Дилетанты киноискусства

— Ой, заткните его, кто-нибудь! — взмолилась Лили, слушая вопли Джеймса. Он громко требовал предоставить ему отпуск, чтобы хотя бы раз перед матчем поучаствовать в тренировке. — Лучше бы я его вчера так и оставила в наручниках! А еще лучше с пластырем на губах! — Это неэкономично, — вмешался Сириус. — Что именно? Пластырь или предоставить Поттеру отпуск? — И то, и другое. Пластырь нам никто не оплатит, впрочем, отпуск тоже. Тем более первую половину дня мы все равно будем вынуждены отсидеть на уроках. — Почему? — всполошился Ремус. — Что, опять микрофоны полетели? — ехидно поинтересовалась Эванс. — Или Питера кто-то украл? А может быть, камера сломалась — нет, ты скажи — мы все поймем! — Все гораздо проще: Слагхорн наконец-то вступил в контакт с МакГонагалл и вынес из разговора суть: студенты занимаются ерундой, не учатся, фильм ваш на… э-э… никому не нужен. В общем, господа хорошие, сегодня занятия — наши! Сначала трансфигурация, потом заклинания, затем… еще какая-то ерунда — я точно не знаю. А уж после обеда — съемки. Сохатый, а что ты так расстроился? Не хочешь видеть эту драную кош… то есть профессора МакГонагалл? Придется, дружище… Ну ничего-ничего — сядешь с Эванс, время пройдет незаметно. — Почему это? — Увидишь, дорогой, — протянула она, а Поттер, услышав эти слова, подавился чаем. — Я предлагаю не ходить, — начал Сохатый. — Оно нам надо, к Мерлиновой бабуш… — Мистер Поттер! — преподаватель возникла за спиной Джеймса неожиданно, заставив тем самым подавиться чаем во второй раз. — Я вижу, вы уже поели и полны сил, поэтому пожалуйте на урок! — МакГонагалл была настроена решительно. — И все остальные тоже, — с нажимом продолжила профессор. — Вас это тоже касается, господин режиссер! — Ненавижу эти превращения, — проворчала Мэри в кабинете, кидая сумку на стол. — Дорогие мои!.. — Кто пустил этого козла на трансфигурацию? — сквозь зубы процедил Сириус. — Да меня уже рвет от его присутствия. — Не тебя одного, — заметил Джеймс. — Где там мой пакетик? И где Питер, в конце концов?! — Лед отгоняет! — ехидно прошептала Эванс, когда вывалились в коридор после звонка. — Флитвик! — шикнул Люпин. — Друзья мои, — начал тот, пытаясь увидеть лица парней, которые были на несколько порядков выше него. — Еще один, — закатила глаза Мэри. — Профессор Слагхорн слезно умолял меня отпустить вас с уроков, дабы снять художественный фильм о несчастной любви… Кстати, вы не могли бы мне рассказать о содержании. Очень интересно, знаете ли, что это вообще такое… ки… ке… ка… — Кино, — простонала Эванс. — Вот! Кино! Коллега сказал, что действие происходит на корабле… — Он вас жестоко обманул! — вышла из себя исполнительница главной роли. — Действие происходит то на какой-то посудине, гордо именуемой судном, но ничего общего с ним даже не имеющим, то в гостиной, которая неумело прикидывается каютой, то вообще на озере, которое даже отдаленно не напоминает Атлантику, хотя по идее ею считается! Главные роли исполняют олухи, которые и двух слов по сценарию выучить не могут, не говоря уже о том, чтобы убедительно сыграть! Режиссер — идиот, не дочитавший, между прочим, до конца сценарий и задающий с завидной настойчивостью попугая лишь один гениальный вопрос «Где Питер?» Оператор не соображает, на какую кнопочку нажать, микрофоны постоянно ломаются, лед приходится отгонять, лестница падает — у меня до сих пор все болит… — Но искусство… — Искусство требует жертв, но я таковой становиться не хочу! Это все замечательно, но я