Лекарство от всех болезней.

Обшарпанные стены. Ржавые петли дверей, грязные потеки на стенах. Неестественная давящая тишина и пыль, словно зависшая в тяжелом воздухе. Девушка в старом протертом кресле листает толстую книгу по метапсихологии. В сторону вошедшего мужчины она даже не повернула головы. Еще несколько секунд он переминается с ноги на ногу, не решаясь обратить на себя внимание дежурного врача. А девушка будто и не замечает его. Сюда редко кто-то приходит сам. - Добрый день. – Сдавленным от страха голосом произнес мужчина и лишь мгновение спустя осознал, насколько неуместно это прозвучало. Молодая девушка-врач вздрогнула и чуть не выронила объемную и далеко не новую книгу. - Здравствуй, - даже Кастиэль заметил, как она напряглась, забегала глазами в поисках путей отхода. - Чем могу помочь? - Я... навестить. – Мужчина спешно сглотнул, пытаясь прогнать подступивший к горлу ком. - Если вы к Розе, - будто опомнившись, девушка отложила внушительный том на широкий подлокотник. – То она умерла. Три дня назад. - Нет. Я к Дину. Врач замерла в кресле, будто эти тихие слова парализовали ее. Неудачно лежащая книжка с шелестом скатилась по шершавой ткани старого кресла и, ударившись о рассохшееся дерево паркета, нарушила повисшую тишину. - Он жив? – Голос Кастиэля предательски дрогнул. - Да, – все еще удивленно глядя на внезапного гостя, дежурная неуклюже поднялась с кресла и вытерла покрывшиеся холодным потом ладони о измятый больничный халат. – Я провожу. Закрыв хилую входную дверь, девушка нервно поправила прядь волос, небрежно спадающую на лицо, и, прижавшись на секунду к холодному дереву лбом, неслышно выдохнула. Затем обернулась к странному мужчине в изрядно потрепанном бежевом плаще и виновато улыбнулась. - Правила все еще надо исполнять. Подойдя походкой сломанной куклы к навещающему на расстояние вытянутой руки, будто шулер – карту из рукава, достала из глубокого кармана пару бледно-зеленых бахил. Понимая, что мужчина не собирается принимать их у нее, молодая врач обратила почти бесцветные глаза на его лицо, уже готовясь произнести заезженную фразу. Но, пронзенная синим льдом в его взгляде, спрятала полиэтиленовые комочки обратно и отвернулась, захромав в сторону слабо освещенного коридора, стараясь сбежать от острого холодного взгляда незнакомца, так неприятно обжигающего спину. - Его давно никто не навещал. - Избегая неловкости, излишне радостно сказала девушка и тут же замолкла. - Я знаю, - Что-то болезненно сжалось в груди Кастиэля при беглом смотре узкого неуютного коридора. Глубокие темные царапины на покрытых пятнами когда-то светлых обоях. Штукатурка, готовая сейчас же обвалиться с потолка на головы беспечных, вторгшихся в эту атмосферу затхлого, бессильного безумства, повисшего в воздухе. - У нас вообще не навещают пациентов... - Я знаю. - Взор мужчины затуманился подступившими, как всегда не вовремя, слезами. - Я думала, что у него никого не осталось. - Глухо произнесла девушка, замедляя шаг у одной из железных дверей со следами бледно-желтой краски по самому краю. - Его брат погиб. И вся семья, давно, - Кастиэль запустил пальцы в свои темные, с редкой проседью, как всегда чуть взъерошенные волосы, пытаясь унять отчаянную дрожь. - Я просто знакомый. Мужчина закашлялся, и, будто в ответ, из-за тяжелой стальной двери донесся нечеловеческий вопль, от которого больно перехватило дыхание. - Он... там? - Нет, - девушка обернулась и поймала изумленный взгляд Кастиэля. - Там Ненси. Завтра ей исполниться 16. Родители сдали ее сюда около трех лет назад, когда ни один психиатр не смог поставить ей точный диагноз. - Жалко девочку. - Кастиэль стыдливо отвернулся от дежурной, чтобы та не увидела облегчения от того, что это не Дин рвет горло за железной дверью. - Да. А ваш... друг за этой дверью, - девушка кивнула на абсолютно обычную дверь, будто ведущую в жилую квартиру. На бордовом кожзаменителе красовалась в прошлом золотая цифра "4". - Не потеряйте. На протянутой маленькой ладошке лежал маленький ключ с большим серым помпоном в качестве брелка. - А вы не пойдете? - Нет, - девушка закусила губу и дождавшись, пока Кастиэль заберет испещренный царапинами ключ, спрятала руки в карманы. - Сегодня - нет. Девушка резко развернулась на пятках, всколыхнув плотный, как и во всем здании, воздух, и практически сбежала из сырого давящего коридора, оставив пришедшего мужчину наедине со своими мыслями и закрытой дверью. Подышав на замерзшие то ли от того, что здание не отапливалось, то ли от страха, руки, Кастиэль медленно поднес ключ к замочной скважине. Вокруг врезного замка торчали шляпки гвоздей и лохмотья желтого поролона. Режущий слух визг. Щелчок. Скрип. Еще щелчок. Резко выдернув ключ, Кастиэль до боли сжал его в ладони, вонзая острые края глубоко в кожу. Дверь нехотя поддалась и первое, что мужчина увидел за ней, была узкая больничная койка, с ножками, привинченными к полу. А на ней, в самом дальнем углу, уткнувшись лбом в колени, в полумраке прятался чей-то знакомый и жутко исхудавший силуэт. - Дин?