Ночь близко

Входная дверь скрипнула, впуская хозяина дома внутрь. Стараясь двигаться бесшумно, чтобы не разбудить сожителя, парень пошел на кухню, но увиденное там заставило его тяжело вздохнуть. - Сколько раз говорил не ждать меня? Ты ведешь себя как ребенок. В помещении было темно, только дорожка луны освещала подоконник, на котором сидел, поджав колени, Кай. Форточка была открыта, отчего парень то и дело ежился, но это его мало беспокоило. Его взор был устремлен в пустоту, непослушные пряди скрывали усталый и обреченный взгляд. Пальцы дрожали, руки, противясь воле хозяина, тянулись к полупустой пачке сигарет. - Кай! Ты вообще что себе позволяешь? Какого хрена ты накинулся на Лэя? Я не позволю портить его прекрасную внешность. Забыл, где твое место? И тем более не разрешу травить свой организм никотином и портить вкус крови! Выбрось эту гадость немедленно! - Отстань от меня, Сухо, – грубый голос перебил нравоучения вампира. – Оставь свои тирады для твоей новой игрушки! Я ухожу от тебя. Так странно звучит… Словно когда-то я был тебе нужен. Вампир усмехнулся. Он был уверен, что это всего лишь пустые угрозы на фоне обиды. - Прекрати представление, пошли спать. Я устал за сегодня. - Нет! Это я устал, Сухо! С меня достаточно! Мне надоело ждать чуда, надоело надеяться, что однажды ты придешь вовремя, скажешь, что только я тебе нужен! Мне опостылело чувствовать себя тренажером для снятия твоего напряжения, я не могу больше мириться с ролью твоей игрушки. Тем более у тебя есть замена мне, ты даже стал задерживаться у него. Вампир подошел к парню и провел рукой по непослушным темным волосам. Ему совсем не хотелось этих разборок, поэтому он пытался успокоить Кая. Но тот лишь зло оттолкнул от себя руку. - Я иду спать. Прощай, – он спрыгнул с подоконника, толкнув плечом ухмыльнувшегося хищника. - Обычно в таких случаях говорят «спокойной ночи». Парень ничего не ответил. Вампир пожал плечами и отправился в спальню. Сегодня он досыпает остаток ночи в одиночестве. Проснувшись, Сухо ощутил, что что-то изменилось. Он не слышал биения горячего сердца, родной и привычный запах не витал в воздухе, возвещая о присутствии человека, а лишь исходил от предметов. Мгновенно подорвавшись с кровати, он помчался в гостиную, но увидел там лишь аккуратно заправленный диван и сложенный плед на нем. Сухо тут же бросился проверять гардеробную. Одежда юноши на месте, значит, все в порядке. Нет… Не в порядке. Там лишь та одежда, что покупал ему Сухо, вместе с аксессуарами. Злость накапливалась и заполняла собой те пустоты, внезапно образовавшиеся в сердце. Разыскав свой телефон, он незамедлительно набрал выученный номер, но параллельно гудкам услышал сигнал рингтона, доносившийся из гостиной. Не отключая вызов, Сухо последовал на звук и, подняв плед, взял в руки мобильник Кая. В сердце кольнуло. Телефон вибрировал и разрывался мелодией, на экране высвечивалось фото, где улыбающийся Джонин лежал рядом со спящим вампиром. Почему ему стало так больно? Разве так бывает? Со злости Сухо швырнул телефон в стену, из груди вырвался громкий звериный рык. Он ушел… POV Исин Последние две недели Сухо был сам не свой. Вроде все как обычно, но я чувствовал, что с ним происходит что-то не то. Он мог быть дерзким, забавным, разговорчивым, но потом словно вспоминал о чем-то и замолкал. А когда я пытался продолжить разговор, он злился или менял тему беседы. Иногда он был таким рассеянным, что не замечал предметы и врезался в них. Было бы забавно, если бы не было так странно. Сегодня я решил вытащить его на прогулку. Набрав его, я поспешил сообщить мое предложение. Но меня грубо оборвали. Он сказал, что занят сегодня и вскользь пообещал вечером позвонить. Я не стал обижаться. Занят, так занят. Так странно. Он занимал все мои мысли. Его грубость в контрасте с нежностью и заботой, его дерзкие подколы и насмешливые взгляды, его хищное поведение во время секса – все это сводило меня с ума. Я прощал ему свою боль, я отдавал ему всего себя, все больше получая садистское удовольствие. Я уже не вырывался, а если и кричал, то от удовольствия. Я не понимал, когда мне начало нравится такое грубое отношение, но одно знаю точно - я был влюблен. И сегодня ночью, на пике удовольствия, с моих губ сорвалось признание. Сейчас от этих воспоминаний щеки налились румянцем. Я понимаю, что у моего вампира нет чувств ко мне, иначе он бы не оставлял каждый раз пачку купюр и не уходил после секса. Но меня не слишком это расстраивало, главное, что он каждый день, вернее, каждую ночь был со мной. Теперь приближение ночи отзывалось истомой, а не страхом. Оторвавшись от собственных мыслей, я стал собираться в больницу, чтобы навестить мать. Я был очень благодарен Сухо. Моей маме стало намного лучше, я спокойно вывозил ее на прогулки, катал по парку и дарил букеты из осенних листьев, отчего она без конца улыбалась. В