отказываюсь сниматься в такой обстановке! — По местам! — взвизгнул режиссер. — Прекратить бунт! Где все? Питер, можешь засунуть свою хлопушку в… куда подальше — я сократил твою ставку. — Когда? — Только что, — злобно ухмыльнулся Сириус. — Майкл, Джон, где реквизит? Где Хокли?! Где Слагхорн, который обещался зайти? Верните Роуз — она нам еще пригодится! Итак, Джек и Роуз убегают от разъяренного Хокли по лестнице. Обманутый жених достает пи… пи… пи… — Да ладно?! — Поттер встрепенулся. — Пистолет, идиот. Я просто прочитать не мог. У кого такой идиотский почерк?.. — Это ты писал. — Да? Наверное, я был пьян. — Ничего, это твое обычное состояние, — ехидно протянула Мэри. — Дальше поехали, — процедил Блэк. — Снейп где? — Нюниус опять у Слагхорна, и мои подозрения насчет его ориентации крепнут, — ухмыльнулся Поттер. — Привести! Где Питер? Вроде бы только что здесь был… — Петтигрю решил выяснить, где можно подработать — он до сих пор серьезно считает, что должен восстановить хлопушку на свои деньги. — Ясно, это не лечится. Лили, радость моя! Да поцелуй ты уже Джеймса: не видишь, что ли, парень извелся весь! Дружище, я все понимаю, но мне надоело слушать на ночь оду «О том, что все женщины — жадные сволочи» с рефреном «ну что ей жалко, что ли?» — Заткнись, придурок! — Этот придурок — твой начальник в данный момент, — осадил Поттера режиссер. — Займись уже своей Роуз, не нервируй меня! Где Питер?! — опять впал в истерику Сириус. — Где хлопушка? Она дорога моему сердцу как память. — Память о чем? — Эванс, мимоходом отбирая у Поттера шоколадку, прикарманенную во время обеда, подошла к Бродяге и посмотрела ему в глаза. — О тех днях, когда я не ходил на занятия, и мне за это ничего не было. Днях, когда Питера можно было потерять, а Лили загнать на лестницу от греха подальше. И все это абсолютно бесплатно! — Конечно, бесплатно, — мрачно заметил Алекс, — Слагхорн же думает, что мы все это делаем из чистого альтруизма! — А что, не так? Я, например, нахожусь здесь исключительно из желания помочь преподавателю, — возвестил Поттер. — Что?! Что вы так на меня смотрите? — Да то, что истинной твоей целью, друг мой, — начал наливаться краснотой Блэк, — является… кхм… — он запнулся. — Что? — Ну, того самого… — Не понял? — заинтересовался Ремус. — Да Эванс он хочет! — Зря ты это сказал, — скромно заметил Люпин. — Почему? — Никто нам не оплатит больничный исполнителя главной роли. Лили же от него мокрого места не оставит… — А в Гриффиндоре все по-старому… — Северус прислонился к косяку, наблюдая за баталией. — Кто пустил на площадку это чучело?! — Не знаю, Блэк, кто пустил тебя на площадку, а я — один из главных героев, — не остался в долгу Снейп. — А ваш Питер сейчас зачем-то отгоняет лед от берега. Это так задумано или… — Нет — это просто Хвост идиот и перепутал сцены. Сцена, когда корабль тонет, — следующая! — А мне казалось, что корабль тонет уже дня два, — протянул оператор, подкатывая камеру поближе. — Корабль не может тонуть так долго, — вздохнула Эванс. — Долго бывает только в мелодрамах, когда герои начинают постельную сцену в первой серии, а завершают в сто сорок шестой. А у нас, судя по лодчонке, которую Фабиан до сих пор пытается нарисовать, мы затонем, не успев даже попрощаться друг с другом! Что к лучшему, — обернулась она к Джеймсу. — Взаимно, — обиженно отозвался тот. — Ребята! — Петтигрю ворвался на съемочную площадку, размахивая хлопушкой. — Что случилось? — отозвался режиссер. — Ты нашел инструмент? — Да нет же! Слагхорн умер!