Life before and after

Тэхён крепко спал, уткнувшись лицом в колючую солому. Еще часа два назад Тэхён все ворочался, никак не в силах заглушить все те эмоции, которые он испытал за столь короткое время, и хотя бы не надолго хотелось откинуть вопросы, скопившиеся у него за день. Последние слова Хосока крутились в голове, ни на минуту не покидая ее. Парень, видимо, свято верил в то, о чем говорил. Все слова были сказаны с такой большой надеждой, что у Тэхёна скрутило сердце. Ему бы и самому хотелось верить в хорошее. Он буквально несколько часов назад был убежден в том, что все это лишь шутки друга. Но с каждой минутой к парню приходит осознание, что каким бы Чимин не был больным ублюдком — он бы не стал так жестоко шутить над другом. Да и все выглядело настоящим, отчего пробегал холодок по коже. Тревожило Тэхёна и то, что после последнего разговора Хосок засел в углу камеры и больше не показывался. Лицо у парнишки было хмурое, задумчивое. Оно и не удивительно. Утром его собирались казнить вместе со всеми, кто сидел в этом крыле. Сам Тэхён будто через пелену осознавал происходящее, прокручивая последнее, что он помнил. «Свет фар…машина…пустота…тюрьма» — никак не укладывалось в голове парня. Он и вправду начал верить в жизнь после смерти, иначе этого не объяснить. Но если этот мир не настоящий, то разве может он умереть? А если это реинкарнация, то он умрет снова, попадая в другой мир? Думать было сложно. То, что чувствовал парень можно описать как страх перед неизвестным, а не как страх за свою жизнь. Он будто был лишь сторонним наблюдателем, никак не думая, что попадет в главную роль. И какими бы тяжелыми и тревожными мыслями не была наполнена голова парня, усталость и жуткая ломота в теле взяли верх, и Тэхен погрузился в глубокий сон. — Ну же, вставай! — раздался голос в темноте. — Ммм…бабуль еще немного, дай поспать — Тэхён никак не хотел вставать. Тело требовало покоя и отдыха. — Ну же, нет времени лежать — все активнее трясли Тэхёна, пытаясь разбудить. Тэхён открыв глаза, вдруг резко осознал, что лежит не на своей мягкой и теплой кровати, а все еще на колючем сене. И будит его не бабушка, а юный парень, который сейчас лучезарно улыбался Ким Тэхёну. — Я же говорил! Мы спасены! За нами пришли! — все радостнее выкрикивал парень. А Тэхён все еще находился в ступоре и спросонья не понимал, что происходит. Шутки про высыпаться и выспаться для парня как никогда актуальны. Ему невдомек, кто пришел и зачем. Разговор с Хосоком до этого будто совершенно вылетел у него из головы. Все, чего хотелось сейчас парню — это наконец-то отдохнуть и почувствовать себя хоть немного лучше, без боли и ломоты во всем теле. И хоть парень не привык жаловаться на судьбу, сейчас, кажется, уже готов был начать это делать. Он снова попытался лечь спать обратно, надеясь что тот, кто пришел за ними подождет еще часик, но видимо все сегодня куда-то очень торопились. — Тэхён, нам пора! Слышишь? Ты должен идти с нами! — уже почти выл Хосок. Тэхён решил, что спорить здесь явно бесполезно и решил все-таки послушать парня. Хосок, увидев хоть какую-то реакцию от тела напротив, принял решение помочь тому встать, видя, как тяжело дается Тэхёну каждое движение. Дальше все происходило стремительно быстро. Хосок, взяв парня за руку, уверенно мчался по коридорам, будто точно знал, куда им нужно идти, а может так и было. Тэхён не знал. Он беглым взглядом рассматривал интерьер вокруг, то и дело постоянно спотыкаясь. И снова все те же холодные и неуютные стены, в некоторых местах освещаемые тусклым светом факелов, проносились мимо. Тэхен был рад оставить это место. Тем более, если учитывать тот факт, что утром его собирались казнить, а сейчас, кажется была глубокая ночь, судя по темноте в небольших окошечках. «Все-таки Хосок