Стукнутый

Гарри бладжером вылетает из зала, а я подхожу к Шеклболту. — Принять участие в защите замка? — хмурится Шеклболт. — Видите ли, мистер Малфой, профессор МакГонагалл, конечно, рассказала мне, как достойно Вы проявили себя во время террора Кэрроу, организовав целую систему фальшивых наказаний, чтобы одурачить Пожирателей… — он неловко мнётся. — Но… — помогаю ему я. — Но… ох, Мерлин, поймите меня правильно… я не могу рисковать. — Ясно, — сникаю я. — Вы мне не доверяете. Считаете потенциальным предателем. — Дело не в этом, мистер Малфой, то есть… мне очень хотелось бы верить Вам, я вижу, что Вы искренни в своём желании защитить школу, но… Ваши мать и отец находятся в рядах Пожирателей. Они будут среди тех, кто меньше, чем через полчаса атакует замок! И я не уверен, что Вы сможете поднять против них свою палочку. Да и кто мог бы осудить Вас за это? Я потрясённо замолкаю, подавившись заготовленными возражениями. Ведь и правда: как я смогу поразить заклятием собственного отца? Почему-то я уверен, что не увижу маму среди нападающих. Впрочем, тётку Беллатрикс я шарахнул бы Непростительным с превеликим удовольствием. Мне достаточно будет вызвать в памяти нечеловеческий, полный страдания вопль Гермионы, чтобы мой Круциатус наполнился максимальной силой. — Впрочем, — Шеклболт смотрит на меня с сочувствием и лёгким нетерпением, — Вы могли бы нам помочь. — Как, сэр? — оживляюсь я. — Вы можете проследить за порядком в слизеринских подземельях. О, ну конечно! Учитывая, что на всём моём факультете не осталось ни одного студента, это будет чертовски важное и трудное задание! — Выполняйте, Малфой! — командует Шеклболт, которому явно надоело нянчиться со мной. — Слушаюсь, сэр, — вздыхаю я. ***** В подземельях так тихо, что слышно, как где-то капает вода: кап! кап! кап! Да ещё гулко бухает моё сердце, исходя тревогой за Гарри, за маму, за школу. Чувствуя себя абсолютно никчемным и бесполезным, как ребёнок, которому дали игрушечную палочку и убеждают, что он здорово помогает маме сотворять Чары, я захожу в нашу гостиную и… застываю на месте, увидев сидящих у камина и что-то горячо обсуждающих Грега и Винса. — Драко, наконец-то! — радуется Грег. — А мы тут с Винсом собираемся найти ту диа-даму, которую ищут Поттер с компанией! Мы хотим первыми отыскать её и передать Тёмному Лорду. Наверняка, это очень важная штука, раз Поттеру так загорелось её найти. Знать бы ещё, что это за хрень такая — диа-дама? — Это корона, идиот, — шипит Винс. — Вы остались в Хогвартсе, чтобы найти диадему? — тупо переспрашиваю я. — Ага! И чтобы прикончить Поттера, — скалится Винс. — Нет! — вскрикиваю я и тут же чуть не откусываю свой невоздержанный язык, потому что Винсент с уже нескрываемым подозрением уставился на меня. — Почему это «нет»? — Потому что… потому что Лорд хочет сам, лично расправиться с ним, — поспешно лепечу я. — А-а, — Винс пристально смотрит мне в глаза. — А я уж было подумал, что ты защищаешь своего бойфренда! — Поттер же бросил Драко! — басит Грег. — Точно, — собрав остатки своего растерзанного малфоевского самообладания, цежу я. — Поттер — полный придурок. — Так пойдём и найдём этого придурка! — командует Крэбб. — Я слышал, как мелкий Криви трепался, будто бы Поттер собирается искать диа… эту чёртову корону в Выручай-Комнате. Нам надо поторопиться, чтобы он не опередил нас. Ведь корона именно там и спрятана! — В Выручай-Комнате? — недоумеваю я. — Ага. В том её виде, когда она является Комнатой Потерянных Вещей. Точно! Когда я впервые пытался проникнуть в Выручай-Комнату, я просил её явить мне помещение, в котором можно найти потерянные и сломанные вещи. Среди всех этих гор выброшенной за ненадобностью мебели, доисторических чемоданов, запрещённых вещей, впопыхах спрятанных учениками от Филча, я тогда и нашёл нужный мне Исчезательный Шкаф. Пару секунд я раздумываю над тем, не припечатать ли обоих Оглушающим и связать до окончания битвы, но затем решаю последовать за ними в Выручай-Комнату. Кажется, Винс знает гораздо больше, чем говорит, и приведёт меня прямиком к диадеме. Так я смогу помочь Гарри. Я не сомневаюсь, что мы легко справимся с Винсом, если он вздумает напасть на Гарри. Грег не блещет умом, но вряд ли он примет