Служебный роман

***

Взявшись за ручку и войдя в квартиру, Кира устало вздохнула, лениво кинув ключи на тумбу и поставив пакет с продуктами на пол. Скинув обувь и стянув с ног носки, девушка блаженно улыбнулась и прошла босыми ногами, наслаждаясь прохладой полов, в ванную. Приняв душ, помогший хоть как-то собраться с мыслями и сбросить усталость, Ковалева переоделась в любимую пижаму с красноречивой надписью «Мам, мне ко второй». Пока грелся чайник, русоволосая принялась за приготовление нехитрого ужина. Быстрыми движениями были нарезаны несколько огурцов и помидоров, а затем и зелень. Все ингредиенты были ножом отправлены в миску. Затем из холодильника была извлечена отваренная куриная грудка. Все довольно просто, без изысков. Ей одной особо много и не нужно, учитывая, что она почти живет на работе, изредка приползая домой и сразу же падая спать. Возможно, когда Кира будет жить с любимым мужчиной, у нее внезапно проснется любовь к готовке, уборке, стирке, глажке и прочим бытовым вещам. И тогда она будет с удовольствием часами стоять у плиты, создавая шедевры кулинарии. Почему-то сегодняшний день вымотал ее настолько, что сил шевелиться не было совершенно. Слишком много информации, фактов, версий, обрывков воспоминаний, которые необходимо соединить как кусочки пазла, чтобы собрать в единую картинку с четким рисунком. В ФЭС ей пришлось проторчать больше часа, Рогозина пожелала выслушать чуть ли не поминутный отчет о том, как проходили занятия. Обсуждалось все: студенты, преподаватели, просто люди, проходящие мимо Киры в коридоре, обстановка, царившая в ВУЗе. Плюс эксперты сообщили, что вся информация, предоставленная полицией, не несет никакой смысловой нагрузки. Просто отписки, показная деятельность. «Почему-то я так и думала»,–хмыкнула Ковалева, с облегчением падая на кровать и прикрывая глаза. После приема пищи возникло острое желание завалиться в постель и ничего не делать. 5 минут Кира наслаждалась тишиной. Все-таки работа с людьми очень выматывает. Неожиданно раздался звонок ее телефона, заставивший ее со стоном подняться с пушистого покрывала. Кое-как добравшись до коридора, русоволосая нашла источник звука и приняла вызов. –Привет, Кир. Это Алина,–на всякий случай представилась блондинка, решив, что, возможно, Ковалева уже забыла про их разговор. –Я по поводу вечеринки. Ты же поедешь с нами? –Привет. Конечно. Так что, сколько с меня? Во сколько встречаемся и где?–поинтересовалась майор, подходя к окну и начиная рассматривать прохожих, стремительно спешащих домой после работы. Несмотря на то, что на улице было еще достаточно светло, все старались быстрее скрыться от надоедливых лучей уходящего солнца. –Скидываемся по 1000. Деньги можешь мне на карту кинуть, она к номеру телефона привязана. Встречаемся в 4 в сквере возле института. Насчет того, как добраться, не переживай. Нас всех Влад довезет. А вот обратно уже вряд ли сможет. У его родителей где-то там дача недалеко, поэтому он там ночевать будет,–объяснила староста, попутно перебирая тетрадки с лекциями с целью внести новую знакомую в список приглашенных на тусовку. –Хорошо, поняла. Я Леню попрошу меня забрать, все равно он в этот день не работает,–Кира усмехнулась, представляя, как будет чертыхаться Субботин, которому придется тащиться в ночи в какой-то коттеджный поселок. Но зато у них появилась прекрасная возможность узнать информацию из первых уст, так сказать. Учитывая, что алкоголь нехило развязывает людям язык, можно будет услышать много всего интересного.–Если хочешь, он может и тебя до дома подбросить. –Это было бы очень кстати. Тогда геолокацию я тебе скину в мессенджере. Закругляться мы планируем часа в 3 ночи. До завтра,–счастливая Алина попрощалась с русоволосой. –До завтра,–ответила майор, сбрасывая вызов. Перекинув деньги на карту, девушка сразу же стала изучать место, где планировалась вечеринка. Судя по фотографиям, довольно симпатичное, облагороженное, неплохое место. Кирпичный трехэтажный дом. Очень большая территория, засеянная газоном. Аккуратные тропинки, выложенные каменной плиткой. Уютная беседка с деревянным столиком и плетеными креслами. На полянке смело можно было бы поиграть в бадминтон или волейбол. Да даже просто расстелить плед и лежать, наблюдая за облаками и наслаждаясь мягкостью травы. Перила и крыльцо дома были обвиты зеленой лозой. Внутреннее убранство также приятно удивило. Большие комнаты, обставленные по первому слову дизайна. Никаких массивных деревянных шкафов, комодов столом цвета ореха, шифоньеров, забитых хрусталем, обоев вырвиглазной расцветки. Все вполне современно. Большая плазма, мебель кофейных оттенков, несколько фоторамок с красивыми пейзажами, пара растений в горшках, выполняющая декоративную функцию. Вместо люстр лампы в стиле «минимализм», излучающие приятный холодный свет. Оставшись довольной, Кира сразу же набрала номер Субботина, глянув на часы. Девять вечера, вряд ли он уже спит. И Ковалева оказалась права. Старший лейтенант, вернувшийся домой после пробежки, сейчас неспеша качал пресс, размышляя о расследовании. Почему-то на душе было непривычно тревожно. Было страшно оставлять Киру одну там, в месте, где она, возможно, постоянно проходит мимо убийцы, не подозревая об этом. И никто не знает, кто станет следующей жертвой. Хотя русоволосая и взрослая девочка, как-никак, 27 лет, как он успел узнать у Тихонова, имеет опыт внедрений, старше его по званию, все равно не хотелось отпускать ее туда. Желание выяснить правду может обернуться большой опасностью для жизни товарища майора. Из мыслей о симпатичной коллеге его вырвала мелодия телефона. Стерев тыльной стороной ладони пот со лба, мужчина потянулся за источником звука и усмехнулся. Легка на помине. –Слушаю вас, товарищ майор,–серьезно начал Леонид, кашляя, чтобы скрыть смех.–Чем могу вам служить в,–парень бросил взгляд на часы,–девять часов вечера? –Верой и правдой, верой и правдой, товарищ старший лейтенант,–усмехнулась Ковалева, осматривая свой маникюр.–Ладно. Я же тебе говорила, что в пятницу будет вечеринка. Так вот, Леонид Ильич, хочешь не хочешь, но тебе придется меня оттуда забирать. Я в состоянии алкогольного опьянения за руль не сяду. А трезвых там, похоже, не будет вообще. Только все это действо закончится часа в 3 ночи. Ты как? –3 часа ночи…Ехать по темноте к черту на куличики… Я уже в предвкушении,–саркастически хмыкает собеседник, направляясь на кухню, чтобы поставить чайник.–За что же ты меня так любишь, а? –Даже не знаю,–вторит ему оперативница.–Шутки в сторону. Это наш реальный шанс проследить за наркотрафиком. Откуда-то же эта дрянь взялась. Может, подозреваемых удастся найти. Так что? Ты меня заберешь или мне такси вызвать? Просто еще неплохо бы старосту до дома докинуть. Она тоже может много всего интересного рассказать. –Хорошо, ты мне информацию тогда перекинь на мессенджер. С Рогозиной потом эту ситуацию обсудим еще раз. До завтра, любовь моя,–последние слова были произнесены явно в шутку, но почему-то заставили щеки Киры покраснеть. Благо, старший лейтенант этого не видел. –До завтра,–сбросив вызов, девушка переслала всю информацию Субботину, а затем и Тихонову, предполагая, что хакер сейчас наверняка не спит. Вспомнив про доклад по международному частному праву, русоволосая быстро отыскала на одной из флешек файл и, подправив некоторые данные в титульном листе, отправила на печать. Телефон пикнул, извещая о новом сообщении. «Приезжай завтра в ФЭС пораньше. Тебе же все равно ко 2 паре. Все обсудим». Тихонов как всегда немногословен. Закончив с изучением коттеджа, Ковалева отправилась спать.