оказался прав» — подумалось Тэхёну. Они смогли сбежать. Хоть и странно это было. Неужели Тэхён умудрился проспать начало побега? А если бы его не разбудил Хосок? Страшно подумать что бы было, и одновременно с этим глупо. Тэхён, наверно, и остался бы там до самого утра, пока бы не пришло время казни. Парень неуклюже тряхнул головой , стараясь отогнать от себя ворох не прошеных мыслей. Он после обо всем подумает. Обернувшись, Тэхён заметил, что за ними идут еще люди. Такие же бывшие узники, как и они сами. Однако, удивителен тот факт, что они, не смотря на опасность ситуации и спешку, помогали друг другу. Некоторые также держались за руки, особенно пострадавшие от бесчисленных побоев стражников люди, которые просто опирались на более крепких и здоровых людей. Впереди шли несколько парней, постоянно оглядываясь назад и прислушиваясь к каждому звуку, который мог сорвать их план. — Куда мы идем? — не выдержав, спросил Тэхён совсем тихим, осевшим голосом. — Нас ждут возле запасного выхода — кратко оповестил Хосок также тихо, боясь привлечь лишнего внимания. — Но как мы смогли так просто выбраться? Почему раньше тогда этого не сделали — недоумевал Тэхён. В таком случае, они могли бы выбраться куда быстрее, не дожидаясь полуночи. — Наш предводитель ждал подходящего времени. Никогда не сомневайся в нем и его решениях, если и впредь хочешь жить — грубо прозвучало со стороны от какого-то мужчины. — Ночью пробраться в замок легче, чем днем. Мы выбрались с помощью старого трюка с переодеванием. Стражники приняли переодетых мятежников за своих. Они и раздобыли ключи от тюрьмы, освободив всех нас и показав сейчас нам выход, где нас уже ждут. Просто ты все проспал — последнее предложение Хосок добавил с полуулыбкой, будто объяснял все маленькому ребенку, а не взрослому мужчине, который каким-то образом умудрился чуть ли не проспать весь побег. Тэхён поджал губу, думая о том, что, наверное, выглядел сейчас глупо. Он продолжал идти, не отпуская руку Хосока. Все же так ему было как-то спокойнее. Будто, если он сейчас отпустит ее, то все тот час же сбегут от Тэхёна, оставляя его одного блуждать по темным коридорам, в поисках нужного выхода. Сам же Хосок уверенно смотрел вперед, не отрывая взгляд. В свой юный возраст этот парень мог выглядеть как по мальчишечьи глупо, корча разные рожицы охранникам, так и максимально серьезно, будто тяжелая гора легла на его плечи мертвым грузом, не давая дышать. Хосок сам крепко держал в руке чужую руку, показывая всем видом, что не отпустит ни при каких обстоятельствах, ведь он итак уже многих потерял на этой кровопролитной войне за жизнь. Все бы было прекрасно, но как всегда есть свои «но». Из-за медленного передвижения узников — они попали как раз на смену часовых тюрьмы. Те, в свою очередь, видя мертвых стражников и пустые камеры, сразу догадались о том, что здесь явно что-то не так, и как можно быстрее дали знак тревоги. В замке поднялся шум. Всем стражникам было велено обыскать замок и его окрестности, разведать, что случилось и кто виновен в этом. Конечно же, подобный шум не укрылся и от мятежников, которые в это время стояли возле запасного выхода, ожидая людей. Все уже было готово — три лошади, на которых приехали всадники, были запряжены; повозка, которую они смогли достать с помощью своих людей в замке — тоже стояла наготове. Один из мятежников, нахмурил брови, явно напрягаясь от всей ситуации. План был, мягко говоря, написан на коленке, и многие понимали риски, но все, кто пошел — пошел добровольно. Чонгук никогда и не думал делать что-то против воли людей. Он доверял своим соратникам, а они в свою очередь отвечали таким же доверием и пониманием. Однако сейчас дела шли не очень, и все понимали это, смотря на своего лидера. Чонгук как всегда был непоколебим: