Дети рано поутру вызывали Сатану.

– Ура, – возглас озарил небольшую комнату, Крис в мгновение ока оказался подле стола, шумно уронив что-то на него. – Что ты там опять учудил, – мрачно пробормотал Калеб и привстал с кровати, пружины жалобно взвизгнули. – Книга, – Крис разворачивается взмахивая руками. Лицо выражало небывалый восторг, в какой-то момент даже показалось, что тот начнёт скакать от счастья. На весь этот перформанс Ренуару оставалось только развести руки, мол: "И что?". – Эта та книга, ну о которой я тебе у горы рассказывал. Помнишь, мы ещё переводили текст, в котором сокрыто её местонахождение? Я думал это выдумка, но она у меня! – Он скинул косуху на стул и, схватив книгу, в два шага преодолел расстояние между ними, усаживаясь на кровать рядом, утягивая соседа за собой. — И зачем она нам нужна? — Ренуар всем своим видом излучал раздражение, он поглядывал на соседа из под нахмуренных бровей. – Что бы ты там не придумал – я в этом не участвую.       Вряд-ли книжка была наполнена сказками, что старики рассказывают сидящим у них на коленях внукам, одна её обложка чего только стоила. Плотная, старинная, словно деревянная, хотя, вероятно так и есть, тёмная с кожаными ремешками и тяжёлыми заржавевшими пряжками. Она была толстой, а сруб листьев выглядел ветхим, как и его мёртвая прабабка из сна, они были жёлтыми, прям как её старческая кожа. На обложке был нарисован неровный, но чёткий круг, а внутри звезда, потемневшая со временем красная краска пошла трещинами. Краска это была или кровь. Запах она источала малоприятный, пахло плесенью. Калеб дёрнул плечами, очередной раз вспомнив о видении.       Прошло уже достаточно времени, но он всё ещё не может нормально спать, постоянно вскакивает и шарахается собственной тени. Бывает, ему вновь мерещится оторванная голова соседа и его сотрясает мелкая дрожь. Он явно сходит с ума, о чём Крис не забывает ему постоянно напоминать, стоит Калебу внезапно подпрыгнуть на месте от хлопка с улицы или тихонько вскрикнуть от чужого прикосновения. — Да твою мать, Калеб, — отреагировал на очередной писк соседа Крис, — это просто чайник греется. Он лишь фыркнул на это заявление и отвернулся, прижимая колени к груди.       Кошмары. Они посещают его каждую ночь, что он живёт в этом общежитие. Иногда он их не запоминает, но даже они оставляют мерзкое ощущение каждое пробуждение. В последнее время всё стало только хуже, сны были настолько реалистичные, что он не всегда отличал их от реальности и теперь Калеб Ренуар напоминал огромный ком нервов.       Тиканье часов, щелчок ручки, шум чайника, всё это вызывало дрожь в теле и ком в горле, но больше всего его пугал скрип дверей. Страх снова оказаться в замкнутом пространстве его преследовал. Каждый раз он перепроверял, удастся ли ему покинуть помещение. Хотя клаустрофобией никогда не страдал.       Оставалось только цепляться за каждое предложение Криса развеяться, выбираясь из душной комнаты на просторы города. Шумные улицы никогда не были его любимым местом, но сейчас это был единственный способ не остаться один на один со своей взбаламученной головой. За две недели в свободное от занятий время эти двое прочесали каждый район, рыжий удовлетворённо, чуть ли не за руку таскал Калеба по своим излюбленным местам.       У соседа всегда было много историй связанных с каждым углом этого городка и если бы не эти мучительные сны, то Калеб с радостью проникся всем этим. Он искренне радовался каждому походу на улицу, а стоило переступить порог собственной комнаты – его ладони потели, домашка грузила только сильнее, а спать идти не хотелось, был страх. Страх вновь оказаться в заброшенном доме и столкнуться с этим "нечто".

