Турнир Земель Рассвета - Свет и Тьма

— Защищайся! Воскликнул Ланселот, устремившись в сторону Сесилиона с подготовленной для атаки рапирой. Сгусток крови, образованный на кончике трезубца, материализовался в крупную летучую мышь, которая снарядом полетела в Ланселота на опережение. Не успела магическая атака преодолеть даже половину пути, как рыцарь пронесся мимо вампира и оставил на его ноге глубокую рану. Кровь должна была фонтаном окрасить поле боя, ведь целью меча была поверхностная бедренная артерия, но рана затянулась в считанные мгновения. Созданная из крови летучая мышь столкнулась с землей и незначительно повредила её структуру, разбросав осколки в разные стороны. — Так и думал. — Негромко произнес Тигрил, внимательно наблюдая за боем. — О чем Вы, сэр Тигрил? — Спросил сидящий рядом Грейнджер, уже пришедший в себя после последних событий. — Мне доводилось сражаться с демонами крови. Они способны контролировать свою кровь, а также у них превосходная регенерация. Видишь оружие Ланселота? — Вижу. — Ответил музыкант, прищурившись. — Если мне не изменяет память, то это рапира. — Верно. Меч, идеально подходящий для парирования атак, но уступающий в мощности другим аналогам. Им тяжело нанести большие ранения, лишь точечные проколы. Такие раны демону крови восстановить очень легко. — Хотите сказать, что Ланселоту не повезло с противником? — Именно. Но Ланселот точно также неудобен для своего оппонента, как и оппонент для него. Смотри внимательно, Грейнджер, и ты поймёшь, почему я отдаю предпочтение воину, нежели магу. Ланселот вновь пошёл в атаку, но на этот раз его рапира была заблокирована посохом, который Сесилион крепко сжимал обеими руками. Вампир был в ярости, но рыцарь с длинными локонами не терял уверенной улыбки. — Ты не сможешь бегать вечно, человек. — Сквозь зубы произнёс Сесилион. — Я думаю, что твой посох не такой манёвренный, как моя рапира. — Усмехнулся Ланселот. В следующую секунду Ланселот сместился в сторону, нарушая центр тяжести противника эффектом неожиданности, и взмахнул лезвием. Через всю площадь лица Сесилиона простирался тонкий кровоточащий порез. Принимая боевую позицию, мужчина совершил ещё несколько выпадов, пронзая тело вампира до тех пор, пока тот не решил раскрыть крылья. Взмыв в воздух на пару метров и отстраняя человека воздушным потоком, Сесилион смог разорвать дистанцию и восстановить раны, одновременно с этим заряжая новый сгусток крови. — Ублюдок! — Воскликнул вампир. — Как долго ты сможешь держать дистанцию? — Сказал Ланселот с игривой интонацией. Одетта испуганно глядела на вампиршу, сжимая обеими руками длинный магический жезл, чем-то напоминающий посох, но всё-таки не дотягивая до него по размерам. Кармилла вытянула свою правую руку вперёд и раскрыла ладонь, разворачивая её на сто восемьдесят градусов, чтобы пальцы смотрели вниз. Из самой крупной вены на запястье девушки тонкой струйкой начала выходить тёмная кровь, от вида которой по телу принцессы пробежали мурашки. Кровь останавливалась перед ладонью девушки и собралась в сгусток. — Я не настолько талантливый маг крови, как мой Сесилион, но я лучше, чем кто-либо другой, способна управлять своей кровью. — Эм… — Одетта явно находилась в недоумении. — А т-тебе не больно? Ты не умрёшь от кровопотери? — Ха-ха, ты забавная. — Кармилла усмехнулась, случайно показав свои клыки в жуткой улыбке. Это напугало Одетту. — Также, как и мой Сесилион, я способна восстанавливать свою кровь, заимствуя её из «резерва демона крови». Магическое нематериальное пространство, куда попадает кровь наших жертв. Чтоб ты знала, у моего Сесилиона самый большой резерв среди всех кровавых демонов! Даже больше, чем у королевы вампиров! — О-ого, здорово! — Девушка нервно улыбнулась. — А… А Ланселот самый крутой рыцарь во всём мире! Ну, он рассказывал мне столько историй… — Твой Ланселот меркнет перед моим Сесилионом… Как и ваши лживые чувства! От ярости на лице Кармиллы вздулись вены, а глаза сверкнули алым светом. Тот сгусток крови, который девушка выкачала из своей вены, она на высокой скорости запустила прямиком в оппонента. Одетта успела закрыться руками, но снаряд из крови был настолько сильным, что порвал белоснежные нарукавники и содрал кожу с предплечий девушки. Принцесса скорчилась от боли и чуть не заплакала, но в присутствии Ланселота, да и тем более на поле боя, хотела показаться более мужественной. Одетта сдержала слёзы и серьёзно взглянула на противника, сжав жезл кровоточащими руками. Кармилла, ухмыляясь, сформировала два новых сгустка крови в обеих ладонях. — Чёрт, Одетта, думай! — Думала девушка, сомкнув веки. — Вспомни, как тебя учили использовать магию! Нужно почувствовать поток маны, а потом визуализировать в голове то, что ты хочешь создать. Надо представить что-то… Опасное! Разрушительное! Что-то, что могло бы… Да блин, у меня в голове одни лебеди! Закрыв глаза, девушка не увидела, как под натиском страха, стресса и общего напряжения её поток маны активизировался. Перед сжимаемым жезлом закружились длинные и очень яркие белые потоки энергии, которые приняли спиралевидную форму. Вся эта энергия сформировалась в прекрасную магическую птицу. Кармилла наблюдала за этим настороженно, но затем всё-таки