Нейту в глаза, и наконец выдохнул, запустив пальцы в волосы. Нейт чуть не взвыл, глядя, как кудряшки вытягиваются и возвращаются в прежнее положение. Кажется, он немного повернут на этих коноровых кудряшках. - Я так ужасно сильно хочу сладкого. Особенно тех потрясающих эклеров со сливками, посыпанных кокосовой стружкой. Душу бы продал, чтобы съесть хоть бы один, но, наверное, впихнул бы в себя целую пачку, - Конор рассмеялся. Так искренне. Светло. Солнечно. Заставляя сердце сжиматься от боли, - Знаешь, я съем их очень много, когда вернусь, даже если они уже не будут лезть в меня. Если вернусь вообще...       Мужчина умолк, вжимая голову в плечи. Он выглядел таким трогательным, но не в хорошем смысле. Даже безнадежным. Нейт боролся с желанием обнять его, прижать к себе так сильно, чтобы хрустели кости, зарыться руками в кудряшки, ощутить их мягкость.       И не сдержал порыв, вдавливая тело Конора в свое, позволяя тому удивленно зарыться в плечо. Он не отталкивал, напротив прижался теснее, смыкая руки за спиной Натаниэля. Горло противно сжалось под тяжестью кома, нарастающего и нарастающего, вот-вот и Нейт тоже не содержится, начнет неконтролируемо рыдать. Конор оказался теплым, даже горячим, пахнущим уютно и вкусно, несмотря на грязную голову и тело. С ним было уютно. С ним было так хорошо. Его волосы не были мягкими, но от этого зарываться в них было еще приятнее.       Натаниэль несколько потерялся во времени, перебирая кудряшки. Это было так приятно, так хорошо, казалось, он мечтал об этом всю свою жизнь. - Нейт... - надрывный голос Конора заставил напрячься, слегка отстраняясь, - Нейт, ты понимаешь, что это все закончится. Нейт, а вдруг мы умрем? Мы точно умрем, Нейт. Нам не выбраться отсюда, ты же понимаешь? Никто нас не спасет.       Его истеричный смех заставил Нейта внутренне содрогнуться, пуская мурашки по коже. Губы искривились, и мужчина начал всхлипывать, хватая Нейта за руки до красных пятен. Последний зашипел, вспоминая все возможные способы успокоить истерику, но в голову вообще ничего не шло.       И Нейту пришлось просто закрыть Конору рот, успокаивая его истерику. И в конечном итоге снова поцеловать.       Конор всхлипнул от неожиданности, опустил руки, замирая. Нейт испуганно отступил, не зная, что теперь делать. Он продолжал просто пялиться, ждать, ждать, ждать. Секунды, казалось, тикали прямо здесь, отдаваясь в висках, но это билось его сердце. Бешено. Неожиданно время остановилось, пульс перестал зашкаливать, и Нейта отпустило, голова пошла кругом, и он споткнулся, плюхаясь на задницу.       Конор тут же бросился следом, но вместо того, что поднять, налетел на Нейта, усаживаясь ему на колени. И впился в его губы, обхватывая щеки ладонями.       Нейт думал, что непременно голову посетят мысли о Стиве или о Натали, но Конор так классно целовался, что Нейт и не заметил, - и Стив, и Натали вылетели у него из головы, оставляя за собой блаженную тишину.       Наверное, они оба поддались моменту, по крайней мере, Нейту прямо сейчас хотелось бы, чтобы это было так. Он не представлял, что будет дальше, как объясняться, хотелось, чтобы это оказалось галлюцинацией, видением, сном в конце концов. Да, он просто отключился, прямо здесь, в лесу. От усталости и голода. А может быть вообще он никуда ни летал и нигде ни садился. Ему это все-все приснилось.       Но боль от впивающихся в бока пальцев была вполне реальной. Конор сжимал ткань рубашки до хруста, казалось она вот-вот лопнет от натяжения. Швы разойдутся, и утром Нейту придется надеть одну из футболок, а он до последнего не хотел бы оголять руки. Чувствовать природу не хотелось, ни грязь, ни редких насекомых, ни шелеста ветра. Нейт мечтал вернуться в город, в душный, воняющий город, где не было удушающе свежего воздуха, ползучих тварей и открытых мест.       Хватка стала совсем отчаянной, на секунду Нейту показалось, что Конор хочет почувствовать боль, чтобы понять, что еще жив, что он не один, что ему это тоже не кажется. Нейт чувствовал каждый мускул на чужом теле, каждый изгиб, настолько близки они были, настолько сильно Конор вжался в него, словно собираясь поглотить всего Натаниэля или самому впитаться в чужое тело, слиться воедино.       Губы уже, казалось, одеревенели. Нейт их почти не чувствовал, вслепую продолжая целовать, вгрызаться сильнее, чтобы почувствовать хоть что-то. Они должно быть распухнут или ещё лучше посинеют наутро, но сейчас на это было плевать. Нейту это тоже было нужно. Последний глоток свежего воздуха перед смертью. Он должен признать, что надышаться никак не получалось, пальцы лихорадочно исследовали чужую горячую спину, сжимали бока до синяков, Конор его за это точно не поблагодарит.       Конор оторвался первым, дрожа. Его руки ходили ходуном, и он тут же постарался подняться на ноги, но ничего не понимающий Нейт все ещё крепко держал его за талию, слишком поздно замечая возбуждение кучерявого. Тот лихорадочно забегал глазами, отчаянно краснея, и начал отталкиваться от земли снова. - Стой, - скомандовал Нейт, - ты так вернёшься в лагерь? - А что остаётся?       Нейт не ответил, проезжаясь руками по чувствительной спине, и сильнее вжал Конора в себя, животом ощущая, как тот начинает слегка потираться. Последний дернулся, впиваясь поцелуем не то грубо, не то нежно, зарываясь пальцами одной руки в волосы, а другую запуская под рубашку. - Тише, тебе нельзя испачкаться.       Конор засопел, недовольно зарываясь в чужую шею, и позволил Нейту командовать. Последнему не пришлось дважды говорить, он потянулся пальцами к пуговице на джинсах, небрежно расстёгивая. Нейт не помнил, когда в последний раз у него тряслись руки в таких ситуациях. Мужчина на пробу коснулся чужого органа, выдыхая от жара, и тут же нажал на уретру, выдергивая из Конора глухой стон.       Нейт не хотел делать все быстро, но понимал, что нельзя растягивать процесс. Не время и не место. Не уделяя головке должного внимания, он двинулся дальше, обхватывая ствол, и беспрестанно водил вверх-вниз, то замедляясь, то делая это быстрее. Слушал шипение над ухом, обнимал за талию, прижимал ближе, когда Конор пытался вырваться на пиковых моментах. И не переставал шептать какую-то дребедень о том, что они все обязательно выживут.

