Feral

      Он усмехнулся.       — Я понял. — он приблизился и провёл языком по светлой щеке, слизывая вкусный соус, что заставило Соника покраснеть сильно и прижать уши к голове, смущённо отводя взгляд. По всему телу пробежали мурашки, отчего шерстка встала дыбом. Сам Шэдоу немного смутился, но ему показалось это очень забавным.       — Мудро...       — Хех. Спасибо. Просто тебе было бы не удобно слизывать его с щеки.       — Конечно это именно та причина, дааа... — Ухмыльнулся он, точно так же в ответ мягко лизнув уголок загорелых губ. Ёжик игриво прищурился и набрал в рот вина, прежде чем прильнуть к светлым губам. Соник удивленно раскрыл глаза, когда Шэдоу таким хитрым образом решил поделиться с ним сладким напитком, но ответил на поцелуй, наклоняясь вперёд, чтобы было удобнее. Он упорно поил ёжика так на протяжении нескольких секунд и оторвался, чтобы не мешать Сонику проглотить жидкость. Тот снова потянулся за Шэдоу, едва не заваливая его на спину, но вовремя понял, что хотел собрат и мягко отпустил его губы, глотая вино. Он медленно открыл глаза, облизывая губы, чтобы собрать последние капли и пристально глядя на прекрасного ежа перед ним.       — Есть десерт... — улыбнулся он, а его руки сцепились в замок на стройной талии.       — Десерт... — протянул он, мягко упираясь лбом в полосатый лоб. — Я думал это уже был он...       — Ммм, нет, это не он. — алые глаза прищурились. — Как ты относишься к клубнике?       — Положительно... — пробормотал он, потираясь носом о черный нос и мягко улыбаясь.       — Можем взял клубнику со сливками и пойти прилечь, если ты устал. — он мурлыкнул.       — Ты все ещё голоден...? — тихо пробормотал он, ласково поглаживая по черной шее.       — Нет. Но кто откажется от десерта?       — Хмм... А ты хорошо подготовился... — белоснежные зубки показались в лёгкой искренней улыбке. Он действительно был удивлен тому, что ежик так тщательно все продумал. Он сам бы наверное, никогда не подумал обо всех этих вещах.       — Я хотел, чтобы этот вечер прошёл прекрасно. — алые глаза сияли, наполненные нежностью и любовью. — Он многое значит для меня. Как и любое времяпрепровождение с тобой...       — Когда я слышу от тебя такие слащавые речи, мне кажется, что я все ещё где-то сплю под кайфом. — он хихикнул, потираясь носом снова и прикрывая глаза, любуясь.       — Слишком слащаво для тебя?       — От тебя... Все равно что сгущенка, политая кленовым сиропом и приправленная сахарной ватой... — персиковые пальчики нежно перебирали густой мех, плавно пробираясь под рубашку.       Он скривился.       — Как приторно.       — О даааааа... — согласился он, тихонько рассмеявшись.       Шэдоу начал прочесывать индиговые иголки пальцами, мурлыкая от удовольствия.       — Ты принимаешь моё предложение?       — Твои предложения всегда были слишком заманчивы...       — Тогда можешь идти в мою комнату, я сейчас приду.       — Ну нет, я пойду с тобой... — он наклонил голову, словно довольная ласковая кошка.       — Хах... Ну хорошо. — Шэдоу пошёл в сторону кухни, продолжая обнимать ежа и достал оттуда тарелку клубники, а так же баночку взбитых сливок.       Соник засунул палец в сливки, а затем слизал их с радостным видом. Это было действительно вкусно. Он прихватил с собой бутылку вина, которую они оставили на столе и пошел за Шэдоу, по дороге рассматривая квартиру повнимательнее.       