Дети рано поутру вызывали Сатану.

      Орсон отчаянно цеплялся руками в чужую плоть, он царапал ногтями бледную кожу и веснушки на ней запылали ярче костра, подчёркнутые красными полосами. Пальцами он пытался ухватиться за тонкие рыжие волосы, но те – гладкие заразы – постоянно выскальзывали из-под слабой хватки мозолистых рук парня. В теле ощущалась слабость, хоть спать и не хотелось, отсутствие даже небольшого отдыха всё равно сказалось на организме и усталость сейчас сыграла его душителю на руки, которыми он с силой сжал горло Орсона. Искажённое гневом лицо было скрыто темнотой, но два зелёных фонаря пылали огнём освещая бледные щеки. Чудовище, что оседлало его и сдавливало бока тощими коленками, наклонилось и теперь он ясно увидел знакомое уже столько лет лицо. Он и без того знал, но надеялся, что вместо старого друга увидит кого-то другого. — Друга? — Крис хмыкнул и склонился ещё ниже, так что их носы столкнулись и Орсон почувствовал холодное дыхание, его перекосило, стоило почувствовать трупный запах из чужого рта. — Какой друг будет завидовать? Желал сломать меня и мою жизнь, хотел унизить перед другими, но называешь меня другом? Какой ты лицемер, Орсон Филлипс.       Он попытался ответить, но смог издать только тихий вздох, прежде чем почувствовал противный хруст внутри и последний раз дёрнувшись в хватке обмяк, руки с глухим стуком опустились на пол поднимая пыль. Где-то сзади раздалось тихое хихиканье, но этого Орсон уже не услышал.

***

Несколькими часами ранее.       Почему спустя столько времени он продолжает его искать? Несколько часов блужданий по бесконечному лабиринту коридора, непокидающее ощущение, что он бродит по кругу, обои в мелкий цветочек уже начинают надоедать и в глазах плывёт, как при взгляде на стереокартинку. Взгляд тёмных глаз давно померк и радужка стала абсолютно чёрной, словно это “приключение” высосало из него жизнь. Как те монстры из детской книжки о мальчике с волшебной палочкой и шрамом на лбу. Правда, вместо уродцев в тёмных балахонах всю радость из него иссосал один рыжий придурок, с которым он познакомился случайно три года назад. И сделал он это не за одно мгновение, нет, Крис питался им как вампир ни один год, по частицам разбивая его душу на мелкие куски и превращая в безвольную куклу.       Орсон прикладывается плечом к стене и устало вздыхает, со свистом выпуская воздух из сжатых до скрипа зубов. Только сейчас он почувствовал, как гудят ноги и адски горят стёртые в кровь мозоли на пятках. Передвигаться стало невыносимо, но стоило ему только подумать о передышке, как пришлось сорваться на бег. Сзади, что-то приближалось к нему, прямо за спиной он слышал шлёпающие по полу конечности и буквально ощущал горячее дыхание затылком. Сначала медленно и непринуждённо, словно с его раскалёнными нервами играются, а потом быстрее, почти нагоняя его на поворотах. Грудь сдавило от боли, но он даже допустить мысли не мог, чтобы остановиться и встретиться с преследователем.       Оно гнало его бесконечно долго или это ему просто казалось, время в этом месте работало иначе, то медленно стекало густым мёдом с ложки, то лилось со скоростью включенной на полную воды из под крана. Вскоре Орсон наконец смог остановиться, когда осознал – посторонние звуки пропали. Он прислушался стараясь не дышать, но в такой тишине и шороха не смог услышать, словно последняя жизнь только что оборвалась и всё успокоилось. Переведя дыхание он двинулся уже пешком, в голос заскулив от боли – его ногам окончательно пришёл конец, жжение распространялось по каждой клеточке и он был на грани, чтобы не свалиться в обморок от болевого шока. Однако, мысли о существе, устроившем ему забег, так и не давали ему покоя. Походу, Демону – а в том, что это было Адское создание он не сомневался ни секунду – надоело, что Орсон плетётся аки черепаха, и поиграл с ним в догонялки. Собирался ли Он его убить или просто хотел изнурить – не понятно. Это было и не важно – Демон вывел его из тупика и впереди виднелось окно. Приоткрытое, из него лился поток прохладного утреннего ветерка, а ранее солнце вовсю освещало участок перед проклятым домом.       