*** За два дня до произошедшего***

      Нейт и правда отоспался вдоволь, заглядывая на часы, висевшие на стене в номере. Стрелка неумолимо коснулась трёх дня, Нейт впервые обрадовался, сильнее зарываясь в одеяло, он и сам уже не помнил, когда в последний раз позволял себе так долго валяться в кровати. По правде говоря, он не помнил даже, чтобы когда-то позволял себе так отдыхать, возвращаясь в постель только с утра и давно уже после рассвета. Если память ему не изменяет, в восемь утра они гурьбой ввалились в отель, словив массу недовольных взглядов семейных пар.       Они дружно захохотали, тыкая в лифте на каждый этаж. Должно быть от них ужасно пахло перегаром, но Нейта это волновало в последнюю очередь.       Ванесса радостно целовалась с Джей, уже никого не стесняясь, и утащила ее с собой в номер, пожелав всем хорошо отдохнуть перед следующей ночью.       Уже открывая дверь к себе, Нейт не верил, что это правда его жизнь здесь и сейчас. Он был слишком пьян и слишком счастлив, что жизнь дала ему второй шанс и таких прекрасных людей.       Растрепав окончательно волосы, мужчина сел заказать завтрак в номер. Нужно было сходить в душ и занять себя чем-нибудь. Но его планы грубо нарушали, дверь открылась, запуская внутрь очаровательную брюнетку в пижаме и сонную мулатку вслед за ней.       С тихим вздохом Натали рухнула на его постель, утягивая за собой Мики, и они обе навалились на Нейта, обнимая. - Ты уже завтракал? - Только собирался заказать. - Тогда заказывай на всех, Мики сейчас всех позовет.       Нейт вздохнул, делая заказ на шесть персон, уже представляя, во что превратится его кровать через пару минут. Мики было так лень, что она просто кинула в общий чат пару смсок с приглашением поесть у Нейта в комнате. Уже спустя, казалось, секунду, все ввалились в его номер, заваливаясь на кровать. - Вы меня задавите, - Нейт из последних сил пытался отбиться, но его ноги окончательно увязли в одеяле. - Доброе утро, дамы, - блондин очаровательно улыбнулся, делая вид, что его не мучает похмелье. - Га-аб, уже почти вечер.       Все тут же засмеялись, накидываясь на него с объятиями. Каким бы сексуальным не был Габ, все считали его добрым мишкой, Нейт и сам задумывался, что тот и правда производит такое впечатление.       Завтрак оказался потрясающим, или может это из-за ужасного голода. Больше всего Нейт был благодарен за воду. - Куда сегодня пойдем? - Джей собиралась оторваться в последний день, чтобы вернуться на работу с новыми силами. - Какой из баров мы ещё не посетили, - Ван выглядела донельзя довольной, нежась в объятиях девушки, и выпрашивая поцелуи.       Нейт окончательно не понимал, что между ними творится, но лезть не собирался, как и видимо каждый в этой комнате. - Можем рвануть в какой-нибудь клуб, - Габ как всегда выдавал самые не поддерживаемые на трезвую голову идеи. - Предлагаю устроить тусу здесь, прямо у Нейта в комнате. Надо только выползти в город за алкоголем, закусками и фруктами. Устроим ночь посиделок?       Все тут же поддерживали Нат, что это отличная идея, чтобы не встрять в неприятности напоследок. Только если они не разнесут отель. Но Нейту и самому понравилась эта идея, он очень привык сидеть с ними и ничего не стесняться, чего все же не мог сказать о барах и клубах, где ему было некомфортно за кругом друзей.