Самая обычная квартира, правда в общих комнатах было много всякого, по сравнению с личной комнатой Шэдоу, где не было ничего лишнего. Которую Соник тоже решил осмотреть, раз уж Шэдоу так любезно предоставил ему такую возможность. В прошлый раз он был чересчур занят, чтобы сделать это, но его любопытная натура все ещё жаждала этого.       Ёжик усмехнулся.       — Пустовато.       — Почему? — он спросил, проводя пальцем по рамке, висящей на стене.       — Ну... У меня мало вещей и я просто не знаю чем заполнить это пространство... Так что, ты можешь устроить здесь свою вторую комнату, если пожелаешь.       — На самом деле, у меня тоже не много... То, что валяется у нас в доме это, в основном, сувениры, знаешь, люди дарят многое, когда благодарны. Большую часть, я конечно, стараюсь не принимать, но некоторые очень настойчивы... Приходится брать... И я .. ну что-то использую... Как воспоминания...       — Это здорово. Они благодарны и так выражают свою благодарность. — он стянул через голову рубашку. — Ты не возражаешь?       Ёжик мягко улыбнулся, положительно кивая, когда обернулся и заметил как Шэдоу красиво стягивает плотную ткань. Его мышцы подсвечивались тусклым светом бра и в этой полутьме, ёжик выглядел ещё лучше.       — В одежде так неудобно.       — Да... Даже не знаю почему принято ее носить... Как думаешь?       Он пожал плечами и стянул брюки, решив надеть лишь лёгкие шорты, которые не стесняли его движения и уселся к стене на кровати.       — Наверное потому, что они слишком любят смотреть куда не следует.       — Скорее всего. — он кивнул, соглашаясь. — Ты тоже можешь раздеться, если тебе не удобно.       — Шэээд... Это звучит странно, да? — Соник ухмыльнулся, окидывая взглядом собрата с ног до головы.       — Это звучит странно, но ты прекрасно знаешь, что я ничего такого не имел ввиду.       — Конеееечно...       — Сегодня вечер романтики, ёжик мой.       — Хах....       — Что такое?       — Я удивляюсь тебе с каждой секундой все больше, Шэдоу... — герой опёрся спиной на подоконник и закинул руки за голову, улыбаясь.       — Почему?       — Потому, что ты никогда не был таким... Я привык к другому Шэдоу. Привык к твоим насмешкам и подзатыльникам и честно... — он усмехнулся, удивляясь что вообще говорит это вслух. — Мне это нравится... — он кивнул, блеск в его глазах стал ярче. — И вот теперь, ты... Совсем другой...       — Я... Ох... Я просто не хочу больше этих насмешек, подзатыльников, ругательств, я... Я не хочу проявлять к тебе проявлять эту агрессию. — Шэдоу хмыкнул. — Значит... Тебе не совсем нравлюсь заботливый я...       — Не то, что не нравишься... Для меня это абсолютно не привычно... — он застенчиво провел руками по иглам, зачесывая их назад. Вообще говорить о своих чувствах было непривычно для него самого.       Шэдоу обхватил стройную талию ёжика и прижал его к себе, кусая за ушко.       — Хэй... — тот мягко закопался пальцами в полосатые иглы, улыбаясь шире и потираясь носом о черный нос.       — Я слишком ленив в данный момент, чтобы агрессировать.       — Значит ты тоже ленивый после еды... Хорошо, я учту... — он хихикнул, перебирая иглы и прочесывая их по всей длине.       — Дааа... Тюлень.       — Ха-ха-ха-ха!!! Тюлень...       — Даааааа... Чёрный полосатый тюлень. А рядом синий тюленчик.       — О нет, я не тюленчик! Я наверное... Хмм... Ладно, я не знаю! — он сдался, почесывая за чёрным ушком. — Но точно не тюлень...       — Ежонок.       — Хах... Шэд, ты меня смущаешь.       — Почему?       — Потому, что мне никто никогда этого не говорил... — он застенчиво отвёл взгляд, чувствуя, как слезы постепенно пытаются заполнить его глаза.       Ёжик заметил блеск слез в малахитовых глазах.       — Ты чего?       — Нет, ничего... — он моргнул, сглатывая и снова посмотрел в рубиновые глаза, продолжая прочесывать за чёрным ушком, когда он уткнулся взглядом в пол.       — Я тебя растрогал? — он мягко начал прочесывать длинные иголки.       — Мм... — он сделал глубокий вдох. — Нет... Нет... Не в этом дело... Я чуть соврал наверное... — он покачал головой. — Я слышал это раньше, да...       — Не расскажешь? — он прижал нежный поцелуй к яркой шее, утыкаясь в неё носом.       Соник закрыл глаза полностью, пытаясь отогнать воспоминания и прижался мордой к полосатым иглам, вздыхая.       — Не думаю, что хочу вспоминать... Как ты об АРКе...       — Арк остался на моей груди глубоким шрамом, Соник. К счастью, со временем я смог смириться. Прошлого не вернуть, и этот шрам уже нечем не перекрыть. Он уродливый, но от него не спрячешься.       Изумрудные глаза приоткрылись, а кончики двух персиковых пальцев скользнули по белой груди, словно ища подтверждения его слов.       — Остаётся просто жить дальше с понимаем, что это на всю жизнь.       Тяжёлый выдох нарушил тишину, когда Соник чуть подвинулся, ложась щекой на чёрное плечо и продолжил поглаживать белую шерстку.       — Ты больше не жалеешь о том, что ее нет...?       — В этом нет смысла... Я буду всегда её помнить. Буду даже горевать, когда мне будет её не хватать особенно сильно, но нести это всю жизнь с сожалением все равно что грызть себя изнутри. Он обхватил черную талию обеими руками и уткнулся лбом в шею.       — А я не могу смириться...       — Тебе будет легче, если ты выговоришься... — его руки обнимали крепко индигового ёжика, прижимая его к белой груди.       — Я... — он сглотнул, прижимая голову к Шэдоу. — Не могу...       Тот вздохнул, мягко массируя спину меж лопаток.       — Понимаю. Значит не пришло время. — его нежные движения распространялись на всю спину. — Я не буду тебя осуждать, если тебе надо немного поплакать, чтобы тебе полегчало.       — Он был мне как отец, Шэдоу... — Соник снова сглотнул, сдерживая всхлипывание и отстранился, отводя взгляд. — И я бы избавился от всех проблем если бы просто смог...       — Чшь... — он прижал к себе крепче собрата, целуя его меж ушек.       Он отвернулся, закрывая глаза и опустил голову.       — Скажи мне... Что бы ты сделал если бы Мария стала... Злой....       — Не знаю...       Соник прижал уши, мотая головой, когда понял что зря поднял эту тему.       — Извини.       — Скорее всего попытался бы вразумить её... А может я бы в то время не считал её плохой...       — Это... Не работает... — он смахнул пальцем слезу и поднял голову к потолку, а затем устало вздохнул и опустил плечи, а когда развернулся, он уже выглядел спокойно.       — Может быть я бы подчинялся каждому её слову...       Герой вздохнул снова.       — Ладно, проехали...       — Хей... — Шэдоу мягко пригладил ладонью его щеку и перешёл на плечо. — Я хотел сказать, что люблю её так сильно, что даже не понимал бы творит она зло или добро.       — Это ужасно, Шэдоу...       Он не смотрел на него, скорее его взгляд был направлен в пустоту.       — Эх... Зато правда.       — Да уж...       — Мой ответ разочаровал тебя...       — Нет, вовсе нет...       Ёжик потянулся к тумбочке и взял одну клубничку в сливках, а затем чуть отстранился, чтобы поднести её к персиковым губам.       Соник продолжал смотреть в стену, словно был слишком погружен в свои мысли и только чуть дернулся когда почувствовал ягоду. Он чуть дёрнул ручкой, намекая, что ягода предназначается именно ему. «Ну давай же...»