сторону Винса, если завяжется драка. ***** — Нам нужно место, где всё спрятано, — бормочет Винс, и вскоре мы уже бродим среди шатких башен из предметов, спрятанных здесь тысячами школьников, давно покинувших Хогвартс. — Пятикурсник из Рейвенкло, которого я угостил Круциатусом, поведал мне, что эта корона пылится себе здесь спокойненько на башке какого-то каменного старикана в облезлом парике, — рассказывает Винс. (А я был прав, что этот негодяй приведёт нас к диадеме!) — Давайте-ка отыщем этот бюст старика, пока не заявился Поттер с дружками. Ага, а вот и старикан! Гляньте, вон, на том буфете! Ну и страшилище! И тут в комнате раздаётся голос Гарри: — Рон, Гермиона, сюда! Давайте разойдёмся! Ищите бюст колдуна в парике и короне. Он стоял на буфете, в который я спрятал учебник Принца. Это должно быть где-то поблизости. — Поттер, стой! — говорит Винс, как только голоса Рональда и Гермионы стихают вдали. Мы выходим из-за кучи какого-то хлама, и Гарри застывает, как вкопанный, увидев меня. Я незаметно для парней прикладываю палец к губам и кивком головы указываю на бюст старика, стоящий на буфете слева позади меня. Глаза Гарри загораются пониманием и радостным огнём: — Рон, — зовёт он, — иди сюда, Драко нашёл её! Неожиданно Винс делает выпад палочкой в сторону высоченной неустойчивой стены из всякой рухляди и выпаливает: — Десцендо! Стена с грохотом обрушивается, лавина чемоданов, книг, старых стульев катится по полу. — Фините! — останавливает её Гарри. А Винс снова поднимает палочку. — Нет! — я перехватываю его руку. — Если ты обрушишь комнату, мы уже не найдём под обломками эту диадему! Гарри держит палочку наготове, но не решается использовать заклинание против Крэбба, опасаясь попасть в меня. — Ну и что? — злобно шипит Винс. — Главное, я отдам Тёмному Лорду Поттера! Дес… — Постой! — Отвали, Малфой! — яростно вырывается Винс. — Я не собираюсь выслушивать твои приказы! И кстати, не слишком ли тебя волнует безопасность Поттера? Вы что, снова вместе? Не думай, что я такой тупой и не заметил, как он назвал тебя по имени! — Гарри! — кричит Уизли. — Что у вас там происходит? Пользуясь нашей потасовкой, Гарри направляет палочку на диадему, чтобы призвать её Манящими Чарами: — Ак… — Нет, Поттер! — рявкает Винс. — Круцио! Заклятие Винса ударяется о каменный бюст, и он подлетает в воздух. Диадема соскальзывает с его верхушки и скрывается в куче рухляди внизу. Из-за угла выбегает Гермиона и мечет в Крэбба Оглушающее заклятие. Он ловко уворачивается и взвизгивает: — Ах ты, поганая грязнокровка! Авада Кедавра! Гермиона, к счастью, успевает пригнуться. Грег, всё это время простоявший столбом, не зная, как реагировать на происходящее, теперь и вовсе застывает с открытым ртом, ошеломлённый тем, что его друг детства послал Убивающее проклятие в свою соученицу. — Экспеллиармус! — орёт взбешённый Гарри, но Винсент снова уворачивается, и в результате без палочки остаётся растерянный, ничего не понимающий Грег. Подоспевший с другого конца комнаты Рональд мечет Ступефай, который тоже попадает в многострадального Грега. — Авада Кедавра! — словно обезумевший, вопит Винс, направляя палочку на Уизли. Рональд пытается отвлечь, увести Винса подальше от Гермионы, и тот бросается за ним. — Гермиона, Драко, ищите диадему! — кричит Гарри. — Я помогу Рону! Мы ныряем в гигантскую кучу. — Акцио, диадема Ровены Рейвенкло! — бормочет Гермиона. — Кажется, в Комнате Потерянных Вещей Манящие Чары не работают, — говорю я. Гермиона удивлённо смотрит на меня. — Я провёл здесь целый месяц на шестом курсе, чинил шкаф. Ну, до того, как в меня заехали бладжером. Я успел изучить, как работает эта комната. Мы продолжаем бесплодные поиски, пока вдруг до наших ушей не доносится звук, напоминающий шум прибоя. Звук, которого тут уж точно быть не должно. Я оборачиваюсь и вижу, как по проходу в нашу сторону со всех ног бегут Уизли, Гарри и Винс, а за ними гонятся языки пламени. — Что, припекает? — злорадно вопит Винс. — Получите, твари! Однако, вскоре до него доходит, что вызванный им огонь больше не поддаётся его контролю, и он, объятый паникой, скрывается в соседнем проходе. Языки пламени, взревев, устремляются за ним, слизывая по пути стулья, чемоданы, совиные