решила атаковать противника кровавыми снарядами, запуская их, словно мячи. Полупрозрачный светящийся лебедь взмахнул крыльями и устремился в Кармиллу, дезинтегрируя все состоящие из крови снаряды, вставшие на пути. Вампирша не успела среагировать. Лебедь прошел сквозь девушку, оставляя сильные ожоги как внешне, так и на внутренних органах. Кармилла свернулась в ужасе и скорчилась от боли, кое-как устояв на ногах. — Как же… Больно… — Пронеслось в мыслях демоницы. — Я узнаю эту боль… Это солнечный свет! Да как она… Свет для кровавых демонов был основной слабостью. Солнечные лучи оставляли на их телах страшные ожоги, на излечение которых требовалось в десять раз больше запасов крови, чем для обычных ран. Эту слабость сумел побороть лишь один ныне существующий вампир — Алиса. План королевы вампиров казался идеальным, но, по всей видимости, самый коварный ум Земель Рассвета не учел того момента, что Одетта своей магией способна создавать солнечный свет. Аутсайдер этого сражения оказался для Бездны самым ужасным кошмаром. Ланселот преследовал своего противника резкими выпадами. Всего за мгновение отважный рыцарь преодолевал пять, а то и все десять метров. Благодаря своим крыльям Сесилион умудрялся избегать этих стремительных атак, но вот полноценно разорвать дистанцию для использования кровавой летучей мыши он не мог. Оптимальное расстояние данного заклинания составляет порядка десяти метров, ведь магическому снаряду необходим разгон. Ланселот приметил это, а посему не даёт своему оппоненту разрывать дистанцию. Не теряя своей уверенной улыбки, пока на лице Сесилиона можно заметить лишь раздраженный оскал, рыцарь в одном из своих рывков зацепил руку вампира кончиком рапиры, оставляя на его предплечье глубокий порез. Без сомнений, такая рана быстро затянется, но уже в следующее мгновение на талии демона появилась следующая. Проблема кроется в том, что даже несмотря на регенерацию, Сесилион покрывается всё большим числом порезов, пока на Ланселоте ни единой царапины. Это невероятно разозлило мага крови. — Довольно! — Воскликнул Сесилион. Сжав посох обеими руками, вампир выпустил волну алой энергии, которая остановила наступление длинноволосого рыцаря. На мгновение Ланселот растерялся, а в следующую секунду на него обрушилась красная летучая мышь. За ней последовала ещё одна, и ещё, и ещё… На лбу уверенного в себе красавчика выступили капли пота. Он осознал, что его противник разорвал дистанцию, и теперь ему приходилось лавировать между опасными снарядами, каждый из которых взрывался при соприкосновении с полом, оставляя всё более глубокие разрушения — Надо всего лишь выждать момент. — Думал про себя Ланселот. Внезапно, вместо того чтобы продолжать уклоняться, рыцарь бросился к Сесилиону. Он завёл правый локоть за спину, крепко сжимая рукоять рапиры. Мгновение — и остриё оружия пронзило солнечное сплетение вампира, пронзив его насквозь. От повреждения внутренних органов из глотки мужчины хлынула кровь, стекая по подбородку. Несмотря на невыносимую боль в животе, Сесилион улыбнулся, обнажив свои острые клыки. — Я понял, что для разгона моих снарядов мне не обязательно использовать только одну ширину! Для того чтобы магический кровавый снаряд набрал достаточную скорость, ему необходимо порядка десяти метров. Но никто не говорил, что разгон осуществляется лишь на большой от противника дистанции. Пока Ланселот уклонялся от множества летучих мышей, Сесилион запустил одну не вдаль, а вверх. Та пролетела немалое расстояние, достаточное, чтобы выйти из зоны видимости рыцаря. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, снаряд, падая вниз, сумел набрать достаточную скорость. Казалось бы, что такой взрослый демон крови, как Сесилион, уже давно достиг пика своих сил. Но это ошибочное мнение. Находясь в пылу схватки, он продолжает учиться, совершенствовать свои заклинания и тактики боя. Именно поэтому Алиса считает его вторым по силе демоном крови. В Сесилионе таится потенциал, который может привести его к титулу короля вампиров. В эту секунду на Ланселота летел разрушительный снаряд, и он находился в очень проблемном положении. Заставило ли его это потерять ту уверенную улыбку? Нет. Напротив, он улыбнулся ещё шире. — Однажды я смотрел на розу, а потом понял, что это — вершина фехтовального мастерства. — Вдруг произнес Ланселот. — Я назвал этот приём «шипованная роза». Ланселот согнул колени и вытащил лезвие из тела Сесилиона, принимая глубокую стойку, чтобы совершить сложный манёвр. Не успел тот сдвинуться с места, как летучая мышь снизошла на него. Сопровождалось всё это красным взрывом, от которого вампир легко ушёл благодаря своим крыльям. «Попал!» — пронеслось в мыслях Сесилиона. Когда пыль осела и демон крови смог разглядеть своего врага, его глаза не могли сомкнуться от шока. На мужчине вновь не было ни единой царапины, а в руках тот держал отрезанные вампирские крылья. — Ничего не потерял? — Игриво сказал Ланселот. В этот момент вампир ощутил сильную боль, которая ощущалась позади спины. Со стороны выглядело, словно летучая мышь точно попала в Ланселота, но это была лишь иллюзия, вызванная тем, что он уклонился в самый последний момент. За долю секунды рыцарь зашёл к Сесилиону за спину, отрезал