Дети рано поутру вызывали Сатану.

Позитивная мотивация — явно не мой конёк И мы все умрём Всё уже было до нас, можно выдохнуть страх И уставить глаза в небосклон Если окружающему блядству и сопротивляться То не с печальным лицом Всё повторится не раз, но мы живы сейчас Нами рано удобрять чернозём

      Из последних событий: Крис, Билли и Вирджиния мертвы, Питер куда-то пропал, скорее всего он тоже мёртв. И теперь они втроём бредут в неизвестность, коридор длится всё дальше, а в конце их тоже ждёт смерть. Подумав об этом Калеб только нервно хихикнул, чем вызвал у попутчиков вопросительные взгляды. Сна не было ни в одном глазу, никакой усталости или чувства голода, хотя они тут уже более суток. Есть только чувство страха, ему невыносимо холодно и одновременно с этим его кровь кипит. Этот коктейль ощущений не покидает его ни на секунду.       И всё же не оставляя надежд выбраться из этого Ада он упрямо идёт вперёд. Ноги неприятно покалывает, но терпимо, чтобы продолжать упрямо идти. Это боль, он сбил их в кровь, мозоли покрывали его ступни и кровоточили, пропитав белоснежные носки и хлюпая в кроссовках, словно он только что прошёлся через огромную лужу холодной и мокрой осенью. Осенью всё было хорошо, не было страшных домов и демонов, только пары и приколы Криса. Аварис и Орсон изредка перешёптываются, но он не пытается вслушиваться и участвовать в их разговорах. Кэнди иногда что-то спрашивает у него, но он лишь отмахивается от неё, как от назойливого комара. Девушка недовольно фыркнула и попыталась прибиться к парням, они с неохотой поддерживают с ней диалог. Её голос высокий и звонкий, совсем не вписывающийся в мрачную картину их положения. Калеба это бесит. Парень оглядывается за плечо, наблюдая, как Орсон ласково улыбается ей, а она смеётся над только что отпущенной шутки и её кудри весело прыгают над свитером, который она повязала на плечах, обнажив мягкую кожу рук.Они пытаются поддерживать друг друга, задают весёлый настрой, чтобы итак гнетущая атмосфера не смогла их поглотить до конца, но для него эта сцена лишь повод злобно отвернуться и ускорить шаг.       Он продолжал идти пока не понял, что чужие шаги и тихие голоса стихли.       Калеб смотрит назад, но обнаруживает только то, что остался совершенно один. Вот тут-то его страх и победил окончательно. Он так не хотел оставаться один в этом полумраке, вдыхая сырость и пыль. По спине скатились первые капли пота и он попытался позвать ребят, но его голос лишь эхом ударился о стены. Калеб часто задышал, чувствуя подступившую панику. Его сны, кошмары, что так долго заставляли вскакивать по ночам с воплями, невольно вырывая соседа из сна с громкими матами. Крис… Даже сейчас, он не пытался его обвинять, сам ведь согласился на это всё. Но теперь видения стали реальностью, они всплыли яркой картиной перед глазами. Он, коридор, чужие крики и громадная тень, что угрожающе нависает над ним и из тьмы тянется бледная рука, чтобы ухватить его за глотку и придушить.       Не находя в себе больше сил Калеб опустился на холодный пол и уткнувшись лицом в колени зарыдал. Липкий страх пробирался под одежду и стремительно захватывал каждую клеточку организма. Ему не выбраться отсюда. Дьявол уже идёт к нему.