Не веря собственным глазам он было двинулся вперёд, но сомнение заставило его сначала оглядеться вокруг, в поисках какой-нибудь сверхъестественной чепухи: вдруг из темноты на него выпрыгнет упырь и вопьётся клыками в мощную шею, иссушив до последней капли. “Выход” тоже вызывал сомнения, вдруг это иллюзия, очередная игра с его разумом. Орсон прикидывал, стоит ли ему ринуться в неизвестность и оказаться в ловушке или отсрочить неизбежное. Смерть придёт к нему, рано или поздно, стоит ли страдать? Желание быстрее отмучиться и отправиться к покойным друзьям клевало его в висок, словно дятел долбит дерево в поиске червячка. А червяк уже давно проник в его голову и рылся в мозге, внушая страх и тревогу, он поедал его изнутри и стремился спуститься ниже. Паразит. Он отложил яйца и они разнеслись по телу используя его кровеносную систему как транспорт, чтобы поселиться в нём и питаться.       Эти мысли вызвали тошноту и более Орсон терпеть не смог, решительно двинулся к окну – если помирать, то быстро.       Он схватился за рамку и потянул окно вверх, механизм скрипнул, старые петли давно пора было смазать, двинулся и небольшая щель превратилась в полноценное отверстие, хоть до конца оно и не открылось, заклинило, но пространства хватало, чтобы он смог пролезть.       Орсон издал победный клич и перекинулся телом, ухватившись за края от начал подтягивать нижнюю часть тела. Дерево больно впивалось в его живот, окно было старое и дерево рамы потрескалось, на руках останется пара заноз.       Визжащий звук стремительно упавшей створки его не удивил, но безусловно напугал, сердце на секунду замерло и он почувствовал резкую боль ниже пояса. Края створки были острые и теперь напоминали гильотину, хлопок получился влажным из-за крови, его тулово отлетело на улицу, а ноги с грохотом упали внутри дома. Какие-то пару секунд парень ничего не понимал, но по сознанию стукнула реальность произошедшего и Орсон завопил так громко, что почти сразу осип и почувствовал спазмы в горле. Дышалось с трудом, издавая всхлипы в такт с капающей на огрубевшую сухую землю. Орсон попытался подняться, не веря, что его нижние конечности валяются на полу “поместья”, он старательно напрягал ноги, но испытывал только муки агонии.       Фантомное чувство заставляло верить, что сейчас он встанет и убежит. Он пытался пошевелить пальцами ног, дергался и катался по поляне оставляя кровавую дорожку, запах свежей травы перекрылся неприятной вонью, резкий запах железа проникал в нос и голова болела так, что он взвыл и с силой сжал виски. Его затошнило, он закашлялся и изо рта брызнули капли крови и слюны, он почувствовал её вкус. Орсон закричал снова, словно медведь угодивший в капкан. Солнце начало клониться, заливая жёлтым светом окрестности, тени вытянулись и воспалённое сознание парня подкидывало ему всевозможные образы чудовищ, что выходят из-за деревьев и тянут к нему свои когтистые лапы.       Силы его были на исходе, он чувствовал как кожу на щеках стягивает от высохших слёз, а новые продолжают течь по вискам, редкие капли вливались в уши и он бы поморщился от неприятного ощущения, но его дух был сломлен нескончаемым домом ужасов и монстром. Бросив последний взгляд на обрубок тела, на секунду у него промелькнула мысль, что человек его состояния не может провести несколько часов в сознании, разум его отключился.       Ничего не произошло? Нет, он действительно вырубился. Но сейчас, лежа под окнами проклятого дома, Орсон осмотрел себя и понял, что всё в порядке. Ноги на месте, боли нет, как и следов крови. “Что это было?”       Безумный смех вырвался наружу, слёзы, уже реальные, побежали дорожками по подбородку, их солёный вкус появился на языке и он поспешил успокоиться, пока ему опять не стало плохо от воспоминаний.       