Такая работа

- У нас есть свободное время на эти даты в зале хореографии. После трех часов дня. Готовы? Худой мужчина посмотрел на Диму через стекла больших очков. - Как скажете,- Борисов покосился на режиссера и оператора, Оба пожали плечами, в том духе, что им безразлично. - В таком случае договоритесь с Этери Георгиевной и работайте на здоровье,- улыбнулся Эдуард. - Я думал, вы нас затаскаете со всякими согласованиями графиков,- обворожительно заулыбался журналист. - Это не моя задача, договариваетесь с Этери Георгиевной, где и когда можно будет снимать ее спортсменов, да и ее саму,- Аксенов сцепил руки на столе в замок.- И я желаю вам удачи в этом вопросе. - А я, по словам Этери Георгиевны, было решил, что все это исключительно ваша компетенция,- удивился Дима. - Поздравляю, Дмитрий, вы начали процесс согласования вашего интервью,- усмехнулся менеджер. - Это вы сейчас тонко намекнули, что просто мне не будет?- приподнял бровь телевизионщик. Аксенов вопрос проигнорировал, зато в свою очередь заметил: - На вашем месте я бы подготовил подробный план разговора и согласовал его с Тутберидзе. - А иначе что?- диме становилось все любопытнее. - У нас тут был случай,- словно издалека начал заходить “Хрустальный” начальник,- канал тут один был, хотел очень снять интервью. Прямо вот очень хотел. И чтобы все было “по-настоящему”. - И что? Сняли?- ответ Дмитрий уже знал. - Понимаете, господин Борисов, Этери Георгиевна женщина крайне занятая, иногда спонтанно. У нас тут такая работа, многое случается внезапно. Всякое может быть. Могут быть переносы. Неоднократные. Тому каналу, ну, очень не повезло. Восемь переносов встреч. Все исключительно по уважительным причинам. А потом у них как-то регламент изменился, или кто-то там уволился, или еще что-то. В общем, отпала необходимость. Понимаете?- Эдуард внимательно посмотрел на собеседника. - То есть вы мне рекомендуете посвятить Этери Георгиевну в список вопросов,- вполне осознал масштаб потенциальной проблемы ведущий. - Я не настаиваю,- тут же соскользнул Аксенов,- но уважения к занятому человеку невольно отзывается уважением и в нем самом к вам, не так ли? Дима со всей очевидностью понял, что в этом заведении он будет танцевать разные танцы, большая часть из которых - всего лишь прелюдия к самому главному. И партнерами будут разные люди, а вовсе не только “звезда” его будущего шоу. - Вы правы,- вежливо улыбнулся Борисов.- Я тоже лучше отношусь к людям, которые ценят мой труд. - Тогда вы, очевидно, договоритесь с Этери Георгиевной,- ему кивнули, и стало понятно, что этим жестом в том числе и попрощались. - Этери Георгиевна сейчас где?- не стал откладывать продолжение согласовательных бесед Дмитрий. Эдуард бросил взгляд на часы и быстро произнес: - Если на обед не ушла, должна быть в кабинете. Попробуйте заглянуть. - Спасибо,- кивнул на прощание и вышел вместе с командой. Режиссер и оператор переглянулись: - Димк, это вот что сейчас было?- поинтересовался его главный по тарелочкам, то есть по камерам. - А это, мужики, наш танец с бубнами. Точнее мой,- кривовато улыбнулся Борисов.- Девушка с изюминкой у нас тут. - Ты не путаешь с изюминками тараканов в ее башке?- буркнул режиссер. - Вопрос наименований,- расхохотался Дима.- Ладно, ребят, я пошел обивать порог самой главной, а вы пока идите. Готовимся к сегодняшнему эфиру. Там-то вроде никто не требует цыганочки с выходом? - Нет, там все свои. Слезы, сопли, крики и мордобой по плану,- развеселился режиссер.- Сегодня все со всеми подтвердили. Все будут. - Аминь,- возблагодарил Дима судьбу и попрощался с коллегами. Пробежал по ступенькам, свернул в закоулок коридора на этаже, легким шагом дошел до запертой двери кабинета тутберидзе. Сочный женский голос из-за стены подтвердил, что Этери на рабочем месте и, кажется, именно что работает. Вставала дилемма - стучаться или ждать. Собственно, нет, не вставала, он тоже занятой человек, ему, чем быстрее, тем проще. В ответ на два коротких удара последовало: - Открыто, войдите,- голос, кажется, был несколько удивленным. В кабинете сидели трое: хозяйка, крепыш-колобок в годах, и бородатый парень лет тридцати. Вообще, Дима их уже выучил по просмотренным записям, вполне отличал в лицо и знал по именам, но в голове так и осталось “колобок” и “невротик”. Кликухи Борисов метко и весело начал раздавать еще в детстве. Цеплялся за какую-нибудь приметную деталь образа человека и припечатывал емким словечком, уходившим тут же в народ. Димку за это любили одноклассники, потому что он всегда весело придумывал прозвища учителям, но побаивались сами на язык попадаться, своим приятелям милый мальчик Дима тоже ярлыки развешивал быстро. Так что Борисов вызывал амбивалентные чувства у товарищей, часть из которых и знать никогда не узнает, что значит это сложное слово “амбивалентный”, но, вообще, он не сильно бесил, так что поколотить его не пытались. “Колобок” бегло осмотрел вошедшего и отвернулся, а вот “невротик” разулыбался, поздоровался и всячески демонстрировал приязнь. Блондинка же лишь внимательно посмотрела на вошедшего и в лоб спросила: - Что вам нужно, Дима? - Ваше начальство отправило меня назад к вам,- развел он руками. - Хорошо, подождите минут десять за дверью, мы заканчиваем,- она перевела взгляд на коллег. - Дуд, мне в целом до фонаря, как она будет прыгать сейчас, но если она угробится к олимпиаде, то никуда и не поедет,- эти слова Борисов услышал в закрывающиеся двери, впрочем, через закрытые бы тоже услышал, никто не скрывался и не таился.