50 оттенков Сереги

Если в личной жизни у Ники все было хорошо, то на работе – откровенно уныло. В музее не происходило ровным счетом ничего. Точнее, все шло своим чередом, и Ника набила картотеку уже до буквы «М», готовясь вскоре взяться за «Н». При этом ничего подозрительного не случалось, и никто себя подозрительно не вел. И Ника тихо тосковала – это было даже хуже написания отчетов, потому что она вовсе ничего не делала, только ждала неизвестно чего. – Я так до самой осени там просижу безо всякого смысла, – печально ныла она Карену Гамлетовичу как-то утром. – А это тоже наша работа, Вероника Николаевна, – рассудительно возражал он. – Сидеть тихо и следить. Иногда на это и впрямь месяцы уходят! – Сдохнуть можно, – не оценила по достоинству эту часть полицейской работы Ника и демонстративно улеглась щекой на стол, уставившись на тяжеленный допотопный дырокол красного цвета. Ей было тоскливо. – Да ты не сомневайся, Никуся, никуда они от тебя не денутся. Когда люди так удачно взялись закон переступать: и деньги идут, и менты не ловят, – они продолжают. Еще и осторожность теряют, так что время тут играет на нас. Спалятся, как пить дать, – принялся утешать ее Воронов. Ника от его слов воспряла, аж на стуле подскочила. Но вовсе не потому, что Андрей ее так удачно утешил, а потому, что надоумил ее на одну неплохую идею. – Слушайте, а что если… не ждать, когда они спалятся, а самим их спалить? Заслать к этой самой Ольге Петровне человека под видом очень страждущего покупателя произведений искусства. Чтобы они там зашевелились наконец! – предложила Вероника. Ольга Петровна Богорадова, бывшая сотрудница музея, в котором волонтерила Ника, на данный момент была независимым консультантом и оценщиком живописи. А заодно периодически – посредником при продаже картин. Заинтересовался ей Карен Гамлетович после того, как одно из полотен, прошедших через ее руки, заподозрили в подделке. Разумеется, Ольга Петровна от всего открестилась, а названный ей продавец оказался гражданином Латвии, уехавшим к себе домой аж два года назад. Добраться до иностранца было трудно. Но, разумеется, они направили запрос латвийской полиции и теперь сидели ждали у моря погоды. Не уверенные, что прибалты в принципе что-нибудь накопают. Ну и чтобы не сидеть сложа руки – Нику заслали волонтерить в музей. Потому что Карен Гамлетович полагал, что если Ольга Петровна занимается подделками, то в музее у нее есть сообщник. Вот Ника теперь и пыталась не сидеть, а то пользы от нее было, как от прибалтийской полиции. – Ну и кого мы зашлем? – скучно спросил Андрей. – Меня и Карена Гамлетовича подозреваемая видела, выдать себя за покупателей мы уже не сможем, ты на богатенькую буратинку не похожа, кого-то из других отделов просить? – Сергея Романовича! – выдала Ника наиболее сомнительную часть своего умопомрачительного плана. То есть, с ее точки зрения, ей пришла в голову отличная идея. Но она вовсе не была уверена, что Карен Гамлетович и Воронов с ней согласятся, и это было слабое место в конструкции. – Ему даже изображать ничего не надо! Он правда бизнесмен, обеспеченный. И искусство любит. Но разбирается в нем на уровне любителя, так что похож и на того, кого можно обмануть, при желании. Идеальный кандидат на то, чтобы его убедительно к Ольге Петровне заслать! «И вообще идеальный», – подумала Ника про себя. Но делиться этим с коллегами точно не следовало. – Я не уверен, он все же не сотрудник полиции. Да и вообще человек непроверенный, как его к расследованию допускать? – усомнился Андрей. – Лично я его уже неделю проверяю и тебе по итогам проверок довольно подробно отчитываюсь, между прочим! – не собиралась сдаваться Ника. – Чего тебе еще нужно? – Вероника Николаевна, увы, нам такие фокусы проворачивать полномочия не позволяют, – развел руками Карен Гамлетович, и Вероника сникла, но он тут же добавил: – Хотя насчет непроверенности, Воронов, это ты зря. Уж точно этот самый Сергей Романович не хуже Якова Моисеевича. Продавца антикварной лавки и ушлого жулика, который всю жизнь оценивал дешевле, чем следует, а продавал дороже. Но при всем том был моим лучшим осведомителем, пока на пенсию не вышел. Исправно сообщал обо всех подозрительных сделках с антиквариатом в городе, о которых ему удалось узнать. Мы, дорогой пернатый друг, в полиции должны уметь работать с любым контингентом. – Сергей Романович лучше Якова Моисеевича! – не сдержалась Ника. – Очень честный бизнесмен. Она уже успела выяснить про магазины белья и даже полазить по интернет-магазину. Белье было дорогое, по большей части, но цены притом совершенно не накрученные. Так что Сергей был вовсе не какой-то там ушлый антиквар. И вообще! Ника задумчиво подперла рукой щеку: ну ладно, официально, положим, привлечь Сергея к расследованию нельзя… но неофициально-то можно? Вроде как он к этой Ольге Петровне сам пошел, а Ника потом точно так же сама все выяснила, что ей нужно… Словом, минут через пятнадцать она решила Сергею все равно позвонить и предложить. Неофициально. По какому поводу тихонько, не подавая виду, что у нее есть коварные планы, смылась из кабинета в коридор. Когда Ника выпорхнула из кабинета, Андрей, проследил за ней взглядом и растерянно уставился на начальника, который сосредоточенно набивал трубку. – Карен Гамлетович, не нравится мне все это! Вы же видите, Ника в этого типа влюбилась по уши, и что, нам это так оставить? И в расследование его готова тащить! – спросил он и принялся рассеянно крутить ручку в руках. Ругать его за порчу канцтоваров было бесполезно, проще – заставлять покупать новые ручки за свой счет, так что Карен Гамлетович ничего ему не сказал на сей предмет. Зато сказал на другой: – Ты прав, мой пернатый друг, что у нее за неделю серьезные чувства к нему произросли из ничего, меня не меньше твоего беспокоит. Она-то не циничный старик вроде меня, она ему искренне доверяет… Так что надо бы этого Сергея Романовича все-таки потщательней проверить. Тем более у нас и повод есть теперь, когда его в добровольные помощники полиции попытались записать. Вот сбегай проверь – убедись, что он не Яков Моисеевич или чего похуже, – Карен Гамлетович негромко, но решительно хлопнул ладонью по столу. – И сбегаю, и разузнаю! – серьезно ответил Андрей, накидывая в ум план мероприятий. Узнать по номерам и имени место прописки Сергея Романовича, пробить по базам, на всякий случай поговорить с соседями, выяснить, не женат ли он, в конце концов. Работа предстояла привычная, но скучной на сей раз не казалась.