Орсон был вне себя от счастья, что смог наконец пошевелить нижними конечностями и вскочив устремился подальше от дома, всей этой чертовщины и трупа Криса. Только добежав до общежития он понял, как его шатает, ноги его не слушались и парня повело в сторону и едва устояв он поплёлся опираясь о стену ко входу. Его никто не встретил, охранник куда-то пропал и было подозрительно тихо. — Есть здесь кто? — Хриплый голос отразился от стен эхом и боль в горле напомнила о себе. Когда он его сорвал? — Люди! — Что ты вопишь, Филлипс! — Пожилая уборщица выглянула из своей каморки, показав своё сморщенное лицо, похожее на курагу. Миссис Уилсон, старая ведьма, работала и мыла полы в этом клоповнике так давно, что уже и сама не помнила, наверно со дня открытия общежития, а люди столько не живут. Её некогда каштановые волосы давно поседели и она красила их в противный сливовый цвет, который быстро облазил и серость проглядывала. Глаза её были обычно серо-голубые, мутные и подслеповатые, сейчас смотрели ясно и прямо него, чёрными и глубокими, словно тоннели провалинами. Во взгляде читалась злоба, хотя обычно она относилась к Орсону добродушно и пару раз трепала за щеку, как собственного внука. — Ничего, миссис Уилсон, просто такая тишина, это необычно. Здесь же всегда шум и гам. — Он попытался улыбнуться, но уголки губ едва дёрнулись и он выглядел так, словно пережил только что инсульт. — Может, — она тряхнула головой и несколько прядей выпало из слабого пучка, кожа на щеках была обвисшая и они противно болтались, словно у бульдога, когда она говорила или шевелила головой, — это потому что сейчас 9 утра вторника и все на занятиях? Почему ты не учишься? — Она вышла из “укрытия”, показавшись в полный рост, старуха едва ли могла достать ему до плеча, даже перестав сильно горбиться. Старое синее платье в мелкий горошек, уже давно годилось на роль половой тряпки, которыми она намывала кухни и туалеты, доставало ей до щиколоток, едва оголяя серые вязанные носки и резиновые шлёпки. — Тебя не было несколько дней, мальчик. Не боишься, что тебя отчислят за пропуски?       Орсон отступил на пол шага, стоило женщине приблизиться, зловонный запах старости ударил по рецепторам, женщина пахла так, словно не мылась несколько лет, хотя до этого вони он не наблюдал. От неё пахло мылом и хлоркой, но не гниющим трупом и ветошью. — Несколько… — Парень одёрнул себя, ей ни к чему было знать о небольшом приключении любопытных студентов. — Я был дома, немного приболел. —И видать до сих пор болен, — она усмехнулась и морщинистые губы разгладились и приоткрылись, показывая редкие пеньки жёлтых зубов и мягкие дёсна. Неприятный запах усилился. — Ты бледный, как мертвец, дитя. — Она протянула тощую кисть – рукав платья спустился до локтя обнажив толстые вены, что отлично виднелись под прозрачной старой кожей, они придавали её предплечью синюшный оттенок – и коснулась кончиками пальцев его лба. — И боги, ты такой холодный. — Всё в порядке, миссис Уилсон. — Орсон отшатнулся и поспешил обойти уборщицу, чтобы направиться к лифту. — Я пойду, мне нужно ещё Крису позвонить, пропал куда-то, не отвечает совсем. — Малефикар? А чего его искать, он на парах. — На парах?.. — Парень обернулся и уставился на старуху, глаза были такими огромными, что могли с легкостью вывалиться, не держись они соединительными связками. — Именно, — Она тихо засмеялась и у Орсона по коже пробежались мурашки от этого скрипящего звука, словно у двери годами не смазывались петли, — с Ренуаром под ручку и убежал, ровно в 8 уже вышел из общежития. И Моргрейв за ними ускакала. — Маленькая старушечья фигура медленно шагала к себе в чулан.       Она оставила парня одного, тихий хлопок дверью вывел его из оцепенения и кинувшись к лифту Орсон обдумывал каждое её слово. Даже зайдя в свою спальню он едва мог осмыслить происходящее. Кровать промялась по весом и он просто уставился в стену напротив.       Небольшая трещина вела с побелённого потолка тонкой кривой линией, он заметил её ещё на первом курсе, так и не избавившись.. “Крис жив?”