Секреты Мародёров

Спустя неделю после тех событий.       Лили гуляла по школе, размышляя о том, как всю эту неделю Мародёры наблюдали за ней и относились к ней немного настороженно. Даже Джеймс, который и так за последний год стал меньше приглашать её в Хогсмид, теперь перестал с ней даже здороваться.Признаться, ей этого не хватало. Она могла предположить, что Поттер просто боится её как-то спровоцировать и думает, что она от этого расскажет всем о Ремусе. Эти предположения Лили находила оскорбительными.       Поворачивая по коридору, она услышала двух младшекурсников. Лили уже хотела пройти мимо, как её слух уловил упоминание Мародёров. Не сумев подавить любопытство, она спряталась за углом и стала внимательно слушать.       —… Да эти четверо точно о чём-то шептались, ещё и склонились над чем-то.- звучал голос одного из студентов.       — Не нравится это мне. — произнёс другой голос, — По моему они опять замышляют какой-то розыгрыш. Помнишь что было на Хэллоуин? Я из-за них до сих пор пугаюсь каждого шороха. Кстати, ты не видел над чем они склонились?       — Честно говоря, я не до конца уверен что там было. Вроде пергамент какой-то, но они так заговорчески над ним склонились, что я сомневаюсь в том, что это был обычный пергамент.       — Да уж. Даже если ты не уверен, то, наверное, не стоит брать никаких пергаментов из чужих рук. Я уверен, что они для розыгрыша могут даже Оборотное принять.       — Хорошая мысль. Кстати, как там твоё эссе по Чарам?..       Дальше разговор шёл об обычных школьных буднях и не имел за собой особой ценности.       Лили стояла и обдумывала что делать с этой информацией. С одной стороны парни могли обсуждать ликантропию Ремуса, но вряд ли бы они это делали в коридоре где их могли послушать, как она минуту назад. С другой же младшекурсники могли быть правы и гриффиндорцы действительно что-то задумывали. В таком случае ей стоило вмешаться, чтобы не повторилась Хэллоуинская история. Тогда по всему замку из абсолютно неожиданных мест срабатывали чары показывающие настоящие страхи людей в шутовских костюмах, видимо Мародёры думали, что это сгладит ужас от чар, но вышло скорее наоборот и студентов пугали змеи и пауки в цветных колпаках. Обдумав всё, она решила выяснить всё у них самих.

***

      Мародёры занимались тем же, чем занимались каждый вечер, сидели на, приватизированных ими, местах у камина Гриффиндорской гостиной. Джеймс сидел развалившись, занимая половину дивана, на котором он устроился, и играл со снитчем, а Сириус, практически зеркально повторяя эту позу, лежал на второй половине. Единственное отличие было в том, что Блэк лежал с чистокровным изяществом, которым не обладал Джеймс. Римус сидел в кресле рядом с ними, дописывая домашнее задание. Питер же, лёжа на ковре, только начал писать штрафное эссе по Зельям (на прошлом занятии его зелье под конец урока, вместо синеватой жидкости, превратилось в нечто, большее напоминавшее жёлтый суп с фиолетовыми бобами).       Заставшая их в таких положениях, Лили подошла к Ремусу, очевидно полагая, что он как самый благоразумный из Мародёров расколится быстрее в её опросе. Остальные трое парней немного напряглись, увидев как она подходит к их другу. Только в отличие от друзей, в глазах Джеймса также была видна плохо скрываемая ревность, что немного смутило и подняло настроение Лили. Однако со странной реакцией своего тела она решила разобраться потом, ведь есть дела поважнее. Не может же ей в самом деле нравится ревность Джеймса Поттера.       — Ремус, мы можем отойти на минуту? Я хочу с тобой кое-что обсудить… — спросила напрямую она и оглядываясь на Мародёров добавила, — …наедине.       — Да…-протянул немного обескураженный Люпин, но он быстро пришёл в себя и сказал, — Да, конечно. Мне осталось дописать совсем немного и сразу к тебе подойду.       Через пару минут Ремус встал и вышел вместе с ней через портрет к лестницам. Джеймс проводил их ревнивым взглядом, но подумав, что вряд ли Ремус так бы с ним поступил и подавив желание подслушать их под мантией, он продолжил своё занятие.       — Ремус, мне хотелось бы узнать не намечается ли у вас что-то грандиозно-опасное в ближайшее время? Не хотелось бы вновь успокаивать студентов в Больничном крыле. — спросила она стараясь не спрашивать напрямую о пергаменте.       Ремус удивлённо раскрыл глаза, но Лили не смогла распознать от чего было удивление, так как он вновь сделал лицо спокойным.       — Извини, Лили, но откуда такой внезапный интерес к нашей деятельности? — ответил он вопросом на вопрос, немного нахмурившись.       Понимая по реакции друга, что ей он не ответит полную правду, она тоже решила не говорить её.       — Просто недавно стала замечать, что вы много шепчетесь в коридорах. — сказала Эванс, надеясь, что попала в точку.       — Хм. Лили, ты знаешь кто я такой и наверное понимаешь, что и друзья мои об этом в курсе. Мы как и многие другие обсуждаем свои проблемы. Но так как моя проблема не совсем обычная, — на этих словах он горько усмехнулся, — то и мы её не обсуждаем на всеуслышание.       — Я всё понимаю, но всё-таки вы не так часто шепчетесь друг с другом, как за… — она пыталась угадать, сколько они уже обсуждают эту шалость и назвала первую пришедшую на ум дату, — последнюю неделю.       — Послушай. Как бы я тебе не доверял как другу, но тайна всей моей жизни в руках другого человека нас напрягает. Мне не хотелось бы, чтобы она ушла в массы, после случайного упоминания во время разговора. Поэтому мы стараемся приглядывать за тобой и обсуждаем увиденное. Прости нас за это, пожалуйста. — он отвёл взгляд, но явно не виновато, а как-то неуверенно, что наталкивало Лили на мысль о том, что он с ней не до конца честен, однако доказательств у неё нет, кроме предположений третьекурсников. Только для вида она возмутилась:       — В каком это плане вы приглядываете за мной? Ремус, если бы я хотела тебя выдать, то я бы это сделала сразу, но как видишь ты всё ещё здесь рядом со мной, ожидаешь, что я выдам секрет своего друга. — она даже руки скрестила, чтобы выглядеть убедительней. Честно говоря, её не сильно волновало то, что сказал Ремус. Она понимала, что Ремус ей говорит другую, ложную версию событий, и если это правда, то лишь частично, и шептались они явно о чём-то другом.