***Настоящее время***

      Натали осторожно трясла Нейта за плечо. Должно быть уже наступил полдень, а Нейт все еще спал, даже не собираясь подавать признаков жизни. Габ отвоевывал ему завтрак, выбирая, что повкуснее, Мики даже поинтересовалась, зачем ему столько вкусняшек, но Габриэль только фыркал. Натали поняла, что он знает что-то, чего не знают все остальные в их тусовке, это заставило ее негодовать, девушка полагала, что Натаниэль ее лучший друг и это она должна знать о нем все. Это эгоистичное желание, на котором она поймала Нейта, сейчас пожирало ее изнутри, но она не могла от него избавиться, хотелось растолкать Нейта и заставить рассказать все, что его тревожит.       Ванесса уже хотела оттащить ее, чтобы вместе пойти помогать всем остальным собирать ветки для сигнального костра. Четвертый день на острове. Воды нет, остались только соки, но вряд ли они протянут долго, если будет нечего пить. Но Натали продолжала отнекиваться, она тоже устала, чувствовала себя потерянной и одинокой. Мики ушла в себя, строя из себя самую сильную женщину в мире, и брюнетка понимала ее. Ей тоже хотелось быть сильной, хотелось быть опорой для Микаэллы, но ничего не выходило, Нат начинала паниковать, нервничать и в конечном итоге рыдать. А Мики оставалось только успокаивать ее.       Только Натали нуждалась не в ней, не в своей девушке, она нуждалась в Нейте, в человеке, так неожиданно ставшем ей лучшим другом, который всегда поддерживал, смеялся, не давал непрошеных советов, который тоже не мог ее отпустить, ревнуя к Мики, который доверил ей свои самые страшные секреты и принял на хранение ее секреты, обещая унести их с собой в могилу. И Нат верила ему. Верит ему. Потому что за все эти два месяца, что Мики с ней, Нейт ни разу не выдал своего отношения к Мики, хотя он хранит тайну их отношений, знает, что Натали не доверяет своей девушке, знает, что она боится ее семьи, знает, что иногда она ненавидит себя за то, что начала отношения, не успев оправиться от прошлых.       Натали опустилась на лежак, зарываясь носом в грудь Конора, и обняла его. Минуты растянулись, время тянулось чертовски медленно. Девушка никак не могла уснуть, а ее возня в конечном итоге разбудила Нейта. Мужчина завозился, сонно глядя на нее, и неуклюже обнял, целуя в макушку. - Все хорошо?       Нат угукнула, сильнее прижимаясь к нему. Было тепло и надежно. Впервые за эти дни ей не нужно было делать вид, что она спокойна, ведь она правда была спокойна.       Нейт нахмурился, осматриваясь. - А где все? - Ушли за ветками, будем выкладывать сигнальный костер. Я... решила остаться. У меня нет сил идти с ними. - Ничего страшного.       Нейт уже собирался попросить прощения за свое отсутствие в кругу друзей, как раздались чьи-то шаги, народ один за другим возвращался в лагерь.       Мужчина чувствовал, что кто-то прожигает его взглядом, но не сразу придал этому значения. Чтобы найти смотрящего долго осматриваться не пришлось. Зеленые глаза смотрели прямо на Нейта, взгляд словно бы говорил. Нейт физически ощущал, как Конор умоляет его взглянуть на него, смотреть только на него. И он посмотрел.       Черт знает, что нужно было понять по этому взгляду, но спустя секунду Конор отвернулся.       Нейт даже не заметил, что продолжал беспрерывно пялится на Конора, который занялся сортировкой веток у всех, то и дело неловко дергаясь под пристальным взглядом. - Он тебе нравится? - Невзначай спросила Натали - Кажется, да - Ты влюбился? - Нет, нет, боже, нет. Это же Конор. Нет. Это же просто Конор... - Просто Конор? - Да, обычный Конор. - Нейт... - Натали первой выпуталась из их маленького гнезда, и тут же протянула ему руку. - Не обожгись.       Нейт ненавидел ее такие советы, абсолютно непонятные, но в то же время понятные на все сто. И то, что он их понимал, только подтверждало, что они почти всегда были правдивы.       