черные смоляные волосы, такие же темные, будто черные глаза, крепкая, широкая спина, за которую так и хочется спрятаться. Весь его вид говорил о своей уверенности и непоколебимости, однако в темных глазах прослеживалось беспокойство. А услышав тревогу все четверо мужчин заметно посуровели. — Я пойду и встречу их. Оставайтесь здесь и следите за лошадьми — спокойным, не терпящим возражений голосом, сказал Чонгук. Он давно понял, что спасение слишком затянулось. — Нет, ты не пойдешь один. Я пойду с тобой, и это не обсуждается, так что не смотри на меня таким тяжелым взглядом — слегка улыбнулся Намджун. Они дружили с детства и всегда прикрывали тылы друг другу. Переживали друг за друга всегда одинаково, поэтому каждый и пытался взять ответственность и весь удар на себя, чтоб загородить, уберечь, однако оба были несносными и слушали только себя. И хоть Намджун был старше Чонгука на два года, лидером выбрали все равно второго. И Джун никогда с этим не спорил, или не задумывался о том, чтобы как-то перенять лидерство. Он искренне уважал друга, и это уважение было взаимным. Да и решения Чонгук все равно старался не принимать один, ведь не только его жизнь стоит на кону, но и жизни всех тех, кто им доверился, возложил на них свои отчаянные надежды, веря, что хоть кто-то их услышит. И Чонгук их всех слышал. Правда от этого легче не становилось. — Ладно, времени, чтобы спорить с тобой у меня явно нет, поэтому постарайся не отставать — с усмешкой говорил Чон, смотря на друга — А вы двое следите за лошадьми. Остальные лишь кивнули, молча наблюдая за перепалками этих двоих. Все-таки, к ним уже все привыкли. Чонгук с Намджуном знали как устроен замок, знали какими скрытыми ходами лучше перебираться, чтоб остаться незамеченными. У них при дворе и свои люди были. Тирания коварной и жестокой семьи Мина славилась на всю округу, включая и соседние королевства. Наследники воспитывались в атмосфере жестокости, поэтому все, кто не находил в этом большой выгоды, просто умоляли судьбу, чтобы они не смогли наплодить потомков и умерли. Люди надеялись, что когда-нибудь на трон взойдет тот, кто этого действительно будет достоин. Однако, некоторым надоело просто ждать и верить во что-то хорошее, и они взялись ковать свою судьбу сами. Тем, кто был при дворе, тоже жилось не сладко. За каждую малейшую, безобидную провинность карали самыми жестокими и изощренными способами. Поэтому тот факт, что короля не любили при дворе, никого не удивлял. Все больше и больше людей желали смерти королю, и эту смерть Чонгук когда-нибудь принесет королю. Ну, или же, умрет, сражаясь, другого ему судьбой было не дано. Чонгук с Намджуном шли молча по коридорам, освещенными лишь факелами. Услышав громкий шум бойни — они поспешили вперед. Когда двое парней повернули за очередной угол — перед ними развернулась не самая приятная картина. Их двое друзей отчаянно сражались, однако было видно — они сильно ранены. Кто-то из плененных ранее каким-то образом смог перехватить кинжал, сражаясь так, как мог. Некоторые лежали на полу, и было не понятно — живи они или уже нет. Чонгук с Намджуном не раздумывая ворвались в самую гущу бойни, загораживая собой остальных, но вот, подоспели новые стражники, стреляя в бунтовщиков. Одна такая стрела ловко попала в одного из мятежников, которые пришли с Чонгуком освобождать пленных. Молодой парень, посмотрев на Чонгука, лишь коротко кивнул, будто прощаясь. Все-таки они были не просто борцами за несправедливость. Нет, они были нечто большим друг для друга. Они были настоящей семьей и опорой друг другу, хотя, кровной семьи, многие из них, по правде говоря, не имели. Чонгук почувствовал, как глаза застилает пелена ярости. Они все понимали, на что шли, что возможно будут жертвы, однако, думать об этом