Life before and after

Тэхён проснулся, медленно открывая глаза. Голова, как и все тело, жутко болело, хотя, к этому было уже не привыкать. Парень осознал, что проснулся он все там же, где и засыпал – рядом с Хосоком, а значит, события до этого, ему все же не приснились. Хотя Тэхён уже и этому не особо удивляется.   Вдруг, оторвавшись от своих мыслей, Тэхён вдруг смотрит на Хосока, в надежде увидеть какие-либо изменения. Однако как таковых не наблюдалось. Хосок все еще крепко спал. Его лицо наконец-то выражало полное спокойствие, однако парня это только сильнее пугало. Когда-то лицо полное жизни, сейчас лежит, словно парень уже мертв. Тэхён ужаснулся от собственных мыслей, пытаясь нащупать пульс. Находя еле уловимое сердцебиение, Тэхён успокаивается. Он также замечает, что Хосоку вытерли кровь и поменяли одежду. Раны были обработаны, и парень выглядел уже не так печально, как прежде.   Тэхён закусил губу от воспоминаний прошедшей ночи. Перед глазами все еще мелькали силуэты стражников, повстанцев, кровавой бойни и смертей. Парень впервые видел смерть собственными глазами. Хоть он и учился на будущего доктора, имел глубокие хирургические знания, однако они оказались бессмысленными в данной ситуации. Он чувствовал себя беспомощным, когда держал в своих руках женщину истекающую кровью. Парень вдруг вспомнил о том старом украшении из драгоценных камней, и судорожно пытался вспомнить, куда он положил его. Встав со стула, тот начал искать его.   «Боже, я же не мог потерять его» - думал Тэхён, выворачивая карманы брюк.   Внезапно украшение падает на деревянный пол, глухо ударяясь об него. Парень облегченно вздохнул, все-таки, ему хотелось сохранить хотя бы эту вещь, пусть она и предназначалась не для него. Подняв браслет с пола, он оборачивается на голос женщины, которая настигла его врасплох.   - Доброе утро. – Устало произносит женщина.   Тэхён лишь мельком обратил внимание на ее внешний вид, сравнивая ее с монахиней. Немного пухлая женщина, лет 30-ти, была одета в длинное черное платье, скрывающее ноги. На платье выделялся белый фартук, а голову прикрывало что-то вроде белой косынки. Тэхён не знал точное название всех элементов гардероба девушки, и не сильно печалился этому. Больше его волновал то, какие чувства выражало лицо женщины. Тэхён мог поклясться, что хоть женщина и пыталась улыбаться, глаза ее явно выдавали. Они были опечаленные и покрасневшие, то ли от горьких слез, то ли от недосыпа. Оно и понятно, ведь с таким числом раненых не отдохнешь.   Парень неловко потоптался на одном месте, смотря чуть левее женщины, стараясь не сталкиваться с ней глазами. Его одолела совесть и чувство стыда, ведь он единственный, кто ничего не сделал за все это время, но все равно оставался жив. Тэхён хоть и понимал, что глупо винить себя в том, что остался жив, но совесть все равно давала о себе знать. В голове парня промелькнуло несколько развития событий о том, почему могла плакать женщина, и от этого легче не становилось. Женщина могла потерять близкого человека в недавнюю ночь, а сейчас стоять перед парнем и мысленно винить его в том, что он остался жив, а другие погибли. И хоть Тэхён не знал наверняка, но все равно мысленно поежился, стараясь вжаться куда-нибудь в землю, чтобы его никто не мог отыскать. Так он надеялся спрятаться и от своей совести, которая грызла парня изнутри каждый раз, когда взгляд опускался на больничную койку рядом.   Женщина, будто понимая чувство парня, сочувственно, все с такой же грустной и уставшей улыбкой предложила принести тому воды. Тэхён не отказался, желая остаться наедине со своими мыслями. В руках он повертел браслет, смотря на то, как переливаются драгоценные камушки. Это то последнее, что осталось от той женщины в замке, и парень был решительно настроен передать вещицу в нужные руки. Однако сама идея показалась Тэхёну столь же глупой, как и благородной одновременно. Парень сам не знал, где находился, а ему нужно было найти какого-то человека. Идея была поистине неразумной, однако он не отчаивался. Вначале нужно найти выход из лечебницы, а уже после постараться проверить окрестности, при этом не заблудившись.    