***

      Аварис открыл дверь и вышел наконец-то из злополучного коридора в просторную спальню. — Эй, Орсон, ты гляди – здесь что-то есть. — Однако, Орсон не ответил. Более того, он и вовсе пропал.       Парень пожал плечами и вошёл внутрь. Комната была знакомой, даже очень. Большое окно с тёмными шторами, под цвет обоев подбирали, такие же шоколадные и мелким позолоченным рисунком цветков. Два письменных стола у стен, мягкие стулья и две кровати. Односпальные общажные кровати. С правой стороны аккуратно застеленная, мягкие подушки и плед. На тумбочке рядом стопка тетрадей с дебильно-милыми рисунками животных. Левая же вся разворочена, словно на ней была борьба, красное одеяло сползло на пол. Но на этой кровати кто-то был. Билли, такая же красивая и безупречная как всегда. Светлые волосы аккуратно растеклись на подушке, а сама она вальяжно лежала заложив руки за голову и смотрит в потолок. — Это невозможно, — шепчет Аварис и девушка поворачивает голову в его сторону. На лице играет безмятежная улыбка. — Тебя не должно быть здесь. — Но я здесь.       Девушка медленно поднимается и садится, спуская босые ноги на пол. Её кожа покрыта кровью, но он не видит раны. — Я видел твой труп, ты должна быть мертва, как и Ривера. — Он делает шаг вперёд и слышит, как дверь за ним медленно закрывается с характерным ей скрипом. — Ты ещё не понял, что это всё был розыгрыш? — В глазах читается привычная насмешка. Она всегда на него так смотрела, с самого первого дня их знакомства. Хотя, он конечно не единственный, кто получал это. Единственный, на кого она смотрела иначе, был Крис. — Крис тоже жив. — Словно прочитав его мысли произносит она.       Аварис медленно изучает её и ищет подвох. Но ничего необычного не замечает, обычная Билли Моргрейв. Высокомерная блондинка с холодным характером, в облегающем топе и джинсах. Как обычно стучит ногтями по изголовью кровати своими длинными ногтями, хотя два из них и были странно обломаны под корень, даже виднелась запёкшаяся кровь. Словно она впивалась пальцами, пока те не обломились. Это могла быть Билли, но он помнил, за ними охотится нечто, что не являлось человеком и легко могло пытаться его обмануть приняв облик любимой девушки. Но в данной ситуации он бы быстрее повёлся на фальшивого Криса, чем на неё.       “Девушка” явно устала от его молчаливого разглядывания и поднялась. Кровать жалобно скрипнула, в общежитии они были старыми и пружины выли от любого движения. Даже это скопировал гад, ничего не скрыть. — Всё это лишь игра. — Билли приблизилась к нему и их носы почти касались друг друга. — Мы с Крисом просто решили повеселиться. — Женские руки коснулись его груди, он ощутил насколько они были холодные, а потом медленно поползли вверх приближаясь к шее. Не для того чтобы убить, наоборот, она обхватила его, как в лучшем романтическом фильме и её губы тут же оказались так близко, что он почувствовал на лице её дыхание. — Мы всё ждали, кто же доберётся первым до выхода. Ты молодец, победил. А я знаю, как ты любишь это. Ты хочешь получить приз?       О, конечно, он бы хотел такой приз от неё, но решительно оттолкнул “девушку” и двинулся прочь. — Я знаю, что Билли мертва, даже не пытайся меня обмануть. Настоящая она никогда бы так не сделала, она слишком горда, чтобы предложить себя в виде награды. А особенно в тупой игре Криса,. В следующий раз придумай что-то получше.       За спиной послышался тихий смешок, но он не принадлежал его подруге, а затем грубый голос произнёс: — Ты умнее, чем кажешься, твои друзья сдались быстрее. Что же, мы ещё увидимся, Аварис Рэнсом.       И всё стихло. Он стоял ещё несколько минут, прислушиваясь к своим ощущениям. Снаружи парень был спокоен, но внутри он уже умер. Всё его естество ухнуло вниз, стоило услышать мужчину за спиной. Но надо идти, его рука медленно повернула ручку и дверь с лёгкостью открылась. Не оборачиваясь он выскочил в ненавистный ему уже коридор. Пусто, куда подевались оставшиеся и живы ли они – это уже не важно. Он двинулся вперёд, даже не пытаясь более найти выход, его не было. Встреча со злом только вопрос времени.