и видеть смерть наяву — две разные вещи. Парень начал лишь сильнее размахивать мечом, не видя уже ничего вокруг. Тэхён сидел и смотрел на все это округлившимися от ужаса глазами, все еще не веря, что это происходит наяву. Буквально мгновением назад его оттолкнул Хосок, прикрывая, наставляясь на меч самостоятельно, а сейчас он борется за свою жизнь, прикрывая Тэхёном с одним лишь небольшим ножиком, хотя перевес явно на стороне стражника с огромной булавой. Парень не верит, что все это сейчас происходит. Сидя на полу и опершись руками об пол, он чувствовал страх. Мерзкий, тягучий, он переполнял Тэхёна с ног до головы, не давая пошевелить конечностями. Ему никогда не было так страшно. Никогда люди перед ним не боролись так за жизнь, не умирали за нее. Он понимал, что просто сидеть и верно ожидать своей смерти не самое лучшее решение. В этот момент Тэхена привлекли стоны, полные боли и страданий. Повернув голову к источнику звука, парень увидел женщину. Она истекала кровью, после того, как один из солдат ранил ее своим мечом, а после швырнул ногой, омерзительно скривившись. Тэхён надолго запомнит это выражение лица. Такое злобное и полное ненависти к невинной женщине, которая даже не могла никак себя защитить, — оно не выражало ни единого сожаления или какого-либо участия. Что сделала она ему? За что она заслужила это? Тэхён не знал об этой женщине ровным счетом ничего, однако боль переполнила его сердце. Боль от обиды и беспомощности. Парень не мог даже пошевелиться, чтоб уже хоть что-нибудь сделать. Правда, что он мог сделать в такой ситуации, было непонятно даже ему самому. Вдруг, в Тэхёне проснулось что-то нечто дремлющее внутри. Парню стало нестерпимо больно наблюдать за тем, как мучается бедная женщина, не в силах что-либо сделать. Он стал ползти вдоль стены к пострадавшей, стараясь ни на кого не наткнуться, иначе помощь потребуется уже и ему. Придвинувшись поближе парень осознал, что рана слишком глубокая, и если не предпринять меры сейчас же — то она умрет. Нужно было обработать рану стерильной губкой или влажной тряпкой, пропитанной перекисью или хотя бы мыльной водой, но ни того, ни другого не было сейчас под рукой. Тэхён начал паниковать, пытаясь разорвать края своей рубашки, чтоб хоть что-нибудь приложить к обильно истекающей кровью ране, однако женщина остановила его, кладя свою руку на его. — Не стоит… — тихо вымолвила она. — Вот, возьми лучше. Передай моему сыну, Ёну… — женщина достала из кармана небольшое украшение — браслет тонкой работы усыпанный мелкими драгоценными камешками. Вещь явно была старой и потертой, однако, видимо, много значила для своей хозяйки. — Я хотела передать это ему на его 16-тилетие, но… — женщина горько усмехнулась, расслабляясь. На ее лице так и застыло горе и печаль. Тэхён будто чувствовал ее боль каждой частичкой своего тела. Парень не смог ничего вымолвить и трясущимися руками крепко сжал в ладони украшение. На его руках умер человек, а он ничего не смог сделать с этим. Тэхён слышал все звуки, будто находился в вакууме. Уши заложило, из глаз предательски лились слезы, а тело пробирала мелкая дрожь. Он не был готов к этому. Просто не мог поверить во все, что происходит. Вдруг, из всех звуков явно выбился голос Хосока. Тэхён посмотрел на него измученными глазами. Хосок был весь в крови — своей или чужой он не знал. Одежда была просто непригодна для дальнейшей носки. Участки кожи были мелко изрешечены, а сам парень, кажется, еле стоял на ногах, придерживая левый бок правой рукой. Он явно пытался что-то сказать Тэхёну, но парень его уже не слышал. Он был где-то далеко, но не здесь. Хосок стал трясти парня за плечи, тратя на это чуть ли не свои последние силы. — Тэхён! Слышишь, Тэхён?! Очнись! Нам нужно уходить, слышишь? Сейчас придет подкрепление, мы