ему крылья и вернулся обратно, благодаря чему у большинства наблюдающих сложилось мнение, что атака демона крови прошла успешно. Этот приём невероятно сильно нагружает ноги Ланселота, поэтому без вреда для здоровья он может использовать «Розу» лишь несколько раз за поединок. И тех, кто превосходит этот приём по скорости среди присутствующих, можно пересчитать по пальцам. Фанни, Карина, Бенедетта и Линг. Ланселот по праву занимает пятое место среди самых быстрых воинов Земель Рассвета. — Убью. Холодно произнёс Сесилион, выставляя свой посох вперёд. Его крылья отросли за считанные секунды, а тело окутала алая зловещая аура. Взгляд казался безэмоциональным, но на деле в его глазах кипела необузданная ярость. Он создал очередную кровавую летучую мышь, которая на удвоенной скорости устремилась в сторону Ланселота. Рыцарь без труда уклонился, попросту отпрыгнув назад, но последующий взрыв оказался настолько сильным, что опасность представляли даже разлетевшиеся осколки каменного пола. Их мужчина ловко парировал рапирой, но, глядя на Сесилиона, по спине Ланселота пробежали мурашки. — Каждая последующая его атака сильнее предыдущей. — Подумал Ланселот. — Не может же он так до бесконечности.? Или, может… Нельзя затягивать этот поединок. Сидящая на стороне Бездны Алиса всё также с интересом наблюдала за поединком. Какие бы трюки не показывали Ланселот и Одетта, она не теряла уверенности. Видимо, она знала про парочку вампиров то, что не знали другие. — Многие считают, что «резервы крови» Сесилиона больше, чем мои, но на самом деле это не так. — Пронеслось в мыслях Алисы. — Всё дело в «кровавом пакте». На самом деле это не какая-то конкретная особенность магии кровавых демонов, но мы особенно любим её использовать. Магия по своей сути безгранична, но справедлива. Чем сильнее заклинание — тем больше ресурсов уходит на его использование. Обычно это касается маны или другой энергии, но эти «ограничения» можно облегчить, если использовать «пакт». По своей сути это договор, заключаемый с твоими собственными магическими силами. Ты осознанно накладываешь на себя те или иные ограничения в обмен на преимущество. Пакт, который заключил Сесилион, заключается в уменьшенном потреблении крови из резервов. Это касается исключительно его кровавых летучих мышей, но на их использование он тратит на восемьдесят процентов меньше крови, чем тратил бы без пакта. В обмен на это преимущество каждое последующее использование летучей мыши тратит всё больше и больше крови, и Сесилион не может это контролировать. Но с ростом затрат растёт и их сила. Именно из-за этого пакта многие считают, что резервы крови Сесилиона больше, чем у меня. Алиса была полностью права. Знаете, почему она так уверена в победе вампиров? Чем дольше идёт сражение, тем меньше шансов у Света на победу в этом раунде. И ещё ни один противник Сесилиона не сумел продержаться против него столько, сколько ныне продержался Ланселот. Значит ли это, что у рыцаря есть шансы, в отличие от бывших противников вампира? Напротив, это означает лишь то, что победа Бездны близка. Одна за другой в Ланселота летели огромные кровавые мыши. Взгляд Сесилиона был холоден, но по пульсирующим на его лице венам можно было точно сказать, что он был разгневан. Рыцарь был достаточно шустрым, чтобы уклоняться, но с каждой новой магической атакой это было всё сложнее. — Под нежным лунным светом мы сидели на крыше замка и наслаждались друг другом. — Говорил вампир. — Мы обнимали друг друга. Кармилла обнимала мои крылья, целовала их, касалась своими красивыми бледными руками. Она любила мои крылья, а ты, человеческое отродье, посмело их отрезать! — Эй, а ты точно про крылья говоришь? — С усмешкой произнес Ланселот, уходя от очередной атаки. Парень ждал следующего снаряда, но на мгновение Сесилион остановился и поставил посох на пол. Это было идеальным моментом, чтобы быстро сократить дистанцию и нанести атаку. Так Ланселот и сделал, сорвавшись с места и занеся рапиру назад для удара. Вдруг из тела демона вырвались десятки чёрно-красных небольших сгустков кровяной магической материи. Ланселот успел среагировать и отпрыгнул назад, но из-за слишком близкого расстояния один шар задел его плечо. Кожа в этой области побледнела и потрескалась. Теперь уже ему пришлось разорвать дистанцию с оппонентом, чтобы выйти из гущи смертоносных сгустков. — Агх! Зацепил! — Мужчине явно было больно. — Пир летучих мышей. — Промолвил Сесилион. — Эти сгустки крови при соприкосновении с живой плотью забирают её кровь. Она пополняет мои кровавые резервы, но не забивай себе этим голову, человек. Ты скончаешься раньше, чем я смогу заполнить хотя бы один процент той крови, что у меня есть. — Что ж, по всей видимости, целью теперь являюсь я… В воздухе уже не десятки, а сотни этих шаров. Через их гущу было почти не проглянуться. Они кружили хаотичным вихрем, но при этом обладали функцией самонаведения, ощущая в нескольких метрах от себя чужую кровь и направляясь в её сторону. Лицо и тело Ланселота полностью покрылись потом. Каждая мышца в его теле была напряжена, чтобы уклоняться от всех иссушающих снарядов и парировать их десятком точных взмахов рапирой. Внезапно со стороны Ланселота произошел взрыв незаметно