Что я знаю о демонах?

Ванечка Светло всегда был очень любопытным, с самого детства. Он был одним из тех детей, которые достают родителей с вопросами о том, почему небо голубое, почему вода мокрая и почему огонь горячий. А потом одним из тех подростков, которые пробуют алкоголь и сигареты не потому, что это модно или сделает старше в глазах сверстников, а потому, что очень интересно, что в них так всех цепляет. А потом одним из тех молодых людей, что пробуют наркотики и однополый секс, просто так, из любопытства. Хотя нет. Однополый секс ему все же понравился, иначе сложно было бы объяснить, почему он вот уже три месяца как живет вместе с Ваней Рудбоем. И вот Рудбой — его полная противоположность, ему вообще, кажется, не бывает любопытно. Если рассказывать ему захватывающую историю и на самом интересном месте сказать: «а что было дальше знаешь?» — он качал головой. А если сказать «А вот я и не расскажу» — пожимал плечами, обнимал и предлагал пойти погулять. Но был у него один секрет, который он ревностно оберегал. Небольшой сейф, вмонтированный в стену прямо в спальне, в его квартире. И Ванечка бы в жизни туда не полез — ну, что люди хранят в сейфах? Деньги, документы, драгоценности какие-то — скучнейшие, по сути, вещи, если ты, конечно, не вор-домушник. Однако Ваня лично показал ему и ящик комода, где лежали все документы, и шкатулку, где хранились какие-то переданные от предков драгоценности, и даже ящик стола, где лежала наличка и карточки, откуда Ванечке было наказано брать сколько нужно, не стесняться и не грузиться по пустякам. Вот с тех самых пор вопрос «что же хранит Ваня в сейфе?» — стал ключевым. Ясное дело, первым делом он просто поинтересовался у самого Евстигнеева. Мало ли, может он там прячет компромат на Мирона своего или какие-нибудь трогательные газетные вырезки с тех времён, когда он сам был фанатом? Ну, или просто что-нибудь сильно личное, вроде писем с фронта от прадедушки и валентинок времён начальной школы. Во все это Ванечка, конечно, не сунулся бы — уважать право на личную жизнь он умел. Только вот Ваня отмахнулся: — Там ерунда всякая, Ванюш, даже не парься. Не надо тебе туда лезть, просто забей. Но раз в месяц Евстигнеев открывал заветную дверцу, убедившись, что Ванечка его не видит (как он думал, конечно), перекладывал всю эту ерунду в рюкзак и исчезал из дома на сутки. Возвращался он усталый, весь какой-то выжатый, ссылался на загрузку по работе и ложился спать, выпадая из реальности часов на 16. И вот это незнание сводило Ванечку с ума. Он несколько раз пробовал подобрать код на сейфе, но романтичный Евстигнеев, умудрившийся даже пин-коды своих карт все сменить на дату их знакомства или Ванечкин день рождения, здесь не выбрал ничего похожего. И тогда Ванечка разработал план. Простой и незатейливый: когда Евстигнеев, в очередной раз вернувшись со своей суточной отлучки, сонный и уставший, запихивал барахло обратно, предварительно отправив Ванечку подальше из комнаты, Светло, совершенно случайно, забыл в комнате телефон. Прямо на тумбочке напротив сейфа и со включённой камерой. Сработало на ура — заебанный Евстигнеев никакой телефон не заметил, а, проснувшись, как обычно, устроил чудесный совместный завтрак и свалил работать, оставляя Ванечку наедине с вожделенным сейфом. Знал бы Ванечка к чему это приведёт — ни за что бы не полез. Но он не знал. Знал Ванька, который, пока Светло, дрожащими от волнения руками вбивал код и восторженно смотрел на зелёный огонёк, как раз выруливал с Лиговки, сокрушаясь о том, что запланированный ими поход в кинотеатр снова придётся перенести из-за съемки. И даже не думал о том, что где-то там, в квартире, его любимый Ванечка сейчас близок к тому, чтобы провалиться в его самый страшный кошмар. В историю, тянущуюся за Ваней ещё с далекого 2011 года.