***

Чертыхнувшись, Кира, вырванная из объятий Морфея, выключила будильник. Если бы она работала на бизнесменов в законе, то обязательно бы применяла именно это средство пытки. Умывшись и переодевшись, Ковалева включила на телефоне песню, подходящую под настроение, и направилась на пробежку. Как раз неподалеку он ее дома находится хороший стадион, на котором по утрам крайне мало народа. В наушниках звучали слова, с точностью отражающие ее внутреннее состояние.

Упаду, поднимусь, закричу, низкий пульс. Ноша так тяжела, ранена, но жива.

Она начинает с легкого спортивного шага, постепенно начиная ускоряться и переходя на бег трусцой. Именно так Кира в свое время и начинала. Осторожные шаги, постепенно увеличение скорости событий. Жизнь полна взлетов и падений. Так было, есть и будет всегда. Но после черной полосы наступает белая. Да, она ранена, но жива. Все, что нас не убивает, делает сильнее. Майор упадет, но тут же встанет, соберет волю в кулак и продолжит идти. Кира слишком упряма, чтобы бросить все на полпути и сломаться. Именно благодаря этому качеству ей удалось в свое время хорошо отучиться, выиграть несколько соревнований. Упрямство и оптимизм. Это почти как слабоумие и отвага. Один из ее жизненных девизов.