выпущенной кровавой летучей мыши. Благо он успел среагировать и применить «шипованную розу», чтобы снизить вероятность получения травмы. Ланселот старался не терять улыбки, но за ней проглядывалось сильное беспокойство. Боец Света не мог даже подобраться к своему оппоненту, ведь чем сильнее он сблизится с Сесилионом, тем в более густом шквале снарядов окажется. Но находиться на большой дистанции ещё опаснее, ведь помимо «пира летучих мышей» вампир продолжает «спамить» своими постоянно усиливающимися заклинаниями. На целой половине арены царил полный хаос. Повсюду летали сгустки крови, гремели взрывы, но Ланселот не терялся и продолжал уворачиваться от всех атак благодаря своей реакции, скорости и техникам. Кровавые сгустки летели по полю боя, разбиваясь об пол с необычайной мощью. Кармилла бросала их один за другим, разъярённо пытаясь попасть по бегающей Одетте. Принцесса бежала довольно неуклюже, но шустро, ведь в очередной раз поймать такой снарядик она не хотела. — Эй, хватит убегать, стерва! — Выкрикнула Кармилла. — Ещё чего! — Крикнула в ответ Одетта, пригнувшись от очередного кровавого шара. — Если ты попадешь, мне будет больно! — Нгх… Иди сюда! Одетта отбежала от Кармиллы на слишком большую дистанцию, поэтому вампирше пришлось применить свои крылья, чтобы взлететь на пару метров в воздух и догнать оппонента. Девушка заметила, как демоница стремительно приближается к ней, из-за чего остановилась и растерялась. — Чёрт, надо её как-то остановить! — Подумала Одетта, после чего закрыла глаза и направила жезл в сторону противника. — Думай, Одетта! Подумай о том, как обездвижить врага, и воплоти это в реальность с помощью магии! Вокруг девушки на фоне нахлынувших эмоций вновь загорелась светлая энергия. Из посоха вылетел объект, состоящий из белого света, чем-то напоминающий «болу». Это верёвка с двумя утяжелителями на двух концах, предназначенная для обездвиживания противника. Верёвка влетела в Кармиллу, а энергетические грузы под действием инерции обвили её плечи и грудь. Мало того, что это шокировало Кармиллу, так ещё и свет обжигал вампирскую кожу, причиняя сильную боль. Девушка потеряла контроль над телом и упала на землю, прокатившись лицом по полу на несколько метров. — Ой, прости. — Одетта неловко посмотрела на лежащую Кармиллу. Несколько секунд Кармилла лежала на полу, уткнувшись в него лицом. Ей потребовалось некоторое время, чтобы осознать происходящее. Чтобы осознать своё ничтожество… — Мой Сесилион… Верит в меня. — Промямлила вампирша. — Ты смела унизить меня перед моим любимым. Я не хочу… Не хочу слышать, как в его крови зазвучит отвращение ко мне! Не хочу! Чуть не разорвав от пронзительного крика своё горло, Кармилла поднялась на ноги и разорвала энергетические оковы всплеском красной ауры. Одетта не до конца понимала, что происходит с её оппонентом, но решила приглядеться к его лицу. Девушка ужаснулась и закрыла рот ладонью. Из-под нижних век Кармиллы по щекам текли не слёзы, а кровь. Всё её тело было покрыто кровью из-за одновременно лопнувших вен и артерий. Вся эта кровь не падала на землю, а каплями взлетала в воздух, формируя какую-то пару объектов за спиной. Демоница расправила тонкие, подобные тем, что у Сесилиона, чёрные крылья, а над ними сформировалась вторая пара крыльев, но состоящих из крови. — Спасибо, что поделился со мной своей кровью, дорогой. — Уверенно сказала Кармилла. — Она не пропадёт понапрасну. Одетта хотела что-то сказать, но не успела среагировать на внезапную атаку со стороны Кармиллы. Вампирша сблизилась с девушкой достаточно, чтобы одно из её кровавых крыльев, словно лезвие, рассекло ей грудь. Вторая пара крыльев не прикреплена к спине. Кармилла может спокойно управлять ими, вращать вокруг себя и уплотнять для атаки. Основная пара используется девушкой как ускорение перед совершением атаки. Довольно интересно, что демоны крови по-разному используют свои крылья. Сесилион благодаря ним разрывает дистанцию с противником, а Кармилла, наоборот, сокращает. Одетта отступила назад и рефлекторно схватилась за раненую грудь, скорчившись от боли. Она вытянула вперёд жезл, но Кармилла атаковала вновь, рассеча крылом утянутый корсетом торс. — Одетта, не забывайся! — Крикнула с трибун Гвиневра. — Концентрируйся на потоке маны! Не забывай, что магию можно использовать не только для атаки, но и для защиты! Кармилла не собиралась останавливаться и атаковала вновь, направляя кровавое крыло в сторону противника. Острое лезвие на сей раз не задело плоть, а упёрлось в уплотнённую на плече Одетты светлую энергию. От столкновения случилась достаточно яркая вспышка и всплеск желтоватых искр. На удивление, плечо девушки оказалось невредимым. — Ого, получилось! — Радостно сказала Одетта, хоть и через боль. Кармилла разозлилась от такого поворота событий, а кровавые крылья закружились вихрем вокруг неё. Если бы не магический барьер, который Одетта смогла создать, то принцесса-лебедь уже давно бы превратилась в фарш. Лезвия по десяток раз за секунду проходились по энергетической защите, заполняя всё пространство искрами. Это были маленькие кусочки барьера. Казалось, что Кармилла вот-вот прорвётся и достанет до Одетты, но заметила, что кровавые крылья стираются об