умрем если останемся здесь еще хотя бы на секунду! — уже кричал во все горло Хосок. Тэхёна будто облили холодной водой. Он вдруг резко развернулся, чтобы увидеть, что вообще происходит. Несколько тел лежали на холодном полу, истекая кровью, были и сильно раненые. Те, еще могли стоять на ногах помогали тем, кто был сильно ранен. Парень проморгался, будто все это не в за правду, а после, встал, на дрожащих ногах. — Быстрее! Времени нет! Они скоро появятся! Бегите ко входу, вас там уже ждут и помогут, мы задержим их — крикнул Чонгук, оставаясь на месте с еще двумя выжившими мятежниками. Было видно, что он сам еле держался на ногах, однако, был готов пойти на жертву даже самого себя, если это спасет остальных. Тэхён прислушался к этому грубому и одновременно такому мужественному голосу, и будто тот час же проснулся ото сна. Вместе с остальными он направился к выходу, помогая израненному Хосоку. Тэхён оглянулся через спину, чтобы узнать, кому из мужчин принадлежал голос, однако они были повернуты спиной к ним, и парень увидел только крепкие мужские спины, загораживающие их собой. Отчего-то Тэхёну стало как-то спокойнее и он уже более уверенным шагом, стараясь не тревожить сильно Хосока, который повис на его шее. Вскоре показалась дверь наружу и холодный ночной воздух встретил их. Кажется, все, кто был вообще в сознании, вздохнул с облегчением. Однако, ничего еще не было кончено. Рано было еще радоваться, ведь они все еще были в опасности. Один из мятежников стал помогать раненым поместиться в карете, пока второй пытался допытаться до Тэхёна, где же остальные. Однако Тэхён начал неуверенно мямлить и заикаться, отчего парень лишь в нетерпении цокнул, уже направляясь к двери, откуда пришли люди. Но это оказалось лишним. Оттуда, немного хромая, вышли Намджун С Чонгуком, кивая остальным, что пора поторопиться и уйти отсюда. Они лишь одним взглядом дали понять остальным, что все остальные уже мертвы. Сильно раненных сажали в карету, а тех, кто еще мог как-либо двигаться самостоятельно и сидеть прямо — запрягали на лошадь, вместе с одним из мятежников. Тэхён видел, как Хосока уже посадили в карету. Сам он старался не мешать и не маячить перед глазами, видя, как организованно и аккуратно мятежники выгружали людей в карету или высаживали на лошади. Вдруг к нему подошел мужчина, один из тех, что, защищали его и остальных пленных. — Особое приглашение нужно? Садись на лошадь или останешься тут — бросил мужчина, подводя лошадь. Тэхёну не хотел признаваться, что он до этого ни разу не садился на лошадь, однако сильные руки сзади помогли парню забраться на нее. Мужчина, который помогал Тэхёну, одним движением залез на лошадь. Парню пришлось обхватить того за талию, чтобы не упасть, однако, даже в такой ситуации, делать это было крайне неловко. — Чонгук, нам пора. Мы всех собрали, медлить нельзя — обратился к ним мужчина, сидевший на другой лошади. «Так его зовут Чонгук» — подумал Тэхён, запоминая имя того, к кому сейчас так бессовестно прижимается. — Верно, уходим. Ты веди повозку вперед, а я буду прикрывать сзади — твердо сказал Чонгук, и все направились за мужчиной. — Держись покрепче — вымолвил Чонгук, даже не смотря на своего случайного пассажира, прежде чем погнать лошадь вперед. Тэхён от неожиданности вздрогнул, лишь сильнее прижимаясь к мужчине. Он мелко подрагивал, то ли от холода, то ли от переполняющих противоречивых ощущений. Врасплох его застала стрела, которая пролетела чуть наискось, задевая лишь щеку, оставляя неглубокую рану. Тэхён ойкнул, не сразу сообразив, что произошло, пока не увидел, как пассажир на впереди скачущей лошади свалился с нее. Парень так и замер, в немом шоке, смотря на то, как их лошадь обошла мертвое тело. — Черт — коротко выругался мужчина, лишь прибавив