Работа пошла быстрее, когда хорошие ветки были отобраны. Все воспряли духом, выкладывая согнал S.O.S., должно быть, это было нужно каждому из них, каждой заблудшей на этом острове душе, и Нейт ни мог ни причислить себя к ним, отвлекаясь на рутинную работу. Он уже начал втягиваться во всеобщую болтовню, когда его руки коснулись.       Вечерело. В лучах закатного солнца Конор выглядел просто потрясающе. Его бронзовая кожа приятно искрилась, а в кудрях плясали солнечные отблески. Нейт задохнулся, сердце в груди болезненно сжалось, не желая биться в нормальном темпе. Настроение куда-то рухнуло, мужчина не хотел выяснять отношения, но сейчас самое время подумать над этим.       Конор ничего не сказал, только мотнул головой в сторону деревьев, и зашагал туда, уверенный, что Нейт последует за ним. Это начинало бесить. Нейт хотел, чтобы Конор говорил, объяснял, что происходит и что все это для него значит, а выходило так, что они оба молчали. И Нейт окончательно запутался.       На этот раз Конор не стал заходить далеко, проходясь пальцами по стволам вековых гигантов. - Мне бы хотелось запомнить их навсегда.       Он улыбнулся. Искренне. И Нейт оттаял, больше не делая рожу кирпичом, мягко улыбнулся в ответ, позволяя притянуть себя ближе и поцеловать.       Они оба ужасно долго не чистили зубы, но Нейт совершенно забывал об этом в такие моменты, губы у Конора были мягкие, слегка шелушащиеся, искусанные, пухлые и такие сука податливые, что мужчина готов был закрыть глаза на отвратительное поведение Конора, на его нежелание разговаривать о всем, что между ними произошло. Время словно снова остановилось. Были только Нейт, Конор с его восхитительными губами и вековые гиганты, защищающие их от всего мира.       Конор кусался, сильнее вжимая Нейта в собственное тело, сорвано дышал, но не переставал целовать. Их губы двигались синхронно, Нейт неожиданно для себя осознал, что Конор идеальный партнер для поцелуев, по крайней мере, для него самого, он словно знал, как и когда нужно целовать, когда кусать, когда посасывать, когда сплетать языки, если бы не одно но.       Нейта мучало чувство, что это все Конор делает, чтобы отвлечься. - Стой-стой, - разрывая поцелуй, прошептал Нейт, но кучерявый тут же снова засосал его губу, не давая обмолвиться и словом, так что Нейт снова пропал из мира. - Ладно-ладно.       Конор среагировал только на черт знает какой толчок, позволяя Нейту сделать шаг назад. - Давай поговорим. - О чем? - Вот сразу ты "о чем", да о чем угодно. О том, что снилось, о том, как ты себя чувствуешь. О чем угодно, Конор. - Я не хочу разговаривать, я хочу целоваться. - А я хочу поговорить, - Нейт дождался недовольного фырканья и продолжил. - Что происходит? - Ты о чем?       То, как Конор подобрался и недовольство нахмурился четко давало Нейту понять, что ничем хорошим их сегодняшний диалог не закончится. - Что для тебя значит произошедшее вчера? - А что произошло вчера? Мы просто немного пересекли черту, Нейт. - Сегодня ты снова ее пересекаешь. - Нет, Нейт. Я не про поцелуи. Это была всего лишь дрочка, не надумывай себе лишнего.       Нейт так яростно убеждал себя, что хотел бы, чтобы для Конора это ничего не значило. И вот это для него ничего не значит. За что боролся, на то и напоролся. Но Нейт уже не уверен, что это ничего не значит для него. - Я понял.       Нейт отступил, чтобы уйти, но Конор тут же схватил его за руку, останавливая. - Слушай, не стоит загоняться, это даже неполноценный секс. Это... - Я понял, - Нейт дернул руку из хватки, разворачиваясь.       Слушать объяснения не хотелось. Он должен уйти в лагерь. Скорее. Быстрее к Натали. От Конора. Дальше, чтобы он не догнал, чтобы не остаться наедине.       Ты - самый обычный, Конор.       Ни черта он, блять, не обычный. Он особенный. Эта его дурацкая привычка вздыхать по любому поводу. И молчать, когда тема закончилась, он словно и не замечает, что тишина бывает громкой и оглушающей. Спокоен настолько, что заражает этим спокойствием. И уютом. Молчать становится приятно, комфортно, хочется молчать рядом с ним вечно. И смотреть на него. Сутками. Кажется, Нейт влюбился.       Кажется, Нейт все не так понял.