Осколки моей души бродили по лезвию. Смогла это пережить хоть я не железная. Не страшно ведь я потеряла много и многих такого финала. И я не хочу ладони смыкая, прыгаю с края в новую жизнь.

Почти год назад в ее жизни началась черная полоса. Отношения с любимым человеком дали трещину. На второй план отошли хобби, тренировки и увлечения. Ее собственная личная жизнь сошла на «нет». Отстраненность, ссоры на пустом месте, ревность, нежелание проводить вместе время или просто посидеть и поговорить о проблемах. Отговорки, странные звонки, переписки с какими-то девушками. А потом проблемы на работе. Словно весь отдел разом ополчился против нее. Постоянные двусмысленные намеки, подколы, скандалы, бойкоты. Начальник, резко ставший самодуром, желающим скинуть на нее самые провальные дела. Недомолвки с семьей, отнимающие нервы и время. И апогей весь ситуации – подстава, чуть, было, не отправившая ее в колонию. Но удалось отделаться малой кровью – увольнением по собственному желанию. И тогда она разом лишилась всего. Команды, которая, казалось, никогда не предаст. Любимого мужчины, занявшего главное место в ее жизни. Надежного тыла в лице брата и родителей. Работы, поражающей закрученностью дел, самыми необычными исходами расследований. Ее жизнь рухнула. Первое время русоволосая только и делала, что выла в подушку от безысходности. Единственный человек, оставшийся с ней после всего этого, – Марина. Хотя Ковалевой было очень сложно признать, что подруга была права насчет работы, Вадима, коллег. И крайне трудно было идти к тем, кто раньше был близок, и признавать, что совершила ошибку, отстранившись от них, извиняться, выслушивать знаменитое «А мы же говорили». Кто-то отнесся с пониманием и принял извинения, простил. Некоторые ушли навсегда. Но главное, чего Кира добилась, – вернула себе себя, свое «я». Начала новую жизнь.

Сколько я ночей я плакала в холоде. Сколько людей оставили в омуте. Ты прости меня мама, я так была не права. Но я взлетаю над пламенем потерь.

Легкие начинают побаливать. Все-таки пора завязывать с курением. Или хотя бы постепенно снизить количество сигарет. Боль сковывает грудную клетку, опоясывая металлическими цепями где-то под ребрами, не дает сделать нормальный вдох. Это заставляет Киру остановиться и восстанавливать дыхание, уперев ладони в колени. Сердце стучит как бешеное, разгоняя кровь по венам. В висках тупая боль. А ведь песня про нее. Еще год назад Ковалева, устроившись на новую и не самую интересную работу, после трудового дня ревела в подушку. В такие моменты всегда приходила Марина, почти что за волосы поднимавшая с кровати, тащила в ванную и умывала ледяной водой, открывала окна по всей квартире, впуская прохладный воздух. А затем они разговаривали, стараясь не затрагивать ее теперь уже прошлое. Да, она потеряла многих, но жизнь продолжается. Как бы это банально и пафосно не звучало, она словно Феникс, восставший из пепла, гордо расправивший свои крылья и взлетевший в небо, чтобы доказать, что сильнее любых потерь.

Из-за всех сил открою другую дверь И по новым правилам я начну заново. Заново строить, заново жить, заново чувствовать Заново, заново строить, заново жить, заново чувствовать, заново любить.