ход — Лишь бы успеть. И Тэхён не понимал ровным счетом ничего, пока они не дошли до развилки. Оттуда, из диких зарослей и деревьев вдруг появились еще люди с копьями и мечами. Тэхён вдруг испугался, прижимаясь еще сильнее к мужскому телу напротив, однако, тот повернул лошадь прямо на стражников, которые до этого мчались за ним. Также сделали и люди, выбежавшие из-за кустов. Тэхён понял, что это была продуманная засада на случай неудачного побега, и они грамотно перестраховались. — Уходи! — резко скомандовал Чонгук Тэхёну, после чего тот чуть ли не клубком свалился с лошади. — Тэджун! Бери этого мальца, остальных людей и уходите в поселение. Мы вас прикроем — сказав это, Чонгук направился напрямую к стражникам, по пути кидая мелкий кинжал в одного из них. Тэхёна схватили как мелкого котенка за шкирку, посадили на лошадь и увезли вон от места битвы. Парень перед собой ощущал уже не такую широкую и сильную спину, и от этого поежился. Перед ним был молодой, худощавый парень. Однако Тэхёну, впрочем, наверное, должно быть все равно кто его спасает, главное, это все-таки остаться в живых. Они неслись вперед, огибая леса. И Тэхён, уже давно забыл и запутался, как они едут, хотя еще пять минут назад обещал себе внимательно следить за дорогой. Но вот, солнце уже потихоньку поднимается на горизонт, как парень видит небольшое поселение. Кажется, они все-таки пришли туда, куда обещал его привезти Хосок. — Лишь бы все было в порядке с Хосоком — пролепетал про себя Тэхён. — И с Чонгуком — мысленно, добавил он, не заостряя на подобных желаниях значительного внимания. Просто тот спас его и не один раз, поэтому Тэхён был благодарен. И парень не будет признаваться себе, что обнимать его было куда лучше и волнительнее. Тэхён мысленно дал себе пощечину. О чем он думает? Лучше бы думал, как выбираться из этого дурдома будет. Пока Тэхён разбирался в себе — их отвезли в какой-то старый большой дом. Парень понял, что это госпиталь, когда в нос ударил едкий запах каких-то трав и настоек. Раненых стали выгружать из кареты, кладя на койки. Тэхён сам помогал своему другу добраться до нужной кровати. Хосок к этому времени был ни жив ни мертв, еле передвигая ногами по земле, поэтому Тэхёну пришлось чуть ли не самостоятельно нести на себе парня. После того как Тэхен помог товарищу удобно устроиться, тот остановился в ногах у парнишки и не сводил с него глаз. Спустя мгновение, Тэхен вздрогнул от мягкого прикосновения к его плечу. Повернувшись он увидел перед собой тучную женщину средних лет. Та беспокойно глядела на него, выражая сочувствие. — Дорогой, ты ужасно выглядишь, — сказала женщина, поглаживая Тэхена по плечу. — Тебе необходим отдых, а я уж позабочусь о состоянии остальных. Она указала рукой в сторону свободной койки, на что парень коротко мотнул головой в знак протеста. Есть еще более пострадавшие, чем он. Тэхен предпочел остаться рядом с Хосоком, пока тот не придет в сознание и стабильное состояние. В конце концов, он многим обязан этому мальчишке, ведь тот был первым, кто вселил в него надежду и до последнего помогал выбраться из того адского пекла. Тэхен присел на пол возле подножия кровати, на которой уже мирно спал Хосок, и оперся о его край. Хотя парень и отказался от отдельного места, его тело по-прежнему предательски ныло, отдаваясь резкой болью в отдельных его частях. Он снова начал прокручивать в голове череду событий сегодняшнего дня, и из глаз снова хлынули слезы. Сколько ему еще придется пережить в ближайшем будущем? Как скоро он сможет вернуться домой? Слишком много вопросов, на которые пока сложно найти ответы. Вскоре Тэхена все-таки одолела усталость, и он провалился в глубокий сон, надеюсь рано утром снова услышать звон знакомого будильника и вспоминать обо всем, как о страшном сне.