Парень решительно оглядел комнату, на наличие вещей, которые могли бы ему помочь в маленьком путешествии по окрестностям. Не найдя ни карту местности, ни каких-либо рукописей или хотя бы компаса, Тэхён немного напрягся. Комната выглядела пусто. В ней не было ничего, кроме кроватей и пары стульев. Тэхён еще раз обернулся на Хосока, мысленно пообещав, что скоро вернется, сжимая в руках браслет.   Он вышел из палаты как можно тише, стараясь не потревожить остальных больных в палате. Выйдя в коридор, он обнаружил, что рядом есть еще несколько палат с пострадавшими, и несколько закрытых дверей, в которых Тэхён не знал что происходит, и кажется, не особо хотел знать. Походив немного по коридору, он вдруг натыкается на женщину, которая проведывала их в палате. Она шла с кувшином и стаканом, неся воду, и сильно удивилась, увидев парня в коридоре. Тэхён начал разговор первым, думая, что вопросов будет не избежать.   - Я чувствую себя лучше, правда. Просто хочу немного подышать свежим воздухом. – Парень неловко потирал шею, все также стараясь отвести взгляд. Все-таки, он чувствовал вину перед женщиной, которую сам не мог объяснить.     - Хорошо. Только вернитесь к обеду. – Женщина мелко зашагала с кувшином воды в противоположную сторону, и только тогда парень смог облегченно выдохнуть.   Все же найдя выход на улицу, парень зажмурился от яркого солнца, что так сильно пекло. На небе не было ни одной тучки, что радовало и пугало одновременно. Немного поморгав, парень огляделся вокруг. Перед глазами предстала небольшая деревня. На первый взгляд, казалось, что дворов тут не превышало даже двух десятков. Само же поселение было построено вдоль протоптанной дороги, которая издалека, кажется, скрывалась в лесной чаще. Все здания были расположены по обе стороны дороги. Тэхён отметил, что подобное построение очень даже удобно: все видели друг друга и в случае необходимости могли прийти на помощь. Хотя, здесь есть и минусы – никакой личной жизни. Тэхён не знал, как жить в деревне в таких условиях, и всякий раз ужасался мысли поехать отдыхать на дачу. Однако, у парня не было возможности выбрать где находится, поэтому он решил продолжить свой путь. Он отметил, что все дома были одинаковы. Они все возводились из крепкой древесины, а крыша была покрыта соломой. Пройдя чуть дальше, по дороге, Тэхён заметил колодец и пару девиц, которые что-то явно бурно обсуждали, пока не увидели парня. Они вдруг резко замолчали, уставившись на него. Тэхёну было неловко от того, что его в открытую рассматривали, и он решил ускорить шаг, удаляясь с того места. Дойдя до, как понял сам Тэхён, центра поселения, он заметил внушительного размера усадьбу, которая отличалась от других домов. Было заметно, что для строительства этого здания использовали уже черепицу из закаленной глины с песком.   Всю дорогу до усадьбы  люди тот час же оборачивались на парня, от чего самому Тэхёну становилось неуютно. Он привык к повышенному вниманию из-за своей внешности, однако, даже на работе или в университете к нему не проявляли настолько повышенного внимания. Однако, все жители деревни, старались держать дистанцию с парнем, предпочитая наблюдать издалека. Парень уже отчаялся поговорить с кем-либо, чтобы лучше узнать деревню, его местонахождение, и кому может принадлежать браслет. Поэтому Тэхён, недолго думая, решил пройтись по окраине деревни, где судя по виду, располагались возделанные поля и разнотравье для выпаса скота.    