***

      Но особый восторг у соседа был, когда они выбрались за территорию города. Небольшое село, малонаселённое и очень тихое. Свежий воздух проникал в лёгкие и бодрил, они бегали босыми по траве и радовались каждому моменту. В какой-то момент Калеб подумал, что жизнь наконец-то налаживается. Сейчас, сидя у озера и наблюдая за заходящем солнцем, в лучах которого он с радостью купался, пока друг стоял по колено в воде – брюки он подвернул, но те всё равно намокли, – он подумал, что счастлив.       Учебная суета отошла на задний план и вместо нудной лекции он слушал природу. Уже собираясь окончательно расслабиться и прилечь он увидел бегущего к нем Криса, тот окатил его водой, хоть и не критично. – А эта местная достопримечательность, – выкрикнул он, указывая пальцем в сторону, а следом пустился бегом, вырывая Калеба из собственного разума. Младшему пришлось резво подняться и последовать за ним. – Ты можешь перестать бегать, – Калеб согнулся пытаясь отдышаться, он чувствовал как болью отозвался правый бок.       Да, он явно не был любителем спорта, а тем кого пот прошибает уже от четырёх приседаний, а ноги сразу начинали трястись. – Просто глянь на это, – Крис махнул рукой, указывая вперёд и взгляд Ренуара метнулся в этом направлении.       Высокая гора, громоздкая, яростно нависающая над ними, готовая задавить своим величием. Острая вершина покрытая снегом прорывала желтые от заката облака, она стремилась в самую высь. Горы всегда казались ему мощными и величественными объектами, но этот природный гигант казался ему ещё и загадочным. Словно за ней стояла какая-то история, которую Калеб точно не хотел знать. – И что это? – Парень пошатнулся выпрямляясь. – Гора, не видишь что-ли, – усмехнулся парень и вновь направился вперёд, к радости Калеба пешком. – Блять, – шумно выругался он и поспешил за другом.       Прошло не так много времени, хотя Калебу казалось, будто это целая вечность, как у подножья горы показался небольшой домик. «Сарай», так его охарактеризовал в мыслях парень. Развалины, прогнившие доски, торчащие гвозди, дыра в крыше и явно очень старая дверь, готовая превратиться в пыль от одного прикосновения. – Это Роудхел, он здесь с основания времён, – ответил на вопросительный взгляд Крис, упирая руки в бока и оглядывая дом зачарованным взглядом, словно красивее он ничего не видел.       Одноэтажное здание, больше смахивающие на коробку, с невысокой крышей, которой явно не помешает капитальный ремонт. Хотя, он всему дому не помешает. Одна из оконных рам вывалилась почти на половину, а в парочке других окон выбито стекло. Кое-где проглядывались неприличные надписи, сделанные краской из баллончиков. И самое главное, заросли крапивы, что доходили до пояса парням, а они были очень даже высокими. – Жуткая рохля, говорят, что тут жил один из основателей города, когда его нельзя было таковым назвать, так, деревушка два на два. Сварливый мужик, под два метра ростом, худощавый и вечно в дырявом плаще. Считается, что он то ли как-то связан с Дьяволом был, то ли сам им являлся.       Упоминание подземного владыки заставило Калеба нервно дёрнуться, но Крис не обратил внимания продолжая с упоением рассказ. – Есть поверье, у нас в общаге старшие курсы всегда первакам его рассказывают, что если в ночь с 30 на 31 октября прийти сюда и вызвать Дьявола, то он любое твоё желание исполнит. – Прошептал он и растянул губы в ухмылке, легенда запала ему в душу ещё в первый год обучения здесь, когда пьянющий парень из соседнего блока, на два года старше его, затащил Криса к себе в спальню, попутно наливая виски, всё рассказал. Однако, весь воодушевленный настрой спал быстро, он шумно выдохнул и достал пачку сигарет. – Или убьёт. Смотря в каком настроении будет. Жалко только что книгу с заклинанием призыва кто-то давным-давно просрал, а копий нет. Её вроде как сам старик и написал, в едином экземпляре, и спрятал от чужих глаз. Один парень, лет 50 назад это было, её нашёл и решился на ритуал. – Он затянулся, выпуская густое облако дыма. – А потом что? – Наконец-то подал голос Калеб. – Больше его никто не видел, – хмыкнул Крис и вновь затянулся. В свете заходящего солнца было отлично видно его довольное лицо усыпанное мелкими веснушками.

Будет весело, сказал Крис. Ничего страшного не произойдет, уверял Крис. Мы просто повеселимся, задорно вещал Крис.