... она расходилась маленькими полосками, похожая на паутину… “Крис жив”... это было очень красиво, похоже на рисунок… “Билли тоже жива, но”... словно паук днями и ночами трудился над паутинкой, но… “я же видел трупы”... это всего-навсего плохой и старый потолок, чьи трещины тянулись вниз переходя на стены… “Это всё было сном?”... и обои проваливались в некоторых местах, выглядело это убого… “Но как я оказался возле того дома?”... или наоборот лежали складками, как драпировка, криво наклеенные и давно съехавшие с первоначального места. Взор спустился ниже, повторяя рисунок трещины, что спускалась к кровати Питера, в комнате его не наблюдалось, и исчезала из поля зрения за синим одеялом. Оно было скомкано и лежало у стенки. Только сейчас он заметил, что спальня выглядела так, словно в ней велась борьба, а на полу странное пятно, что-то тёмное, ему было уже несколько часов. Но это было не главное, в щели между полом и плинтусом, куда стекла некогда эта жижа, что-то копошилось и издавало звук похожий на тихое шипение.       Орсон вжался в угол, спинка кровати неприятно впилась в бок и он поморщился от мелькнувшего воспоминания, стараясь не шевелиться он сидел и смотрел в полость, где раз за разом мелькало всё больше каких-то тёмных пятен, словно жуки. Попытавшись успокоить себя парень всё же аккуратно спустил ноги на пол и маленькими шагами двинулся к расщелине, прищурившись он пытался отделить тьму углубления и шевелящееся нечто. А нечто показало себя само, стоило ему слегка склонить голову вниз. Оно выползло резво перебирая маленькими шестью лапками, жирное тельце издавало то самое шипение. Это был таракан? Он не боялся тараканов, хоть тот и не был похож на обычного общажного приятеля. Орсон усмехнулся и начал оборачиваться в поисках чего-то чем можно было прихлопнуть гада, на глаза сразу попался кроссовок Питера. Это было странно. У него была одна пара и, если он на учёбе, то в какой обуви он ушёл?       Таракан двинулся к Орсону и, прервав размышления о соседе, он схватил кроссовок и размахом опустил его на насекомое, услышав хруст. Однако, не долго он радовался, из щели вылез ещё один. Хлопок – новый таракан – хлопок – ещё один – хлопок – да сколько их там?       Таких чисел он явно не знал. Стоило только увидеть полчище этих паразитов, Орсон запрыгнул на свою кровать, у той почти треснули старые доски, наблюдая, как насекомые разбегаются по полу и начинают ползать по стенам, мебели. Парочка атаковала его постель и он быстро скинул их. Мелкие чёрные пятна смешивались с интерьером и в тоже время выделялись, они расплывались и комната пошла кругом.       Он опустился на матрас и понял, что весь вспотел. Его ладони, подмышками и под коленями, ступни, лицо, даже по спине градом скатывались капли. Орсону было душно и он пытался вдохнуть как можно глубже, но почувствовал как горло и грудь сдавило. Трясущейся рукой парень оттянул ворот футболки, надеясь облегчить удушье хотя бы так, но это не помогло.       Шевеля губами он не произнёс ни слова, двигая руками не смог сделать ничего, дикая слабость в теле заставила его беспомощно сидеть на кровати и смотреть на пятна. Пляшущие перед глазами чёрные точки, их шипение проникло в каждый нейрон и он ненавидел этот звук. А исходил он от точек? Или просто звучал сиреной в его ушах. Захотелось оглохнуть.       Орсон заставил себя прикрыть глаза и начал считать, просто чтобы не видеть и не слышать точки. Считал в голос, как можно громче, стараясь перекричать навязчивый звук сирены. Один… два… три.       И на ”три” всё стало тихо, словно он реально оглох, но даже так он продолжал сидеть прижав колени к груди и зажимая уши ладонями, он давил с такой силой, что голова лопнула – будь она воздушным шариком – а глаза сжимал с такой силой, что звёзды плясали в темноте. — Всё закончилось, их больше нет. — Громкий знакомый голос прозвучал над головой, так бесстрастно и серо, что он сразу узнал его обладателя. На плечо опустилась холодная ладонь и с силой сжала, даже сквозь ткань футболки Орсон почувствовал низкую температуру и пожелал избавиться от неприятного ощущения.       