      ***

  Тем временем, в усадьбе, который час проходил совет. Чонгук, стоя подле середины большого стола, докладывал о вчерашнем набеге и общей ситуации, касающейся границы государства и лесов. Хоть парень и был главным, однако всегда рассказывал о ситуации, выслушивая мнение более старших и опытных людей. Он не принимал важные решения самостоятельно,  когда ситуация позволяла обсудить все решения с людьми.   Совет состоял из 12 человек, включая самого Чонгука, и его слово всегда было решающим, если количество голосов делилось поровну. В совете находились разные люди: одни отвечали за провизию, другие, во главе с Чонгуком совершали подобные набеги, кто-то из совета отвечал за медицинскую помощь. Также были и священники. Хоть у них и не было церкви, из-за того, что людям приходилось часто переезжать с места на место, однако соблюдение особых традиций и обрядов им было не чуждо.   Сейчас им нужно было принять долгосрочные планы по свержению короля и захвату царского трона, однако для этого вначале нужно подготовить почву. В течение года они совершали вылазки, укрепляли свои ряды, переводя на свою сторону все больше людей, как среди обычных рабочих в городе, так и людей повыше, которые находились подле короля. Те, кто поистине клялся служить им верой и правдой, почти никогда не предавали, так как действительно жаждали изменений. Однако были и те, кто не смотря на всю оказанную помощь, все равно поворачивались спиной, пытаясь сдать их лидера и местоположение за небольшое вознаграждение. Таких находили и наказывали, прежде чем те успели бы вымолвить хоть слово. Жестоко? Возможно. Однако люди были согласны с таким положением вещей, и все в совете поддерживали подобный метод.   Чонгук и не считал себя святым. Его руки были в крови, он повинен за многие смерти. Однако со временем совесть почти затихла и перестала мучать. Некоторые скажут, что Чонгук стал черствым и бесчувственным, но те, кто был знаком с парнем еще в детстве, скажут, что так, видимо, сложились обстоятельства. Чонгук благодарил и ненавидел высшие силы одновременно, за то, что те люди, которых он знал в детстве, уже давно погибли от рук короля. Но благодаря этому, он стал тем, кем является сейчас.   С небольшой усталостью после вчерашней ночи, и с легким раздражением, Чонгук осознает, что они сейчас неспособны на то, чтоб создать какой-либо план. Вчерашняя ночь отразилась не только на Чонгуке. Так как поселение было маленьким, то все друг друга знали. И умершие товарищи были не просто бойцами – они были семьей. Чонгук увидел у многих людей налитые кровью глазами, которые не сулили ничего доброго. Поэтому парень, не долго думая, поднял правую руку вверх, показывая подобным жестом, что совет окончен, без принятого решения. Люди, которые не смогли полностью озвучить свои мысли лишь с какой-то небольшой то ли злобой, то ли отчаянием посмотрели на Чонгука. Другие же, понимая ход мыслей парня, лишь покачали головой, как бы соглашаясь с тем, что подобное обсуждение лучше перенести.   Когда все люди вышли из усадьбы, остались только Чонгук с Намджуном. Те какое-то время не начинали разговор, думая каждый о своем.   - Ты правильно поступил. Люди, убитые горем сейчас пойдут на все, лишь бы утопить свою печаль в крови тех, кто это сделал. Они не понимают, что этим не задушат собственную боль от утраты и не смогут воскресить уже погибших. Нужно действовать с умом. – Как всегда, с бесстрастным выражением лица произнес Джун.   Иногда сам Чонгук не мог понять, какие же эмоции на самом деле скрываются под этой маской, или, возможно, Намджун смог обуздать их не только на лице, но и внутри? Хоть они и были знакомы с детства, все же, Чонгук не помнил, когда улыбающийся во все зубы парень, потерял возможность как-либо выражать свои эмоции. От этого, порой, холодило кожу. Однако Чонгук понимал, что все они изменились, возможно, не в лучшую сторону. И никто не мог из них гарантировать, что при лучшем для всех стечении обстоятельств, они поменяются. Все-таки детство оставило неизгладимый след в памяти юношей.   - Как всегда, верно подметил, – усмехнулся Чонгук мыслям друга. - Но все же, думаю, ты понимаешь, что тянуть мы с этим долго не сможем. Нужно принимать конкретные решения, которые устраивали бы большинство, иначе, если будет много не согласных, мы можем потерпеть поражение. Признаться честно, мне самому кажется, что я не способен сейчас принять верное и единственное решение. Перед глазами все те же тела погибших, которых спасти не смогли. – Чонгук не стал продолжать свою речь. Он не хотел казаться слабым даже для Джуна.   - Мы уже обсуждали это. Спасти всех невозможно, и в этом нет твоей вины. – Коротко сказал Намджун, понимая, что никакие слова сейчас не помогут спасти ситуацию.   Чонгук помрачнел. Он все понимал, но слова друга, звучащие каждый раз, после подобных вылазок, больше не придавали того временного спокойствия. Он должен и может спасти всех.   - Кстати, что ты думаешь о том парне, которого сам же посадил на свою лошадь? Я знаю всех в городе, однако его вижу впервые. Не к добру это. – Попытался перевести тему Намджун, видя очередные терзания друга.   - Не знаю. Я тоже его не видел. – Коротко ответил Чонгук, переключившись на другую тему. - Когда солнце начнет опускаться за горизонт, я схожу в лечебницу, чтобы проверить состояние больных. Заодно и поговорю с этим парнем.   Намджун коротко кивнул, более не задерживаясь в усадьбе. Он понимал, что парню сейчас нужно проветриться одному. И все знали, что Чонгук обычно вымещает всю злость и ненависть на охоте, принося в этот день много дичи. Парень так и сделал, отправляясь в густые леса. Иногда, тишина и возможность побыть одному, дает свои плюсы.    

***

  Тэхён поблуждав по полям и лесам, понимает, что потратил день впустую. Он так ничего и не узнал у местных жителей, даже поговорить с ними не мог, из-за того, что все от него так же держались на расстоянии. Парню наскучило осматривать местные просторы, поэтому он решил возвратиться обратно в госпиталь. Однако, дорога, по которой он шел, уже не была протоптанной, так как раньше и парень стал сомневаться, что шел именно этой дорогой. Пройдя немного назад, Тэхён осознал, что все выглядит в этом густом лесу абсолютно одинаково. Он не помнил, когда успел зайти так далеко, ведь все время шел только по окраинам леса. Однако, он не упускал варианта, что пытаясь выбраться, парень только глубже входил в лес. Тэхён готов был выть от тоски и страха, что опять начал пробираться под кожу.   «Зачем я заходил так далеко в лес?» - думал Тэхён, идя куда глаза глядят, пытаясь держать себя в руках.   «Интересно, а обо мне будет хоть кто-нибудь волноваться?» - Тэхён не был оптимистом, поэтому на самом деле знал, что никто, скорее всего, не вспомнит о странном парне. А даже если и вспомнит, то вздохнет с облегчением.   Трудно сказать, сколько так ходил парень, терзаясь собственными мыслями. Пока он радовался, что никого не встретил на своем пути из хищных животных. Однако еще не вечер. И Тэхён готов был прикусить себе язык, потому что вскоре наткнулся на серого волка, который стоял вдалеке, принюхиваясь. На мгновение парень провел параллель с Красной Шапочкой, горько усмехаясь своей везучести. Сделав пару небольших шагов назад, парень только привлек внимание волка на себя. Тот теперь стоял и внимательно смотрел своими светло-карими глазами на человек напротив. Тэхён в это мгновение забыл, как дышать. У него не было с собой ровным счетом ничего, что спасло бы его от неминуемой гибели.  Быстро бегать парень тоже не умел, поэтому ему оставалось только надеется, что судьба помилует и спасет его, как всегда это делала. Однако, волк мелким шагом приближался все ближе, пытаясь понять, представляет ли угрозу человек, а парень просто не мог пошевелиться, цепенея от страха, что подкатывался с каждым шагом этого существа.   Вдруг, из ниоткуда послышался свист от рассекания воздухом стрелы. Она, попадая точно в заднюю лапу волка, ранит его, от чего тот, не сразу умирая, пытается уйти, хромая и скуля. Но все же, вторая стрела догоняет его быстрее, чем он успевает сдвинуться с места.   