***

      Ничего весёлого в призыве нечисти Калеб увы не видел, но остановить неугомонного соседа никак не мог. Загорелся он своей идеей знатно, досконально прожевав каждую строку, Крис пытался затащить в эту авантюру и Ренуара. Ритуал оказался довольно примитивным. Несколько человек – лучше всего, если их будет пятеро, но чем больше, тем лучше – встают в круг в заброшенном доме и читают заклинание. Что может быть проще? Нужно было только найти таких же троих идиотов, которые решатся на это. В их случае, шестерых, и Калеб наивно надеялся, что таковых не окажется. Но мечты не всегда сбываются, именно поэтому, спустя три дня, в их единственный выходной, который парень надеялся потратить на сон и подготовку к предстоящему экзамену, они своей небольшой компанией двигались к подножью горы.       Сумерки сгущались, а невроз Калеба усиливался. Дом постепенно приближался и отчаянно хотелось развернуться и пуститься бежать. Но он продолжал плестись в самом конце на негнущихся ногах. Впереди был слышен звонкий голос Криса, как тот увлечённо описывал идущим рядом Аварису и Билли ритуал, эмоционально размахивая руками. Отставая на пару шагов шли Питер, Кэнди и Орсон, тоже о чём-то активно болтая. Он не вслушивался, до ушей доносились обрывки про какие-то спортивные команды, которых Калеб не знал.       И последний участник этой вакханалии — Вирджиния. Она шла вплотную с ним, то и дело хватая под руку, рассказывая ему различные и невероятно интересные по её мнению сплетни. Несмотря на полное отсутствие заинтересованности в происходящем, Калеба радовало её присутствие. Девушка отлично отвлекала его глупыми вопросами от мрачных мыслей. Роудхел, вот и он, во всей красе перед ними. Всё такой же старый и пыльный, оставалось только преодолеть преграду в виде кустов крапивы и не умереть. – Какого чёрта, – визгнула Вирджиния и подпрыгнула на месте, стоило жгучему ощущению пройтись по коже щиколотки. Она навалилась на Калеба почти повалив его с ног в эти же самые кусты. – Почему ты не предупредил, что здесь такой кошмар? – Взвыла она, устремив полный ярости взгляд на Криса. – Он предупредил, так к сведению. – Вступилась за друга Билли, обернувшись на визги девушки. – Никто не виноват, что в твоей голове такая дырка, что ты припёрлась в юбке.       Ривера фыркнула на замечание, злобно прошептав в спину девушки "Сучка". Калеб же снисходительно посмотрел на неё. Он был полностью согласен с Билли, девушка выбрала совершенно неподходящий наряд. Тёмно-синяя юбка выше колена, полупрозрачная блузка чёрного цвета, под которой виднелся такого же цвета лифчик и кеды на голую ногу. Мягко говоря, не то что нужно для подобной вылазки.       В доме наверняка куча пыли и паутины по всем углам. Возможно где-то будут торчать ржавые гвозди, которые с лёгкостью проткнут тонкую подошву её обуви и это явно не принесёт ей удовольствия.              Внутри всё было... прозаично. Как он и думал. Несколько комнат, что-то отдалённо напоминающее кухню, ванная комната с потрескавшейся плиткой и главный зал, в котором им и предстояло остановиться. Ожидаемо, всё было покрыто толстым слоем пыли, с потолка свисала паутина, она была на каждом углу. Кажется, он слышал шуршание крыс.       Просторное помещение освещалось остатками садящегося солнца. По углам стояла мебель накрытая не привычной плёнкой, а старыми белыми простынями с различными формами и размерами пятнами. Потолок венчала громадная люстра со свечами, точнее их остатками. Пожелтевшие обои с неброскими цветочными узорами и деревянный пол. Доски скрипели почти от каждого их шага, что нервировало его ещё сильнее.       Быстро нарисованная краской перевёрнутая пентаграмма, пять свечек по лучам, ещё восемь свечей каждому в руку. Крис победно оглядывает проделанную работу и с упоением открывает книгу, чтобы повторить заклинание. Билли тем временем достала небольшой предмет из рюкзака. – А курица нам на кой хрен? – Шепчет Калеб и ловит на себе удивлённый взгляд девушки. – Это жертва. – Ответила она так, будто это было очевидно. Следом она выудила увесистый нож и задорно покрутила его в ладони. – Ну вот, – книга с хлопком закрылась и Крис вернулся к кругу, – всё готово.       Калебу ничего не оставалось, как взять свою свечу и подойти к друзьям. Предчувствие чего-то плохого не покидало его, а только нарастало. – Чувствую, будет весело. – Игриво прошептала Вирджиния и повернула голову в сторону Ренуара. – Развлечёмся, Кайл.

…И каждая душа была темнее ночи. Воняла нечистотами раскиданных в переулках. И не пристало мне, Царю кошмаров, питаться падалью. Раз не способен отыскать достойных, то срок тебе пол года. Найди семерых грешников, их жизни заберу. А не разыщешь – в Ад тебе дорога.