эту световую оболочку ещё быстрее, чем та разрушается. Кровь, которую используют вампиры для своей магии, уязвима к Солнцу точно так же, как и тела. Неожиданно для обеих девиц их стычка прервалась грохотом со стороны. По всей арене летали обломки, а над полом воспарило облако пыли. В таких условиях Кармилле и Одетте было тяжело сражаться. Прямо к ногам Одетты спиной по полу прикатился Ланселот. Одежда на его израненном теле была порвана, а некоторые элементы брони отпали где-то в пылу боя. Подняв взгляд на красивое личико своей возлюбленной, Ланселот улыбнулся, хоть и двигался с трудом. Некоторые участки тела парня были высушены. Трибуны затихли. — Л-ланселот… — Хах… — Ланселот усмехнулся, но затем из его уст донёсся кашель. — Прости. Я держался столько, сколько мог. Мой меч сломался, поэтому я не смогу продолжать… Из облака пыли вышел Сесилион. Его взгляд был по-прежнему холоден, а на теле — ни царапинки. Лишь одежда слегка потрёпана от атак Ланселота. Все летающие в воздухе сгустки крови во мгновение остановились по велению вампира. Он подошёл к Кармилле и положил ладонь на её щеку, слегка повернув голову девушки, чтобы заглянуть в её глаза. — Прости, мой Сесилион… — Дрожащим голосом сказала Кармилла. — Я слишком слаба. — Всё в порядке, моя дорогая Кармилла. Ты отлично справилась. А теперь настало время закончить этот бой. Ланселот восстановил часть своих сил, передохнув на полу, и в итоге смог подняться. Даже не имея при себе оружия, он с улыбкой на лице шагнул в сторону противников, готовый сражаться до последнего. — Пусть даже нет у меня меча, а тело моё покрыто ранами… — Воодушевленно произнес рыцарь. — Пока за моей спиной Одетта, я не собираюсь сдаваться! — Отлично. — Сесилион усмехнулся. Кровавый демон вытянул в сторону бойцов Света левую ладонь и резко сжал её в кулак. Из пола вырвались когти, состоящие из сжатой магией крови, и в один момент сомкнулись. Ланселот и Одетта оказались намертво прижаты друг к другу. — Твой выход, Кармилла. Вампирша вытянула вперёд обе ладони. Руки девушки тут же начали тускло светиться красным оттенком. Возникшая на полу кровь вокруг двух людей стала принимать очертания круга. Ланселот и Одетта стояли в самом центре некой кровавой «печати», имеющей диаметр в десяток метров. Мужчина опустил взгляд и заметил, что его левая сторона груди была связана с левой стороной груди принцессы еле заметной красной энергией. — Ч-что это такое, Ланселот?! — Испуганно спросила Одетта. — Это проклятие крови. — Ответила Кармилла. — Теперь, когда вы связаны моим проклятьем, любой полученный кем-либо из вас урон будет распространяться на вас обоих. — Ты прекрасно поработала, моя дорогая Кармилла. — Промолвил Сесилион. — Теперь мне будет достаточно убить одного из вас, и тогда вы умрёте оба. Считайте, что это моя благосклонность. Вы сможете погибнуть вместе и одновременно, как настоящие возлюбленные. Поднимая взгляд, Ланселот и Одетта заметили, что в эту секунду их окружили сотни парящих в воздухе сгустков крови. Сесилион направил свой трезубец на загнанную в угол парочку и медленно заряжал новую атаку. Он с удовольствием растягивал последние секунды жизни своих врагов. — Сила моих атак из-за пакта выросла слишком сильно. — Сказал Сесилион в адрес своей вампирши. — Думаю, моих резервов хватит ещё на пару атак. Не волнуйся, мы заставим Алису поделиться с нами её запасами. — Одетта, думаю, это конец. — Сказал Ланселот, повернувшись к девушке и аккуратно взяв ту за руки. — Прости, что втянул тебя во всё это. Нам придётся сдаться, ведь я не хочу подвергать твою жизнь опасности. Я просто… — Нет! — Вдруг воскликнула Одетта, крепко сжав ладони Ланселота. — Мы будем бороться до конца! Просто доверься мне. Девушка отпустила руки своего рыцаря и обхватила его за талию, прижавшись к его торсу. Из-за таких внезапных действий Ланселот залился румянцем, а зрители негодовали. — Давай потанцуем, д-дорогой. — Ну… — Парень был в недоумении, но затем усмехнулся и закрыл глаза, полностью отдавшись течению событий. — Я не могу Вас ослушаться, мисс. Ланселот обнял Одетту, и те начали медленно кружиться, покачивая торсом, перебирая ногами. Их движения синхронизировались, и всё это превратилось в прекрасный медленный танец. Бойцов света окружала сотня опасных снарядов, а неподалеку стояли демоны, но их это не смутило. Судя по их лицам, влюбленные полностью погрузились в этот танец и чувствовали себя максимально комфортно. Ланселот улыбался, а Одетта прижалась щекой к крепкой оголённой груди мужчины. Всё это вызвало в сердце Одетты трепет. Лучшим связующим звеном между магом и его потоком маны являются сильные эмоции. И чувства, которые Одетта питала к Ланселоту, были просто невероятные. Девушка, продолжая танцевать, покрылась ярким свечением. Этот свет становился всё ярче и ярче, постепенно распространяясь по арене и сжигая десятки кровавых сгустков поблизости. Наблюдая за этой картиной, Сесилион был ошеломлён. Вампир просто не мог оторвать взгляд от танца своих оппонентов, каким бы ярким он ни был. — Невероятно… — Сказал себе под нос демон крови. — Нет, этого не может быть… Они… Они ведь просто люди! Не демоны крови… Как они смогли? Их кровь… Она полностью синхронизировалась! Звук крови, скорость