***День аварии***

      В этом раз вся компашка выехала вовремя, добираясь в аэропорт через пару минут после начала регистрации. Погода была солнечная, на небе ни облачка, воздух так сильно пах летом, что Нейт хотел вцепиться в первые попавшиеся поручни и никуда не улетать. Здесь, на Калифорнийском побережье было до одури хорошо.       Предстояло вернуться в душный офис, дурно пахнущий потом в особенно жаркие дни, покупать холодный чай каждое утро по дороге на работу. И видеться с друзьями только на выходных, если Джей не вызовет очередной клиент, если Габу не поставят дежурство, если, если, ещё тысяча если, которые могут испортить все планы.       Нейта подташнивало, стоило поесть с утра, а теперь придется травиться аэропортной едой за бешеные деньги, пока не началась посадка. Предстояло выбрать наиболее привлекательное блюдо, но как назло все выглядело просто отвратительно после шикарных завтраков в номер.       Спустя десять минут тщетных попыток оценить блюда, Нейт решился позвать Натали, чтобы она выбрала за него, когда услышал вполне ясное: "Эти белые слишком раздражают, зажрались".       Нейт понимал, что это плевок в его сторону. Обычно ему было плевать, но иногда Нейт взрывался, вот как и сегодня. Он был голодный и до жути злой. Его спокойствие за секунду лопнуло, как воздушный шарик, уступая место безжалостному ублюдку, умеющему ставить на место. - Имеешь что-то против? - Руки метнулись к груди, складываясь в закрытую позу. - Имею, ты, блять, выбираешь пожрать уже добрых полчаса. Тут очередь.       Нейт готов был врезать зарвавшемуся кудрявому мальчишке, шагнувшему вперёд с гордо поднятой головой. - Я даже не в очереди стою, придурок! - Нейт подался вперёд, готовый ломануться в бой.       По залу ожидания раздались торопливые шаги, и Габ уже через секунду схватил его за плечи, оттягивая назад. - Хей, какие-то проблемы? - Никаких проблем, - злобно выплюнул этот огрызок.       Габ был выше и крупнее каждого из них, должно быть, незнакомец не собирался нарываться на такие неприятности. Нейт услышал, как позади щелкает автомат.       Когда Габ увел его к ребятам, Нейт увидел купленные Нат мармеладки и кучу шоколадных батончиков. - Тут слишком дорого, не стоило. - Ты голоден, так что ешь, - девушка подтолкнула к нему батончики, продолжая непринужденно болтать с Мики. - Все в порядке? - Привлек его внимание Габ. - Не бери в голову, все окей.       В ответ просто кивнули, пихая ему в руки бутылку воды.