***

      К сожалению Лили, с тех пор она больше не видела, чтобы парни что-то обсуждали в её присутствии, независимо от того знают ли они о том, что она рядом или нет. Каждый день проходил как обычно, словно ничего и не планировалось. Хоть головой Эванс и понимала, что ничего ещё не закончилось, раз ничего не произошло, но её организм уже устал находиться в постоянном ожидании чего-то со стороны Мародёров.       Поэтому она решила немного подождать до субботы и их предпоследнего похода в Хогсмид, чтобы погулять вместе с подругами. Оставалась лишь пара дней. Однако она недооценила Мародёров и их способность удивлять.

***

      Лили сидела за столом в их уютной гостиной и делала домашнее задание по Трансфигурации, пытаясь сосредоточиться на строчках учебника. Но тёплый огонь из камина сделал своё дело, и её уставший организм поддался сонной атмосфере и отрубился.       Разбудил её скрип открывающегося портретного проёма и ворчание Полной Дамы, жалующейся на то что её опять будят посреди ночи и мечтающей о том, чтобы некие шалопаи наконец выпустились из Хогвартса.       В гостиной показались Мародёры. Увидев её, они, если и удивились, то не подали виду.       — Что ты здесь делаешь так поздно? — спросил её Джеймс.       — Тот же вопрос к вам всем.- не замедлила она с ответом. Хоть и обращалась она ко всем, смотрела она прямо на Поттера.       — Эванс, я не хочу тебя в это впутывать. — Опять секреты, Джеймс.- по её       интонации было непонятно утверждала ли она или спрашивала.- Я думала, что я заслуживаю доверия. Ведь я так и не раскрыла никому вашу тайну. Я уже несколько дней не понимаю почему вы стали, словно, избегать меня. Будто я бомба, что вот-вот взорвётся. Уже больше недели прошло, я никому не сказала, даже подругам. Почему же по словам Ремуса вы наблюдаете за мной так долго? — при этих словах она махнула в сторону Люпина, а остальные Мародёры с непониманием на него уставились, на что тот пожал плечами, мол, надо же ей было что-то сказать. Она и так понимала, что Ремус сказал не всю правду, но теперь убедилась окончательно, что наблюдали за ней не из-за его секрета.       — Ладно, Лили. Мы скажем, что делали сегодня вечером. Только для начала тебе нужно кое-что показать.       С этими словами он вытащил из под своей школьной мантии слегка потрёпанный пергамент.