крови… Но это невозможно… Они ведь не умеют менять свойства своей крови и видеть свойства чужой. Это поистине… Настоящая любовь. — Мой Сесилион, осторожнее! — Крикнула Кармилла. Волна ярчайшей энергии добралась и до вампиров, окутав их с ног до головы. И Кармилла, и Сесилион скрутились от невыносимой боли и сильнейших ожогов по всей площади тела. Это вывело их из строя на некоторое время, а также ослабило регенеративные способности. Одетта медленно отстранилась от Ланселота и стала что-то доставать из-за спины. Там у неё были небольшие ножны, которые ранее никто даже не замечал. Она сняла их со своего платья и протянула партнёру. Из этих ножен торчала красивая рукоять меча. — Это… — Ланселот был в приятном удивлении. — Да. Меч, который ты тогда мне подарил. С тех пор я всегда ношу его собой, хоть фехтовать так и не научилась. Возьми его и срази наших врагов, Ланселот! — Спасибо, Одетта. — Парень взял ножны и ловким движением вынул оттуда клинок. — Я готов потратить все мои оставшиеся силы, чтобы вырвать победу. Прикрой меня! — Угу! На полной скорости рыцарь сорвался с места и устремился прямо к вампирам, рывками двигаясь из стороны в сторону. Кармилла пришла в себя первая и, яростно сомкнув зубы, начала бросать в движущуюся цель шары крови. Ланселот пытался парировать их лезвием меча, но это затрудняло его путь. Тогда и подключилась Одетта, которая взмахнула жезлом и пустила волну света, уничтожившую все мешающиеся снаряды. И когда Ланселот наконец оказался в пяти метрах от Сесилиона, то встал в стойку и направил остриё меча на противника, чтобы прицелиться. — Я хранил свой козырь как раз для такого момента! — Уверенно воскликнул длинноволосый. — Смотри внимательно, Одетта, и, быть может, сможешь увидеть мою призрачную казнь! Всю силу, что была в Ланселоте, он направил в свои ноги, из-за чего продавил стопами каменный пол. Вдруг большая часть присутствующих потеряла мечника из виду. Даже для Сесилиона оппонент стал невидим, словно призрак. Лишь единицам удалось разглядеть то, как Ланселот на огромной скорости пронёсся мимо вампира, затормозив в нескольких метрах за его спиной. В голове Сесилиона на месте левого глаза возникла сквозная дыра диаметром примерно три с половиной сантиметра. Демон несколько секунд стоял с раскрытым ртом в полном оцепенении, пока к нему не подбежала Кармилла и не начала заполнять отверстие кровью из своих вен. — Мой Сесилион, держитесь! Всё будет хорошо! Я залечу эту рану своей кровью! Нет… Я отдам вам всю свою кровь! Прямо сейчас! Вам этого хватит, чтобы победить! Вы точно справитесь! — Умерь свой пыл, Кармилла. — Вдруг сказал Сесилион. — Я больше не собираюсь продолжать этот бой. — Ч-что? — Кармилла была в недоумении. — Эй, ты что, сдаешься? — Переспросил Ланселот, повернувшись к врагам. — Сэр Тигрил, я не ослышался? — Спросил Грейнджер. — Наши противники решили отступить? — Похоже на то. — Произнес главнокомандующий, не отрывая взгляда от арены. — Что вы творите..? — Пробубнила Алиса, покрываясь вздувшимися венами и от гнева впившись когтями в плоть своих бёдер. — Когда вы начали танцевать, я почувствовал, что ваша кровь начала звучать в унисон. — Продолжил демон крови, обнимая Кармиллу. — До этой минуты я считал, что такое доступно только демонам крови. То, что вы сумели синхронизировать свою кровь, воистину чудо. Ваша любовь — самая чистая и искренняя, какую я только мог увидеть у людей. Хоть я и демон крови, но я не стану убивать тех, кто способен любить так же искренне, как любим мы с Кармиллой. Я считал людей лицемерными и эгоистичными, но если они всё-таки умеют любить, то смысл их уничтожения сходит на нет. Тем более я не стану убивать тех, кто умеет любить по-настоящему, потому что могу понять, какого это — потерять того, кого любишь. Последние слова Сесилион произнёс, взглянув на Кармиллу и с особой нежностью проведя ладонью по её щеке. — Слушай, а ты не такой уж и плохой, как я думал. — Сказал Ланселот. — Присоединяйся к нам, и мы обязательно покажем, какова наша, человеческая любовь. — Я подумаю над этим предложением. — Сесилион улыбнулся. — А теперь иди к своей любимой. По твоей крови слышу, что у тебя есть что-то, что ты хочешь ей сказать. Ланселот вернулся к Одетте, которая смирно стояла и ждала его, сложив руки на уровне таза. Они улыбались друг другу, и так могло продолжаться долго, но Ланселот понимал, что время признаться своей любви настало. — Хороший выдался бой, не так ли? Я всегда знал, что ты очень сильная, но даже не мог представить, что настолько! — А для меня была огромная честь увидеть Вас в настоящем поединке. Мои глаза даже не поспевали за тем, как быстро Вы двигаетесь! Это просто невероятно. Хотя, по Вашим историям было очевидно, что Вы невероятны! — Послушай, на самом деле мне есть в чем тебе признаться… Во время прибытия сюда мы не смогли закончить тот диалог. — А? В чём же? — На лице Одетты выступили капли пота. Она испугалась какой-то горькой правды. — На самом деле… Я выдумал все эти истории, чтобы произвести на тебя хорошее впечатление. — Ч-что?! То, как ты проник в дом злого барона, разобрался со всей его охраной и спас девушку, которую они держали в заложниках, вымысел? — Ага… — А когда ты в одиночку победил