И оперативница начала эту жизнь с начала. С новых правил, знакомств, отношений. Но одно майор поняла точно: она больше не позволит прогнуть себя, подчинить, нырнуть в омут с головой, занять главное место в жизни, забыть о своем том родном, личном, что теперь упорно оберегает от посторонних. Ковалева не против отношений. Ей наоборот хочется чувствовать рядом родственную душу, ощущать тепло любимого человека. Но, как верно подметила Марина, любовь – чувство сильное. Когда любишь, ты уже отдаешь себя дорогому тебе мужчине. А вот если начинаются ссоры с претензиями по поводу внешнего вида, окружения, друзей мужского пола, хобби, встреч с подругами, надо срочно делать ноги. Спустя час пробежка заканчивается, Кира быстро принимает душ, и, пока жарится яичница, начинает краситься. Скрыв тональным средством все мелкие недостатки на коже, русоволосая нанесла немного коричневых и золотых теней, накрасила ресницы и нарисовала тонкие стрелки. Волосы девушка решила не трогать. Все равно с ее длиной немного вариантов. Быстро позавтракав и помыв посуду, Ковалева отправилась к шкафу с одеждой. Сегодня ей захотелось побыть в немного дерзком образе. Вишневого цвета юбка длиной выше колена с небольшим разрезом и золотыми пуговицами сбоку. Белая шелковая блузка без рукавов с тонкими атласными лентами черного цвета, которые необходимо завязать в аккуратный бант. Сверху черный длинный пиджак. На ноги любимые черные лодочки. Образ завершили черная средних размеров сумочка, часики и вишневая помада. Собрав все необходимое, русоволосая улыбнулась своему отражению в зеркале и покинула квартиру. Выйдя из подъезда, она подошла к своей машине и щелкнула сигнализацией. Автомобиль медленно выехал со двора. Решив, что ехать в тишине скучно, девушка включила первую же попавшуюся радиостанцию. Слова, зазвучавшие из приемника, выбили оперативницу из колеи и заставили прибавить громкость. –Привет, Москва. Надеюсь, вы в прекрасном настроении этим чудесным солнечным утром. С вами ваш любимый и незаменимый Саша Белый,–бодро начал ведущий.–К сожалению, новости наши не так хороши, как погода на улице. Сегодня утром была найдена убитой студентка исторического факультета Виктория Золотова. –Только не это,–прошептала Кира, вслушиваясь в слова диджея. –Как нам стало известно, это уже не первое убийство студенток этого ВУЗа. До Виктории были убиты 5 девушек. Полиция бездействует, отрицает появление в нашем славном городе маньяка. Дело передано Федеральной Экспертной Службе. Дорогие наши слушатели, мы просим вас быть аккуратнее и будем держать вас в курсе событий,–речь Белого заставила девушку быстро найти укромное место, чтобы остановить машину и немного выдохнуть. –Твою гробовую доску, только этого нам не хватало. Когда же вы пронюхать успели?–задала вопрос в пустоту майор, как будто кто-то мог ей на него ответить. –…Наш выпуск новостей подходит к концу. Далее в эфире джазовый концерт. Не переключайтесь. Дорогие друзья, с вами был ваш смелый Саша Белый. До новых встреч,–Ковалева глубоко вздохнула, сжала пальцами переносицу и попыталась собрать мысли в единую картину. Девушка потратила пару минут на то, чтобы успокоиться, завела двигатель и быстро поехала в ФЭС, по дороге сбросив звонок от Амелиной. Все равно она уже знает, с какой целью ей звонят. Следом за ним пришло сообщение «Срочно приезжай на работу». Въехав на служебную парковку и быстро найдя своей машине место, Кира покинула салон и щелкнула сигнализацией. Увидев автомобиль Субботина, а затем и самого коллегу, русоволосая улыбнулась, помахав ему рукой. Леонид повторил ее жест и дождался, пока оперативница подойдет к нему. –Привет, уже слышала?–поинтересовался старший лейтенант, приобнимая коллегу за плечи. –Тут услышишь, хочешь не хочешь. Уже по всем радиостанциям трубят, в интернет вообще заходить страшно,–ответила девушка, шагая по коридору конторы. По дороге им попались Тихонов, Амелина и Тукаев, также шедшие к кабинету начальницы. Поймав несколько красноречивых взглядов, Ковалева поняла, что совещание у Рогозиной не предвещает ничего хорошего. Сама женщина напряженно прохаживалась вдоль своего стола. Получив молчаливое разрешение войти, все сотрудники расселись по местам. Кира скинула с плеча сумку, доставая рабочий блокнот и ручку. Галина Николаевна, помолчав пару минут, села в кресло и щелкнула пультом. На экране включилась прямая трансляция с какого-то третьесортного канала. Ведущая находилась на месте преступления. Позади нее за ограждением стояла толпа зевак, желавшая узнать подробности. Сдерживанием народа и журналистов занимались сотрудники местного отдела полиции. Репортер бодро сообщала о том, что смерть Виктории Золотовой наступила в результате удара камнем по голове. Убийца настиг студентку во дворе собственного дома, где ее и обнаружил сосед, шедший с ночной смены. Пообещав держать зрителей в курсе, ведущая отключилась. –Вот это с утра крутят по всем маленьким каналам, скоро и до федеральных дело дойдет,–произнесла Рогозина, выключая экран.