*** Настоящее время***

      Натали бродила туда-сюда вдоль выложенных букв, заламывая руки. Казалось, если она отвернется, то пропустит момент, когда спасатели прибудут к ним, и они забудут ее забрать.       Пятый день. Пять утра, если верить часам мистера Бинза, который сказал, что сверился с солнечными часами. Он был уверен, что часы повредились при посадке, но оказалось, что они в порядке. Это давало надежду, что они хотя бы не потеряются во времени. Если помощь не прибудет, то они умрут. Не сегодня, так завтра.       Нейт раскис окончательно, не желая выбираться из постели. Он собрал все свои вещи обратно в рюкзак и просидел так полночи, уперев взгляд в небо, молясь, чтобы за ними немедленно прилетели, иначе он сойдет с ума.       Конор как минимум дважды пытался с ним поговорить, это из того, что Натали видела, но тот ни в какую не желал разговаривать, а спрашивать, что произошло, девушка почему-то не решалась.       После обеда Нейт сорвался, урывая одну из последних плюшек, срок хранения которых истек пару дней назад, но больше ничего не оставалось, а желудок надо было чем-то набивать.       На этот раз шатен побежал в совершенно незнакомую часть, специально зарываясь в чащу чуть глубже, чтобы его было не так просто найти, но внимательно запоминая дорогу назад, чтобы не потеряться и не сдохнуть здесь в одиночестве.       Через пару мину ветки хрустнули, давая понять, что Нейт больше не один, на секунду мужчина пожелал, чтобы это был дикий зверь, а не Конор, но все же выдохнул, когда увидел последнего. Дежа вю. Они сидели также в первый день, ели вместе мармелад, пили вино, делали вид, что не обеспокоены своим положением. Сейчас все изменилось, а они так же сидят под деревом в гробовом молчании. - Нейт, мне жаль.       Конор двинулся чуть ближе, задевая шатена своим плечом, давая понять, что он живой, здесь и хочет поговорить. Нейт тихо выдохнул. - Нейт... С момента, как мы оказались здесь... Почему ты какой спокойный? Это напрягает. - Я просто не хочу волновать других. Это плохо? - Тихо.       Нейт прикрыл глаза, на секунду представляя, как он исчезает. Ссориться не хотелось, какой в этом смысл? Они все скоро умрут. - Да, Нейт, это плохо. Ты должен беспокоиться о себе в первую очередь, - Конор развернулся к нему, протягивая руки, но в последнее мгновение передумал, и его руки повисли в воздухе, - Создаётся впечатление... Что ты немного... - Что я похож на человека, который ничего не чувствует?       Конор кивнул, возвращаясь в свое первоначальное положение. - Поэтому я подумал, что не стоит тебе говорить, что ты мне понравился. Это бы только сильнее обременило тебя.       Нейт дернулся, слегка меняя свое положение. Теперь мужчины сидели напротив друг друга. Казалось, сердце сейчас откажется работать, настолько болезненно оно билось, с оттяжкой протягиваясь по рёбрам, внутри что-то свело, Нейт едва подавлял дрожь в пальцах. - Мне надоело, что все считают меня бесчувственным, - голос предательски дрогнул, - Конор, я так больше не могу, - с губ сорвался первый всхлип.       Руки метнулись к лицу, закрывая от внешнего мира. Нейт задрал голову, не позволяя слезам скатиться по щекам, но они все же упали вниз. Конор замер, не зная, что делать. Все его тело натянулось, как струна, глаза беспокойно бегали. Может ли он обнять Нейта сейчас? Или сделает этим только хуже? - Можешь сколько угодно считать меня бесчувственным. Это разбивает мне сердце. Это выше моих сил. Сейчас ты буквально живьём меня закапываешь. Я... я не хочу...       Чего он не хочет, так и не было озвучено. Нейт зарылся лицом в грудь Конора, размазывая слезы по его футболке и схватился за руки, переплетая пальцы, кучерявому оставалось только мягко шептать успокаивающие слова и дать Нейту выплакаться.       Когда тот наконец перестал всхлипывать, Конор подтянулся его вверх, заглядывая в глаза. - Не думай, что для меня все это не имеет значения. Имеет. И очень большое. Но правда думаю, что нам стоит это прекратить. - Почему я думал, что такие слова произнесу именно я? Кажется, я тебя совсем не знаю, Конор. - Мы знакомы всего четыре дня, это нормально. - Ты правда не дашь нам и шанса? - Я подумаю над этим, если мы вернемся живыми.       Нейт все же не понимал, почему Конор не хочет дать им шанс, хотя сам ещё день назад был уверен, что ему не стоит вмешиваться в чужую жизнь. Иногда люди творят ерунду и Нейт творил ее исправно каждый день. - Назови хоть одну причину, почему. - У нас большая разница в возрасте, - не задумываясь начал он. - Тебе сколько? - Нейт тут же нахмурился, придумывая массу аргументов против его слов. - Двадцать четыре, а тебе? - Ты даже не знаешь сколько мне лет, а уже записал в старики! Мне всего двадцать семь. Это большая разница, Конор?       Тот рассмеялся, отрицательно мотая головой. - Вот видишь, ни одной причины против. - Нейт! - Неожиданный крик со стороны лагеря заставил обоих подскочить. - Нейт! Конор! Ребята, вы где?!       Кричал уже не один голос, их было много, каждый перекрикивал предыдущий. Мужчины вскочили, устремляясь в лагерь. Должно быть, что-то произошло.       Первым делом Нейт налетел на Натали, едва не снося ее с ног. - Он летит, Нейт, летит. Нас спасут, Нейт. Мы спасены.       Народ уже почти водил хороводы, продолжая подкидывать в костры ветки, чтобы они не потухли, чтобы служили маяком для вертолетов, кружащих в небе. - Мы правда спасены.       Нейт и сам не верил в то, что произнес это.