пятьдесят демонов, которые напали на маленькую деревню, в которой ты остановился? Это неправда? — Да, увы… — А то, что ты какое-то время был приближенным императора Монийской империи? И тебе давали сложные задания разобраться с врагами империи? Враньё? Где-то на фоне послышался смешок Грейнджера. — Да, враньё. Максимум, на что меня хватало, спасать милых дам от рук пьяниц в барах. Но я никакой не герой. Я обычный странник, ищущий приключения, но не рискующий встревать во что-то особо опасное. Но когда я встретил тебя, Одетта, то захотел впечатлить, а потом предложить руку и сердце. Я понимал, что твоя семья никогда не выдаст такую прелестную даму замуж за какого-то бродягу. Но потом до меня ненароком дошло известие, что Вас уже выдают замуж за старшего сына из какой-то аристократичной семьи. — Получается, из-за этого ты сбежал? — Да. Я понимал, что рано или поздно моя ложь вскроется, поэтому отправился в долгий путь, чтобы все мои выдумки стали настоящими подвигами. И когда я стану героем, то получу право предложить вам свои руку и сердце. Говоришь, ты искала меня? Я понимаю, что мои истории вскружили Вам голову, и поэтому вы сбежали из дома и отправились за мной. Но теперь вы знаете всю правду. Одетта, ранее удивлённая, улыбнулась, а затем положила ладони на щеки Ланселота. Её лицо начало сближаться с лицом парня, пока их губы не соприкоснулись друг с другом. Рыцарь, окрасившись в помидор, не мог даже кончиком пальца пошевелить. Поцелуй длился всего лишь несколько секунд, но Ланселот успел в полном мере ощутить мягкость и нежность аристократичных губ. Девушка отстранилась от мужчины и убрала руки с его лица, а затем тихо хихикнула, наблюдая за тем, как тот смущается. Гвиневра, наблюдающая за этим, чуть ли не визжала от восторга. — Н-но Одетта… — Ланселот был в ступоре. — Я ведь… — На самом деле мне не очень-то и важны твои подвиги, Ланселот. Я люблю тебя за твою уверенность, смелость и доброту. Хоть ты и не побеждал дюжину монстров, но зато ты никогда не оставишь в беде девушку, которой нужна помощь. Ты не какой-то там бродяга. Ты — настоящий рыцарь. — Но ведь тебя уже выдают замуж родители… — Ланселот улыбался от сказанных Одеттой слов, но на душе ему всё равно было тоскливо. — Или, быть может, мы сбежим? Точно! Давай сбежим на край Земель Рассвета, Одетта! Будем искать приключения вместе! — Хи-хи, ты такой забавный. На самом деле у меня тоже есть, в чем бы я хотела тебе признаться. Я не успела сказать тебе это при нашей встрече тут. — Я весь во внимании, мисс. Сесилион и Кармилла, стоящие вдалеке и обнимающиеся, приятно наблюдали за разговором участников стороны Света. Лишь один демон крови в этом Колизее был в ярости. Ненависть Алисы была настолько сильной и ужасающей, что била из её тела потоком темно-красной ауры. Вены на лице и руках вампирши надулись от прилившей к мышцам крови. Она скрипела зубами столь сильно, что казалось, будто от них вот-вот полетят искры. Её нежные пальчики с коготками на конце вошли в бетон каменного ограждения трибун, словно в размороженное сливочное масло. Капилляры в глазах от такого напряжения стали лопаться, окрашивая склеру в красный цвет. — Что, чёрт возьми, несёт этот безмозглый вампир… — Прорычала Алиса. — Какая к чёрту любовь? Какие к чёрту чувства? Я ведь убью его возлюбленную у него на глазах, а затем и его самого… Он… Ублюдок. По его крови чувствую, что он рассчитывает на победу Света, и тогда я не смогу их убить. Вот же… Нет… Нет нет нет! Так не должно быть! Какого чёрта он себе позволяет! Мой план был идеальный! Я построила удобный для Сесилиона бой двое на двое… Я подобрала им идеальных и удобных соперников! Я всё спланировала, всё просчитала… Но я не смогла предугадать… Его тупость. Нет! Это не должно так сложиться! ТАК НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ! Все вампиры способны видеть, слышать и чувствовать чужую кровь. Они также способны менять свои свойства крови. Особо сильные демоны этой расы научились управлять собственной кровью и кровью из резервов. Вампиры, что особо преуспели в магии, способны заключать пакты и создавать особо мощные заклинания с использованием крови. И лишь Алиса, королева вампиров, имеет возможность управлять кровью слабых людей и других себе подобных. Она может делать это как намеренно, так и совершенно случайно. И вся та ненависть, которая кипела в Алисе, была столь сильной, что дошла до Сесилиона. Демон крови, мирно наблюдающий за нежностями, вдруг скрутился в агонии и десятках судорог по всему телу. Кармилла обеспокоенно пыталась помочь ему, но всё было тщетно. Вены на теле мужчины набухли, глаза заполнились кровью, всё тело словно разрывало изнутри. Он вытянул свой посох в сторону Одетты и начал концентрировать кровь на кончике своего трезубца. Пакт довел силу атакующего заклинания до таких высот, что использовать его было уже опасно для жизни, но Сесилион не мог контролировать своим телом и эмоциями. Его переполняет жажда смерти. Объем скопившейся на конце трезубца крови продолжал увеличиваться до неестественных себе масштабов, пока резервы, в которых кровь копилась десятилетиями, не опустошились до последней капельки. Но посох продолжал вытягивать кровь, подкрепленный ненавистью