***

      У Кэнди была одна слабость, о которой знал весь их университет. Кэнди Буше обожает сладости. Даже её имя звучало, как вечное проклятие на поедание пирожных и конфет, словно родители специально её так назвали.       И сейчас эта слабость давала знать о себе очень яростно. Из всей их группы только она жаловалась на голод. Живот громко урчал, очень недовольный своей хозяйкой. Но что она могла поделать? Глупая, даже шоколадку не прихватила с собой. В голове сразу появились мысли о том купоне в магазин сладостей, что подарил ей Крис. А ведь она даже не успела туда сходить. Могла бы наслаждаться булочками и мини-тортиками, но попёрлась за друзьями.       Глупая Кэнди, даже видя смерть близких думала о сладостях. И от этих мыслей голод усиливался, рот наполнялся слюной, стоило только вспомнить вкус её любимых лакомств. От этого кружилась голова и она пару раз едва удержалась на ногах.       Они разминулись на развилке. Парни ушли в одну сторону, она двинулась за ними, но остановилась и принюхалась. С противоположной стороны доносились едва различимые нотки выпечки. Она чувствовала лёгкий, но такой сладкий запах карамели. Кэнди посмотрела в проём, где пропали друзья и решительно кивнув себе, бросилась на запах. Всё равно умрут, так хоть поест перед кончиной.       Нос её не подвёл и вскоре она нашла свой Рай в Аду. Длинный стол ломился от всевозможных сластей. Тут и там стояли самые красивые шоколадные фонтанчики, что ей только довелось увидеть за свою короткую жизнь.       Ни медля более она оказалась у стола и жадно схватила ближайшее, что было к ней. Во рту сразу появился вкус, который отправил её в другую вселенную, глаза закатились от удовольствия, сердце бешено забилось в груди. Это было самое лучшее чувство на свете, ничто более не могло доставить такое удовольствие, как сладости. Щёки сразу измазались шоколадным кремом, орешки хрустели раскрывая новый тон, языковые сосочки были готовы взорваться. Клубника сменялась карамелью, смешиваясь со вкусом корицы. Запах стоял такой, что голова закружилась. Было ощущение, что она умрёт от сахарного передоза, но продолжала жевать и набивать нутро. Голод отступил давно, но Кэнди не могла остановиться. Ей была известна цена наслаждения, ей придётся очень долго вызывать рвоту и пить таблетки, чтобы вызвать диарею и избавиться от лишних калорий.       Она зачёрпывала шоколадную пасту пальцами и слизывала, чувствуя солоноватый вкус собственной потной кожи и это только усиливало её желание продолжать. Одно из пирожных упало, когда она потянулась к тарелке с печеньем, крем тут же размазался по полу. Кэнди ахнула и схватив его запихнула себе в рот. Грязно, пыльно, песок с пола хрустел на зубах. Это заставило её почувствовать себя грязной и первые слёзы скатились из больших глаз. Её грудь быстро поднималась от судорожных вздохов, она чувствовала дрожь по всему телу. До носа дошел запах пота, она была мокрая и задушенная собственной травмой, но даже сквозь рыдания продолжала есть.       Тошнота от переизбытка сладостей медленно поднялась к горлу, живот раздуло и его пронзила боль, заставив девушку согнуться пополам. Едва отдышавшись она снова взглянула на стол и стены содрогнулись от её вопля. Шоколадный торт, фрукты, пастила, всё стоящее на столе было покрыто плесенью, она увидела копошение червей и сразу почувствовалась витающий в воздухе аромат гнили.       Долго ждать не пришлось, а искать туалет тем более, её вырвало прямо на стол, добавив ещё они запах, всё смешалось и она продолжила отдавать то, что успела съесть. Слабость появилась сразу и она прислонилась к ближайшей стене, скатываясь вниз. Кэнди почувствовала жар. Стоило желудку очиститься, как вновь подступил голод, внутри всё свело и её вырвало, но уже желчью.       Она так и просидела там, по её ощущениям вечность, продолжая рыдать и блевать.

***

      Девичий крик заставил Калеба поднять голову, он сразу подумал о Кэнди. Он резво вскочил и устремился на вопль и почти сразу нашёл искомое. Однако, вместо радостной встречи с подругой он увидел очередной труп. И даже не один.       Билли и Вирджиния всё так же мирно лежали рядом, но теперь в паре метрах валялся и Питер с раздробленными ногами ниже колен и застывшим ужасов глазах. “Уныние” – выведенная кровью надпись была выведена кривыми буквами на полу у тела мертвеца.       Он пятится назад, спотыкаясь об очередное бездыханное тело, падает, больно приземляясь на тощую задницу и снова кричит, чувствуя как надрывается горло до хрипа, но уже не от боли, а ужаса, стоит увидеть, кого он задел. Дёргается, пытается отползти, но не получается, он путается в своих и чужих конечностях. Чувствует металл и трупную сладость.       Светло-розовый свитер Кэнди пропитан её кровью и он понимает, что испачкал в ней руки и кончик носа. “Чревоугодие”. Низ живота зиял дырой, кишки вывалились на пол, а кровь была перемешана с ванильным кремом.       Четыре из семи грехов, это было ясно как день летним утром, но как это было связано ему было не известно. Почему именно они и какой грех олицетворяет Калеб? Точно ли ребята были такими, как написано? И кто Крис, грешник или охотник за грехами? А может это был его план? Или он пал жертвой собственного любопытства?

Гнев.