Он открыл глаза и медленно поднял взгляд, словно изучая стоящего перед ним Криса с ног до головы. Внешне парень совсем не изменился, разве что он стал ещё бледнее, скорее болезненно серым. Глаза запали в череп сильнее обычного и под ними появились тёмные круги. — Крис, ты жив. — Парень приподнялся на коленях, чтобы оказаться на одном уровне с его лицом. — А почему я не должен быть жив? — Он улыбнулся и в улыбке этой не было ни грамма дружелюбия, от неё у Орсона скрутило живот. — Где ты был всё это время? — Крис, — Орсон шумно сглотнул вязкую слюну и почувствовал кислый вкус некогда подступающей рвоты, — я был… — В Роудхеле, да? — Улыбка стала ещё шире, теперь парень выглядел безумно. — Д-да. — Голос дрогнул и Орсон поспешил отодвинуться от друга, но тот схватил его за руку и сжал. Сам Крис был тощим, но физической силы у него было достаточно, останется синяк. — Что-то случилось? Ты такой испуганный. — Бледное лицо друга приблизилось и рыжие волосы слегка коснулись его щеки. — Ты мне не доверяешь? — Т-ты умер. Я видел, тебя н-не должно быть здесь.       Малефикар прикрыл зелёные глаза и издал умиротворённое мычание, такое тихое и спокойное, что едва можно было его услышать. Он думал над словами парня, в тоже время продолжал сжимать его запястье. Орсон прикусил нижнюю губу, пытаясь не выдать неприятных ощущений. Как бы не старался крутить рукой – Крис его не отпускал, работая по принципу китайской ловушки для пальцев. — Тебе приснился очень глупый сон. — Крис всё же отпустил его руку и отошёл к окну, наблюдая за движением облаков, он не стал привычно курить, тем самым нарушив целостность образа и окончательно убедив Орсона, что это не его сосед. — Ты ведь такой тупой, Филлипс, что сон от яви не отличишь. — Нет. — Шёпот, едва различимый в тишине спальни сейчас звучал громче любого крика. — Нет? — Друг обернулся и посмотрел на него удивлённо. — Это ж кто тебя смог убедить, что ты не полный дебил? — Крис умер, это ты убил его. — Орсон Филлипс окончательно потерял разум, — Крис весело всплеснул руками и в загоготал, но это был не его смех. Он был не заразным и веселым, а холодным, страшным и пробирающим до костей. — Тебе стоит проспаться, завтра у нас ва-а-ажный день! Я нашёл нам очередную хохму.       И после этих слов он исчез, мелькнул перед взглядом парня и дверь хлопнула, оставив его в одиночестве. Возможно, он действительно сильно устал, а может слова Криса так подействовали, но он опустил голову на подушку и сразу уснул.

***

      Крис сидел перед ним в позе бабочки на полу, Орсон тоже попытался устроиться как можно удобнее на жёстком дереве. А между ними лежала та самая “хохма” – Доска Уиджи.       Бред? Определённо, но рыжий придурок притащил её и размахивая прямо перед носом уговаривал его развлечься и вызывать духов. Сначала всё было по классике: Гитлер, Джеффри Дамер, Рональд Рейган и так далее. — Теперь ты выбирай. — Друг отклонился к стене и уставился куда-то поверх Орсона.       Тот немного помолчал, обдумывая, стоит ли рисковать и чего он добьётся подобным выпадом, но всё же решился. Хуже ему явно не будет. — Как насчёт, — он ещё пару секунд помолчал, — Крис Малефикар.       Зелёные глаза опустились аккурат его глазам. В них читалось удивление, насмешка и интерес одновременно, это Орсону не нравилось. От такого взгляда хотелось спрятаться, но он собрал весь дух и настоял на своём, придвинув доску к лже-Крису. По крайней мере он не сомневался, что сидящее перед ним существо является кем угодно, но только не парнем из комнаты напротив. Каким бы не был Малефикар противным, в нём был какой-то шарм и своя доброта. Да и не фонило от него могильной аурой. — Ну-у, — задумчиво склонив голову на бок он осмотрел комнату, его огромные глаза крутились как бешенные, он ловил каждый сантиметр пространства и в тоже время был где-то не здесь, а потом кивнул и положил пальцы на доску. — Ладно. Что же ты хочешь узнать, интересно.       Орсон посмотрел снизу вверх на собеседника, но промолчал. — Крис Малефикар, ты здесь? — Обратился он уже к доске и уставился на пальцы лже-Криса, внимательно наблюдая за ними.       