***День аварии***

      Хорошая погода в мгновение ока изменилась, поднялся сильный ветер, и по громкой уже передавали, что возможна задержка рейса. У Нейта внутри похолодело, он вдруг вспомнил разбившуюся чашку, его тревожность подкидывала картинки возможных вариантов смерти их маленькой команды.       Вот Нейт уже представляет, как их будет оплакивать Ева, сутками напролет. И как Стив придет посмотреть на мемориал, злобно ухмыльнется и скажет что-то в духе: "Принести обожаемый тобой рояль, Нейти?" Отвратительно. Вот мама и папа, которые буду обливаться слезами больше остальных, а может и не будут.       Посадка на рейс началась с опозданием. Никто не шумел, проходя на борт, но как только все расселись по своим местам, повалился шквал вопросов. Стюардесса дала всем успокоиться, дежурно улыбаясь. Нейт вообще поражался, как можно не уставать держать улыбку на лице. Девушка начала говорить, как только шквал стих. По громкой появился капитан, начиная объяснять воздушную ситуацию. Нужно было немедленно покинуть территорию из-за возможного наводнения, но из-за непогоды придется лететь в обход континента, через остров Национального парка и дальше чуть не пересекая границу Мексики.       Нейт пытался себя успокоить, сильно вцепившись в ладонь Натали, так же прерывисто дышащей. Они переглянулись, морально готовясь к взлету.       Уши заложило, в голове прояснилось только после разжевывания очередного батончика. Нейт уже было успокоился, когда капитан неожиданно включил громкую связь, несвязно инструктируя пассажиров об аварийной посадке.       Нейта бросило в дрожь.       Они летели буквально час, едва ли успев далеко уйти от побережья. Стюардесса спокойно огласила, что они должно быть где-то над Национальным парком Чаннел Айленд, и не случится ничего страшного, если они сядут там.       Двигатель справа отказал, причина пока что была неизвестна, пассажиры тянулись к кислородным маскам. Нейт продолжал глубоко дышать, раз через раз срывая дыхание, сердце замерло, сжимаясь в груди, и через долгую, казалось, минуту ударило по ребрам со всей силы, заставляя дышать. Он смотрел в окно, как они неумолимо несутся вниз, слышал, что капитан не выключил связь, что-то бормоча, но был не в силах понять, что именно. В ушах звенело, голова кружилась, перед глазами ничего не проносилось, но Нейт вдруг осознал, что ничего полезного в жизни не сделал, кроме страданий о самом себе. Лучше ни о чем не думать.       Нейт закрыл глаза.       В какой-то момент ему показалось, что посадка смягчилась, что самолет больше не несся стремглав вниз, но Нейт боялся открыть глаза, секунда и они разобьются в щепки или все пойдут ко дну, рассекая океан.       Кто-то закричал. Это последнее, что Нейт запомнил прежде, чем потерял сознание.

***Настоящее время***

      Нейт, кажется, стал аэрофобом после всех потрясений. Удивительно, что их вообще нашли, учитывая, что приборная панель к чертям полетела, и они не имели возможности подать сигнал, а в ответ внешний мир не мог обнаружить их координаты.       Конор сидел рядом, вцепившись в его руку так сильно, как только мог, и надрывно дышал в плечо. Их поили теплой водой, которую все жадно глотали, проливая на себя, это было пиршество для людей, не пивших уже второй день. От такого счастья Нейт боялся снова потерять сознание, но ради Конора готов был продержаться в сознании.       Им выдали одеяла, закутывая в безопасное пространство, чему Нейт был рад, сильнее кутаясь в чистое, вдыхая запах кондиционера для белья. Они и правда живы, это не его воспалённое умирающее сознание. Они все правда живы и летят домой. Нейт сможет принять ванну, переодеться в чистую одежду и лечь в постель, отрубаясь на следующие сутки. - Нейт... Мы, возможно, больше никогда не увидимся, ты же понимаешь?       Словно ножом под кожу, в самое сердце, так болезненно, почти ощутимо физически. Нейт впился в Конора взглядом, не понимая, о чем речь. Нельзя поддаваться эмоциям, но комок в горле вполне реальный. - О чем ты? - Нейт сглотнул, но комок не желал исчезать. - Сразу по прибытии мне нужно будет уехать. Я вернусь через пару недель, в лучшем случае, если не придется лежать на обследовании после нашего приключения.       Нейту самому надо в больницу. Вдруг он успел сойти с ума на острове? Кто так поспешно уезжает, стоило ему выбраться из опасной для жизни ситуации. Конору стоит ценить свою жизнь чуточку больше. - Пообещай, что ты будешь в порядке. Ты будешь в порядке без меня. Обещай, - твердо произнес он, но звучало все равно как мольба. "Я ничего не могу обещать", - осталось не сказанным.       Температура вдруг упала. Больше не было спасительного тепла одеяла и горячего тела рядом, все вокруг начало прерваться туманом, соприкасаясь с теплом самого Нейта. Холод пробрался внутрь, сковывая органы, замедляя дыхание, покрывая легкие коркой льда, не давая дышать. - Нам правда стоит это прекратить, Нейт.       Шатен все продолжал молчать, кутаясь в одеяло сильнее от жгучего холода, который теперь уже не собирался покидать его тело. - Нейт, ты не представляешь, как сильно я буду скучать за тобой, - голос Конора был такой безжизненный, такой молящий, такой надломленный.       Он тянул к нему руки, желая обнять, прикоснуться, растопить лёд, покрывающий тело сильнее. Нейт почти взвыл, чувствуя, как комок пережимает горло, и с трудом выдохнул: "Заткнись", - тихо и скомкано, сильнее зарываясь лицом в шею Конора.       Сердце на мгновение замерло и снова пошло, больно ударив по рёбрам.