–В газеты уже информация просочилась. Все нас в бездействии и ментовском беспределе обвиняют. –Это еще не все, Галина Николаевна. Родители Евы Куликовой собираются давать интервью какому-то крупному изданию. По всем радиостанциям трубят, журналисты расследование вести собственное собираются. Вот только непонятно, почему они сейчас решили всполошиться…–договорить Тихонову не дал звонок стационарного телефона. Женщина раздраженно вздохнула, принимая вызов. Только генерала ей сейчас не хватало для полного счастья. Выслушав монолог о некомпетентности своих сотрудников, увещевания разогнать их контору к чертовой матери, обещание выкинуть ее на пенсию или отправить преподавать в захолустный ВУЗ страны, женщина отключилась и устало потерла переносицу. –Значит так, генерал пообещал пока притормозить журналистов. Убитая не являлась студенткой юридического факультета, но училась в этом университете. Так что, возможно, это просто совпадение. Но сроку нам на то, чтобы поймать маньяка, дали до конца недели. В противном случае пишем коллективный рапорт об увольнении,–озвучила Рогозина результаты экстренного совещания в министерстве. –А уважаемые генералы не хотят нам мастер-класс показать? Или они только языком чесать умеют, сидя в удобном кресле?–фыркнул Тихонов, откидываясь на спинку стула.–Не может же Кира просто подходить к каждому в здании и спрашивать, убивал ли он студенток. –Вань, мне это точно так же, как и всем вам не нравится. Тем не менее, дело надо раскрыть,–Галина Николаевна взглядом указала Амелиной на экран. Блондинка тут же поднялась со своего места и подошла к клавиатуре, чтобы показать информацию о новой убитой. Все стали пробегаться глазами по тому скудному объему данных, что сумела собрать Оксана за 15 минут. Ничего интересного. 18 лет. Дочь строителя и бухгалтера. Есть младший брат. На фотографии миловидная русоволосая девушка с зелеными глазами. Училась погибшая средне, звезд с неба не хватала, но и отстающей ее сложно было назвать. Судя по билингу телефона, особо часто по клубам не ходила, но и крестиком вышивать явно не любила. –Это то немногое, что удалось собрать быстро,–объяснила программист.–Телефонную книгу я пока не успела проверить. Мы еще с вещами других погибших не разобрались. Да и сеть наркотиков надо отследить. Вдруг это нас наведет на убийцу,–закончила блондинка, присаживаясь на свое место. Кира в это время лихорадочно просчитывала, что она может сделать, не привлекая внимания, чтобы раскрыть убийство. Ведь большая часть ответственности ложится на ее плечи. От ее действий зависит, будут ли еще жертвы. Ковалевой, конечно, не привыкать работать под прикрытием, но идиотский червячок сомнения «А смогу ли я» уже начал обживаться в ее душе. –Кстати, Кира, по поводу вечеринки. Тебе там нужно быть обязательно. Иван выдаст тебе все необходимое оборудование. Субботин с Майским тебя подстрахуют. Также в институте послушай, что люди говорят. Может, зацепки какие найдешь. Труп нам уже везут, но вскрывать его тебе, Артем, придется в гордом одиночестве. У Вали что-то там дома случилось,–Тукаев с молчаливого согласия начальницы удалился в морг.–Позже подъедет Холодов, поможет с уликами. Все свободны. Сотрудники покинули кабинет Рогозиной и направились в лабораторию, чтобы обговорить дальнейший план действий. –Давай тогда я тебя отвезу и поеду на место преступления? Следы там, конечно, даже если и были, то их уже затоптали, но вдруг кто-то что-то видел,–предложил Субботин, опускаясь на один из стульев. Ковалева, прислонившись к стене, отрицательно покачала головой.–А что не так, там же по пути? –Никто и не спорит. Но некоторые убийцы возвращаются на места преступлений, чтобы посмотреть, какой эффект труп произвел на людей. Или чтобы высмотреть новую жертву, если это не из нашей серии, что вряд ли. Но лучше тебе там не отсвечивать. Лучше попытаться эту цепочку с наркотиками раскрутить,–девушка провела рукой по волосам, пытаясь настроиться на рабочий лад. –Ну да, если не раскроем убийства, так в отдел по борьбе наркотиками перейдем работать,–ухмыльнулся Иван, изучая контакты Эвелины Тарасовой. Должна же была она как-то сообщать, что нужна новая доза. Наркотики – не лекарства, которые нужно строго по рецепту принимать. Неизвестно, в какой момент начнется следующая ломка. Поэтому должен быть в ее телефоне тот, кто примет заказ. Также на втором мониторе изучались передвижения второй симки. Тихонов пытался выяснить, как можно найти место, где оставляют закладку. –Надо еще информацию найти про бывшего парня Милены Волковой, очень