- Донеси до Александры эту светлую мысль. Со всей моей любовью. За дверями он продолжал слушать летучку, которая почти никак не заглушалась тонкими стенами кабинета. - И ты, Даня, своей звезде передай, что рыдать она может, сколько угодно, но сам по себе план от этого не делается. Так что пусть меньше голову греет, больше накатывает. Она вообще, хочет выиграть? Мужской голос звучал тише, но фамилии Валиева и Трусова Дима услышал. Похоже “невротик” что-то объяснял в контексте своей подопечной про двух соперниц. - Дань, да мне похер, что она там может посчитать и понять! Голову она может иногда выключать и просто делать на максимум,а не как обычно - с расчетом?! Хер ли она считает, если потом валяет? Выслушала ответ и согласилась, видимо, с ним: - Вот именно этого я и хочу от тебя. Да. Дальше было не так интересно, в основном потому, что дело шло к концу и по сути просто закруглялись с разговором, начатым еще до появления Димы под дверями. Мужчины вышли оставив дверь открытой. на Борисова больше никто внимания не обращал, беседовали между собой, уходя от кабинета начальницы. журналист заглянул снова. - Заходите, Дима,- махнула рукой Тутберидзе.- Зачем вас опять ко мне сослал Эдуард Михайлович? - Сказал с вами согласовывать. что можно снимать на тренировке, когда и точную дату. - Снимать можно все, только предупредите точные дни, когда будете. Я иногда в отъездах, у девочек бывают выходные дни, можете не застать. Да и вообще, они же девушки, к съемкам готовятся. - Красятся что ли? Парадную форму надевают?- рассмеялся Дима. - И это в том числе,- кивнула женщина. - А вы?- дима решил в конце концов сесть. - И я, естественно, тоже,- кивнула Тутберидзе. - А вам правда нужны вопросы?- от удивления такой прямотой так же в лоб спросил Дмитрий. - Да, если мы хотим сэкономить мое и ваше время на выяснение того, о чем я точно не буду говорить в процессе самой съемки,- Этери откинуалсь на спинку кресла. - Давайте сэкономим,- согласился журналист. - В идеале было бы прекрасно, чтобы мы ограничились беседой о девочках и работе. Это возможно?- склонила голову женщина. - Это скучно,- вздохнул ведущий.- Хотя, если мы обсудим все скандалы вокруг этого… - Вот в этом месте хочу подробностей,- коротко прокомментировала Этери. Она четко и быстро раскидывала темы. “Да”, “нет”, “мне нужны детали”. Было крайне конструктивно и удивительно удобно, хотя его очевидно пытались ограничить узкой сферой. - Вы совсем не хотите, чтобы в вас видели человека?- улыбнулся Дмитрий. - А тренер - не человек?- холодно поинтересовалась блондинка. - Ну, вы же понимаете,- мужчина не договорил. - Дима, я не трясу своей личной жизнью. Потому что она моя. И она личная. Вы приходите ко мне как к профессионалу, я готова говорить о профессии. результатах работы,- жестко и четко. На Борисова смотрели красивые холодные глаза. - Сколько же их, тех, кто лежит у ваших ног?-негромко и очень мягко проговорил мужчина. И понял, попал на тонкую струну. Взгляд стал живее, взъерошеннее, в нем проскользнула истиная женщина, которой всегда лестна убежденность других в ее неотразимости, жадная до похвалы своей сути. Хмыкнул про себя. И решил - поймал. - Значит так, Дима,- коротко отчеканила блондинка, снова вернув холод во взор,- все вопросы “общечеловеческого плана” тоже хочу видеть. И да, не утруждайтесь темами про мужчин. Это правда личное. - Вы несоверменны,- засмеялся открыто Борисов.- Сейчас можно хвалиться количеством и качеством любовников. - Я несоверменна,- не стала спорить Этери.- И я тороплюсь. Еще есть вопросы? - Нет,- главное он выяснил, или ему так показалось, остальное подождет.- Хотя, да, есть вопрос. Можно позвать вас на встречу вне этого помещения? - Зачем?- приподняла бровь тренер. - Хочу пасть к вашим ногам, как другие мужчины,- он знал, что звучит искренне. - По работе на рабочем месте,- отрезала Тутберидзе. - И тут вы несовременны,- вздохнул Борисов.- И все же я надеюсь на встречу в более располагающем для долгих бесед месте. Исключительно профессиональная встреча, рабочая. - Не вижу поводов пока. Жду ваши вопросы, Дима,- женщина поднялась. Прямой намек, что беседа окончена. Да и вовремя со всех сторон. Он узнал достаточно,чтобы идти дальше.