***

Два года назад. “Кэнди Буше любит острые ощущения и кислый привкус во рту.” — И давно ты здесь сидишь?       Голос заставил Кэнди вздрогнуть и поднять заплаканное лицо, на синих джинсах остались два больших мокрых пятна. Заплывшим взглядом она пыталась сфокусироваться на парне перед собой. Какой-то рыжий пацан, который учился на одном курсе с её соседкой. Он был гораздо старше и казался ей малоприятным парнем, очень высокомерным, словно вокруг него крутится весь университет. А может, так оно и было? Может они всего-лишь неудачники, которым посчастливилось встретить этого гения? Она не знала, но чувствовала максимальный дискомфорт, когда эти смеющиеся зелёные глаза смотрели на неё сверху, заставляя ощущать себя ещё меньше и ничтожнее, чем он уже была. Мятая майка в пятах, потёртые дешёвые джинсы, засохшая блевотина на подбородке, губы дрожат, а она прижимается спиной к стене в коридоре и трясётся от недавних рыданий, пока крутит живот. Её начинает мучать икота и она заходится в приступе, пытаясь подавить неприятные сокращения диафрагмы.       Он всё ещё смотрит на Кэнди, на тонких губах играет приятная улыбка, но сейчас ей видится только насмешка и презрение и её жалкому виду. Парень опускается на её уровень и склоняет голову на бок, словно он кот. Большой рыжий кот.       “Крис”. Имя приходит в голову случайно. Словно его только что шепнули ей в ухо, хотя парень молчал, даже не шелохнулся, лишь наблюдал.       В какой-то момент Кэнди начало казаться, что он просто галлюцинация и если на несколько секунд с силой зажмурить глаза, то образ тут же исчезнет. Но он никуда не делся. — Тебе не стоит сидеть на холодном полу, заболеешь.       Он только начал подниматься, но она ухватилась за его ладонь. Холодная, не как у трупа конечно, но достаточно, чтобы по телу побежали мурашки. Не заметив реакции Крис просто дёрнул девушку и с тихим всхлипом она поднялась. — Спасибо.       Он кивнул, уже собираясь уходить сделал шаг в сторону: — Я иногда вызываю рвоту у себя.       Крис с удивлением глянул на неё. — Для чего?       Вопрос показался таким глупым и наивным, что Кэнди и сама невольно задумалась об этом, но всё таки решила сказать правду. — Я боюсь поправиться. Каждый раз после еды проверяю свой вес и иду в туалет, если он увеличивается.       Она никогда не говорила об этом, даже родителям. Страх осуждения, постоянные насмешки по поводу её веса и неуверенность в себе сыграли с ней злую шутку — теперь она вынуждена проводить вечера у туалета, пока внутренности скручивает от очередного толчка рвоты, иногда она блевала до желчи. Так, что было обезвоживание, а паническая атака мешала свободно вздохнуть. Даже чай казался максимально калорийным.       Иногда были срывы, когда она наедалась до боли в животе. А потом опять шла блевать. Голод, переедание, два пальца в рот и по кругу.       Но почему-то именно Крис вызвал в ней ощущение, что несмотря на первое впечатление о нём. Он казался ей странным всегда, стоит им пересечься, однако с сейчас с каждой секундой к нему росло доверие. Его глаза гипнотизировали, появилось ощущение расслабленности и она выдала всё как на духу.       Как издевались дети во дворе, в школе. Что она не была такой же худенькой девочкой, а имела свисающий живот и три лишних подбородка. Как над ней шутила собственная мать, а отец, вместо защиты дочери, смеялся и поддакивал жене. И было банально услышать конец, но как и во многих таких историях её сломала несчастная любовь к популярному мальчишке. Он просто попросил у Кэнди карандаш на истории и она потеряла голову.       И конечно он не принял чувства толстушки, а та в депрессии и громко пуская сопли кинулась худеть. Два пальца в рот, результат готов. К концу года она была идеальной и стоило бы остановиться, но дурная привычка так никуда и не исчезла.       Крис слушал её долго, хотелось, чтобы она поскорее заткнулась и перестала ныть, но он стерпел. Репутация, что ещё сказать. — Тебе нужно перестать загоняться по чепухе. Ты красотка, совсем не толстая, даже прибавив пару кило. Так что прекращай губить здоровье. — Он протянул руку и нежно сжал плечо девушки. — Слушай, мы тут с ребятами иногда тусуемся по выходным, присоединяйся. Разбавишь наш мужской коллектив, а то Билли уже визжит, что с ума с нами сойдёт.       Мысль о кричащей пронзительным голосом блондинке, которая при ней даже тон не повышала, заставила Кэнди улыбнуться.       Так она и влезла в небольшую компанию избранных Крисом. Их было всего пятеро, но для неё это была самая большая компания. Ранее у неё была одна, ну максимум две подруги и то, это тихие девочки, без какого либо интереса к парням, веселью и жизни вне учёбы.

