Механический яд

      На столе в какой-то сервизной вазе стоял букет светяшек, он заменял запах медикаментов: всяких травяных отваров, даже таких «экзотичных», из самой хижины Бу-бу, за которыми Альберих мотался со всей возможной ему скоростью (чуть ли не пулей слетавший туда и обратно за один день по собственной инициативе), запах настоек и спиртовых натирок. Перебивал совсем немного, тем самым внушая надежду. Мнимую. Глупую. Самую крохотную. Как только Кэйа смог провернуть всё это, чтобы совсем немного облегчить муки? В прочем… Это не так важно. В принципе всё, кроме Рагнвиндра было самым не важным. Рагнвиндра, который не приходил в сознание и стабильное состояние практически целый месяц. Рагнвиндра, на котором места живого не было. Рагнвиндра, который был бледнее и мертвее самой смерти.       Ордо Фавониус и в частности, в особенности, сам капитан кавалерии корили себя за случившееся. Возможно, если они бы более серьёзно продумали план с Коллеи, с фальшивой подставой Дилюка и сдачей его Фатуи, и прочим, и прочим, и прочим… Возможно сейчас бы ничего не было. Возможно юноша сейчас не лежал бы в больничной палате, балансируя на грани жизни и смерти, всё больше кренясь во вторую сторону.

***

— Барбара, как сегодня?.. — произнесла Джинн, быстро поднявшись из-за своего рабочего стола. Кэйа и Лиза напряжённо глядели со стороны, уже понимая, что хороших новостей они вряд ли получат. — Господину Дилюку хуже. Я думаю придётся прибегнуть к помощи господина Альбедо. Он сможет провести полноценный анализ и возможно дать ответ на то, что же всё-таки произошло. Если нельзя просканировать его с помощью магии и вылечить моими средствами, стоит прибегнуть к алхимии и великому уму. — А что с ним?.. — тихо донеслось от Альбериха, который выглядел совсем уж поникшим. Непривычно. — В плане состояния… — Высокие перепады температуры, временами сильное уменьшение пульса, и… Это странно, но… Проблемы с элементальным контролем элемента пиро. Я поэтому собрала вас сейчас, потому что возможно счёт идёт на часы, а мы до сих пор не поняли с чем связались. — Почему мы раньше не обратились к алхимику штаба? — задорный голос скрывал за собой нескончаемое волнение и ужас за произошедшее. Кэйа в первую очередь винил себя, ведь в этот раз он точно подвёл Рагнвиндра, прошлые свои моменты он почти не признавал, но этот… Тут всё было предельно ясно и прозрачно. — Ранее я могла излечить любую болезнь, сейчас я встретилась с тем, что мне не подвластно. Я без понятия, что с ним творили Фатуи, но то, что они не собирались оставлять его в живых — явный факт. Альбедо вполне может справиться, возможно мы имеем дело с технологиями Снежной… А он сможет понять структуру и связи. Благодаря этому мы сможем спасти господина Дилюка.

