Я прикрою твою спину

Больничный Драко подошёл к концу, но облегчения он не почувствовал. Та, что всё это время была рядом, теперь сама лежала в палате — в роли пациента. Гермиона. Нападение произошло вечером, когда она возвращалась в свою комнату. Рядом шёл Рон — казалось бы, присутствие однокурсника должно было внушать спокойствие. Но тревога только нарастала. Гермиона чувствовала это — как холодный ветер по спине. Она уже собиралась отойти в сторону, когда Рон внезапно схватил её за волосы и с силой ударил головой о каменную стену. Затем — удары ногами. Один за другим. Больше тридцати. Чудо, что она осталась жива. А Рону, как и Гарри, повезло. Дамблдор оправдал их, заявив, что они были под действием Империуса. Но Драко знал: под этим заклятием человек не контролирует себя — и всё же, почему именно Гермиона? Почему никто не защитил её? Он негодовал. Альбус, казалось, закрывал глаза на очевидное. Один — пытался убить её. Второй — избил до полусмерти. А директор всё списывал на магию. Минерва Макгонагалл тоже не понимала. Она снимала очки с Гриффиндора, но Дамблдор тут же возвращал их — или даже добавлял. Это было похоже на игру, в которой правила меняются по прихоти одного человека. Драко не выдержал. Он обратился к своему крестному — Северусу Снейпу. Тот, не скрывая раздражения, начал оставлять Поттера и Уизли на отработки. Даже он не понимал, что движет директором. Всё вертелось, как в водовороте. А результата — никакого. Гермиона замкнулась. Трижды она была на грани. Третий раз — самый опасный. Она объявила бой Волан-де-Морту. И, как ни странно, именно он отказался сражаться. — Смысл мне сражаться с тобой? — произнёс Тёмный Лорд, глядя на неё с холодным любопытством. — Тебя ведь твои друзья пытаются убить. Даже без моего участия. Это... обескураживает. Их мотивы мне не ясны. Гермиона стояла перед ним, израненная, но гордая. — Видимо, за мою помощь мне платят благодарностью. Вот только она — слишком больно отзывается, — прошептала она.