***День аварии***

      Пробуждение было ужасным. Голова гудела так, что Нейт готов был кричать. По руке водили чем-то мягким и приятным. Едва разлепив глаза, шатен увидел Натали, нервно трясущую его за руку. - Мы думали, ты умер.       Ее губы дрогнули, искривляясь в подобие улыбки.       Кто-то кричал. Снова. Нат услужливо пояснила, что орет капитан, не то от радости, не то от шока.       Самолет еле удалось посадить, проезжаясь по острову вдоль берега. Самолет повалил несколько деревьев, тормозя у самой кромки воды. От сильного торможения некоторые пассажиры получили травмы, но, по словам друзей, все было не так страшно. Нейт видел стюардесс, сидящих рядком с безумными улыбками, застывшими на их лицах словно маски. - Им нужно время. Нейт... Остров, кажется, необитаемый.       При упоминании последнего слова Ванесса нервно хихикнула и более не смогла остановиться, смеясь и смеясь, пока смех не превратился в слезы.       Нейт не хотел знать, что с остальными пассажирами, стараясь ровно дышать и заглушить уже бешеный стук сердца и трясущиеся руки. - Мне не хорошо.       Он и не помнил, когда его в последний раз рвало. Сегодня определенно можно списать это на стресс.

***Настоящее время***

      Дома оказалось слишком пусто. Нейт не решился идти к кому-то из ребят, собираясь побыть в одиночестве, что, наверное, было не лучшим решением сейчас.       Он видел Еву, бросающуюся обнимать Габриэля так нежно и трепетно, с такой любовью и самоотдачей, видел, как она заплакала, не в силах поверить, что он жив, что жив каждый из них.       Эмоции притупились, потому что нужно было держать лицо, решать административные вопросы, назначаться на время для прохождения медосмотра, даты приемов в разных соцслужбах, куда обязательно нужно было зайти.       А здесь. Дома. В маленьком уютном уголке, где больше никого нет, все эмоции вывалились наружу, сметая все на своем пути, как наводнение.       Нейт как в бреду дошел до угла комнаты, пялясь на заваленное хламом фортепиано, и замер, не смея сорвать простынь.       Но это нечто внутри него рвется наружу, не давая дышать, Нейт срывает простынь вместе со всем хламом, заваливая пол пыльными вещами, и открывает крышку, на выдохе прикасаясь к клавишам. И вот ему снова шестнадцать. Он полон сил и ещё не разочарован в жизни, падает на табуретку, впиваясь голодным взглядом в инструмент.       Нейт думал сыграть что-то для души, что-то грустное и родное, вроде Фантазии у Моцарта, но непослушные пальцы коряво играли Шостаковича. Этот полюбившийся многим вальс так сильно однажды запал в душу Нейту, что он продолжал неосознанно наигрывать его все эти годы.       Пальцы не гнулись без тренировок, срывались, музыка звучала коряво, больно ударяя по ушам. Фортепиано давно было расстроено, а в каком состоянии оно после переезда мужчина и вовсе узнал лишь сегодня. Нейт оторвал пальцы от инструмента, быстро разминая, и принялся проигрывать один и тот же момент, чтобы дать им привыкнуть. В голове заело начало вальса, а перед глазами неслись картины, и на всех них Конор улыбался, так искренне, плакал от безысходности, прижимался так тесно, что дыхание срывалось, целовал так, что колени дрожали, пристально смотрел, показывая интерес, капризничал, вздыхал, выпрашивал мармеладки, таскался хвостиком.       И Нейту это нравилось, слезы сорвались, заливая рубашку, и мужчина уже играл, рыдая навзрыд.       Они дали друг другу обещание. Они ещё обязательно встретятся.