уж настойчивый товарищ, если судить по переписке,–добавила Амелина. –Так, нам уже ехать пора. Вань, если что-то найдете, мне на телефон сбрасывай,–сказала Ковалева, подхватывая сумку со стола и покидая лабораторию. Леонид направился следом. Решив не отсвечивать на официальном выезде, чтобы не попасться на глаза назойливым журналистам, ребята сели в машину Субботина и покинули территорию конторы через запасной выезд. В машине повисла тишина, нарушаемая лишь тихим звучанием музыки, которую Субботин с трудом отыскал среди множества обсуждений нового маньяка. Пока автомобиль стоял на светофоре, старший лейтенант бросил на коллегу взгляд. Кира очень нервничает. Пальцы нервно постукивают по сумке, взгляд бегает, по телу мелкая дрожь, губы то и дело попадали в плен зубов, рискуя быть прокушенными до крови. В груди неожиданно возникло желание хоть как-то успокоить напарницу. Мозг Леонида тут же придумал оправдание – ей сейчас искать подозреваемых, необходимо не упустить ни одной детали. Машина совершила очередной поворот. Ехать им еще минут 15. Молодой человек аккуратно поднес свою руку к запястью Киры и, не увидев сопротивления, накрыл своей ладонью маленькую ладошку девушки и стал поглаживать кожу большим пальцем. В этот момент по кончикам пальцев прошел заряд тока. Майор перевела на него взгляд, но руку не стала вырывать. Посмотрев в карие глаза, он увидел благодарность. На губах наконец-то появилась неуверенная, но улыбка. По телу разлилось приятное тепло. –Не переживай, не волнуйся. Все обязательно будет хорошо,–проговорил Леня, бросив на русоволосую еще один взгляд.–Ты справишься. Мы найдем убийцу. Меня, если честно, это тоже нервирует. Хуже, чем в школе перед экзаменом по предмету, который не знаешь. –Сравнил…–усмехнулась девушка. Кажется, старшему лейтенанту все-таки удалось отвлечь ее от грустных мыслей.–Там тебя максимум пересдача ждет, а тут увольнение, и очень повезет, если по собственному. –Зря ты так. Некоторые учителя хлеще генералов,–улыбнулся парень, вспоминая случай, произошедший в школьные годы.–У нас в школе одна учительница была. Белла Георгиевна звали. Возрастом она, мне кажется, уже тогда была из времен динозавров. А внешним видом напоминала сотрудницу ФСИН. Ее за глаза, разумеется, все Беллой Гитлеровной звали или Салтычихой,–он почувствовал, что девушка сжала его ладонь, прося продолжить,–Вела она у нашего класса литературу с русским языком. –И как вела?–поинтересовалась Кира. Плохое настроение словно улетучилось. –Понятия не имею. Я ни на одном уроке не был, из принципа,–ничуть не смущаясь, ответил старший лейтенант.–Я ей «Здрасте» по-человечески сказал, только когда на устный экзамен пол литературе пришел. Ее там чуть инфаркт не хватил, когда она поняла, кто перед ней. Говорит таким менторским голосом: «Берите билет». Я взял, смотрю и понимаю, что нихрена не понимаю. Рассказать биографию Зинаиды Гиппиус, любое ее стихотворение и позицию по отношению к советской власти. Я фамилию эту в первый раз только в билете увидел. –Ну и как? Сдал?–Ковалева выудила из закромов памяти информацию, что это одна из поэтесс Серебряного века. Но так, сходу, вспомнить что-то из ее биографии русоволосая не смогла. –Если не считать того, что она в обморок рухнула после моего ответа, то сдал,–поведал оперативник, поворачивая руль.–Я ей такую чушь нес, такой бред, она сначала бледнела, потом краснела, потом зеленела. В конечном итоге упала прям под стол, давление подскочило, а другие преподаватели из комиссии просто аплодировали стоя и смеялись. –У них шок случился от твоего ответа? –Нет, просто я первый, кто рискнул прийти не подготовленным. И в итоге за такой «подвиг» тройку поставили. Сдал, и Слава Богу, как говорится,–рассмеялся оперативник, вспоминая лица других педагогов. С ним потом вся школа после такого номера здоровалась, а младшеклассники считали за героя. Конечно, по прошествии стольких лет было немного стыдно за такое безответственное отношение к предмету, но с новым учителем ему эту оплошность удалось исправить. –По тебе и не скажешь, что ты в школе таким разгильдяем был,–девушка прыснула от смеха, прикрыв род второй ладонью.–С виду ты прям такой тихоня, правильный мальчик. –В тихом омуте черти водятся,–Леонид повернул руль, въезжая на парковку университета. –Мне стоит бояться?–девушка наигранно поднесла руку к груди, изображая удивление. –А мне тебя? Ты тоже тихоня, о тебе ничего толком неизвестно достоверно. Так что, еще неизвестно, кому кого стоит остерегаться,–многозначительно протянул Леонид. –Это уж точно,–автомобиль занял одно из мест на парковке.–Ладно, в любом случае спасибо за поддержку. Если что, я позвоню,–девушка оставила поцелуй на его щеке. –Будь осторожна,–бросил он напоследок напарнице, отвлекаясь на телефонный звонок друга.