Вопреки ожиданиям “обманщик” не стал двигать указатель и вообще прикладывать силы. Деревяшка сама двинулась в сторону “да” и Орсон удивлённо, но в тоже время облегчённо, выдохнул. — Тебя убили?       Планшетка снова указывает на “да”. Лже-Крис улыбнулся так, что обнажил все свои зубы, слегка жёлтые от сигарет. Казалось, что готов открыть рот так, чтобы откусить Орсону голову. — Тот, кто убил тебя, сейчас в этой комнате? — Парень старался не смотреть на чудовище, а только на указатель, что снова находился на “да”. Спереди раздался оглушительный хохот и Крис схватившись одной рукой за живот согнулся. Его трясло и капли слюны разлетелись, несколько попало на доску и на кисти рук Орсона, тот брезгливо поморщился. — Это.. — Лже-Крис надрывался от смеха, пытался выдавить из себя слова. Рука на указателе тряслась и он еле касался её самыми кончиками. — Это.. Э-это Орсон?       Глаза парня в непонимании округлились и он с ожиданием посмотрел вниз, ожидая ответ “нет”

“Да”

— Не п-правда. Н-нет, это не я. Не я тебя убил. — Парень вскочил с пола, сбивая доску и указатель улетел под кровать, он обхватил голову руками и одуревшим взглядом смотрел на лже-Криса, а следом на доску. — Я не убивал, я не убийца. — Он продолжал шептать без остановки, а Крис всё смеялся и смеялся. Их обоих трясло, просто по разным причинам.       Орсон посмотрел на своего визави и шокировано отходил назад. Чёртовы кроссовки! Споткнувшись об обувь Питера он приземлился на пятую точку. Всё это было каким-то дурным розыгрышем. Так ведь не бывает!       Все мысли Орсона крутились водяной воронкой и он пытался выплыть из водоворота, что утаскивал его на дно. Он пытался избавиться от преследующего гомерического хохота и с со всей силы толкался к двери, не в силах подняться и убежать. Его тело ощущалась чужим и совсем не слушалось его, слабые попытки придвинуться к выходу оказались бессмысленные. Крису тоже надоело сидеть на месте и наблюдать за беспомощным парнем, он плавно сменил позу и поднялся на ноги. Ленивая грация сонной кошки читалась в его движениях и сбивала Орсона с толку, словно не он только что верещал аки свинья на убое. Пара секунд и он с лёгкостью опустился на корточки перед Орсоном. — Ты напуган, друг? Но почему? Мы ведь так хорошо проводили время. Тебе не было весело?       Холодные пальцы дотронулись до горячего лица и Филлипс ощутил нечто странное, словно он кролик перед удавом, а холод его кожи – скорая смерть. — Почему ты не хочешь признать. — Признать что? — Это ведь ты меня убил… — Что?       Орсон едва произнёс это и чужие руки вцепились ему в шею, с силой сдавливая и вырывая из его гортани хрипы. Навалившись всем весом Крис повалил его на пол и устроился сверху, пальцы всё сильнее стискивали его, душили с фанатизмом, в глазах Криса было безумие. — Ты убил меня! Это ты виноват!       Орсон извивался под парнем и пытался пнуть его, но тот крепко сжимал коленями его бедра, не давая свободы движения. Филлипс вцепился в руки рыжего обманщика, сжимая их так же ощутимо, но Крис даже бровью не повёл, словно и не было чужой хватки. Он был гораздо меньше Орсона, тощий и слабый на вид, но сейчас он сдавливал его глотку с такой силой, что едва ли была возможность вдохнуть хоть немного кислорода. Лицо парня постепенно приобретало фиолетовый оттенок, а силы покидали его, как тогда. Он снова оказался на грани и сейчас умрёт. Но теперь ему не было страшно или больно.       Орсон Филлипс умирал чувствуя только ненависть к Крису, желая поменяться ролями, в дополнение выдрать его рыжую шевелюру и заставить биться под ним в конвульсиях. Он хочет его страданий, слёз и той же боли, что сам ощутил. Но это только мечты, в реальности он сам вынужден был дёргать ногами и царапать бледную кожу, пока Крис улыбался и его растрёпанное ржавое гнездо моталось у парня перед заплывшим взглядом размытым пятном. — Ты мне не друг. — Крис шепнул это ему в самое ухо, ровно в момент, когда сердце парня стукнуло последний раз.       Да, Орсон завидовал ему, даже сейчас завидовал.