***

      Главные лица Ордо Фавониус собрались в палате, настороженно осматривая приглашённого алхимика, пока тот проводил поверхностный анализ. Светлые брови сгущались, а глаза стеклянно осматривали безжизненно лежащее тело. Альбедо был гением, однако таким напряжённым и сосредоточенным в своих делах его ещё не видели. Обычно эмоции выражались слабо, если их вообще можно было заметить, а так… Так это пугало ещё больше. — Пока я готовлю нужные мне препараты введите меня в курс дела. Желательно с самого начала. — Я боюсь, рассказ будет довольно длинным, — устало произнесла заменяющая Магистра, пальцами коснувшись висков и усевшись на подоконник. — Однако этот рассказ может помочь спасти мне господина Рагнвиндра. Вы же поставили эту цель? Или информация настолько конфиденциальна, что Вы боитесь доверить её мне? — Что Вы… Секунду, нужно сосредоточиться, последние дни приходится налаживать волнения в обществе по поводу этого пренеприятного происшествия, к тому же обязанности Магистра меня по-прежнему не отпускают. Лиза, не могла бы ты заварить чай, я клюю носом, боюсь упустить важные аспекты всего произошедшего… — Конечно, милая. Я скоро вернусь. — Итак? — Альбедо не повёл и глазом, копаясь в куче пробирок и ингредиентов. Вряд ли кто-то из присутствующих в принципе понимал всё то, что проделывал сейчас алхимик. — Да, конечно. Наверное Вы уже слышали о случившемся у главных ворот города некоторое время назад? — Тот инцидент с чёрным змеем? Да, я наслышан об этом. — Тогда к нам в город пробралась маленькая девочка, зовут её Коллеи, может быть видели, чуть ниже Эмбер, с зелёными волосами, она вечно бегала со скаутом. — Может быть, однако я был слишком занят изучением… Возникшей теории об одной вещи. Не совсем понимаю, как это связано с… — Да-да. Коллеи оказалась той, кто выпустил этого змея. Лиза связалась с академией в Сумеру, со своим коллегой, где они подробно рассмотрели случай. Мы направили девочку туда. Подозреваем, что возможные выбросы неэлементальной силы, не знаем, как тот случай можно назвать магией элемента, связаны с Фатуи и их Глазами Порчи. Об этом неохотно поведал когда-то давно господин Рагнвиндр. — Всё ещё не улавливаю связи. — О Фатуи мы подумали, так как они заинтересовались малышкой. Они прибыли в город, в то время как нам нужно было перевести их внимание, то бишь направить по ложному следу. В качестве инсценировки сэр Кэйа предложил господину Дилюку отвлечь их внимание. Он смог стать их целью, был пойман стражниками и отправлен на допрос к самим Фатуи. А там… — Одному «братцу» известно, что происходило, — закончил Альберих, хмыкнув и развернувшись к окну. — Что-то душно, не находите? — С этой организации и её причастности и нужно было начинать, — стальным тоном донеслось от алхимика. — Вы знаете о слухах, быть может господин Рагнвиндр узнал то, чего не нужно было узнавать. Или же… Вы сдали его в самые лапы врага. Иными отношения, после убийства двух дипломатов на территории Мондштадта, назвать невозможно… Думаю, что вы все сами это понимаете. Сестра Барбара, что Вы можете сказать по поводу состояния? — Помимо внешних повреждений и ран, которые к счастью можно залечить, меня беспокоит остальное. Очень резкие перепады температуры, он практически не выходит из состояния, подобного коме, будто очень глубокий сон. Я пару раз замечала выбросы элемента пиро, однако Глаза Бога при этом рядом с ним не было.       Кэйа хмыкнул, горестно уставившись на освещённую солнцем долину. Хоть где-то оно светило. На душе было, мягко говоря, погано. В голове не укладывалось то, как по своей собственной воле этот вечный принципиальный юноша согласился на сотрудничество с ним и таким образом рыцарями, конечно не принимающий это во внимание и называющий совершенно иным… И как в принципе он, Альберих, практически взял на слабо «братца», не придумав никакого другого варианта. Неужели он был настолько уверен в том, что Дилюк не откликнется на такой своеобразный зов? Стоило перестать думать об этом, просто потому что иначе это вводило ещё в большее уныние. Отложить на потом, на очередную почти бессонную ночь. — Как проявлялись эти выбросы? — Сказать честно, в этот момент об этом не думаешь совсем… — Пегг неловко пожала плечами, опустив голову. — Устранять последствия во избежание большего полыхания… Ну… Слишком много задач… Простите. — Я понимаю, нечего извиняться. Это уже о многом говорит. Что-то ещё? — На стенах ещё остались слабые отпечатки копоти, возможно какой-то анализ с ней внесёт большей ясности. — Это ещё лучше… Возможно я буду оставаться здесь. Могу помочь в чём-то, пока мы узнаем что-то из проводимых мной манипуляций. К тому же, в данном случае больше рук — больше возможного успеха. Ну и конечно, лишний шанс вам отдохнуть, а то, так понимаю, вы не допускаете много кого из-за секретности и важности дела. — Это было бы чудесно, рук действительно не хватает, — смущённо заулыбалась Барбара, чуть поклонившись в знак признательности. — Сами понимаете, резонанс итак достаточно высок. Сдерживать слухи уже практически не получается, главное, чтобы партнёры господина Рагнвиндра ни о чём не узнали, потому что новость точно уползёт дальше наших территорий… А там… Фатуи точно прознают обо всём и тогда возможной встречи с ними нам не избежать. Однако… Работники винокурни пообещали, что смогут уладить все вопросы. — Я могу привлечь к делу Сахарозу. Она не болтлива, к тому же очень тщательно и фанатично относится к работе, её способности превосходны. Ручаюсь за неё. — О, конечно, полагаюсь на Ваше доверие ей. — Если это поможет делу, то тогда нужно срочно призвать её сюда, — нарушил своё молчание Альберих, наконец развернувшись от окна, тем самым перестав лицезреть прекрасные виды и наконец сфокусировать внимание на главном. — Джинн, Барбара, я хотел бы переговорить пару слов с Альбедо. Наедине. Это важно. Обещаю, как узнаю чуть больше, сообщу вам, иначе это может сбить с курса. Проверьте Лизу. — Хорошо, — Гуннхильдр вздохнула, практически вытащив за собой сестру из помещения.       Кэйа хмыкнул, нервно проведя ладонью по чёлке. Будь Дилюк в сознании, он бы уже держал меч прямо у его горла, узнай бы он о том, о чём собирался поведать капитан кавалерии. И простой дракой, какая произошла после того, как он открыл юному владельцу винокурни всю свою подноготную, здесь не обошлось бы… — Что Вы хотели мне сообщить? — вежливо произнёс алхимик, заставив парня скривиться. — Обойдёмся без этих формальных выканий, хорошо? — увидев кивок, он облегчённо вздохнул. — То, что я скажу сейчас, знать никому не нужно, вообще. Это конфиденциальная и очень личная информация, о которой сейчас здесь знаем мы вдвоём, ну и возможно Фатуи. Дилюк ранее, после того как отказался от своего Глаза Бога, формально продолжил «дело» своего отца. В своём обиходе он держал Глаз Порчи. Я слышан и видел на практике, как эта штука способна обернуть козни против владельца и того, кто просто использовал её хоть раз. Возможно эта информация тоже сможет косвенно помочь в этом сложном… — слова потерялись в горле. — Он также находился три года в походе с целью поиска информации по упоминаемой нами организации, я уверен, что он уже встречался с многими из Предвестников, но в этот раз произошло что-то ужасное. Он также знаком, хотя это сложно таковым назвать, с Дотторе. Прошу не распространяться этой информацией даже с действующим Магистром. — Я понял тебя, это заметно сужает круг моих подозрений. Благодарю за предоставленную информацию. — У тебя есть возможные идеи? — Если мы действительно имеем дело с Дотторе, то тогда всё может оказаться куда хуже, чем я предполагал. От коллег в Сумеру я слышал о нём всякое, его зачастую кликали сумасшедшим из-за его… Кхм… Идей. Он жестокий и явно не останавливается на простом изучении чего-либо, по слухам можно заключить, что он вполне может ставить эксперименты на людях. Это за пределы академии не выносилось, строгий запрет, зато теперь пожинаем плоды… Мы можем столкнуться с тем, что пока нам не известно, но известно изобретателю этого ужаса. — Есть хоть какие-то гарантии? — Они всегда есть, только нужно правильно ими воспользоваться. Советую тебе отпроситься у Магистра и восполнить силы, я сегодня вместе с Сахарозой останусь здесь. — Я могу чем-то помочь? — Если только проверить, дошло ли до неё сообщение о том, что мне требуется помощь.