Алисы. Тело Сесилиона становилось всё бледнее и тоньше. Зарядка посоха требовало столько жизненной энергии, что начала высасывать из вампира его собственную амброзию. И когда вампир уже еле стоял на ногах, к люстре взлетела огромная кровавая летучая мышь. Она не долетела до потолка и развернулась на семьдесят пять градусов, на полной скорости устремившись в сторону мирно стоящей парочки. — Я хотела тебе сказать, что… — ОДЕТТА, БЕРЕГИСЬ! Лишь чудом Ланселот сумел среагировать на неожиданную атаку и со всех оставшихся сил оттолкнул девушку так далеко, как мог. Оставалась всего секунда до того, как произойдет столкновение. Хоть у мечника уже были порваны мышцы ног после использования Призрачной казни, но он собрался силами и провёл «шипованную розу». Этот приём хоть и создан для атаки, но часто используется мужчиной в качестве уклонения от особо опасных атак. Шанс попадания по Ланселоту во время использования этой техники снижается практически до нуля. Летучая мышь столкнулась с землей и создала взрыв такой силы, что всем, кто сидел на трибунах, пришлось закрыться руками от потока ветра и обломков. Обессиленный Сесилион упал на колени. Кармилла придержала своего возлюбленного, чтобы он не свалился полностью. — Ланселот… Одетта быстро поднялась и, даже не отряхиваясь, побежала в сторону поднявшегося облака пыли. Когда пыль постепенно сходила на нет, девушка увидела лежащего на спине возлюбленного, раскинувшего руки по бокам. Он был ранен, но дышал, и эти раны казались не столь серьёзными. — Ох, слава богу! Принцесса подбежала к мужчине и села на колени перед ним. Рыцарь заметил это и кое-как повернул голову в сторону Одетты, улыбнувшись. Она тоже улыбалась, но из соображений безопасности решила осмотреть тело на наличие других травм. Пыли в воздухе было всё ещё достаточно, но кое-как разглядеть нижнюю часть Ланселота удалось. И улыбка девушки мгновенно исчезла с лица. Вдох. Выдох. Дыхание ускорилось, сердцебиение участилось. Из глаз начали выступать слезы. Горло перехватил ком, из-за чего некоторые попытки набрать в лёгкие воздух были безуспешны. Девушка буквально давилась кислородом. Участники стороны Света наблюдали за происходящим молча, ибо не могли промолвить ни слова от шока. На глазах Гвиневры выступили слёзы. Нижняя часть Ланселота полностью отсутствовала. Не было ни ног, ни целого таза. Лишь огромная лужа крови и вывалившиеся из живота органы. — Л-л-ланселот… — Еле смогла выдавить из себя Одетта, так как разревелась. — Не плачь, милая Одетта. — Тихим, хриплым голосом пробормотал Ланселот. — Эта боль… Это мелочь по сравнению с болью, которую у меня вызывает взгляд на твои слезы. — Я-я-я… В-всё б-будет х-хорошо. Мы тебя с-спасём… — Прошу, расскажи мне то, что хотела… Пока у нас ещё есть время. — Я… Ты… Меня… М-меня… Меня с-собирались выдать замуж за тебя. Старший сын из аристократичной семьи — это т-ты. Твоя семья. Я б-была так рада, когда узнала об этом, и хотела рассказать тебе уже к следующему восходу солнца. Н-но ты сбежал… Я отправилась на твои поиски, чтобы рассказать тебе об этом. — Ха… Ха-ха… А-ха-ха-ха-ха! — Казалось, что свои последние силы Ланселот потратил на то, чтобы рассмеяться. Смех напоминал истеричный. — Какой же я… Дурак. Мужчина закрыл глаза. Одетта, только-только начавшая успокаиваться, ощутила новый поток слез. Своими аккуратными блестящими ногтями она сжимала его одежду, а лицом уткнулась в грудь своего возлюбленного. Он перестал дышать. Плач Одетты становился всё более пронзительным, сопровождаясь короткими паузами от недостатка воздуха. В этот момент к ней подошли их бывшие противники. Сесилион был слишком истощен, поэтому мог ходить только с поддержкой Кармиллы. Взгляд демона был грустным, жалостливым. Он явно испытывал вину за свой поступок. — Мы… Можем помочь. Остановим его кровотечение и заполним потерянную из наших запасов… — Негромко произнёс Сесилион. — Убирайся. — Твердым, как сталь, но дрожащим голосом ответила Одетта, не отрываясь от груди возлюбленного. Вокруг неё начала концентрироваться светлая аура. — Мы сдаёмся. Хватит… С нас больше хватит этих сражений… Просто уйдите, чёртовы демоны. Сесилион хотел помочь, но ощутил от Одетты столь невероятную силу, что не смог пересилить инстинкты самосохранения. Вместе с Кармиллой они обратились в летучих мышей и скрылись в неизвестности. Если бы те не отступили, то Одетта, не сумевшая контролировать себя, стёрла бы их в порошок. — Это было интересно, но последнее слово осталось за участницей Света. — Величественно промолвило Существо Свыше. — В первом раунде второй семёрки побеждает сторона Бездны! Все, кто только мог помочь, бросились к Ланселоту в надежде, что ещё можно успеть что-либо сделать. Но история уникального за турнир сражения двух пар влюбленных подходит к концу. В перерыве между сражениями, когда половина помогает раненым, а другая выбирает следующего бойца, Селена грациозно шагала по коридору. Её туфли стучали об пол при каждом новом шаге, и стук разносился эхом от стены к стене. Откуда-то вдали был слышен грохот, и это была вовсе не арена. Какая-то отдаленная от других комната, где в настоящий момент происходило сражение двух существ невероятной силы. Командир стороны Бездны держал именно туда.