***

Кира почти дошла до крыльца здания, когда ее кто-то со спины схватил за плечи. Чудом поборов рефлекс, возникший во время службы, обернулась. На нее с приятной мягкой улыбкой смотрел Влад, увидевший ее на парковке. –Привет,–поздоровалась Ковалева, направляясь к посту охраны. Бросив взгляд на мемориал, она увидела, что к фотографиям прибавилась еще одна. Погибшей Виктории Золотовой. Соколов, заметив, куда она смотрит, напрягся. –Тоже слышала?–кивнув в сторону портретов, поинтересовался парень.–Хотя тут только глухой не услышит. Жалко Вику, так рано умереть. А полиция ни черта не делает,–злоба на правоохранительные органы так и сочилась из его уст. –Ты ее знал?–спросила русоволосая, в глубине души молясь, чтобы появилась хоть одна ниточка к убийце. –Да. Пересекались на одной из конференций, смышленая. Она туда просто поучаствовать шла, 3 место заняла. Вика вообще ко многим предметам относилась средне, ну знаешь, какие-то любила, какие-то нет,–Влад поправил лямку сумки. Они двинулись по лестнице к аудитории, где будет лекция по уголовному процессу. На одном из поворотов к ним присоединилась Алина. –Может, ее парень из ревности убил?–предположила девушка, пытаясь раскрутить парня на разговор. –Понятия не имею,–ответил брюнет, тем самым ставя жирную точку в их разговоре. Ковалева в душе пожелала экспертам удачи, моля их найти хоть какую-то информацию по делу.

***

Рогозина поежилась, заходя в морг. За годы работы она так и не смогла привыкнуть к нахождению в «царстве мертвых». Место, где патологоанатомы проводили вскрытия, вызывало отторжение при мысли, сколько трупов перевидели эти стены, сколько жертв маньяков, педофилов, насильников. От этих мыслей всегда бросало в дрожь. –Артем, ну что там с нашей убитой?–Тукаев поднялся со стула, отрываясь от отчета и подходя к секционному столу. Откинув с тела простынь, мужчина приподнял голову трупа и немного повернул в сторону. –Смерть Виктории Золотовой наступила в результате нескольких ударов тупым предметом по затылку,–патологоанатом продемонстрировал гематому.–Вероятнее всего, камнем, найденным на месте преступления,–Артем показал на булыжник, лежащий на его рабочем столе. –А время убийства?–поинтересовалась женщина, глядя на орудие убийства. –Между 4 и 5 часами утра,–ответил капитан медицинской службы.–Я решил помочь ребятам, они там, в лаборатории зашиваются, и изучил камень. Так вот, новости, к сожалению, не очень хорошие. Убийца работал в перчатках, но у нас есть его примерный рост. Он от 160 до 170 сантиметров. Это понятно из траектории удара. Я предполагаю, что это была женщина, ей элементарно не хватило сил. Поэтому были нанесены несколько ударов. И бил убийца как будто с остервенением, вымещал агрессию. Так что, похоже, это личный мотив. –Это уже что-то. Хоть с последним телом мы сдвинулись с мертвой точки. Ладно, заканчивай с отчетом и отправляйся к ребятам на помощь,–бросила напоследок Рогозина, удаляясь из морга.

***

Тихонов то и дело щелкал мышкой по экрану, пролистывая переписки Милены Волковой с ее бывшим молодым человеком. Сама покойная страницы в социальных сетях не вела, зато у ее несостоявшегося ухажера был свой микроблог. И из нескольких постов Александра Серебрянского Иван смог узнать, что познакомились они банально. Она была помощницей юриста, у которого парень в свое время консультировался. А там частое заскакивание в контору, разговоры ни о чем, лишь бы подольше задержаться, приглашение на чашечку кофе, раз, второй, третий. По крайней мере, на картинках все было прекрасно. Выбирают не его, выбирает он. А вот, копнув чуть поглубже и взломав аккаунт, хакер откопал среди скрытых и удаленных stories видео из клубов, ресторанов, с различных тусовок, где молодой человек вовсю обнимался с разными девицами не самого тяжелого поведения. И явно Милена была об этом не в курсе… по крайней мере до определенного момента. А потом градус их отношений стал возрастать, судя по перепискам. Оскорбления со стороны молодого человека, угрозы, фотографии и сообщения с ее местоположением. Потом тактика менялась, начинались заверения, что он изменится, она все не так поняла. Ночные звонки из каких-то баров. А потом снова угрозы, обвинения. Эмоциональные качели, которые длились около полугода. За пару недель до убийства Александр начал новую психологическую атаку. Речь в переписке шла о каком-то парне. Серебрянский угрожал разобраться с ее новым хахалем, если он не перестанет около нее ошиваться, найти его и поговорить по-мужски, а потом посыпались сообщения «я тебя убью, тварь», «я тебя ненавижу», «либо со мной, либо ни с кем». Покопавшись в телефоне, Тихонов нашел этого молодого человека, который оказался приятелем и коллегой по работе Волковой. Убитая слезно умоляла его в переписке переночевать у нее пару раз, потому что ей сыпались угрозы от молодого человека, фотографии записок прилагались. –Караул,–произнес Иван, заставляя Амелину оторваться от изучения контактов Эвелины Тарасовой. Девушка подъехала на стуле к его монитору.–Такой ведь реально убить мог. Ты глянь, какие «веселые» эмоциональные качели,–мужчина пролистал переписку, демонстрируя всю «прелесть» токсичных отношений коллеге. –Я думаю, такой вполне мог убить,–Оксана посмотрела во второе окно, просматривая краткую биографию подозреваемого.–У него несколько приводов в полицию за драки, хулиганство. Пускай наши съездят и проверят. –Хорошо, только Рогозиной об этом сообщу,–взяв из принтера распечатку, Иван отправился к двери.