***

      Альберих смотрел в потолок, совершенно не понимая своего состояния. Идти в «Долю Ангелов» было бы наихудшим решением, как и хлестать алкоголь. К тому же… Привычное желание потратить часть жалования на прекрасное вино с изумительным и неповторимым запахом испарилось, в груди будто зияла дыра, а в ней лишь блёклая картинка противоположной стороны и больше ничего… Скинув одеяло, Кэйа уселся на краю кровати, уперевшись локтями о коленки и уложив лицо в лодочку из рук. Когда его собственный отец оставил его здесь, у него была миссия, которую он похоже успешно проваливал сейчас. Изначально он говорил себе, что нельзя привязываться, нельзя допускать это семейство к себе в душу, но он не смог исполнить свои звучавшие мантрами указы. Он привязался, впустил… А теперь нёс тяжкую ношу, ещё и этот Глаз Бога… Как насмешка над ним свыше. Над всем тем, что было и будет в его запутанной и теперь будто бессмысленной жизни. Он запутался.       Он просопел в мягкую кожу основания ладоней что-то нечленораздельное, затем ещё сильнее закопавшись носом в сию странную конструкцию. По спине побежали мурашки от проникшего в комнату сквозняка из открытого настежь окна. Там за ним в далеке кажется сгущались тучи. Урагана в Мондштате не было давно… Как бы ничего плохого не случилось, хотя… В голову лезло самое разное… Больше плохое, нежели хорошее… Спустя столько времени последнее начало размываться и превращаться в мутное пятно, не имеющее ничего общего с первозданным. «Как там Дилюк?» — вдруг прозвучало в сознании. Кэйа действительно волновался. Юный владелец винокурни стал для него породнившимся, близким человеком… Жаль, что глупая судьба решила, что их отношения станут лишь натянутой ниткой, связанной лишь одним словом «работа» и то… Косвенно.       Тиканье часов раздражало, как раздражала и ситуация. Откинувшись на простыни, ему пришлось закрыть ладонями уши, чтобы попробовать отключиться, но даже так это лишь продлевало муки от другой причины — бессонницы, коей он мучался ровно столько, сколько длилась вся эта канитель с юным владельцем винокурни, его бывшим самым действительным вторым я, движение и мысль которого он понимал за доли секунд.       За окном светало.