моем сердце поселилась надежда, что все обойдется, что мама поправится. Нагулявшись с матерью, я отвез ее в палату и уложил в постель. Поцеловав и сказав, как сильно ее люблю, я пошел домой. По пути заглянул в магазин. Сегодня я хочу приготовить что-нибудь вкусное и необычное, чтобы порадовать Сухо. Жаль, что мои кулинарные способности не настолько хороши, как хотелось бы, поэтому я выбрал свинину в ананасовом соусе. На десерт я заказал в кафе тирамису и напоследок заскочил за вином. Как-то Сухо обмолвился, что от вина кровь становится слаще. Кто бы мог подумать, что я сдам себя в лапы зверю, позволю ему творить все, что он только пожелает, еще и романтический ужин ему готовить буду. Но это ведь Сухо. Он ни на кого не похож. Он отравил собой мой разум. Может, в его клыках есть яд, который лишает меня самого себя? Вряд ли… Дойдя, наконец, домой, я принялся за готовку. Нарезал свинину кубиками и обвалял ее в специях, сбрызнув столовым вином. Пока готовил соус, мясо слегка замариновалось. Бросив ароматные кусочки на сковороду, я залил все это дело золотистым соусом и накрыл крышкой. Вкусный запах распространялся по квартире, наполняя ее каким-то уютом. Давненько я не чувствовал себя так комфортно. Пока свинина тушилась, я прибрал квартиру и сменил постельное белье. На душе было спокойно и легко, я словно летал с пылесосом и громко распевал песни. Наконец мясо было готово. Я снял сковороду с плиты и закутал в плотные полотенца, чтобы не упустить тепло. Затем я направился в ванную, дабы привести себя в порядок. Я отмыл каждую клеточку, лаская кожу мягкой мыльной губкой. Быстро ополоснувшись, я накинул халат и подошел к зеркалу, чувствуя, как капельки стекали под махровой тканью, частично впитываясь. Я высушил волосы феном и слегка уложил. Оставшись довольным, слегка подвел карандашом глаза и улыбнулся. Он любил мои ямочки, говорил, что они сводят с ума. Ощутив напряжение внизу живота, я постарался отключиться от мыслей о вампире. Я переоделся в домашние штаны и растянутую майку. Сухо обожает такой мой вид. Разложив ароматное мясо по тарелкам и налив в бокалы вино, я принялся ждать Сухо. Через каждые пять минут смотрел на экран телефона, проверяя время. Пару раз порывался позвонить, но вместо приятного бархатного голоса слышал автоматическое «Абонент недоступен». В сердце закралась тревога. Я успел задремать, сложив руки на столе и уткнувшись в них головой. Разбудил меня настойчивый стук в дверь. Я поспешил открыть, но лучше бы я этого не делал. В квартиру ввалился пьяный вампир. Не думал, что они пьянеют от алкоголя. Видимо, доза оказалась лошадиной. Не говоря ни слова, он больно схватил меня за запястье и потащил в спальню. - Су, давай не так быстро! Не будь животным! Я попытался вырваться, но его злобный взгляд обездвижил меня. - Заткнись и слушайся! Ты всего лишь моя игрушка! Вы все мои игрушки! И я не позволю вам идти против меня, ясно? Здесь я главный, а вы не смеете перечить мне! Я сам решу, когда вас выкинуть! Я не понимал, что он несет. От его слов было больно, но еще больнее стало, когда он припечатал меня к стене, сильно ударив лбом. - М-м-м, ты пил вино… Какой хороший мальчик. Без предупреждения он впился в мою шею, а я заорал. Он вонзил клыки так глубоко, что меня замутило от острой боли. - А ну заткнись! – он оттянул меня за волосы и развернул вполоборота. Я впервые видел его таким. Клыки обнажены, по губам стекает моя кровь, которую он хищно слизывает. Радужка глаз цвета бордо, зрачки расширены. Он впился на мгновение в мои губы, сильно укусив за нижнюю, а затем снова вернулся к шее. От боли мой рассудок терялся. Кажется, я потерял сознание, но от встряски снова пришел в себя. - Держи себя в руках, конфетка. Ты должен чувствовать все, что я с тобой делаю. Говоришь, любишь меня? Правильно, ты должен любить меня. Я ведь твой хозяин. По моим щекам катились слезы. Боль, обида, унижение, и все из-за его колких слов. Он швырнул меня на кровать лицом вниз. Никакой нежности, словно ее и не было. Он сорвал с меня штаны и нижнее белье и одним движением пронзил мое тело. Адские ощущения, которые невозможно передать словами. В меня словно воткнули тысячи ножей. И он был холодным как сталь. Рвано, грубо. Разрывая меня, он входил и входил, а я терял себя. Он поднимал меня и бил по лицу, возвращая в сознание, а потом снова вбивался. Я уже не мог кричать, я только хрипел. По бедрам на кровать стекала моя кровь. Он все ускорял темп и через несколько мучительных мгновений кончил, после чего резко вышел из меня и вытер член о простынь. Надев спущенные штаны, он достал из бумажника купюры и швырнул мне в лицо. - Я не люблю, когда мне просто отдаются, я люблю боль. А когда мои игрушки превращаются в послушных шавок, мне становится неинтересно. Боль, душевная и физическая, накрыла с головой, и я потерял сознание. И вместе с ним я снова потерял себя…