Тэхён не понимает, что происходит, и как у судьбы получилось спасти его вновь. Он осматривается вокруг, пытаясь увидеть своего спасителя. Вдруг, из-за кустов появляется тот самый мужчина, что неоднократно спасал его. Парень бы рассмеялся с того, как мысленно все это время называл Чонгука судьбой, которая все это время чудесным образом спасала его, однако сейчас Тэхён мог лишь любоваться мужчиной, который сейчас так уверенно шел к уже мертвому волку, осматривая добычу.   Тэхён не хотел признаваться даже самому себе, что все в этом мужчине привлекало парня. Начиная от острого взгляда темных глаз, которые смотрят так по больному равнодушно, черных, словно смоль волос, походки, которая так и кричит всем в округе, кто здесь является хозяином, до одежды. Сама одёжа не мешала своему владельцу и не сковывала его движений. Черная просторная рубаха, с завязками возле шеи и на руках была опоясана. Черные штаны также не обтягивали мощные бедра, давая волю воображению. Тэхён сглотнул, понимая, что откровенно пялился на человека. Однако, у него были на это причины. Парень буквально дрочил на подобный образ мужчины, в течение всей жизни, мысленно всегда представляя примерно такую же внешность и уверенность, исходящую от него. Парень просто надеялся, что для Чонгука в данный момент, волк куда интереснее Тэхёна.   - Спасибо…- Неуверенно начал Тэхён, пытаясь хоть как-нибудь начать разговор, сглатывая вязкую слюну.   - Здесь не за что благодарить. Если бы он хотел тебя убить, то давно бы это уже сделал. – Несмотря на парня коротко бросает Чонгук, закидывая добычу себе на спину.   - Эм… Не совсем понимаю, о чем вы говорите. – Тихо пролепетал Тэхён, переминаясь с ноги на ногу.   Чонгук наконец повернулся к Тэхёну, чтобы посмотреть тому прямо в глаза и с серьёзным выражением лица произнести следующее:   - Волки не видят человека в качестве объекта охоты. Мы для них слишком мелкие и несуразные. Им подавай крупных копытных – оленей и всякую всячину. И даже одинокий волчара предпочтет изловить какую-нибудь более знакомую лесную зверушку. Даже какую-нибудь птичку скорее прикусит, чем человека. До человека он опустится, только если не ел недели две, или же если болеет бешенством. Также иногда, защищаясь, они могут ранить, но, не более – Чонгук развернулся спиной к Тэхёну, продолжая дальше свой рассказ.   - Не похоже, чтобы волк был слишком голоден или болел бешенством. Думаю, он боялся тебя не менее, чем ты его. – Усмехнулся последней фразе Чонгук.   - Тогда зачем вы убили его? – Тэхён почувствовал сочувствие к животному, которого сейчас нес мужчина, не спеша идя по густым зарослям.   - Таков закон выживания – убивай или будь убитым. – Мгновенно посуровел мужчина.   Дальше они шли молча. Тэхён не был уверен, что Чонгук идет в деревню, но спрашивать больше ни о чем не хотелось. Если мужчина не против компании парня, значит ли это, что они все-таки идут в деревню? Тэхён не знал ответа на этот вопрос. Идя по протоптанной тропе парень старался смотреть куда угодно, но не на мертвого зверя, что висел на плече Чонгука. Где-то глубоко в душе Тэхёну было жаль зверя, ведь он возможно действительно, не представлял угрозы.   - Так как говоришь, тебя, зовут? – Задал вопрос мужчина, нарушая тишину.   - Ким Тэхён. – Почти что шепотом промолвил парень.   - Ким Тэхён. – Покрутил на языке имя Чонгук, будто пробуя на вкус. - Странно, я не знаю таких. Мои люди тоже впервые видят тебя. Так откуда ты, Ким Тэхён? – грубый голос заставил Тэхёна чуть ли не поджать колени.   Хоть парень и не видел лица мужчины, он готов был поклясться, что тот сейчас как всегда серьезен. Имя, прозвучавшее с уст Чонгука, будто бы заиграло новыми красками, будто это и не его имя вовсе. Впервые парню было так страшно и как-то легко и хорошо одновременно. Однако Тэхён растерялся. Его могли посчитать за сумасшедшего, расскажи он всю правду, а этого нельзя допустить. Почему-то парню не хотелось, чтобы этот человек думал так о нем.   - Я все еще жду ответа. Иначе окажешься сейчас на втором плече. – Нервно бросил Чонгук.   - Я эм… Пленник – на ходу придумывал Тэхён. - Меня привезли пленником из соседнего государства. – Тэхён просто молился, чтобы Чонгук сейчас поверил в сказанное парнем.   - И где же были остальные пленники? – Выгнул бровь мужчина. Ему слабо верилось в росказни этого чудака.   - Их казнили раньше. В катакомбах. А я больше всего не понравился королю, поэтому он решил казнить меня прилюдно. – Парень старался придать своему голосу хоть немного той уверенности, чтобы убедить впереди идущего мужчину в том, что он не врет. Однако, Чонгук после услышанного шел молча. Тэхён облегченно вздохнул,  надеясь, что смог убедить мужчину. Где-то внутри парню было противно от самого себя, за это вранье, но сам он понимал, насколько оно было сейчас необходимо.   Они дошли до деревни уже к закату. Тэхён чувствовал что остался без сил. К тому же он сегодня ничего не ел, так и не успев прийти к обеду, как ему велели.   - Еще раз спасибо. За то, что спасли меня. – Решил таким образом попрощаться Тэхён, убегая прочь.   Чонгук так и остался стоять пару мгновений на одном месте, смотря в след убегающему мальчишке.   Тэхён и сам не понимал, почему решил убежать, однако он чувствовал, что ему сложно находится в подобной напряженной обстановке с этим мужчиной. По дороге в деревню, он, кажется, считал каждую секунду. Поэтому дойдя до лечебницы,  Тэхён пошел в знакомую палату, встречаясь с той самой медсестрой. Та хмуро посмотрела на него, как бы показывая свое беспокойство. По крайней-мере, так думал парень. Женщина лишь спокойно попросила парня следовать за ним, и Тэхён решил не спорить.   Идя по коридору, Тэхён заметил маленькое помещение, в котором находилась печь, деревянный столик и много разной кухонной утвари. Его посадили за стол, причитая, что тот ничего не ел целый день и ходил непонятно где. За несколько минут у Тэхёна перед носом появилась тарелка с кашей, куском мяса и разными овощами. Парень начал живо есть, поражаясь, с каким удовольствием и аппетитом поглощает кашу. Все это время женщина с улыбкой смотрела на изголодавшегося парня. После того, как Тэхён поел, медсестра предложила тому кровать, однако сам парень отказался. Он все еще чувствовал себя виновным за прошлую ночь, и хотел находиться рядом с Хосоком, где-то в глубине души надеясь, что так тот проснется быстрее. Женщина лишь с сочувствием вздохнула, провожая парня в его палату.   Хосок все так же неподвижно лежал на кровати, не открывая глаз. Тэхён закусил губу, садясь уже на привычное место. Он достал из кармана штанов браслет, о котором сегодня хотел узнать, однако день прошел впустую. Парень ничего не узнал, и чуть вовсе не умер. Спрятав вещицу обратно, он все также опираясь руками на край кровати уснул, видя неспокойные сны. Через какое-то время он почувствовал тепло, будто кто-то укрыл его чем-то большим и теплым. После, кошмары парню не снились и он наконец смог спать спокойно.

***

- Как они? - Спрашивал Чонгук у медсестры, заходя в палату. Он задержался дома с очисткой шкуры волка, и поэтому пришел уже ближе к полуночи. Чонгук знал, что сами лекари не оставляли больных без присмотра, поэтому не боялся, что своим присутствием потревожит кого-либо. Медсестра тревожно описывала состояние некоторых больных, опасаясь, что те не смогут уже проснуться. Чонгук же с тревогой слушал рассказ медсестры, не прерывая ее. После, он решил пройтись по палатам, лично убеждаясь в скорбном состоянии некоторых людей, сильнее сжимая кулаки. У одной из лежанок он заметил уже знакомое лицо парня, который так быстро убежал от него сегодня. Лицо Тэхёна наконец-то не выражало страха, смущения или растерянности. Он лишь слегка морщился, хмуря брови, будто от тяжелого сна. Не долго думая, Чонгук накрыл его одеялом, после выходя из палаты. Мужчина и не заметил, как лицо парня вдруг перестало хмурится, расслабляясь. Можно было увидеть, как уголки губ Тэхёна немного приподнялись.