***

Машина с розовыми полосами на бортах затормозила около одного из офисных зданий. Вышедшие из машины Майский и Холодов направились ко входу. Обоим такая рокировка не нравилась от слова «совсем». Андрею была милее его любимая, теплая, светлая лаборатория с удобными креслами, монитором, перчатками, стерильностью. Покидать свою «обитель» капитану ой как не хотелось. А Сергея не устраивал сам факт, что его отправили на возможное задержание с человеком, у которого не самая хорошая физическая подготовка. Самым оптимальным вариантов из всех возможных был Субботин. Но Рогозина запретила старшему лейтенанту этот выезд, считая, что так он может себя выдать. Поэтому на Леонида была возложена важная миссия  обнаружить сеть наркоторговцев. Показав удостоверения, мужчины двинулись к лифту. Поднявшись на третий этаж, они попали в офис экономической компании «Торнадо», где и работает их подозреваемый. Сначала узнав у директора, в какой части этажа базируется стол Александра, Сергей двинулся в заданном направлении, оставив Холодова наблюдать издалека. Среди многочисленных стеклянных стен, выполняющих разграничительную функцию, и столов, занятых работниками, майору удалось разглядеть Серебрянского, мило беседующего с какой-то барышней, устроившейся у него на столе. Девушка то и дело накручивала белокурые локоны на палец, хихикала, проводила рукой по шее, прикусывала губу, закидывала ногу на ногу, проще говоря, применяла самые известные приемы соблазнения. Хмыкнув, Майский отправился к парочке, намереваясь прервать идиллию. –Александр Серебрянский?–парень молча кивнул, а его собеседница поспешила ретироваться на свое рабочее место.–Майор Майский. ФЭС. Вы знакомы с Миленой Волковой? –С этой шалавой? К сожалению, да,–хмыкнул молодой человек, откидываясь на спинку кресла.–Эта стерва променяла меня на какого-то сопляка, я же все для нее делал, а она мне изменила. –Охотно верю,–саркастично отозвался Сергей, вспоминая переписку, показанную Амелиной.–Она была убита 2 недели назад. Что вы делали 10 мая с 9 до 10 часов вечера? –Вы б еще через год спросили. Дома, наверное, был, телевизор смотрел. Это же после праздников. Мне так-то на работу утром вставать. –Дома, конечно же, были один?снова кивок,–Собирайтесь, гражданин Серебрянский. Поедете с нами до выяснения всех обстоятельств.

***

Кира сидела в аудитории, дожидаясь перемены. Сначала лекция, а потом семинар по уголовному процессу, казалось, длились вечность. Вроде бы вторая пара предполагала ответы студентов, но преподаватель решил провести еще одну лекцию, чтобы окончательно закрыть блок тем на этот семестр. На второй час Ковалева уже изнывала от тоски и рисовала какие-то малопонятные картинки на полях тетради. Впрочем, не ей одной было невыносимо скучно. Алина, сидевшая рядом, с трудом держалась, чтобы не заснуть. А Влад что-то печатал на телефоне в приложении «Документы». Бросив быстрый взгляд, русоволосая поняла, что он дописывает курсовую. На телефон пришло сообщение от Тихонова. Как обычно коротко и ясно. Срочно надо поговорить. Погасив экран, пока никто не увидел текст, девушка отпросилась в туалет и направилась в самый отдаленный и безлюдный коридор. –Вань, вы что-то нашли?–поинтересовалась майор, осматриваясь в поисках камер или студентов. Ни того, ни другого обнаружено не было. –Да. Вообщем, смотри. Во-первых, Артем предположил, что Викторию Золотову могла убить женщина. Ударов было несколько, сил не хватило. Рост от 160 до 170. Во-вторых, есть подозреваемый. Бывший молодой человек Милены Волковой. Ребята его задержали, пытаются раскрутить. И последнее, возможно, есть еще одна подозреваемая. Екатерина Мелехова. Ева Куликова незадолго до своей смерти отбила у нее парня, а, судя по переписке, Эвелина Тарасова ей в этом помогла. Присмотрись к ней. Мы с Оксаной пока ищем, что там с сетью наркотиков,–договорил Тихонов и сразу же сбросил вызов. –Прекрасно, просто прекрасно,–произнесла Ковалева, вслушиваясь в безмолвную тишину коридора.