Непоправимая неисправность

Утром следующего дня Джейми выразительно смотрит отцу в глаза, когда Клаус в компании с Ребеккой Майклсон снова появляется в стенах их поместья и просит дозволения пригласить ее на пикник. Ей эта идея неимоверно нравится. Наверное, даже чуточку больше, чем букет непривычно крупных в бутонах ромашек, который она приняла от Клауса с неподдельным восторгом и сейчас крепко прижимает к груди. Кто возьмется утверждать, что лед юного сердца растопит перст судьбы? Отказать Майклсон Джузеппе не может. Беспомощность. Именно это чувство он испытывает не в силах контролировать сложившуюся ситуацию. Благо, отпустить дочь одну не укладывается в рамки приличия, поэтому Деймон собирается в путь вместе с сестрой. Джейми нравится компания Клауса. Деймон смотрит в ее искренне улыбающиеся глаза и убеждается в этом окончательно. Принятие неизбежного. Именно это чувство он испытывает, где-то в глубине души понимая, что благосклонность сестры к первородному гибриду с высокой вероятностью может перерасти в нечто большее. Отцу придется тяжко. Отпустить, благословить. Сейчас это невозможно, да прибудут с ним мудрость и силы принять верное решение не ломать чью-то жизнь. Ребекка чувствует Клауса лучше, чем кто бы ни было. Ребекка чувствует трепет, влечение. Созерцать невозможное — прекрасно. С Джейми мисс Майклсон готова найти общий язык. Во благо брата. — Вечность будет ей к лицу. Никлаус ухмыляется. От чертовки ничего не скроешь. Интерес Майклсон к Джейми чувствуется на клеточном уровне. Деймон вырвет его сердце, если он посмеет обидеть ее. Возможно ли так просто отдать сестру на растерзание монстру? Даже гиблое создание имеет право на исправление. Джузеппе мнение старшего сына не поддерживает. Всю следующую неделю он буквально отрывает дочь от сердца, отпуская ее проводить время с Клаусом. — Мне стоит переживать? — как будто между прочим, стараясь не выдавать беспокойства, интересуется он у Джейми за ужином. — О чем? — Клаус Майклсон. Загадочно улыбается. — Нууу… он милый. Милый?! Иногда Сальваторе дает абсолютно фантастические характеристики окружающим ее личностям. Деймон и Стефан переглядываются. — Он немного староват для тебя, разве нет? — Вовсе нет! Светится от счастья, нисколько не смущаясь. Крах. Незримая. Недосягаемая. Один вечер погубил все. Бесконечно искренняя натура. Один лишь восторженный взгляд Джейми выдает, что нередко мысли ее сводятся лишь к одному, глаза ее желают лишь одного. Первородный гибрид. Это не глубокое чувство. Пока еще нет. Это его губительные ростки. Как призвать разум дочери, не открыв ей правду об истинной сущности Майклсон? Как уберечь ее от темной стороны, не сломав ее устоявшийся мир рассказами о вампирах? Отпусти ситуацию в свободное плавание, — говорит некто внутри Джузеппе. Уже отпустил, и это было ошибкой, — отзывается тот в ответ. Разговаривать с Джейми не стоит. Надеяться стоит лишь на благоразумие Клауса. Как бы немыслимо это не звучало. Чем грозит неосторожная беседа с первородным гибридом? Абсолютно неважно. Самое ценное уже утекает как вода сквозь пальцы. Джузеппе решается на тревожный разговор с Майклсон. Утром следующего дня он наблюдает за очередной игрой в догонялки Джейми и Деймона через окно гостиной. Клаус стоит по правую руку от него, акцентируя свое внимание исключительно на Сальваторе младшей. Улыбается уголками губ. Возможно ли представить, что монстр способен чувствовать? — Оставь ее. Никлаус резко устремляет свой взор на Джузеппе. — Ради всего святого, оставь… В глазах вспыхивает огонь злобы. Страх. Неизвестность. На какое безумие способен Никлаус в порыве гнева? Молчание. Долгие несколько секунд Майклсон ищет пристань спокойствия. — Я могу подарить ей счастливую вечность. — Она ей не нужна. — Ей или тебе?! Боль. Клаус не задумывался, насколько чужда Сальваторе мысль о том, что он может потерять дочь. Будь той потерей смерть или же вечная жизнь. Он видит эту боль в глазах Джузеппе. Как страшно отпустить. Страшно благословить союз с безмерно пугающим гибридом. Джейми — единственная дочь. — Она достойна счастливой смертной жизни, любящих детей и внуков, размеренной старости. Все равно что приставить дуло пистолета к виску. Самоубийственное отчаяние. — Если чувства сильны, а помыслы чисты — оставь. Вырви сердце из груди. Клаус хмурится. — Покидаешь нас? — удивленно вскидывает брови Джейми, столкнувшись с Майклсон у нижних ступеней поместья. — Увы, — кивает тот в ответ. — До встречи, — улыбается Сальваторе. Какое удачное стечение обстоятельств, что в непосредственной близости — не души. Никлаус едва заметно кивает, а после касается ее предплечья рукой и целует ее в висок. Сердцебиение — учащенное. Взгляд — растерянный. — До встречи. Джузеппе наблюдает за происходящим через все тоже окно гостиной. Джейми наблюдает за удаляющимся Клаусом с безмятежной улыбкой на губах. Сколько сердец можно вырвать парой фраз?