Ради любви

      Именно в этот момент, стоя посреди поля боя, я, вдруг, понял, ради чего живу. Ради чего создал эту машину времени. Ради чего погибла Наташа.

Ради этих объятий.       Ради объятий Паучка, который растерянно и восхищённо-радостно жмётся ко мне. Теперь в голове крутится: это было не зря.       С трудом сдерживаемые слёзы размыли все вокруг. Пять лет во снах и мечтах я видел его. А сейчас пацан стоит напротив меня и что-то быстро тараторит. Я мысленно пообещал себе, что когда это все закончится, я скажу Питеру все как есть. Скажу ему про свои трепетные чувства к нему, про свою дочь, про то, как я с виной и разбитым сердцем жил все эти пять лет. Но это потом. А пока мне остаётся с глуповатой улыбкой убивать тварей вокруг.       Только не успел. Не успел сказать. Оперевшись о что-то холодное, сдерживая стоны боли, я корил себя. Обещал же. Уже понял, что теперь выжить не получиться. Таноса-то вон как потрепало. Но, подумав, я решил, что по-другому и не могло быть.       Он приземлился возле меня. Смотреть на его глаза было больно. В глазах Паучка не было столько боли и слез, когда он рассыпался.       В голове пролетали обрывки фраз:"Мы победили... Мистер Старк...Вы победили". А потом:"Тони".       Я перевел взгляд на мальчишку. Он выглядит таким уставшим и раненным. Мне показалось, что я видел кого-то похожего в зеркале последних лет пять. Но не смотря на это, Питер был, как и раньше, ужасно красив. Сейчас я понял, как сильно я люблю его.       В мое сердце как-будто вонзили нож, когда я отчётливо услышал: "Я люблю тебя". Внезапно резко захотелось жить. Одна скупая слеза скатилась по обожжённой щеке. Как же жаль, что все получилось именно так.       Напоследок грустно улыбнувшись, я закрыл глаза. Перед глазами вспыхнуло осознание того, что Питеру придётся жить с этим. Но было уже поздно.