Непоправимая неисправность

На следующий день Никлаус не появляется в поместье Сальваторе. Еще через день, три, пять происходит то же самое. Джейми ждет. Джузеппе видит, как загорается взгляд дочери огнем надежды, когда с улицы доносится топот копыт. Он видит, как тот неумолимо угасает, когда она не узнает в прибывших Клауса. Глаза ее желают лишь одного. — Не мучай себя разлукой, — советует брату Элайджа. Никлаус поражает его задумчивостью и печальным спокойствием. Долгие часы раздумий. Угнетающая атмосфера. — Выбор в любом случае за ней. Элайджа знает, о чем Джузеппе просил его брата. Он не понимает, почему важнейшие решения в жизни Джейми все пытаются принять за нее. — Лишь истинные чувства позволят ей остаться с тобой навеки, безразличие влечет отказ. Клаус пьет бурбон прямо из горла. Увы, в голове не царит звенящая пустота. Элайджа прав. Наверное, есть какой-то смысл в словах Джузеппе. Любящий муж, дети, старость, прожитая не зря жизнь за плечами. Такое чисто человеческое желание подарить собственному ребенку размеренную жизнь. Понять Сальваторе можно. Сложно вырвать собственное сердце из груди, когда столько не сказано и не сделано. Проживать вечность, жалея о том, что когда-то не сказал и не сделал – невыносимо. Особенно, когда вселенная сводится к одному. Утром Клаус положит разлуке конец. Не оказалось бы поздно… Джузеппе ужинает в поместье Форбс, где в компании друга пьет хмельное вино в честь помолвки Джейми и старшего сына последнего. Кардинальные меры. Этот брак обсуждался давно. Вечерами у камина за бокалом бурбона друзья мечтали стать родственниками. Восемнадцатилетние Джейми не за горами, поэтому Сальваторе решает, что решение весьма уместно, учитывая, что Клаус перестал мозолить его дочери глаза. Ее откровенно понурое состояние по этому поводу может спасти лишь новый кавалер. Так думается Джузеппе. Внимание достойного юноши приятной наружности не может не задеть тонкие струны души ни одной юной леди. — Это плохая затея, — задумчиво произносит Деймон, наблюдая, как отец почти любовно прощается с будущим зятем. Стефан лишь кивает. Очень и очень плохая. Утратить сестру возможно одним неосторожным решением. Джейми радостную новость сообщают в тот же вечер. — Замуж?! — кричит она возмущенно. Сердцебиение — учащенное. Взгляд — разъяренный. — Ты утратил разум? Угнетающая атмосфера за секунды заполняет помещение до краев. Хрупкое создание. Увы, не всегда. Братья Сальваторе судорожно переглядываются. — Джейми! — тон Джузеппе не терпит возражений. — Решение не выносит обсуждений. — Что?! Ей не хочется плакать, умолять передумать. Ей хочется крушить все вокруг. Деймон понимает это по искрящим гневом глазам сестры. — Будь проклят ты и все семейство Форбс! И нет ни слова лжи в этой фразе. Стефан на мгновение прикрывает глаза. Слишком рано было принято решение сломать юную жизнь. Джейми вихрем уносится в неизвестном направлении, оставляя после себя лишь дымку всеобъемлющей ненависти. — К утру успокоится, — говорит Джузеппе, кажется, убеждая в этом больше себя самого, — смирится. В сон поместье Сальваторе погружается в тяжких думах. Утром Джейми не появляется за завтраком. Ее отец велит мадам Льюис разбудить дочь, на что та отвечает, что постель той пуста. Тревога неизбежно касается мужскую половину семейства Сальваторе тонкими, ледяными пальцами. — Найдите ее, — велит Джузеппе сыновьям, на что те лишь синхронно кивают. Утратить сестру возможно одним неосторожным решением. В дверях поместья Деймон едва не сбивает Клауса и Элайджу с ног. — Джейми пропала, — опустив приветствие, сообщает он удивленным братьям Майклсон. Такое чисто человеческое чувство беспокойства. Тревога в глазах. Клаус перенимает состояние Сальваторе за доли секунды. На поиски юной Джейми поднимают всю округу. Ее благополучие бесценно и привычно. Сейчас же господствует неизвестность. Отягощающее стечение обстоятельств. Обременяющее чувство беспокойства. Невозможность найти себе места и поймать хоть толику покоя. Ничего ужасного не произошло. В послеобеденное время Джузеппе получает весть о том, что на берегу реки нашли труп молодой девушки. Предварительная причина смерти — черепно-мозговая травма. Вероятно, падение с лошади. Джейми хороший наездник. И не знает меры в безумных скачках. Остужает разум быстрой ездой. Находит успокоение в единении со скоростью и природой. Почему прошлой ночью никто не подумал присмотреть за ней? Сальваторе смотрит на сыновей, а после на братьев Майклсон. Кажется, каждый из них забывает, как дышать. Неконтролируемо становится страшно, что опоздали. Страшно, что сердце уже не бьется. Страшно, что не сберегли, утратили последние секунды жизни. Дорога до реки кажется вечностью. Путь до тела погибшей, прикрытой простыней, исчисляется тринадцатью секундами. Вселенная может разбиться на тысячи мельчайших осколков. Джузеппе поражает, как Клаус принимает человеческий облик. Неприкрытый страх. Нескрываемая тревога. Откровенные переживания. Очевидная искренность эмоций. Трепет первородного гибрида по отношению к Джейми чувствуется на клеточном уровне. Более сильных чувств Джузеппе не проходилось видеть прежде. Как же он ошибся. Как же невыносимо страшно от того, что эта ошибка может стоить ему потери самого ценного. Деймон падает на колени перед телом погибший и на секунду замирает в нерешительности отдернуть простынь с ее лица. Мгновение. Невидимая рука, пробивая грудь насквозь, вырывает трепещущее сердце. Боль крепко сдавливает горло тонкими, ледяными пальцами. Вселенная неизбежно разбивается на тысячи мельчайших осколков. Мир рушится. Это плата за неверные решения, поспешные умозаключения. Переломный момент в жизни каждого. Прежним уже не будет никто. — Это моя дочь. Лучше бы монстр подарил ей вечность.