Но теперь то её жизнь наладилась. Не так ли?

***

— Кэнди! Кэ-энди! — Крис залетел в комнату, за ним плелась Билли, которая была чем-то недовольна. — У нас новая идея, как весело провести эти выходные. И ты идёшь с нами!       Кэнди взглянул на него. В руках она держала смятую тетрадь, сидела на кровати подобрав ноги. укрытые лёгким пледом. Глядя на неё у Билли что-то ёкает. Возможно чувство стыда, авантюра придуманная Крисом ей не нравилась изначально. А теперь, когда она смотрит на эту миниатюрную девочку — такую хрупкую и нежную, в пижаме цвета солнца и светлыми волосами, которые спускались ей на плечи мелкими кудряшками — сердце её сжимается. Стыд душит, оставляя ощущение тяжести в груди, так хочется остановить друга, чтобы он отказался от своей затеи. Ведь она знает — Кэнди Буше слишком ведома и согласится. Такова натура этого цветка, её волю было легко сломать, как стебель. Только вместо жестоких рук были сладкие речи Криса, который быстро выведал её слабость. — Смотри, что у меня есть, —- Парень протянул небольшой прямоугольник так, чтобы Кэнди могла прочитать: Подарочный купон в магазин «Сладкоежка». — Но! Ты получишь его только если согласишься повеселиться с нами.       Будучи уверенным в своей победе, Крис улыбался во все зубы, глаза сверкали сумасшествием. Второкурсница придирчиво осмотрела эту картину и внутри снова поселилось чувство, которое она испытывала при взгляде на него ранее, недоверие, лёгкий страх из-за которого взмокли ладони. Она чувствовала, что это не просто “напиться и бегать голыми вокруг общаги”. — Всё просто, — не получив ответа парень уселся на кровать Билли, стоящую напротив: “Ну блять, я только заправила всё, а ты её помял!”, — тебе не нужно делать ничего опасного и постыдного.       Он начал издалека и это не вызывало доверия. Его палец ритмично постукивал по столу, словно пытаясь загипнотизировать Кэнди этим звуком. — Мы просто поиграем, как в детстве, только в большем масштабе. Ты когда-нибудь вызывала пиковую даму? — Дождавшись кивка, он продолжил. — Во-от. а тут будет тоже самое, но немного иначе. — Звучит весело, но я вынуждена отказаться. — Ещё раз взглянув на купон она вздохнула, во рту сразу появился вкус шоколадных пирожных и во рту появилась слюна. — Боишься? — У меня нет времени. Понять не могу, откуда оно есть у вас. Скоро экзамены. — Ой, да ладно тебе! — Он вскинул руки так резко. что девушка невольно дёрнулась. — Ты на втором курсе, он самый бесполезный, там экзамены вообще не серьёзные. Мы с первой попытки сдали на отлично.       Кэнди закатила глаза и посмотрела на соседку, пытаясь найти на её лице ответ, что на самом деле задумал друг. — Крис, — ладонь Билли легла на плечо парня и слегка потянула, чтобы тот встал. — Ей не хочется, пусть тухнет над книгами, а мы найдём другого человека. Думаю, много кто захочет потусоваться с нами.       Стыд прошёл так же быстро, как и появился. Она сыграла идеально, надавив на больную тему — у Кэнди раньше не было таких друзей. Это подначило её сильнее чем соблазнительная бумажка, которая обещала ей гастрономический оргазм в самой лучшей кондитерской города. — Хорошо. — Она захлопнула тетрадь и опустила босые ноги на пол. — Когда выдвигаемся?       Парень засмеялся и его рыжие волосы весело запрыгали. Это всегда было завораживающее зрелище, то как они переливались и подчёркивали россыпь веснушек на бледном лице. Смех всегда был заразительным и даже будучи в самом подавленном состоянии хотелось улыбнуться этому зеленоглазому чудовищу. — Попридержи коней. Я тебе напишу.       И подмигнув парень вскочил с кровати, положил купон ей на колени и выскочил из комнаты. Билли в молчании последовала за ним, бросив на неё мимолётный взгляд, оставила девушку одну. — Вряд-ли это закончится очередным вызовом к ректору…