клетки и оставляя после себя рассыпающиеся в воздухе горсти чёрной сажи. — Агуаменти! — орёт Гарри. — Агуаменти, агуаменти! Но струи воды, появившиеся из его волшебной палочки, тут же испаряются. — Почему огонь не гаснет? Что происходит? — паникует Гермиона. Языки пламени кажутся одушевлёнными, наделёнными разумом существами. Они превращаются в огненных змей, драконов, химер, пожирающих всё на своём пути. Вековые завалы исчезают в их клыкастых пастях в какие-то доли секунды. — Адское Пламя, — в ужасе шепчу я. — Что? — непонимающе смотрят на меня все трое. — Адское Пламя. Мы изучали его на ЗОТИ с Амикусом Кэрроу. Его нельзя потушить и остановить никак невозможно. — Зато от него можно улететь! — вдруг радостно восклицает Гарри, заметив в куче, в которой мы только что копались с Гермионой, две метлы. Рональд, не теряя ни секунды драгоценного времени, усаживает на одну из них полуобморочную Гермиону. — Быстрее, Драко! — торопит меня Гарри. Я вцепляюсь в оглушённого, лежащего на полу Грега: — Я не могу бросить его здесь, Гарри! — Затаскивайте Гойла на метлу! — командует Гарри друзьям. — И летите на выход. Мы с Драко ещё покружим тут, поищем диадему! Садись вперёд, Драко! Кажется, ты лучше ориентируешься в этой комнате! — Гарри, ты с ума сошёл? — во всю силу своих лёгких орёт Рональд. — Вы же сгорите! Словно в подтверждение его слов до нас доносится душераздирающий вопль горящего в Адском Пламени Винсента. Меня выворачивает наизнанку, и я чуть не грохаюсь с метлы, кашляя и извергая содержимое своего желудка. Гарри подхватывает меня и крепко обнимает одной рукой поперёк живота, а другой ухитряется вцепиться в метлу. — Продержишься немного, любимый? — шепчет он мне в ухо. — Нам очень надо найти эту чёртову диадему! Я киваю, стуча зубами. Меня знобит, несмотря на удушающий, невыносимый жар, окутывающий нас. На краю сознания бьётся паническая мысль: «Как же от меня, должно быть, сейчас разит блевотиной!». И тут мне становится нестерпимо смешно от того, что это так беспокоит меня на краю гибели! Я начинаю истерически хохотать, вероятно, заставляя Гарри ещё больше волноваться за меня. Разглядеть что-либо в этом хаосе совершенно невозможно, но Гарри продолжает с надеждой вглядываться в горящие кучи. Внезапно комнату сотрясает ещё один, совершенно нечеловеческий вопль. — Он уничтожил его! Адский огонь уничтожил крестраж! — в голосе Гарри слышится ликование. Я понятия не имею, о каком таком «крестраже» он говорит, но с облегчением чувствую, что он разворачивает метлу и мы несёмся сквозь едкий, удушливый дым к спасительному выходу. Огромная огненная змея кидается за нами, но Гарри не зря слывёт самым лучшим, быстрым и маневренным ловцом! Он ловко уворачивается от пылающего монстра, направляет метлу вверх и мчится туда, где, как мы от всей души надеемся, должна быть открытая дверь. Спустя мгновение лёгкие заполняет чистый воздух, и мы со всей дури врезаемся в стену коридора, кубарем катясь с метлы. Я кашляю и кашляю, не в силах остановиться, и прихожу в себя лишь, когда Гарри начинает гладить меня по волосам, а Гермиона протягивает только что наколдованный стакан воды. — Где диадема, Гарри, вы нашли её? — спрашивает Гермиона. — Адский Огонь уничтожил её. Я слышал вопль, такой же, как когда мы уничтожали медальон, — отвечает Гарри. — Спасибо Крэббу! — усмехается Рональд, и меня снова колотит дрожь при воспоминании о предсмертном вопле моего друга детства. — Кстати, Хорёчище, а ты-то что там делал с этими двумя? — он машет головой в сторону всё ещё лежащего в отключке Грега. — Винс… Крэбб сказал, что знает, где диадема, хотел забрать её раньше вас и отнести Тём… Волдеморту, — я содрогаюсь, впервые осмелившись произнести это имя. — Я хотел помешать ему это сделать. — А откуда он… — начинает Рональд. — Какой-то парень из Рейвенкло сообщил ему под Круциатусом местонахождение диадемы. — Сволочь! — выплёвывает Рональд. — Не тот парень, Крэбб! О мёртвых, конечно, — он морщится, — плохо не говорят, но… Ладно! В общем-то, это логично. Это ж диадема Ровены Рейвенкло. Кому же, как не рейвенкловцу, знать, где она может быть спрятана! — Ребята, — шепчет Гермиона. — Но ведь это значит… Значит, нам осталось только добраться до змеи!